Тэхён открыл глаза и перевёл взгляд на спящего рядом Чонгука. Тот как был уложен на постели как мешок с рисом, так в той же позе и проспал всю ночь. Ким опёрся головой на руку, рассматривая его. Красив, не поспоришь даже… Чёрные волосы, волевой подбородок, ровный нос, губы… родинка под нижней… ммм… вкусный. Тело шикарное. Ещё и забавный. Он определённо в его вкусе. Может замутить с ним? Ну а что? А вдруг? Должна же и его судьба найтись когда-то, усмехнулся про себя Тэхён.

Парень зашевелился и открыл глаза, медленно обернулся к нему… И тут Тэхён испугался за его рассудок, увидев выражение его лица.

— Какого… Что… Что произошло?! — Чонгук резко подскочил на кровати, судорожно прижимая к груди одеяло. — Где моя одежда?! Мы… мы переспали?! Я… я не мог… мне нельзя… у меня сын… Черт, моя голова…

Тэхён лениво потянулся, картинно выгнув спину и издав тихий, томный вздох, от которого ему показалось, что Чонгук грохнется в обморок.

— О, проснулся, тигр… — протянул Тэхён низким ото сна голосом. — Ты вчера был таким ненасытным. Настоящий ураган. Моя спина, между прочим, до сих пор горит.

— Нет… нет, господи, я не мог, я же… я ничего не помню… — Чонгук схватился за голову, краснея от ушей до самой шеи.

Ким еле сдерживался: в его голове всплыла картина восьмилетней давности — он и Чонли, застуканные её отцом в постели. И сейчас не хватало только злющего господина Чхве с идущим из ушей паром.

Тэхён сел на постели, скрестив ноги, лукаво прищурился и выдал абсолютно серьезным тоном:

— Мог-мог, ещё как мог. Короче, милый, ситуация критическая. Ты меня обесчестил. Теперь обязан жениться. Штамп в паспорте у меня, правда, сейчас имеется, но ради такого дела я готов подать на развод хоть завтра. Готовь кольца, папочка.

Чонгук замер, тяжело дыша. У Кима было ощущение, что он слышит, как с бешеной скоростью работают шестерёнки в его голове, судорожно пытаясь переварить полученную информацию. В следующий момент Тэхён не выдержал. Он упал обратно на подушки и громко, до слёз, расхохотался, дрыгая ногами.

— Боже, видел бы ты своё лицо! — сквозь смех выдавил Тэхён, хватаясь за живот. — «Господи, я не мог!» Да расслабься ты, девственник-переросток! Ничего у нас не было!

Чонгук застыл с одеялом в руках, медленно моргая:

— Не было?.. Точно?

— Конечно, нет! — Тэхён сел, вытирая слезинку в уголке глаза. — Ты нализался вчера как свинья у меня за стойкой. Я притащил тебя сюда, уложил. Твою футболку снял и закинул в стирку, она сушится. Сам устал как собака, разделся и лёг рядом, потому что диван в гостиной жутко неудобный. Ты спал как убитый, только сначала сопел мне в ухо про какие-то строительные тендеры.

Чонгук медленно выдохнул. Он отбросил одеяло и устало опустился обратно на матрас, уставившись в потолок.

— Спасибо… — Огромная тяжесть свалилась с его плеч. Но внутри, где-то в самых глубоких и тёмных уголках его закрытой души, шевельнулось странное, мимолётное и абсолютно нелогичное чувство… разочарования?

— За что? Что не воспользовался тобой? — усмехнулся Тэхён.

— Что сказал правду.

— Окей. Но у меня тут не бесплатная ночлежка для алкашей, так что ты должен мне ужин.

— Замётано, — улыбнулся Чон.

Он повернул голову и посмотрел на стоящего к нему спиной Тэхёна, поднявшегося с постели. Солнечный свет подчёркивал его изящный силуэт. Впервые за долгие годы Чонгук поймал себя на мысли, что ему не хочется сию же минуту сбежать и вернуться в свою привычную жизнь. Рядом с Тэхёном ему было… тепло?

— Ладно, вставай, пострадавший, — Тэхён кинул в него чистым полотенцем. — Ванная прямо по коридору. Твоя футболка высохла. Я пока приготовлю кофе и тосты.

***

Вечером, увидев уже знакомый силуэт в клубе, Тэхён не понимал своей реакции. Сердце забилось быстрее, а улыбка на лице расплылась сама собой.

— Добрый вечер, Тэхён. Мне виски со льдом, — Чонгук улыбнулся, положив руки на стойку.

— Привет, милый, — елейным голоском подначил его Ким. — Что, понравилось ночевать у меня? Или всё-таки решил жениться?

— Перестань. Мне до сих пор стыдно, — смутился Чон, не переставая улыбаться. — Я передумал, дай мне, пожалуйста, чёрный кофе с сахаром.

Тэхён привычным движением нажал нужные кнопки на кофемашине и уже через пару минут ароматный напиток стоял перед мужчиной.

— Сахар сыпь сам, — бармен пододвинул сахарницу к Чону и проследил как одна ложка, вторая, за ней третья отправились в маленькую кофейную чашку. — У тебя там ничего не слипнется?

— Хочешь проверить? — Чонгук многозначительно приподнял бровь, глядя на Кима. Одновременно он увидел своё отражение в витрине бара за Тэхёном — в глазах черти плясали новый танец, ранее неизвестный их хозяину.

— А можно? — бармен не остался в долгу. Оба разом рассмеялись.

— Тебе палец в рот не клади, откусишь по самые уши, — сквозь смех выдал Чонгук.

— Я такой. Моя работа этому способствует. Народ разный приходит. Приходится особо приставучих на место ставить, у некоторых исповедь выслушать, а кого-то и за шкирку выставить.

— Понятно. Тэхён, дашь мне свой номер?

— Зачем? — Тэхён на минуту замер, уставившись на Чона.

— Ну вообще-то я тебе ужин должен… как-то же нужно с тобой связь держать, — снова смутился Чонгук, а затем уже тише добавил. — А вообще… я хотел бы пригласить тебя на…

— Ужин! — быстро вставил Ким, боясь услышать «свидание». Не может всё быть сразу так хорошо… Не бывает так. И он даже не хотел давать надежду сходящему с ума в грудной клетке сердцу.

— Пусть будет так. Запиши номер, а то мне уже нужно бежать, — протянул свой телефон Чонгук. Тэхён, немного подумал, вбил номер, который был только для близких друзей. Получив желаемое, Чон сунул гаджет в карман. — До встречи, Тэхён. Я позвоню.

Следующая неделя за повседневными хлопотами и работой пролетела незаметно. Днём каждый занимался своей жизнью, а вечерами они списывались. Сначала всё началось с банального «спокойной ночи» от Чонгука, продолжилось «добрым утром» от Тэхёна. И они уже и не заметили, как болтали обо всём, что приходило в голову: о том, как прошёл день, о погоде, о новом фильме. Впрочем, тема была неважна, главное что нравилось это обоим. Сближало… Тянуло…

Пятничный вечер в «Neon Eclipse» только набирал обороты, но Ким ловил себя на мысли, что уже раз пять порывался проверить телефон. В клубе гремели басы, неоновые вспышки резали полумрак зала, а он, механически протирая бокалы, то и дело возвращался мыслями к Чонгуку. Сегодня около десяти вечера он должен был заехать за ним, и Тэхён всю смену нервничал, несмотря на то, что очень ждал этой встречи.

В назначенное время Тэхён мгновенно выхватил Чонгука взглядом из толпы. Тот сменил привычный пиджак на элегантное черное пальто поверх белоснежной рубашки, расстёгнутой на пару верхних пуговиц. Шикарен… Несколько сидевших у баре девушек заинтересованно обернулись ему вслед.

Чонгук подошёл к стойке, проигнорировал свободные стулья и просто опёрся ладонью о лакированное дерево, глядя на Тэхёна в упор.

— Твоя смена окончена? — голос Чонгука перекрыл гул музыки, Тэхён кивнул в ответ. — Отлично, тогда снимай фартук и поехали.

Тэхён неспеша развязал узкие завязки на талии, перебросил фартук подошедшему сменщику и лукаво прищурился:

— И куда же ты повезёшь меня, милый?

— Перестань меня подкалывать. Туда, где чистый воздух. Нам обоим нужно отдохнуть.

Ресторан, который выбрал Чонгук, располагался на крыше небоскрёба в Каннаме. Открытая площадка, за которой на триста шестьдесят градусов раскинулся ночной Сеул. Город внизу казался гигантским живым океаном из неоновых огней, золотых артерий магистралей и светящихся окон. Здесь, наверху, дул ласковый мартовский ветерок, но над столиками работали мягкие климатические обогреватели, создавая ощущение абсолютного уюта.

Их столик находился в глубине террасы, скрытый от остальных посетителей раскидистыми ветками живых оливковых деревьев в кадках. На небольшом столике дымилось свежее мясо на гриле, стояли закуски, а в бокалах искрилось лёгкое белое вино. Ненавязчиво играла музыка.

В полумраке, разбавляемом лишь теплым, живым сиянием толстых свечей в стеклянных колбах, лицо Чонгука выглядело невероятным. Белоснежная рубашка выгодно подчеркивала его смуглую кожу и тёмную вязь татуировок, а в глазах отражались миллионы звёзд. Тэхён готов был смотреть в них вечно.

— Вау. Да ты романтик, Чонгуки. Здесь очень уютно, — Тэхён восхищенно выдохнул, опустившись в мягкое кресло и глядя на панораму.

— Я хотел произвести впечатление.

— Тебе это удалось. Признаюсь, очень люблю джаз.

Алкоголь и уединённая атмосфера быстро сняли дневное напряжение. Они вкусно поужинали, посмеялись, подначивая друга друга. Оба чувствовали, что вместе им комфортно, будто знакомы они уже сто миллионов лет.

Вечер перевалил за полночь, и постепенно разговоры стали тише и интимнее.

— Знаешь, когда я увидел первый раз тебя в химчистке, то подумал, что ты зажравшийся баран, который смотрит на всех свысока и даже на человеческом языке говорить не умеет. — Тэхён подпёр подбородок ладонью, внимательно разглядывая татуировки на руке Чонгука. — А потом … когда ты пьяный сидел у меня в баре, то выглядел так, будто на твоих плечах лежат все проблемы этого мира. Тебя гнетёт что-то. Расскажешь? Или ты притащил меня сюда, чтобы просто молча демонстрировать свой красивый профиль?

Чонгук усмехнулся. Было страшно, но так хотелось выговориться, довериться этому человеку. Может быть, впервые почувствовать себя не одиноким, а нужным, и не только своему сыну. Он откинулся на спинку кресла и покачал головой:

— Прости. Я просто… слишком давно не ходил на свидания, Тэ. Последние несколько лет моя жизнь — это бесконечная работа и попытки быть идеальным родителем. Я разучился просто разговаривать с людьми. Стал бояться доверять и быть самим собой.

— Бояться? — Тэхён чутко уловил это слово. — Чего может бояться мужчина с такими бицепсами и татуировками?

— Потери, — тихо, почти шёпотом произнес Чонгук. Тэхён охнул, подался вперёд и невольно накрыл ладонь мужчины своей. Чонгук не убрал руку, наоборот, его пальцы слегка подались навстречу чужому теплу. — Мне слишком рано пришлось взять на себя ответственность за семейный бизнес и сводную сестру. Когда мы остались без родителей, я заменил ей всех. Полностью забыв про себя. Когда ей было девятнадцать она… влюбилась. Я был рад за неё и думал, что вот наконец-то настало и моё время, но она оказалась беременной, а парень сразу сбежал.

— Вот ублюдок, — в сердцах вставил Ким.

Чонгук сделал глоток вина, но его пальцы заметно дрожали:

— Видя, как она сходит со ума от стыда, я принял решение. Предложил ей расписаться. В документах мальчика я записан как законный отец. Но… я не смог её спасти, Тэ. Я до сих пор виню в этом себя. Это Я не досмотрел. Понимаешь? Это по моей вине мальчик растёт без матери… С тех пор я панически боюсь потерять Минхёка. Я словно запер его в кокон своей опеки. Думал, что если буду контролировать всё, то смогу защитить его от этого грёбаного мира. А вместе с сыном в этой клетке оказался и я сам, прекратив общаться даже с близкими друзьями… А сейчас, встретив тебя, мне снова хочется жить. Ходить на свидания, смеяться, целоваться под луной… с тобой. Я хочу всего этого с тобой…

Тэхён молча слушал. Он крепче сжал тёплую ладонь Чонгука, мягко поглаживая большим пальцем её тыльную сторону.

— Ты удивительный, Чонгук, — тихо произнёс Тэхён. — Ты взял на себя чужой грех и вырастил, я уверен, прекрасного парня. Но ты не можешь оградить его от обычной жизни. Да, мир бывает жестоким, но в нём есть и детство, и друзья, и ЛЮБОВЬ…

Чонгук поднял глаза на Тэхёна. Внутри него что-то оглушительно хрустнуло. Рёбра? О которые всё это время грохотало как сумасшедшее сердце?

— А ты, Тэхён? Я помню, ты говорил, что женат, но сейчас ты здесь, со мной…

— Хах… У меня всё намного веселее. У меня пьяный, фиктивный брак. Моя жена, Ким Чонли, свалила в экспедицию на Курилы за открытием, а я остался один с дочкой. Вот и весь рассказ.

— Пьяный брак? Это как? Не понимаю…

— Спор пьяных студентов. Мне всегда нравились мужчины. Вот и поспорили, смогу ли я… ну ты понял… Я попал в ловушку Чонли, которая хотела свободы от отца через брак, и после этого для всех я стал примерным мужем, гетеро… Так, что у меня тоже личная жизнь не клеилась, хотя мы с Чонли сразу оговорила, что брак ни к чему не обязывает…

— Да уж, очень смешно, — хмыкнул Чонгук, прокручивая ножку бокала в руке. — Тэ, я хотел бы попробовать с тобой… отношения… если, конечно, ты тоже этого хочешь…

— Ну, если тебя не смущает роль любовника при женатом парне, то я согласен, — в глазах мужчины мелькнули озорные искорки, а Чонгук вглядывался в лицо Тэхёна, ловя каждую чёрточку, каждую искру тепла. — Ты мне нравишься, Чонгуки. Жду следующего свидания, а сейчас отвези меня домой, смена была не из лёгких.

Чонгук припарковал свой внедорожник у дома Кима. Двигатель тихо урчал, а салон автомобиля был погружён в полумрак, разбавляемый лишь светом уличных фонарей.

— Спасибо за ужин, Чонгуки, — мягко улыбнулся Тэхён, поворачиваясь к нему и собираясь потянуть за ручку двери.

— Тэ, подожди, — позвал Чонгук.

Тэхён обернулся, но не успел ничего сказать. Чонгук подался вперёд, ладонью мягко притянул его за затылок. Пальцы запутались в каштановых волосах. Чонгук замер в миллиметре от его губ, пристально вглядываясь в глаза Тэхёна, словно беззвучно спрашивая: «Ты уверен?».

Тэхён вместо ответа сам подался навстречу, сокращая это ничтожное расстояние.

Это был их первый настоящий поцелуй. Сначала робкий, осторожный, словно Чонгук пробовал на вкус совершенно новую, неизведанную для себя вселенную. Но когда Тэхён ответил со всей своей страстью, мягко приоткрыв губы и обхватив Чона за плечи, поцелуй стал горячим. Словно электрические разряды прошивали тела обоих, заставляя забыть обо всём вокруг. Чонгук за собой раньше такого не замечал. А сейчас его накрыло лавиной дикого желания защищать и обладать этим мужчиной.

Кислород закончился слишком быстро, а хотелось снова и снова ощущать вкус этих сладких губ. Чонгук дрожащими пальцами аккуратно заправил выбившуюся каштановую прядь Тэхёна за ухо, глядя на его зацелованные, припухшие губы.

— Похоже… — хрипло выговорил он, и на его лице появилась абсолютно счастливая улыбка, — дороги назад нет. И на моей улице наконец-то праздник…

Тэхён тихо и счастливо рассмеялся, утыкаясь носом в его плечо:

— Нет, не на твоей — на НАШЕЙ…

— Сонми, родная, просыпайся. Нужно собраться, позавтракать, а потом я отвезу тебя в школу, — Тэхён ласково погладил трущую кулачками глазки дочь по волосам. — Давай быстро топай умываться, чистить зубки, а я пока приготовлю завтрак.

Девочка с неохотой поплелась в ванную, а Тэхён на кухню. Пока грелся чайник, он успел черкнуть пару строчек Чонгуку и добавить к ним кучу миленьких смайликов. После того ужина Чонгук уехал в незапланированную командировку, и они не виделись всю неделю. Их отношения вроде бы только начались, но Ким безумно скучал. Коротких звонков и смс было катастрофически мало. Телефон пиликнул, оповещая о новом сообщении:

— Пап, ты как ребёнок, улыбаешься телефону. — Сонми влезла на стул. — О, блинчики. Мммм, вкуснота! Папа, раз мамы нет, то вместо неё ты должен мне давать умные советы.

— Хорошо, милая, — Ким усмехнулся. — Что за совет тебе нужен?

— У нас в классе есть мальчик — Минхёк. Он такой красивый, умный, много знает интересного, книжки читает. Так вот, — девочка откусила блинчик и, прожевав, продолжила. — Он мне очень нравится. А я слышала в одной дораме, что мужика нужно с детства воспитывать для себя, чтобы не было как у вас с мамой.

Тэхён поперхнулся кофе, прокашлялся и уставился на дочь.

— Это где ты такие фильмы смотрела?

— У дедушки. Так что ты посоветуешь, пап?

— Нуууу, чтобы он обратив внимание нужно его заинтересовать, удивить, — улыбнулся Тэхён. — Если он такой умный и серьёзный, расскажи ему что-нибудь познавательное.

А Сонми на минуту задумалась и, кивнув своим мыслям, понеслась в свою комнату, кинув на ходу:

— Спасибо, пап. Ты лучший!

— Я знаю. И в кого она такая умная уродилась? Сонми, давай быстрее, мы уже опаздываем!

Весенняя погода сегодня встречала город ярким солнцем. Школьный двор утопал в шуме от взрослый голосов и детском смехе. Ким уверенно шагал по направлению к главному входу, держа за руку дочь, а в другой неся её школьный рюкзак. Тёмно-синий пиджак, который он специально подобрал, подчёркивал фигуру, а слегка небрежно уложенные каштановые волосы завершали образ самого стильного отца в округе.

— Сонми, дорогая, скажи мне честно, — Тэхён ласково потянул дочь за руку, заставляя остановиться возле цветочной клумбы. — Что у тебя в рюкзаке? Почему он такой тяжёлый?

— Там сюрприз. Чтобы удивить Минхёка. Следую твоему совету, — задорно улыбнулась девочка.

В этот момент с другой стороны двора, в чёрных классических брюках и белоснежной рубашке, рукава которой он привычно закатал до локтей, обнажая затейливые татуировки, шагал Чонгук. Рядом с ним, едва поспевая за широкими шагами отца, семенил Минхёк. Мальчик выглядел как идеальный маленький профессор: отглаженный школьный костюм, аккуратный галстук-бабочка и круглые очки, которые то и дело сползали на кончик носа. Минхёк испуганно озирался по сторонам, поближе прижимаясь к отцу.

— Папа, а если они все будут смеяться над моими очками? — тихо спросил мальчик, шмыгнув носом. — Я ведь раньше их не носил.

— Пусть только попробуют, — сурово буркнул Чонгук, но тут же смягчил тон, мягко опустив ладонь на плечо сына. — Минхёк-а, ты у меня самый умный и сильный. Ничего и никого не бойся, а если будут трудности, то, пожалуйста, родной, поделись со мной. Хорошо?

Мальчик в ответ кивнул, немного успокоившись.

Повернувшись, Тэхён заметил знакомую широкую спину и татуировки на руках, невольно улыбнулся.

— Чонгук! — весело окликнул Тэхён, подходя ближе. — Сына привёл?

Чон резко повернулся на голос. При виде Тэхёна в элегантном костюме его сердце затрепетало как обезумевшее. Он невольно скользнул взглядом по идеальной линии шеи мужчины и каштановым прядям.

— Привет, — Чонгук позволил себе открытую, тёплую улыбку. — Да, вот, привёл своего маленького гения.

— О, Минхёк, привет, — тут же отозвалась Сонми, увидев предмет своего воздыхания. — Познакомься, это мой папа, Ким Тэхён. Скажу по секрету, он очень вкусно готовит, даже лучше, чем мама.

— Здорово, а это мой папа, Чон Чонгук. Он правда не умеет готовить, но он классный.

Чонгук и Тэхён замерли, уставившись друг на друга. Глаза Тэхёна округлились, а Чонгук медленно перевёл взгляд с весёлого лица Сонми на её отца.

— Ким… Сонми? — очень медленно, словно пробуя слова на вкус, переспросил Чонгук. Его голос упал до опасного баритона. — Ким Тэхён… папа Ким Сонми? Тот самый из чата?!

Тэхён сглотнул, чувствуя, как краска заливает шею. Он судорожно вспомнил свои сообщения про «филиал борделя» и «аттракцион невиданной жадности».

— А ты… Чон Чонгук? Папа Минхёка?! — Тэхён вытаращил глаза, невольно делая полшага назад. — Индюк, который всю неделю топил за рулонные шторы и доводил председателя родительского комитета до нервного тика?!

— Ах ты… ! — Чонгук аж задохнулся от возмущения. — Так это ты надо мной издевался в сети?! Писал, что у моего сына проблемы с координацией движений?!

— Я издевался?! — вскинулся Тэхён, воинственно выставляя подбородок. — Да ты сам обзывал мои жалюзи лапшой! И вообще, кто первый перешёл на личности, а, «эксперт по сборке мебели»?!

Дети смотрели на своих отцов как на двух абсолютно умалишённых существ. Сонми выразительно покрутила пальцем у виска и конфиденциально шепнула Минхёку:

— Мой папа иногда бывает откровенно тупеньким, когда дело касается бытовухи. Но зато он вкусно готовит тосты с сыром и блинчики. А, ну это я уже говорила.

— Мой не лучше, — понимающе вздохнул Минхёк, поправляя очки. — Пишет что-то в телефоне и лыбится, как дурачок. А ещё каждых раз плачет, когда Титаник тонет.

Пока отцы с жаром продолжали выяснять отношения, размахивая руками и вспоминая друг другу грехи из чата, дети продолжали ждать, когда же всё-таки вспомнят про их существование.

— Отец, скоро занятия начнутся, нам нужно в класс, — попытался привлечь внимание Минхёк — реакции ноль. После нескольких безуспешных попыток, Сонми расстегнула боковой карман своего рюкзака и извлекла оттуда увесистый серый булыжник с красными вкраплениями.

— Попробуем по-другому, — девочка ткнула пальцем в булыжник, демонстрируя его.

Минхёк испуганно округлил глаза за своими круглыми стёклами:

— Погоди, Сонми, может, не надо…

Договорить он не успел. Сонми поудобнее перехватила камень, прицелилась, сделала замах и с силой швырнула его прямо в большое, сверкающее чистотой окно первого этажа — как раз туда, где красовалась свежая вывеска «1 класс».

ДЗЗЗЗ-БЭМС! ХРУСТЬ!

Звук разлетающегося на тысячи мелких осколков стекла эхом разнёсся по всему школьному двору. Толпа школьников и мамочек мгновенно затихла. Музыка из динамиков на секунду показалась слишком громкой, а затем кто-то из родительского комитета испуганно ахнул.

Чонгук и Тэхён замерли на полуслове. Тэхён так и остался стоять с поднятым указательным пальцем, а Чонгук медленно обернулся на звук катастрофы.

В раме первого этажа зияла огромная, рваная дыра. Осколки стеклопакета висели и искрились на весеннем солнышке, осыпав стоящий под окном декоративный куст кусками битого стекла. На подоконнике с той стороны класса медленно шевелилась старая оливковая штора.

Сонми гордо сложив руки на груди, повернулась к Минхёку и авторитетно заявила:

— Сработало!

Тэхён наконец-то закрыл рот, чувствуя, как у него начинает подёргиваться левый глаз. Он медленно перевёл взгляд на Чонгука. Тот с выражением сакрального шока стоял, уставившись на разбитое окно.

— Кажется… — хрипло выдавил Чонгук, потирая переносицу. — Теперь нам точно придётся решать вопрос не только со шторами. А ещё с остеклением. Наших детей только что заочно отчислили с первого класса.

Тэхён нервно и тихо рассмеялся, хватаясь за голову:

— Зато мы сразу нашли общий язык. Кто куда, Чонгук… а мы, похоже, к директору.

— Мне определённо нравится твоя дочь, Тэхён.

— И мне, — выдал Минхёк, совершенно ошарашенный, но заворожённый масштабностью эксперимента.

— У меня только один вопрос. Сонми, зачем ты притащила булыжник в школу? — повернулся к дочери Ким.

— Как зачем? Он интересный, я хотела Минхёка удивить.

— Тебе это удалось, и не только его, — усмехнулся Тэхён.

— Я даже готов жениться, и удочерить её… — всё так же пялясь на дыру, выдал Чонгук.

— Не получится. Ты забыл? Я женат.

— Неа. Уже нет.

— В смысле?

— Я вообще-то на свидании хотел устроить сюрприз, ну да ладно, — Чонгук нажал на плей и протянул свой телефон Киму.

На экране появилась его Чонли. Она стояла на фоне дымящегося склона вулкана в тёплой куртке:

Экран погас, а Тэхён так и остался стоять столбом пялясь в него:

— Но… как?

— У меня всё ещё остались кое-какие связи, Ким Тэхён, — улыбнулся Чонгук.

— Ну тогда, это меняет всё дело. Детей в школу, а мы… за кольцами, — рассмеялся Тэхён.

— Ага, кто куда, а мы ЖЕНИТЬСЯ…

Но это уже совсем другая история… 💖