NVision 

— Милт, чего так долго? — наконец собравшись с мыслями и перебрав в уме последние события, решил я озвучить некоторое негодование. — Сколько тебе нужно бубнить ради одного заклинания?
 
— Я закончила заклинание ещё в середине вашей стычки... — девушка выпустила меня из объятий и кинулась в объяснения: — Но волк слишком шустрый, и я никак не могла подловить момент, чтоб попасть наверняка.
 
— Ясно, — принял я её разумные доводы, — и моментом оказался его незапланированный козырь. Зато теперь мы знаем, нафига ему был нужен рог.
 
— Прости, — смутилась Милт. — Я не знала, что он на такое способен.
 
— У меня сложилось мнение, что ты эдакая учёная-всезнайка, — озвучил я свои впечатления о Милт.
 
— Вот ещё! — возмутилась девушка. — Ты знаешь, сколько всяческих монстров существует?! Я изучала историю, магические искусства и другие фундаментальные науки, а не анатомию лесной твари! Да и ты хоть представляешь, сколько стоит подробный бестиарий?
 
«Да уж, несмотря на всю учёную браваду, Гермиона из неё так себе. Придётся самому собирать важную информацию для последующих заданий, — пришёл я к логичному выводу, — а то в следующий раз нас схавает какая-нибудь тварь с невидимостью или того хуже».
 
— Слушай, а что с волком делать будем? Его туша ценная? — наконец озвучил я насущный финансовый вопрос.
 
— Ну, думаю, рог точно можно продать, — заключила Милт. — Раз он им магией швыряется, значит, рог — отличный проводник магии.
 
— А остальная туша?
 
— Понятия не имею, — призналась напарница. — В любом случае мы эту тушу не утащим.
 
— Твоя правда, — согласился я и подошёл к поверженному обидчику.
 
Схватившись обеими руками за костяной нарост, я попытался его отломать, но тот не поддался. Тогда я упёрся ногой в череп серого гада и попытался со всей дури взять рог на излом. Мощный роговой отросток сидел в черепе намертво, и я быстро понял, что сил его отломать у меня не хватит.
 
— Милт, ты можешь его какой-нибудь магией отломать?
 
— Думаю, смогла бы, но без повреждений вряд ли, — протянула Милт. — Погоди, у меня есть идея.
 
Она сунула руку в свою походную сумку и выудила небольшой ножик, годный разве что в походе колбасу нарезать.
 
Окинув взглядом Милт, затем нож, затем рог, я тяжело вздохнул, понимая, какая изнурительная и идиотская работа меня ожидает. Девушка, заметив мою реакцию в стиле «ты издеваешься?», решила высказаться:
 
— Есть идеи получше?
 
— Нет, — едва пробубнил я, сдавшись, и пошёл пилить треклятый рог.
 
Ножик заскрипел по кости с мерзким звуком, оставляя лишь едва заметную царапину. Туша волка всё ещё пахла палёной шерстью. После пары фрикций этим кухонным инструментом руки, и без того забитые после схватки, окончательно налились свинцом.
 
Пока я пытался настроиться для монотонной рутины, услышал невдалеке треск сухих веток. Кто-то приближался.
 
Да ладно...
 
Мне хотелось выругаться, так как внутри меня всё перевернулось. Неужели мы привлекли ещё какое-то чудище? Милт также насторожилась, вскинула посох и, дабы не терять времени, начала бормотать под нос заклинание.
 
На наше счастье, из-за деревьев к нам вышел не очередной зверь, а человек. Коротко стриженный мужчина достаточно крепкого телосложения в кожаной кирасе и со здоровенным мечом за спиной. Он окинул нас взглядом и коротко произнёс:
 
— Наконец нашёл.
 
— Магнус? — удивилась Милт, бросив кастовать заклинание. — А ты тут что забыл?
 
Как только мысли пришли в порядок после ложной тревоги, я вспомнил встреченного путника. Тот самый авантюрист, гастрономические байки которого добавили мне седых волос в гильдии.
 
— Наша ледяная царица беспокоилась, что вы не справитесь, вот и попросила меня вас поискать, — наконец озвучил Магнус цель нашей встречи.
 
— Ледяная царица? Надя, что ли? — уточнила Милт свою догадку.
 
— Ага, она самая, — подтвердил здоровяк. — Она хоть и выглядит серьёзной недотрогой, но девушка добрая. Беспокоилась.
 
Магнус перевёл взгляд с нас на дохлого волка, а потом на меня — с мелким ножиком в руках.
 
— Сами его завалили? — скорее удивился авантюрист.
 
— Да, — горделиво выпалила Милт.
 
— Хоть и не без трудностей, — добавил я.
 
— Молодцом, — похвалил Магнус. — Я уж думал, найду вас побитыми или того хуже. — А затем сменил тему: — Малец, а ты чего сделать пытаешься?
 
— Рог отпилить, — буркнул я. — Напарница говорит, штука ценная.
 
— Ну да, ценная, — подтвердил опытный авантюрист. — Волчара им молнии швыряет, хороший проводник магии.
 
Я покосился на Милт, мол: «Даже этот мордоворот знает, а ты, вся такая учёная, — нет». Девушка, поймав мой укорительный взгляд, только хмыкнула и отвернулась — то ли горделиво, то ли смущённо.
 
— Ну-ка подвинься, — подошёл ко мне Магнус.
 
Я отступил от туши, а авантюрист, присев на корточки, взялся рукой за рог у самого основания и коротким движением надломил. ХРЯСЬ. Рог легко отломился от черепа, после чего Магнус бросил мне трофей.
 
«Ну и силища, — подхватив, поймал я добычу. — Я как только не корпел, а он играючи отломал эту хреновину». Осмотрев рог со всех сторон, я передал его Милт, которая, в свою очередь, спрятала потенциальный товар в сумку.
 
— Ну что, нужно возвращаться в деревню да закрывать заказ, — подытожила наше сегодняшнее приключение волшебница. — Магнус, ты с нами пойдёшь?
 
— Почему бы и нет, — пожал плечами авантюрист. — Я конкретно вас искал, а раз нашёл, сопровожу назад.
 
— Хорошо, тогда пойдём, — сказала Милт, после чего добавила: — Темнеть уже начинает.
 
— Погодь, — осадил её удивлённо Магнус. — А тушу че, бросать собрались?
 
— Ну да. Рог мы забрали, — подтвердила волшебница, — а остальное куда девать? Да и тяжёлая она.
 
— Вот же молодёжь... — неутешительно заключил опытный авантюрист. — Шкура-то денег стоит. Эх, правда, попортили вы её, весь бок обгорел. Да и клыки с когтями впарить можно, хоть и стоят они совсем мало.
 
Мы с Милт переглянулись, а Магнус продолжал:
 
— Да и мясо у волка хоть и не деликатес, но вполне годное. Деревенские за мясо, смотри, и бухнуть из погребов выкатят.
 
«Вот тебе и опытный авантюрист, — восхитился и одновременно огорчился я. — Я-то ладно, я вообще из другого мира. Но Милт-то куда смотрела? А, ну да, она же у нас учёная, клыки выбивать её в академии или где она там училась не учили».
 
Магнус неутешительно вздохнул — видимо, с мыслями: «Зелёные, что с них взять», — а затем нагнулся, легко взвалил тушу волка себе на широкие плечи, будто это был мешок с опилками, и кивнул:
 
— Вот теперь пошли.
 
Мы вышли из леса, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, озаряя окрестности оранжевыми сумерками. Деревня встретила нас огоньками в окнах и запахом дыма из печных труб. Первыми нас заметили два мужика с вилами, дежурившие у входа в деревню. Один из мужиков прищурился, потом вытаращился на огромную тушу волка на плечах Магнуса, затем на нас с Милт и радостно загомонил:
 
— Завалили гадину! — а затем обратился к своему напарнику: — Дуй за старостой.
 
Долго нам ждать не пришлось. Уже через минуту вся деревня ожила. Из домов высыпал народ и окружил нас, галдя, а местные детишки обступили Магнуса, с интересом рассматривая тушу здорового волка. Через пару минут на дорогу выскочил сам староста — запыхавшийся и в расстёгнутом кафтане.
 
— Свят, свят, неужто одолели подлеца! — радостно щебетал старик. — Долго вас не было, я-то грешным делом думал: «Ну не выглядят они как опытные авантюристы, сопляки совсем», думал, небось сгинули уже, а тут вон оно как.
 
Впрочем, винить старосту за его «оценку» я не мог. Если Милт и выглядела как авантюрист, то я уж точно походил скорее на бомжа.
 
— Будет вам, — вклинилась в его монолог Милт, — заказ-то закроете?
 
— Конечно, конечно, — старик чуть не приплясывал. — Столько скотины перебил, гадина. Теперь-то заживём как было.
 
— Старик, — вдруг подал голос наш опытный провожатый, — темнеет уже, на ночь не приютите?
 
Радостное лицо старосты сменилось задумчивым.
 
— Отчего ж не приютить, — наконец выдал глава деревни. — Вы ж авантюристы, а не бродяги какие.
 
— Ну тогда тащите дрова да разжигайте костёр! — выдал Магнус. — Да и бухло не забудьте!
 
Он без лишних церемоний сбросил тушу волка прямо под ноги, и та лишь грузно ухнула, а деревенские затихли.
 
— Что? — не понял староста.
 
— Дед, чего непонятного? — ответил на его замешательство авантюрист. — Мясо жарить будем, пирушку закатим.
 
Мужики из толпы оценили предложение:
 
— Дело говорит!
 
— Зажарим гадину!
 
— Ух, надерусь сегодня! — впрочем, последний радостный возглас быстро сменился извинениями, так как любитель выпить получил по голове от крупной дамы, видимо, супруги, котоаря сопровождала домашнее насилие словми «Я тебе надерусь, скотина такая».
 
Староста тут же включил режим хозяйственного мужика и начал раздавать команды во всё горло:
 
— А ну! Алик, Гинн, чего встали?! Свежуйте тушу! Детвора, тащите столы на улицу! Бабы, доставайте из погреба заначки да сюда тащите! Нынче празднуем!
 
Толпа загудела одобрительно. Мужики быстро подхватили тушу и потащили разделывать. Бабы начали суетиться с костром и вертелами. Дети с визгом бегали вокруг. Да я и сам обрадовался перспективе насладиться жареным мясом, так как в животе у меня урчало. Ещё бы, два дня исключительно на завтраке.
 
Мы с Милт отсели в сторону, под навес, где уже стояла лавка. Я плюхнулся, чувствуя, как ноги гудят.
 
— Ну и денёк, — выдохнул я.
 
— Не поспоришь, — подхватила Милт.
 
Подошёл Магнус, сел рядом и хлопнул меня по плечу:
 
— Молодцы, молодняк. Я, честно, не думал, что вы эту зверюгу завалите.
 
— В какой-то момент мы и сами думали сдаться, — хоть и довольная похвалой, Милт решила быть честной.
 
— Есть такое.
 
— Не сдались же, — подбодрил нас Магнус, — а это уже половина победы. К слову, пацан, как там тебя...
 
— Скип, — напомнил я, а авантюрист протянул мне для рукопожатия руку.
 
— ...у тебя ж поварская специализация.
 
— Как оказалось, нет.
 
— Что, правда? Ну звиняй, звиняй, — не слишком заморачиваясь, извинился Магнус, скорее для проформы. — Так а что у тебя за талант-то?
 
— Если честно, — затянул я, — сложно объяснить.
 
— Ну и забей, — не стал настаивать Магнус, так как его интерес быстро сместился на сосуды, которые несли крестьянки. — Ну, развлекайтесь.
 
Авантюрист поднялся со скамейки и радостно посеменил к своей «добыче».
 
Солнце уже окончательно скрылось за горизонтом, оставив деревню наедине с темнотой, и только огонь от большого костра да тут и там расставленные на столах свечи освещали импровизированную вечеринку. Огонь не стоял на месте — он дёргался, плясал, то выхватывал из мрака чьи-то раскрасневшиеся лица, то снова прятал их в тени. В оборот пошли первые куски мяса нашего недавнего противника, и в воздухе стал распространяться приятный запах жареной дичи, ещё сильнее напомнив мне, насколько я голоден. Вскоре молодая улыбающаяся девушка принесла нам с Милт по кружке.
 
Я принюхался к содержимому кружки, и в нос мне ударил аромат яблок, а осторожный глоток только подтвердил мою догадку, что напиток был чем-то вроде сидра, после чего я без лишних сомнений хорошо приложился к янтарной жидкости.
 
Милт сидела с кружкой в руках и устремлённым вперёд взглядом, рассматривала освещаемые огнём полуобразы и полутени.
 
— Знаешь, Скип, — не поворачиваясь ко мне, сказала девушка, — ещё пару часов назад я думала, что это один из худших дней в моей жизни, а сейчас скорее думаю противоположное.
 
Я уже был готов по привычке опошлить тупой шуткой всю романтику, но вовремя одёрнул себя. Не хотелось портить момент.
 
— Оно всегда так, — поддержал я тему. — Сперва ты ненавидишь трудности, а позже вспоминаешь с ностальгией.
 
— Не знала, что ты ещё и философ, — ухмыльнулась волшебница, сделав глоток.
 
— Нет лучше философа, чем человек, страдающий бессонницей, — выдал я ей лично выдуманную цитату.
 
Она лишь улыбнулась очередной моей мудрости, а затем сказала серьёзно:
 
— Спасибо, что не бросил. Там, с волком.
 
— А куда бы я делся? Ты единственная, кого я знаю в этом мире.
 
— В этом мире?
 
«Вот же болван, следи за речью», — сам себе я устроил мысленный нагоняй. Однако, на моё счастье, наш разговор прервал подошедший староста деревни.
 
— Ну, господа авантюристы, — начал глава деревни, подступая к нашему столу. — Своё слово вы сдержали, гадину извели. Вот ваша награда за заказ. Как и договаривались.
 
Он положил на стол увесистый кошель и продолжил:
 
— Развлекайтесь да не беспокойтесь, переночевать мы вас уложим.
 
— Мы точно не доставим никому хлопот? — поинтересовалась Милт, чувствуя неловкость. — Я могу оплатить ночлег.
 
— Будет вам, — разулыбался староста. — Вы нам целую тушу мяса на пирушку приволокли. Как же я с вас деньги возьму-то?
 
— Ну если так... — успокоилась Милт.
 
— Так, так, — не дал ей договорить старик. — Отдыхайте, а я и сам пойду к винцу приложусь.
 
На этом вопрос был закрыт, а староста в игривом настроении куда-то посеменил, очевидно — к тому самому винцу.
 
Мы с Милт ещё какое-то время болтали, вспоминали трудный бой и засады волка, но уже скорее с юмором, чем с досадой. Однако я уже не мог терпеть с пустым животом разносящийся по воздуху запах мяса, так что, извинившись, направился утолять голод жареной волчатинкой.
 
Уж не знаю, с голодухи ли или из-за того, что я сам с трудом его добыл, а может, всё вместе, но мясо мне показалось самым вкусным за всю мою жизнь. От души набив пузо, я решил не скромничать и прошёлся по местной выпивке, неплохо охмелев.
 
Милт чем-то заинтересовала местную ребятню, и они окружили её, прося рассказать про гильдию, авантюристов и магию. Магнус обнаружился весёлый и хмельной в компании местных дам. Ещё бы такой альфа-самец остался без дамского общества! Я же также решил не тушеваться и проявить интерес к местным девушкам, правда, оные вежливо улыбались мне и находили повод слинять. Я, видимо, и забыл, что выгляжу как побитый бродяга. Уж не помню как, но по итогу я оказался в компании каких-то мужиков и, ещё больше охмелев, травил байки про победу над волком и чёрт пойми что ещё, а где-то заполночь или даже позднее нас распределили на ночлег. Меня определили в дом местного холостяка, а Милт приютила семья с тремя дочерьми. Магнус же сам нашёл где приютиться... или с кем приютиться...
 
Ранним утром, когда любой уважающий себя задрот ещё только задумывается о сне, меня разбудил хозяин хаты. В тот же момент выяснилось то, что утро ни черта не доброе. Голова гудела, во рту была дикая сухость и чувство, будто коты всю ночь отплясывали на языке, а мышцы ног ломило после вчерашних забегов.
 
Вывалившись на свежий воздух, я первым делом направился к колодцу, возле которого собрались местные мужики с сушняком и болтали между собой, будто бы офисный планктон около кулера. Несмотря на раннее утро, деревня жила полной жизнью. Курицы кудахчут, коровы мычат, а деревенские слоняются по делам.
 
Сполоснув физиономию и более-менее придя в чувство, я заметил Милт. Напарница стояла и выглядела куда свежее меня. Ни перегара, ни кругов под глазами. Только волосы слегка в растрёпку. К тому же я заметил у неё в руках скрученную шкуру. Видимо, пока я приходил в себя, она уже успела забрать наши трофеи, оставшиеся после разделки туши.
 
— Очухался, «герой»? — с лёгкой ухмылкой спросила волшебница, подступая ближе. — Слышала я вчера твои байки. Если верить твоим словам мужикам у костра, ты вчера с волчарой в рукопашку дрался, пока я пряталась в кустах и ману копила.
 
— Стоп! — я выставил руку вперёд ладонью вверх. — Ничего не рассказывай.
 
— А? — не поняла она.
 
— Я всегда выпив несу всякую чушь, за которую мне потом стыдно, но, к счастью, всегда забываю, что творил, — кинулся я в объяснения, — а того, чего я не помню, не происходило.
 
— Да неужели? — с хохотком произнесла волшебница, сохранив в памяти неприятный для меня «компромат».
 
— Жив-то хоть? — позаботилась о моём состоянии Милт, сменив тему.
 
— Ноги ломит так, будто бы я вчера марафон пробежал. Минуточку... Так я и пробежал!
 
Не знаю, что хотела на это сказать Милт, так как не заставил себя долго ждать и наш опытный товарищ. С довольной, как у кота после ночных «приключений», рожей к нам присоединился Магнус:
 
— Что, молодняк, оклемались?
 
— Всё отлично, — подтвердила Милт.
 
— Угу, — пробубнил я, хоть ноги у меня ныли, голова всё ещё немного гудела, а глаза щурились от проклятого солнца.
 
— Ну тогда в путь.
 
***
 
На радость моим ноющим ногам, в Столт из деревни нас подвёз на телеге один из деревенских, который вёз в город товары на продажу. Часть пути, а может и весь, Магнус травил то ли байки, то ли истории из своей жизни, но я быстро отрубился и спал до самого города, несмотря на «жёсткую подвеску» нашего транспорта.
 
Столт встретил нас привычным шумом, запахом навоза и свежей выпечки. Распрощавшись с возницей, мы первым делом направились прямо в здание Гильдии.
 
Народу в зале было немного, видимо, основные группы уже разбрелись по заказам. За стойкой восседала Надя — всё такая же собранная и невозмутимая.
 
— Живые, — сухо констатировала «Ледяная царица», когда мы приблизились к её столу, и окинула нас оценивающим взглядом. — Видимо, не зря я попросила Магнуса за вами отправиться.
 
— Наденька, будет тебе, — разулыбался авантюрист. — Когда я их нашёл, они уже сами волка уделали.
 
Надя не смутилась уменьшительно-ласкательному обращению здоровяка, а только поправила очки — будто бы для того, чтоб внимательнее нас рассмотреть.
 
— Правда? — с сомнением сказала регистратор.
 
— А на кой мне тебе лгать? — ответил вопросом на вопрос Магнус.
 
— Удивили, — заключила Надя. — Ещё и не пострадали, как я погляжу.
 
— Ну это как сказать, — вклинился я в диалог. — Седых волос этот волк нам точно добавил.
 
— Это точно, — подтвердила Милт.
 
— Видимо, зря я беспокоилась и попросила тебя за ними присмотреть, — не оценила наше нытьё Надя, обращаясь к Магнусу.
 
— Да не парься, — по-свойски выпалил авантюрист. — Я неплохо повеселился, да и молодняку преподал пару уроков. — Магнус состроил довольную мину, видно, вспоминая ночные похождения. — Ладно. Молодняк, Наденька, дальше уж сами.
 
Магнус кивнул нам и регистратору и пошёл на выход из гильдии.
 
Милт же выудила из сумки дощечку от старосты с подтверждением заказа.
 
— Милт, — обратилась к моей напарнице Надя, не отводя глаз от таблички и заполняемых ею бумаг, — рекомендую задуматься о повышении ранга.
 
— Думаешь? — не то чтобы вопрошая, а скорее горделиво ответила Милт.
 
— Да, думаю, бронза тебе уже вполне по силам. — Затем Надя наконец оторвалась от бумаг и окинула меня взглядом: — Твой напарник планирует официально зарегистрироваться или его устраивает предранг?
 
— Естественно, планирую! — возмутился я. — На сегодня это планируется как одно из главных моих достижений!
 
— Одно из? — расставила девушка акценты. — Полагаю, другим достижением будет покупка новой одежды?
 
Вот уж дамочка. Холодная, но порофлить над моим непрезентабельным видом только рада.
 
— А это вторая прерогатива в моей повестке дня, — подтвердил я её шуточное предположение.
 
Надя слегка нахмурила брови, что, видимо, было её проявлением удивления. Видимо, её смутило то, что оборванный деревенщина сыплет заумными словами. Однако вопросов, в отличие от Милт, по этому поводу она не задавала.
 
— У меня к тебе ещё дело, — сказала регистратору Милт. — Трофеи надо продать.
 
Она полезла в сумку и вскоре выложила на стол волчий рог, клыки и когти, а я поудобнее перехватил скрученную в рулон шкуру, как бы показывая: «И вот это».
 
Надя взяла в руки рог, повертела, внимательно осмотрела и заключила:
 
— Не повреждён, отличное состояние. 30 медяков. — Затем она перевела взгляд на горстку когтей и клыков: — За это 2 медяка. — И прояснила: — Ценности для артефактов никакой, разве что на украшения ремесленникам.
 
«Живём! — подумалось мне. — Кроме награды за квест ещё и надбавка за лут». Однако мои мысленные ликования прервала регистратор, которая попросила развернуть рулон, который я держал под мышкой. Видимо, не особо хотела сама взаимодействовать со свежей, недублёной шкурой.
 
Надя внимательно присмотрелась к провисшей к низу шкуре, которую я взял за два угла, вытянув руки перед собой. Увидев, что половина шкуры обуглена, она перевела взгляд на Милт как на очевидного виновника. Милт же не стала оправдываться, а просто пожала плечами, мол: «Ну а что поделать?».
 
— За шкуру дам 10 меди. Думаю, не стоит объяснять, почему так мало.
 
— Не стоит, — в унисон выдохнули и я, и Милт.
 
Впрочем, расстраиваться было нечему, ибо в кошеле насобиралась неплохая сумма.
 
По итогу Надя забрала наши трофеи, кроме шкуры, которую попросила меня поставить сбоку от стойки регистратора, и выложила на стол россыпь монет. Милт, пересчитав, бережно сгребла их в кошель с наградой от старейшины.
 
Покончив наконец с нашим заданием и трофеями, Надя скрылась под стойкой, а появившись снова, выложила на стол некий артефакт. Он представлял собой пластину, похожую на каменную, которая была усыпана тут и там разноцветными драгоценными камнями и испещрена тянувшимися от камня к камню линиями, рунами и пентаграммами. Она подняла на нас взгляд, а затем три раза стукнула полусогнутым пальцем по столешнице. До меня не сразу дошло, что происходит, но когда Милт начала отсчитывать монеты и положила горсть туда, куда стукнула пальцем регистратор, до меня наконец допёрло: «Точно же, моя регистрация».
 
Надя взяла чистую металлическую пластину и положила в прямоугольную нишу аккурат по размеру на артефакте, а затем открыла футляр и достала оттуда массивную, угрожающего вида иглу, скорее напоминающую металлический мини-кол. У меня было плохое предчувствие, а ещё хуже оно стало после того, как Надя протянула иглу мне.
 
— Ээээ... — затянул я. — И что с этим делать?
 
— А разве не очевидно?
 
— Допустим, не совсем... — ответил я, хоть и догадываясь, к чему всё идёт.
 
— Проткни палец и приложи сюда, — ответила Надя, указав на нишу в артефакте.
 
— А поменьше иголки у вас не найдётся? — с надеждой или в попытке отсрочить неизбежное протянул я.
 
— Скип, не будь слюнтяем! — отчитала меня Милт.
 
Взяв в руку иглу, я начал её осматривать, «примерять» к пальцу, а затем попытался найти решимость, так как не знал, где успел её потерять.
 
— Ну прямо как маленький, — окинула меня строгим взглядом «Ледяная царевна». — Дай сюда. — Она забрала у меня иглу, а затем взяла за руку и притянула к себе.
 
Понимая, что сейчас произойдёт, я стиснул зубы, зажмурился и отвернул голову — прямо как ребёнок в кабинете сдачи анализов. Надя же, как заправский медработник, кольнула меня иглой и приложила кровоточащий палец к артефакту. Она разве что не сказала: «Сейчас укусит комарик», — для более каноничного образа.
 
— Ой! — озвучил я то, что сейчас чувствовал.
 
— Серьёзно, какой с тебя авантюрист, если таких мелочей боишься?
 
— Ну простите, — начал я язвительно защищаться после сценки, выставившей меня в невыгодном свете. — Просто у меня чрезвычайно обострён инстинкт самосохранения.
 
— Как скажешь, — решила не продолжать эту игру девушка, после чего взяла из футляра кусочек ткани и смочила жидкостью из синего флакона. — На, приложи.
 
Я сделал, как она велела, и — о чудо! — рана на пальце начала затягиваться. Неужели лечебное зелье? Знал бы заранее, может, так не боялся бы...
 
— А ты боялся, — будто прочитала мои мысли Надя.
 
— Слюнтяй, — в более грубой форме поддержала её Милт.
 
Мне хотелось им ответить как следует, но моё внимание сместилось с обиды на артефакт. От места, куда я приложил палец, по линиям и надписям потекли синие струи света, которые в конечном итоге сошлись на нише с пластиной, после чего засияла сама пластина. А когда свет потух, я заметил на куске металла герб гильдии и надписи.
 
Надя достала пластину, внимательно осмотрела и передала мне:
 
— Держи, «авантюрист». — Последнее слово скорее звучало как издевательство, а не констатация моей официальной регистрации.

После пары часов неспешной прогулки по тракту мы наконец свернули к нужной деревне. Хоть это и иномирье, но деревня типичная даже для меня, представляла собой широкую утоптанную дорогу с разветвлениями, вдоль которой возвышались небольшие дома из бруса. Тихую идиллию нарушали только играющие тут и там дети и кудахтанье куриц, а дополнял атмосферу привычный для таких мест запах навоза.
 
Зайдя в деревню, Милт окинула взглядом местных в поисках взрослых и, отыскав, обратилась к идущей по своим делам с корзинкой девушке.
 
— Извините, а где нам найти старосту?
 
— Вы, наверное, авантюристы из гильдии? — обратив на нас внимание, обрадовалась девушка.
 
Она подозвала местную ребятню и бросила им:
 
— Бегите к старосте, скажите, что авантюристы пришли, — а затем обратилась к нам: — Вы с заказом на этого треклятого волка пришли?
 
— Да, — ответила моя напарница, а деревенская облегчённо завела свою пластинку:
 
— Наконец-то избавите нас от этой гадины. Этот волк столько животины утащил. Одним богам известно, когда на людей кидаться начнёт. За детишек боязно.
 
Она всё продолжала чехвостить лесного обидчика и негодовать о скоте, деревне, бедных детишках, но на наше счастье объявился староста, а кроме того, мы начали обрастать толпой местных — видимо, детишки не только позвали старосту, но и каждому встречному гомонили, что объявились авантюристы.
 
— Вы из гильдии с заказом на волка? — спросил старейшина и бросился пожимать руку Милт, а затем и мне, хоть и покосившись на сомнительного вида голодранца, явно не походившего на сильного авантюриста.
 
— Да, — снова ответила Милт, на сей раз старейшине. — Расскажите поподробнее, что за волк, когда нападает, чтобы мы знали, с чего начать.
 
— Да что тут рассказывать? — ответил старейшина вопросом на вопрос, но, не дожидаясь дополнительных, вывалил всё с подробностями: — Неделю назад пару наших видели волка вблизи деревни, а затем эта гадина начала на скот нападать. Вчера вон у Алика молодого бычка задрал.
 
— А когда обычно нападает?
 
— Да и днём и ночью, наверное, как проголодается. Днём мужики вокруг деревни караулят, чтобы на детишек не напал, а ночью все по домам закрываются.
 
— А где нападает? — продолжила уточнять моя более опытная напарница. — По всей деревне?
 
— Ну… — задумался глава деревни. — Скотину он задрал у тех, кто на севере деревни живёт, да и видали его чаще на севере у леса, может, там и обитает эта гадина.
 
По лицу Милт было видно, что она наконец добилась необходимой информации, и, недолго думая, она обратилась к старейшине:
 
— Ясно, попробуем избавить вас от этой гадины, — заразилась она местным словом-паразитом, а затем, окинув взглядом переговаривающуюся и галдящую толпу деревенских, добавила: — За нами ходить не нужно, будьте в деревне и за детьми смотрите, а то ещё чего из любопытства пойдут за нами и в худшем случае зверя спугнут, а того и хуже.
 
Старейшина начал кивать и интенсивно выражать согласие, а после раздавать указания деревенским, а мы поплелись на север деревни.
 
***
 
Пройдя насквозь всю деревню, мы вышли на просторное поле и направились в сторону леса.
 
— Скип, — обратилась ко мне Милт, — давай повторим план.
 
— Лишним не будет, — согласился я.
 
— Итак, план такой, — начала моя напарница. — Мне нужно время, чтобы скастовать заклинание, но волк этот достаточно проворный и явно не будет ждать, так что твоя задача отвлекать его. В ближнем бою ты ему вообще не противник, так что просто бегай недалеко от него, шуми и всячески отвлекай его на себя.
 
«Звучит, конечно, крайне сомнительно, но я добровольно на это подписался, а потому и ёрничать нет смысла», — и я просто коротко ответил:
 
— Ага, — а затем поинтересовался: — Слушай, Милт, а как мы его вообще искать будем?
 
— Как, как. Просто будем ходить и искать.
 
— Звучит крайне сомнительно, — подытожил я свой скепсис. — Мы так до второго пришествия можем его искать.
 
— Второго чего? — не поняла девушка.
 
— Не бери в голову. Говорю, мы так его вечность можем искать.
 
Милт скривилась на очередной непонятный термин, но не стала озвучивать негодование, а ответила:
 
— Глупости. Он не первый день в деревне на скот нападает, а значит, и смысла ему уходить глубоко в лес нет, наверное, рядом и обитает, рано или поздно натолкнёмся.
 
— Будем надеяться, — хоть и скептично, согласился я, а наш горе-отряд, тем временем, преодолев поле, вошёл в лес, где, как и в прошлый раз, я начал устраивать шопинг, осматривая местный валежник.
 
Спустя непродолжительное время я возликовал, найдя неплохой природный дубинал, и поднял его высоко над головой, будто бы герой с какого-то постера.
 
Милт, лицезрея мои театральные потуги, разве что не сделала фэйспалм, но решила подыграть.
 
— Что на этот раз? Назовёшь «Несокрушимый»?
 
— Банально, — не оценил я её старания. — Назову его Латандер!
 
***
 
Следующие полтора часа мы вышагивали по лесу, но встретили только пару белок и зайца.
 
— Стой! — почти шёпотом, но резко одёрнула меня Милт.
 
Впрочем, нужды в этом не было, так как я сам уже остановился, одновременно с ней увидев разыскиваемую нами «гадину».
 
На небольшой полянке расположилась серая туша и нежилась на солнце. Как я и представлял, это был волк с одиночным рогом посреди черепа чуть выше глаз, но чего я не представлял, так того, что размером он был гораздо крупнее обычного волка.
 
Однако не остались незамеченными и мы, так как волк повёл ухом, то ли учуяв, то ли услышав нас, открыл глаза и, окатив нас взглядом, поднялся, начав скалить острые клыки.
 
Не сговариваясь, Милт вскинула посох и начала кастовать заклинание, бормоча себе под нос какие-то слова, а я сорвался с места, набирая скорость банни-хопом, и начал истошно орать, привлекая внимание противника.
 
— Эээээййй!!! АААААА! Ко мне, волчара! — набрав приличную скорость, я маневрировал около волка, сохраняя, как мне казалось, безопасную дистанцию метров в десяти-пятнадцати от него. — Иди сюда, шерстяной переросток!
 
Я продолжал выполнять свою часть плана, надеясь на заклинание Милт, а волк взглянул на меня, потом на Милт, посох которой уже начал светиться огнём, и сделал выбор не в мою пользу, состроив мне гримасу.
 
«Он что, ухмыльнулся?» — я продолжал носиться и орать, но волк и бровью не повёл, успешно на меня забив.
 
Планы, конечно, штука ненадёжная, и часто судьба вносит в них свои коррективы, вот и в этот раз всё пошло наперекосяк. План был простым. Идиотским, но простым. Но волк оказался не идиотом. Милт, не успев закончить каст и обнаружив, что мохнатая гадина несётся на неё, прервала заклинание и бросилась наутёк, что-то вопя от страха. Я же отметил, как шустро она бегает. «Ну да, жить захочешь, не так побежишь».
 
Наша охота в одночасье превратилась в какой-то цирк. Я ожидал, что буду бегать от волка. А вместо этого я, крича ругательства, прыгаю за волком, который бежит за Милт, а замыкающая эпичное шествие девушка орёт так, что с близлежащих деревьев срываются птицы.
 
«Что делать, что делать, что делать», — я лихорадочно напрягал извилины. Однако время думать не было, так как Милт начала сдавать позиции, а волк неминуемо её догонял. Не придумав ничего лучше, я рванул вперёд, ускоряясь, обогнал волка и подхватил Милт прямо на бегу, закинув её на плечо как мешок картошки. Она только взвизгнула, а я продолжил набирать скорость, несмотря на дополнительный груз.
 
Спустя некоторое время я нёсся с настолько большой скоростью, что лес начал размываться.
 
— Стой! — завопила Милт, начав стучать меня по спине. — Мы уже далеко убежали!
 
Вперёд меня гнал адреналин, а не логика, и слова Милт меня отрезвили, и я отменил инерцию ранее заученным способом, резко остановившись.
 
— Отпусти, — сказала девушка, а я же аккуратно опустил её на землю.
 
— Я думала, умру! — чуть ли не рыдала Милт. — Дважды!
 
Однако мне было совершенно не до её негодований, так как сказалась моя физическая подготовка, которая, скажем так, ниже среднего. Руки тряслись, я жадно хватал ртом воздух, а во рту была пустыня, будто бы я пробежал марафон.
 
— Воды, — взмолился я.
 
— Сперва я думала, что меня загрызёт волк, — не унималась моя напарница, — а затем, что расшибусь о дерево.
 
Однако, к моей радости, хоть она и продолжала свои негодования, но потянулась к поясу, а затем передала мне бурдюк.
 
— Ну... по крайней мере... мы живы, — с трудом я произнёс, чередуя слова со вздохами, а затем начал жадно хлебать воду.
 
— Ой нет! Мой посох! — вдруг вскрикнула Милт и залилась горючими слезами, только сейчас заметив пропажу.
 
Вот те раз. Наши потери оказались куда серьёзнее, чем я предполагал, так как помимо ущемлённой гордости мы лишились и оружия нашего главного, а точнее единственного дамагера. Видимо, выронила, когда удирала от волка или когда я закидывал её на плечо.
 
— Проблема, — протянул я, словно пробуя слово на вкус.
 
— Что мне теперь делать? Как мне без посоха?
 
— Да вернём мы твой посох, — решил я утешить девушку. — Не будет же этот волк там до второго пришествия сидеть? Переведём дух и пойдём назад.
 
На удивление, мои доводы успокоили девушку, и та молча кивнула, а затем спросила:
 
— Что за второе пришествие? Второй раз уже от тебя слышу.
 
— Не бери в голову. Так, метафора из моих родных краёв.
 
Образованную Милт мой ответ не устроил, но допытывать она не стала, учитывая, что я всё ещё жадно хватал воздух после забега.
 
Отдых в минут пятнадцать вернул былую бодрость, хоть мышцы ног после перенапряжения ныли и слегка подрагивали.
 
— Ладно, — встал я. — Пора выдвигаться, надеюсь, волчара уже свалил.
 
— Надеюсь, — подхватила моя напарница, и мы двинулись в путь.
 
После забега я напрочь потерял ориентацию, не понимая откуда припрыгал, да и не было времени искать во время поспешного отступления ориентиры, благо Милт в пространственной ориентации была куда лучше меня.
 
— Слушай, Милт, этот волчара разумный?
 
— Понятия не имею, — выпалила она. — По меркам зверя — может, и да.
 
— Зуб даю, этот гад мне ухмыльнулся, прежде чем побежать за тобой.
 
— Да ну, может, тебе показалось? — скептически ответила девушка.
 
— К слову, а накой чёрт ему рог?
 
— В смысле? — не поняла она вопрос. — Он есть, и всё тут. Глупый вопрос. Зачем тебе рука? — съязвила Милт.
 
— Мне рука нужна, чтобы держать палку, инструменты и так далее, — пустился я критиковать её сарказм. — Рога нужны всяким копытным, чтобы защищаться, а у этого мохнатого полный рот клыков и когти до кучи. Вот и нахрена ему рог?
 
Милт на мгновение даже задумалась над моими словами, но быстро отмахнулась:
 
— Родился с рогом, значит, для чего-то нужен.
 
Я решил, что нет смысла дальше развивать тему, так как эволюция и изменчивость видов для девушки пустые слова, тем более что и сама Милт осадила меня:
 
— Тихо, то место где-то здесь, — прошептала моя напарница.
 
С этого момента мы начали красться как заправские трикстеры, стараясь ступать тише мышей. Ноги всё ещё ныли, но адреналин делал своё дело — я почти не чувствовал усталости. Только где-то в груди колотился чёртов барабан.
 
Поляна встретила нас пустотой. Волка не было.
 
— Где посох? — прошептал я.
 
Милт оглядывалась, будто зверь мог выпрыгнуть из-за каждого дерева. Я её понимал.
 
И тут я заметил. Под большим раскидистым кустом, почти у самого входа на поляну, в траве блеснуло навершие посоха. Милт обрадовалась находке, и мы аккуратно посеменили к кусту.
 
В приподнятом настроении Милт взяла посох и разве что не обняла его. Однако трогательное воссоединение омрачила высунувшаяся из куста хитрая морда волка. Она разве что «Бу» не сказала, чтобы окончательно превратить сцену в хоррор.
 
Хоть я и отношусь к виду человек разумный, но разум включиться не успел, а взяли верх инстинкты. Совершенно не думая, я в мгновение схватил Милт в охапку, закинул на плечо и снова дал драпа, набирая скорость распрыжкой и успел заметить только мелькнувшее оскаленное рыло, которое мне представилось усмешкой.
 
***
 
И снова мы едва унесли ноги. И снова мы на какой-то прогалине. И снова я запыханный до смерти.
 
Милт, видя мою одышку, даже без просьб сразу всучила мне бурдюк с водой, к которому я снова незамедлительно приложился.
 
— Вот же... хитрый ублюдок.... — пытался я и дышать, и выплёскивать своё негодование. — Да он над нами угарает! Он специально ждал у посоха!!!
 
— Похоже на то... Он разумнее, чем я думала, — подтвердила Милт.
 
— Ну нет. Я не успокоюсь, пока не уделаю этого гада! Милт!?
 
— А?
 
— Мы просто обязаны одолеть ублюдка! — не унимался я. — Нужен новый план.
 
— Я не спорю, — ответила девушка. — Но нас всего двое, да и способности не шибко разнообразны, чтобы у нас были варианты...
 
— Кажется, у меня есть идея, — в моей голове зрел не ахти какой, но план.
 
— Да? — заинтересовалась Милт, показывая всем видом внимание.
 
— Точнее, всё по старинке, но поменяемся местами.
 
— Теперь я тебя буду на плече уносить? — неожиданно выпалила Милт.
 
— Что? Нет... — я даже растерялся, но, окинув взглядом Милт, понял, что та решила отпустить шутку. — Тьфу ты... У тебя оказывается есть чувство юмора.
 
— Ну естественно есть, — возмутилась девушка. — Просто твой юмор странный.
 
Впрочем, подкол Милт разрядил обстановку и отрезвил мне голову.
 
— Ладно, в сторону шутки. Я серьёзно предлагаю поменяться местами.
 
По лицу Милт было видно, что перспектива быть приманкой ей совсем не улыбает, но я не дал ей возможности возразить.
 
— Он так и так в первую очередь нападает на тебя, так как меня за говно считает.
 
— Да, но...
 
— Делаем всё то же самое. Я кидаюсь на него, он думает, что я отвлекаю, а ты кастуешь, — продолжал я. — Однако на сей раз я буду его атаковать. Сдохну, но уделаю эту падлу.
 
Не знаю, говорила во мне решимость или гнев, но так или иначе я был намерен поквитаться с волком.
 
— По сути это не новый план, а изменённый старый, — бросился я в объяснения. — Если он из-за моих атак отвлечётся на меня, ты мочишь его магией, если кинется на тебя, я буду пытаться его замочить.
 
По виду девушки было видно, что она вообще не хотела бы третий раз связываться с рогатым переростком, но либо финансовое положение, либо сегодняшние унижения пересилили нерешимость.
 
— Попробуем. Но Скип!
 
— Ась?
 
— Если запахнет жареным, хватай меня и уносим ноги, — дополнила план девушка. — Моя задница ценнее, чем награда за эту тварь.
 
— Согласен, задница у тебя что надо.
 
Милт оценила мой пошлый комплимент и, раскрасневшись, одарила ударом посоха по макушке.
 
— Эй, аккуратнее! Пришибешь же! — я почесал ушибленный затылок, но уголок губ сам полз вверх.
 
Милт только фыркнула, хотя румянец с её щек сползать не спешил.
 
— На это и надеялась.
 
По крайней мере, наша перепалка ещё больше разрядила обстановку перед боем.
 
Отдохнув наконец и собравшись с силами, я встал.
 
— Ну что, третий трай.
 
Милт очевидно не знала последнее слово, но из контекста произошедших с нами событий поняла, что речь о третьей попытке, а потому не стала, как обычно, переспрашивать, а лишь подтвердила:
 
— Пошли.
 
***
 
Мы двигались к знакомой поляне. На этот раз без лишних слов. Только хруст веток под ногами и собственное дыхание.
 
Когда поляна открылась — волк был там. Он лежал, совершенно не скрываясь, лишь лениво приоткрыв один глаз и зевнув, в чём читалось откровенное: «Опять эти клоуны?».
 
На миг мне показалось, что сам мир ожидает нашей битвы, облака замерли, птицы перестали щебетать, лишь я с Милт, волк и наш предстоящий бой. Нет, показалось, птицы всё также щебечут, а облака плывут, просто мой страх исказил восприятие, растянув секунду до вечности.
 
«Вот ублюдок, ни в грош нас не ставит». Пренебрежение рогатого и прошлые обиды добавили мне уверенности.
 
— Милт, кастуй! — твёрдо рявкнул я и сорвался с места.
 
Волк стал лениво подниматься, выражая полное пренебрежение моей решимости. Разгон. Прыжок. Ещё прыжок. Я методично набирал скорость и разогнался так, что в ушах засвистел ветер, а затем швырнул в направлении волка увесистый булыжник, который подобрал по пути. Камень свистнул в воздухе где-то совершенно в стороне от противника и впечатался в сосну позади него, выбив кусок ствола и ворох щепок. В глубине души я конечно надеялся попасть в волка, но понимал, что вероятность крайне мала. Однако даже промах принёс свои плоды.
 
Волк медленно повернул голову к пострадавшей сосне, потом перевёл взгляд на меня, и его, как мне показалось, ленивая ухмылка мгновенно испарилась, сменившись оскалом и рыком.
 
«Наконец эта тварь относится ко мне серьёзно, а не как к мусору».
 
Однако, хоть волк и признал во мне угрозу, он и не думал меня атаковать, а всё также метнулся к моей напарнице.
 
«Какая всё же умная тварь», — подумал я и метнулся ему наперерез, пытаясь огреть его Латандером. Однако зверь легко отпрыгнул в сторону и, обогнув меня по широкой дуге, снова ринулся к Милт, которая бормотала себе под нос заклинание, а камень в навершии её посоха уже начал светиться огнём.
 
Сменив траекторию, я снова кинулся к волку и, оказавшись в опасной близости, взметнул дубину. Снова мимо! Рогатый без труда отскочил, но его морда перекосилась от лютой досады — прорваться к магу напрямую у него тупо не получалось. Я суетился, перекрывал обзоры и нависал над ним, как назойливая муха с палкой наперевес.
 
Так повторилось ещё несколько раз, пока волк не понял, что скачущий как заяц голодранец просто так от него не отвяжется. На очередном вираже зверь резко затормозил всеми четырьмя лапами, развернулся ко мне всем корпусом и замер на полусогнутых, в то время как костяной рог на его лбу вдруг засветился и затрещал синеватым статическим разрядом.
 
— Чего?.. — только и успел выдохнуть я.
 
Я даже не успел удивиться, а в мою сторону уже летел росчерк ветвистой молнии, который ударил в землю в опасной близости от меня, лишь опалив траву и разбросав комья земли.
 
«Так вот нахрена ему рог! — наконец нашёл я ответ на не дававшую мне покоя загадку эволюции. Повезло, не попал», — но радость от такой удачи быстро омрачилась другой мыслью: «Второй такой я могу и не пережить».
 
Уже совершенно разъярённый моей назойливостью волк приготовился ко второй атаке, но неожиданно как для рогатого, так и для меня, совершенно забывшего в пылу сражения про Милт, в моего противника на полной скорости прилетел огненный шар размером с добрую бочку, ударив волка прямо в бок. Раздался оглушительный хлопок, запахло палёной шерстью, а серую тушу отбросило на пару метров. Волк закряхтел, дёрнулся разок-другой и затих.
 
— Выкуси, падла! Будешь знать, как с нами связываться! — только и успел бросить я, прежде чем полностью сосредоточился на жадном потреблении газа из атмосферы, после столь изматывающей физической нагрузки.
 
Я стоял на полусогнутых, опираясь на собственные ноги чуть выше колен, а Милт уже неслась ко мне с радостным возгласом:
 
— Мы это сделали!
 
После чего в моменте радости неосознанно обняла. Мне стоило раскраснеться, как в типичном этти-гаремнике, из-за прижимающихся ко мне «форм» фэнтезийной вайфу, но я слишком задолбался...