Тщательно осмотрев «место преступления», покрытое непонятной клинописью, Гермиона лишь озадаченно почесала в затылке. А сверившись с зарисовками обелисков на входе, выдала:

— Пока могу сказать одно: язык использовался один и тот же. Конечно, может быть и такое, что данная письменность принадлежит к одной языковой группе, но пока это кажется маловероятным — достаточно много одинаковых, буквально идентичных элементов. К сожалению, данное открытие не приближает нас даже к условному переводу. К тому же непонятно, какая здесь система? Алфавитная или идеографическая? — Заметив поднятую бровь напарника, ведьма в лёгком раздражении тряхнула головой и коротко пояснила: — Иероглифы. И если последнее, то перевод мы будем делать ближайшую тысячу лет — слишком много переменных. Один такой знак может иметь целую прорву значений: от простого звука, до вполне осмысленного предложения в пару строк. Которое может иметь любой смысл. Поэтому будем надеяться на буквы. Ты по прежнему не понимаешь, что тут написано?

Рэй покачал головой и рассеянным взглядом осмотрелся. Феникс кружил среди массивных деревьев, напевая что-то жизнерадостное. Прелестная мелодия развеивала мрачное настроение и будто обещала: всё наладится. Хотелось верить.

Тихим эхом гремела буря, что продолжала бесчинствовать где-то вдалеке, забрав с собой грозовые тучи. Сквозь кору исполинского Древа виднелось чистое небо, без единого облачка, а солнечные лучи освещали едва ли не каждый уголок мира-в-мире. Над небольшим водопадом, чуть в отдалении, переливалась всей палитрой красок небольшая радуга. Рыжик умиротворённо выдохнул: странное место настраивало на мирный, лирический лад. Будь он чуть более сонным — непременно бы задремал в окружении этого благолепия.

Вместо этого мальчик провалился в подобие медитативного состояния, с благодушием созерцая безмятежность природы. После прошедшего урагана зрелище казалось особенно завораживающим. Весь Мир словно говорил своему маленькому жителю: любую непогоду можно пережить, ведь ни один шторм не длится бесконечно…

И почему-то, именно сейчас, бывший Предатель Крови поверил в то, что всё закончилось. Осталось позади, в далёком прошлом. Которое уже не случится.

Погрузившись в философские рассуждения, Рейнар не сразу заметил, что уже несколько минут смотрит на «итоги ритуала». Не моргая. И, вот что странно — прекрасно понимая, что там написано. Зрение расфокусировалось и будто подёрнулось дымкой, сквозь которую медленно проступали вполне привычные буквы.

Удивлённо прищурившись, он успел прочитать «Рейнар Родрик Гри…», как глаза защипало, будто кто-то щедро сыпанул в них песка и «магия момента» пропала. Быстро смаргивая выступившие от боли слёзы, Рыжик посмотрел на злокозненные строчки… Увы: они вновь казались той же нелепицей, что и пару минут назад.

Протерев глаза, Родрик уселся поудобнее и попытался «поймать» то состояние, в котором пребывал в момент озарения. Тщетно. Слишком уж растревожило его это странное открытие — отрешиться никак не получалось.

Не добившись хоть какого-то результата, Рыжик мысленно сплюнул и поднялся. Стоило размяться и немного обдумать произошедшее. Да и с Мионой обсудить…

— Я что-то уловил.

Подруга тут же отвлеклась от расчётов и пристально посмотрела на напарника, без слов требуя пояснений.

— Когда взгляд расфокусировался… Эм… Я провалился во что-то, вроде транса, что ли. И сумел прочитать первые «слова». И да, наша теория о «Проверки крови» подтвердилась. Во всяком случае «Рейнар Родрик Гри…» на это намекает. Увы, дочитать не сумел — глаза заболели просто зверски и… Всё опять стало непонятным.

Грейнджер задумчиво кивнула, присела возле первой строчки и достала блокнот. Рэй подсел поближе, заглядывая через девичье плечо. На отдельном листе напарница зарисовала начало не переведённого массива и под получившимся изображением провела дополнительную линию. Чуть подумав, схематично разделила его на «буквы» и поставила под первой из них привычную «Р». Пробежалась глазами по получившемуся наброску и обернулась к внимательно наблюдающему за всем этим другу:

— Ты сможешь провести черту там, где заканчивалось слово?

Рыжик задумался, но всё же кивнул — «видение» было достаточно точным, чтобы попытаться. Взяв предложенный карандаш (спасибо, Великая, что он тогда додумался сходить на ярмарку) и проставив требуемые разделения усмехнулся. Оказалось, что если присмотреться чуть внимательнее, то можно было заметить закономерность — расстояния между «словами» были чуть-чуть, но всё же больше, чем между «буквами». Мио тоже быстро заметила данный нюанс и перевернула страницы блокнота, возвращаясь к полной копии текста.

И вот, через несколько минут… Они знали количество слов в этой надписи. М-да. Так себе итог. Хотя: как знать. Может это как-то поможет?

Но боевую подругу результат мало обрадовал. Каменная плита посреди «бассейна» получила свою порцию недовольных взглядов, но была быстро позабыта — Миона хлопнула себя ладошкой по лбу и протараторила, перелистывая опостылевшие записи:

— Смотри, что получается. У нас есть перевод двух слов и кусочка третьего! То есть мы знаем, как пишутся буквы твоего имени на этом языке!

— И как нам это по…

— Очень даже поможет! Как ты не понимаешь — у нас есть точное написание аж десяти букв! Это практически половина алфавита!

— И всё равно: как нам это поможет? Вот найдём мы все «р», а дальше что?

— М… Может получится составить несколько слов?

— Методом тыка? Подбором? Тогда никаких гарантий, что перевод будет верным…

— Знаешь, что?! — Злобно запыхтела доведённая девочка, — Если есть варианты получше — предлагай! Нет? Так и думала! А раз идей у тебя нет, то сделай одолжение — не мешай!

— Ладно-ладно. Прости. Был не прав. Давай помогу? Разделим это полотно на две части и каждый попытается перевести свою, м?

Грозно попыхтев, больше для проформы, чем для устрашения — Мио всё же согласилась. Ей было куда интереснее разобраться с этой загадкой, чем обижаться на Рыжика. К тому же — тот признал, что был не прав и извинился. Так зачем разводить конфликт? Да и вдвоём они управятся куда быстрее.

Взяв вторую половину текста, Рейнар стал методично сверять его с куцым «словарём». Решив идти «по порядку», начал с первой буквы обоих имён. И, как ни странно, встречалась она довольно часто — строчка, отведённая под перевод заполнялась быстро. Гласные тоже пошли на ура, а оставшиеся буквы помогли заполнить небольшую часть пустот.

Осмотрев результат трудов своих, Рыжик хохотнул:

— А теперь поиграем в кроссворд. Ты ведь любишь такое, да?

Не дождавшись ответа, Рэй обернулся к подруге. Та сидела в той же позе и явно пребывала в прострации: лицо побледнело, взгляд вроде смотрит в одну точку — на записи, но мыслями девочка была где-то далеко.

— Мио?

— Кхм… — Волшебница встрепенулась, чуть испуганно глянула на Рыжика и тут же отвела глаза, словно стыдясь собственной реакции. Рейнар прищурился, пытаясь понять: что такого она углядела в переводе? А то, что дело в нём — было очевидно: на записи Мио таращилась, как на воскресшую Волчью Морду… — Посмотри сюда.

Протянув злосчастный блокнот Родрику, подруга стала изучающе рассматривать его лицо. Будто только сейчас заметила что-то… Очевидное. Что всегда было «на поверхности», но проходило мимо сознания. И теперь старательно внедряла новую переменную в сложившуюся систему. Мальчик хорошо знал это выражение. Точное с таким же повзрослевшая ведьма смотрела на «крестраж Дамблдора», чем бы он ни был на самом деле.

Всё это казалось донельзя странным и не-Уизли приготовился к очередной порции отменного дерьма, что вот-вот подкинет жизнь. Что ж. Не зря.

Уже переведённые «слова» сюрпризом не стали, но вот дальнейшее… Рейнар тихо выматерился и попытался найти хоть какую-то ошибку. Но Гермиона всегда была дотошна: никаких опечаток, никакой возможности иного прочтения. Почерк чуть «плясал», выдавая её волнение, но тут бывший Предатель ведьму понимал. Как никто, блядь. Его самого, от открывшихся подробностей, потряхивало. Глянув на Алтарь, где расположился оригинал, Рэй был вынужден признать: ошибки нет. Пробелы там, где должны быть «неизвестные» буквы… Складывались недвусмысленно:

— Ебический ад!

— Ага.

— Мио, это бред! Каким таким феерическим велением левой пятки… Нет! Ты… Я… Я не… Это просто невозможно! Невозможно, блядь! — Рейнар заметался, словно загнанный зверь, — Грин-де-Вальд! Каким таким хером?! Я родился в семье Уизли! В восьмидесятом году! Спустя практически сорок лет после того, как Тёмного Лорда посадили! Сорок, Мио! Это просто… Нереально! И нет, никто из моих родителей не подходит на роль потерянного ребёнка Геллерта! Молли — Прюэтт, родилась и выросла в этой семье! Те никак не вмешивались в Войну! Нейтралы, самые натуральные! Из тех, что предпочли спрятать головы в песок, оттопырив зад! Вся семья по манорам сидела, за семью замками! «Мать» частенько проходилась по бесхребетности деда, припоминая сей факт! Уизли тем более…

— Уверен? — Вклинилась дорогая подруга, заставляя мага замереть на полушаге, — Ты совершенно, абсолютно уверен в том, что Уизли не участвовали во Второй Мировой? Или те же Прюэтты? У тебя есть точные сведения, что никто из младших или старших представителей этих Родов не сунул голову в самое пекло?

Рейнар растерянно посмотрел на Гермиону. А ведь и правда… Молли вполне могла приврать. Почему нет? Вполне возможно. А могла и просто не знать. Ведь вряд ли кто-то стал бы отчитываться перед ребёнком. А потом… Просто сохранили эту часть истории в секрете, видя в девочке или какие-то нехорошие предпосылки, или просто не желая поднимать спорные темы. Опять же — почему нет?

Уизли? Артур был ребёнком. А старшие… Рыжик в изумлении распахнул глаза:

— А ведь я ни мордреда не знаю про старшее поколение Уизли! Про родителей Артура слышал, конечно. В основном: из-за Цедреллы Блэк. Каждый чистокровный считал своим долгом «открыть детям Предателей глаза» и обвинить в том, что Уизли «воруют» себе чистокровных невест. Бред, конечно… Хотя… — Мальчик вновь замер, осмысливая глубину собственного невежества и в шоке вытаращился на внимательно слушающую девочку: — Я не знаю, Герм… Ничего не знаю! Общую канву и примерный момент «падения» удалось раскопать, но об истории старшего поколения этого Проклятого Клана я не знаю! Вообще! Ни-че-го! Как дочь бешеных Блэков стала Уизли? Скольких детей она подарила мужу? Ты понимаешь? Трындец, а ещё Поттера распекал за отсутствие интереса к предкам! Сам-то не лучше оказался… И теперь… Можно предполагать всё, что угодно. Да и… У Молли — семеро детей… Мордред и его нечестивая свита! Что мешало старшим иметь столько же, а то и больше отпрысков? Пиздец. У папаши вполне могли быть сёстры. Или братья… Козни Морганы! Это что получается?..

— А ведь это может объяснить то, как Молли относилась к тебе…

— Что? Ты думаешь… Нет, не будь я сыном Артура… Молли бы не смолчала. Хоть как-то, но намекнула бы на столь вопиющее обстоятельство. А с её «любовью» ко мне лично… Без шансов.

— Ну, почему же? Может, она и не знала… Не имела доказательств, точнее. Но ты забываешь кое-что важное. Она — ведьма. Пусть и с клеймом. Но родилась-то она в чистокровном Роду, что насчитывает множество поколений. И образование получила соответствующее. Мы сейчас не будем задаваться вопросом: а какого хрена она тогда вышла за Предателя. Позже выясним… К чему я? Ах, да. Она — чистокровная ведьма. А теперь представим, что ты действительно сын Тёмного Лорда. Почему бы и да? Ритуалы и не такое могут. Допустим, Молли не знала. Но… Как бы сказать… Ты всегда отличался от остальных её детей. Даже внешне. Черты лица чуть тоньше, волосы, опять же… Они у тебя отливают золотом, в то время как у того же Перси или Форджей они имели оттенок разбавленной ржавчины. Думаю, что до Ритуала были ещё отличия. И твоя мать могла заподозрить неладное. Не имея доказательств она, как сильная ведьма, пусть и в прошлом, вполне могла почувствовать, что ты… Не совсем Уизли. Или совсем не Уизли. — Заметив практически сумасшедший взгляд друга, ведьма решила чуть-чуть сменить тактику: — Так. Забудь сейчас о клане Предателей. Итак, нам дано: чистокровная, ослабленная клеймом ведьма, какой-то ритуал, где этой ведьме зачинают ребёнка «чужого» рода. Что будет делать любая девушка из Священных на её месте?

— Возненавидит… Даже если доказательств нет, одного ощущения хватит, чтобы отвратить женщину от такого дитя. Блядь! Но кто… Артур! Блядина продажная, жополиз пизданутый…

— Артур, да. Но есть у меня сомнения… Рэй, постарайся сейчас вспомнить, как «отец» реагировал на тебя? Было что-то… Что-то?

— Алтарь считается? Если брать всё, что происходило до того Ритуала, перед первым курсом, то… Ничего. Я был для него ещё одним ребёнком. Бестолковым и бесполезным, полагаю, но никакого неприятия или злобы… Я не замечал.

Рэй развёл руками. Он действительно не мог припомнить ничего такого, что могло бы рассказать о негативном отношении. Не обращал внимания? Ну так «глава Уизли» славился своей рассеянностью. И такое отношение едва ли можно было принять за показатель нехороших помыслов.

— Значит: есть вероятность, что он знал. Может быть — не помнил, в Мире Магии есть множество способов заставить человека что-то забыть. Но подсознание не обманешь. Молли же как-то учуяла в тебе «чужака»… А вот Артур воспринимал тебя как… Поправь, если ошибусь, но больше это походит на отношение к воспитаннику. Словно ты дальний, внезапно осиротевший, но родственник.

— Тогда… В этой чёртовой «Проверке», должны быть указаны настоящие родители. Блядь! Нам необходимо перевести эту писанину! Я с ума съеду окончательно, если мы с этим не разберёмся… Подумать только — всё это дерьмо лишь потому, что я не Уизли. Охренеть просто, тысяча благодарностей!

Рыжик впился ногтями в ладонь, даже не замечая этого. Буря в душе заглушала физическую боль от маленьких ранок.

В голове звенело от какофонии не самых позитивных эмоций. Мысли не желали формулироваться во что-то внятное и юный маг нарезал круги, матерясь на всё подряд: на «родителей», чьи предки были ослами-имбецилами, очень любившими нетрадиционное размножение, на всех Тёмных Лордов, вместе и по отдельности, на Птица и дурацкие Ритуалы — успокоил так успокоил, блядь!

В отчаянии мальчик плюхнулся на каменную плиту Алтаря и зарылся пальцами в волосы. Злостные знаки оказались прямо перед глазами, заставляя вновь выругаться. Птиц, попытавшийся было опуститься на плечо, был послан в «Нору» и теперь встревоженно кружил над обозлённым подопечным.

Мио с затаённым сочувствием смотрела на эти метания, но предпочла не вмешиваться. Рыжик всегда быстро перегорал, но пока не выплеснет «наболевшее» — о конструктивном диалоге можно даже не мечтать. Это лишь больше заведёт накалённого мага. Проверено опытным путём.

Подышав на счёт, Рыжик чисто Поттеровским движением разворошил волосы, превращая те в гнездовье бешеных чаек, и пробормотал:

— Самое поганое, что вся эта шаткая концепция просто прекрасно ложится на то, что творилось в дрянной семейке. Даже то, что ни Артур, ни Молли ничего не помнят. Ритуалы дело такое… А зачем это всё Грин-де-Вальду? Ох, бля… — Девочка недоумённо моргнула, не поспевая за другом, но довольно быстро уловила основную мысль. Дети переглянулись, ошеломлённые идеально подходящей под их теорию догадкой, — Наследник. У Тёмного Лорда первой половины века не было детей. Даже Скитер по этому факту проехалась в своей «лучшей работе»… Чисто гипотетически, допустим: кто-то из Уизли или Пруэттов… А что? Если идти от теории, что кто-то из бравых непосед рванул на войну, но потом предпочёл сей факт замести под коврик, то логично предположить: воевал он, она или они на стороне проигравших. То есть — на стороне Тёмного Лорда. Ладно, летим дальше. Вот эта дурная компания, думается, что их всё же было несколько, метнулась в Нурменгард, подбила осатаневшего узника на аферу ради получения ребёнка, что продолжит аж два рода… Согласился бы на такое Геллерт? А почему нет? Если про отсутствие детей — правда, то возможность получить Наследника должна была крайне его вдохновить. Предположим, что неизвестные авантюристы добыли всё для Ритуала и пошли искать «подходящую мать» для вынашивания. Почему Уизли? Потому что «родная кровь», а значит возможность того, что Ритуал накроется — резко становится ниже. Плюс Молли к тому моменту уже родила аж пятерых здоровых оболтусов, а значит: и шестого — потянет. Сходится? Пока — да. Но почему я тогда рос у Предателей?

— Очевидно: что-то пошло не так.

— Очевидно, да. И как итог: «родители» теряют память, авантюристы-затейники в неизвестном количестве исчезают, как сквозь землю провалились. Молли вновь беременна, что никого не удивляет. А спустя положенный срок на свет появляется Рональд Биллиус Уизли. Но отношение к нему с каждым годом становится всё холоднее, пока ребёнок не оказывается на Алтаре. — Рэй рассеянно дёргает седую прядь, — Слишком радикально и не очень соотносится со всей этой свистопляской. Даже с учётом частичной амнезии у «папы с мамой». Было что-то ещё, помимо моей «чуждости». Должно быть…

И Рэй истерично хохотнул. Вот так вот просто объясняется весь ужас жизни Рональда Уизли. Его жизни! Дьявол…

Миона осторожно притянула мальчика в объятия и озвучила неожиданную мысль:

— А что, если «наследие» Тёмного Лорда появилось только… Эм… В «этой жизни»?

— Маловероятно. Понимаешь, в чём тут заковырка: нет никакой разницы между «тем прошлым» и «нынешним». Вплоть до моего седьмого дня рождения все события были как под копирку! И получается, что если эта теория ложится на «сейчас», то она вполне подходит и для «тогда». Мерлин, я так совсем запутаюсь, но думаю мысль понятна. Хотя знаешь… Одно-единственное расхождение всё же есть: набор зельевара у близнецов. Но на этом всё, понимаешь? Да и подарок этот… Веришь: совсем не помню, как его вручали Форджам. Просто знание, что это было. Происки Магии, быть может… Всё это к тому, что обе жизни «Рон» был совсем не Уизли. — Рэй уткнулся носом в коленки, заставляя подругу чуть сместиться, — Поверить не могу. Алтарь, ошейник, Дамблдор… Блядь, Мио! Дамблдор!

Ведьма разомкнула объятия и пересела так, чтобы видеть лицо друга.

— Ты хочешь сказать, что на Первом курсе Паук к тебе приглядывался из-за…

— Из-за Геллерта. Он с ним сколько общался? Вполне мог углядеть «знакомые черты». Вспомни книгу Риты. Она ведь не единожды намекала на то, что они были любовниками, прежде чем поссорились. Да и письма эти… Весьма двусмысленные, надо сказать. На первый взгляд — переписка двух друзей, но если вчитаться…

Грейнджер ошарашенно покачала головой. Не смотря на весь абсурд предположения… Оно идеально ложилось в схему.

— Это… Похоже на него. Отомстить бывшему через его же сына… Мерзко, низко, недостойно… Но очень в стиле «Доброго Дедушки». А до Хога он тебя видел?

— Один раз. Молли мельком представила, задвинув куда-то на галёрку и очень вскользь… Не думаю, что Паук тогда приглядывался.

— А в Школе рассмотрел. Из-за планов «родственничков» ты всюду сопровождал его креатуру — Поттера…

— Поттер, Поттер, Поттер… Везде он, сука!

— Вот сейчас ты неправ. Не заводись. Гарри не виноват. Он такая же жертва обстоятельств, как и все мы. Да, на которую многое было завязано и да, нам не стоило ввязываться в это дерьмо, но… Рэй. В отличие от меня — у тебя не было выбора. Я помню твой рассказ, не смотря на собственное состояние. И могу с уверенностью сказать, «Ошейник» бы тебе голову оторвал при малейшем неповиновении. Это я, дура малолетняя, с радостным гиканьем ринулась приключаться. Не задумываясь. За что и поплатилась. Но твоя-то в чём вина?

— Не надо, Мио. Не наговаривай на себя, пожалуйста. Мы были детьми. Ты была девочкой, что попала в Сказку. И желала в неё верить. Это нормально! Не нормально то, что с нами эта «сказка» сотворила.

— Только не говори, что до сих пор… — Наткнувшись на щенячий взор, девочка запнулась, — Ты не виноват. Не твоя вина, что со мной так вышло. Рэй, дьявол тебя дери! — Заставив мальчика смотреть ей в глаза, ведьма продолжила: — Это. Не. Твоя. Вина. Ты вообще единственный, кто хоть как-то пытался отвратить дурную магглорожденную от тёмного закулисья! Не твоя вина в том, что я предпочла лезть в эту дыру напролом!

— Знаешь что, Гермиона Джин Грейнджер? Не твоя вина в том, что ты хотела с нами дружить.

От этих слов девочка дёрнулась, как от пощёчины, но Рейнар был неумолим:

— Ты говоришь: не моя вина. Хорошо. Готов даже согласиться. Но и ты должна признать, что нет твоей вины в том, что ты была ребёнком и хотела с нами подружиться. Тогда признаем взаимозачёт, хорошо? Объективно рассуждая: мы были детьми и вины за то, что с нами сделали взрослые — нести не могли по определению.

— Хо… Кхм. — Мио отвернулась, скрывая непролитые слёзы и кое-как выдавила: — Хорошо. Я не виновата в том, что оказалась на Алтаре Уизли. — Странно, но эти слова словно убрали неподъёмный груз с плеч и «самая умная ведьма столетия» облегчённо выдохнула: — Твоя очередь.

— Я не виноват... В том, что... Моя подруга оказалась на Алтаре Предателей Крови. — Слова давались с трудом, но… — У тебя тоже ощущение, будто гора с плеч свалилась?

— Ага. Так странно, да? Мы ведь действительно не виноваты. Но все эти годы…

— Да уж. Мастера по самоедству. Курсы что ли открыть? «Как винить себя во всех грехах человечества. Недорого. С гарантией».

Ребята рассмеялись, отпуская нервное напряжение. Они наконец начали осознавать, что не в ответе за всё плохое, что приключилось с ними в «прошлом».

Птиц, довольный установившимся миром, спикировал на плечо мальчика и потёрся клювом о его щёку. Хотел бы он рассказать о том, что на самом деле произошло практически восемь лет назад, но… Связь ещё не установилась, а играть в «крокодила» с его руками-крыльями — та ещё задачка. Радовало то, что на волне столь ярких потрясений их узы укрепились и ожидание чуть сократилось. Они смогут пообщаться уже через неделю. Максимум — две. Сильные эмоции были хорошим топливом для установления тандема «хозяин-фамильяр».

Да и ребята сами догадались о многом, ему остаётся лишь добавить деталей и фактов.

Вслушиваясь в диалог не-совсем-детей бессмертный «комок перьев» только и мог, что тихонько охреневать. Данных не хватало, но и то, что было сказано складывалось в отвратительную картину.

Нет, когда он проводил Воззвание к Великой ради своего дитя, было очевидно, что ничем хорошим это не кончится. Но такое?

А где он был в… Как это дети называют? В прошлый раз? Не вспомнил «легенды» Рода? Не смог провести ритуал? Что пошло не так?

Расцепившись спустя какое-то время, ребята вновь обратили своё внимание на Алтарь. Ведьма встала, отряхнулась и стала задумчиво прохаживаться туда-сюда.

— А потенциальный Гриффиндор тебя не смущает?

— А почему должен? — Столкнувшись с крайне изумлённым взглядом, парень осёкся: — Ах да. Ты, наверное, не в курсе. Тут никакой тайны-то и нет. Когда-то, ещё до получения Печати, род Артура считался преемником Годрика. Не упомню в точности, как так получилось… Но, вроде, правнучка Основателя вышла замуж за Уэсли…

— Погоди. Уэсли?

— Ага. До Клеймения Уизли были именно что Уэсли. И после тоже носили эту фамилию. А потом произошло… М-да. Удивишься, если я скажу, что не знаю, что именно случилось? Но в конце прошлого века внезапно сменилось имя рода и началась вражда с Малфоями. Полагаю, что данные события связаны напрямую, но о деталях ничего не могу сказать. Думаю, Драко сможет пролить свет на эту историю.

— О, как… Интересные подробности вырисовываются.

Внезапно ведьмочка замерла. Перевела взгляд на Алтарь и как-то беспомощно хмыкнула. И Рыжик не утерпел:

— Вижу я идеи в твоей голове мудрые. Делись. А то у меня вместо мозга — дырка от пончика.

— Кровь. — Рейнар глубокомысленно кивнул, развеселив отличницу: — Именно. Друг мой, а полей-ка сию надпись своей кровью, а?

— Дорогая, ты на радостях тоже умом тронулась? Я счастлив, конечно, одному ехать крышей крайне грустно…

— Тьху ты! Нет, всё проще. И мы с тобой — два дурака. Могли бы и раньше сообразить. Но раз Ритуал на твоей крови проведён, то почему он не должен выдать «перевод» благодаря ей же?

Бывший Предатель в очумении вылупился на боевую напарницу:

— Звучит, как полный бред, но… Это же Магия, мисс Грейнджер… Или как там МакКошка говорила?

Под истеричное хихиканье Мионы, Родрик прижал поцарапанные ладони к буквам. Пару секунд ничего не происходило. Но тут чёрточки вспыхнули и в голове раздался шёпот, быстро сменяющийся оглушающим набатом: словно сотня магов под Сонорусом синхронно орала что-то ему прямо в голову… А что, кстати?

Заинтересовавшись, Рейнар прислушался.

ZahRaaMiiK повторялось постоянно. Отчего-то Рэй был абсолютно уверен, что это означает «жертва принята». Бывший Предатель тряхнул головой, отмахиваясь от противного звона и не заметил, как на Алтарь упало ещё несколько капель крови.

Ранки закололо, но осоловевший мальчик едва ли обратил на это внимание. В его многострадальной башке на два голоса разносилось:

Где-то вдалеке гремела буря, своим эхом сотрясая землю. А внутри Древа юные маги в изумлении смотрели на два свитка, что появились в белой вспышке.

Гермиона, задумчиво растягивая слова, попыталась пошутить:

— Вот оно чё, Михалыч.

— Не стоило нам столько общаться с ребятами из Дурмстранга. Но да, «поддерживаю предыдущего оратора». А так же хочу добавить: «а ларчик-то просто открывался».

— М-да. Прилипчивый фольклор. Ну что, смотрим?

Развернув первый пергамент, Рыжик озадаченно крякнул. Нет, содержимое было написано на понятном языке… Вот только в центре листа, на самом верху расположился странный герб, вокруг которого красивой вязью шла надпись: «Tempus docet fidem».

Однако… Гермиона перевела первую строчку глифов с Алтаря, как «Рейнар Родрик Гриффиндор Грин-де-Вальд». А изображение, на которое он до сих пор таращится в полном изумлении, ну никак не походило на гербы двух этих Родов. Неужели произошло объединение? Хотя… Нет, маловероятно.

У каждого этого Рода есть свои гербы. И если Геллерт позаимствовал знак Певереллов, стерев из истории знание о подлинном геральдическом символе своей семьи, то у Годрика всё на виду, спасибо Хогвартсу — мантикора на пурпурном поле. Никакого сходства с тем, что он имеет честь наблюдать сейчас. Неужели это… Да нет… Куда ему три рода?!

Да не дай Магия! Он же банально не потянет — пупок развяжется. Только магглы с палочками могут считать, будто три магических рода это лишь плюшки и сейфы, полные золота. Наивные, блин. Любая магическая семья — колоссальная ответственность. И рабский труд для её главы. А уж имеющая титулы… Б-р.

Родрик весь передёрнулся. Ну нафиг такое счастье. Ему бы с двумя разобраться… Эх.

Покачав головой, мальчик вновь обратил своё внимание на рисунок. То, что он не подходил ни Грин-де-Вальду, ни Гриффиндору — нервировало. Но стоит разобраться, на что он вообще смотрит?

Начать с того, что герб имел форму круга, внутри которого переплетались между собой три элемента: солнце, лавр и терновник.

Посреди и вовсе расположилась морда царственного лиса, голову которого венчали, подобно короне, драконьи рога.

Мальчик нервно хихикнул. Если хоть немного знать значение символов — семантику, то понять вложенное в рисунок значение довольно легко. И это ни капли не радовало.

Взять то же солнце, в которое вплетены два сильных, по своей истории и значению, растения. Что оно означает? Жизнь. И всё, что с ней связанно. Но есть нюанс: издавна знак солнца приравнивался к Высшей, «божественной» власти. И носить его могли только Правители. Даже их потомки не имели права на столь могущественный символ.

Уже позже, гораздо позже эту огромную звезду стали использовать в гербах городов. И Рыжик бы выдохнул на этой мысли, если бы городок-деревня около «Норы» или Хогвартс и близлежащий Хогсмид использовали этот образ. Но — увы. А значит…

Лавр… «Лавровый венец», «венец победителя»… И снова недвусмысленный намёк на некую Власть. Символизирует также бессмертие и пророческий дар…

Мальчик поднял глаза вверх, безмолвно умоляя Великую передумать. Ну какая из него Треллони?!

Предрасположенность к «творчеству» на фоне прочего казалась издевательством.

Терновник… Крайне спорное, в плане своего значения, растение. Оно предрекало сложнейшие, нечеловеческие испытания, которые, вопреки всему — приведут к победе. «Через тернии — к звёздам» самое подходящее определение. Но так же этот знак призывал под защиту своих ветвей магических созданий. «Под сенью его», как-то так.

Рэй передёрнулся. Видеть данного представителя флоры на своём гербе было… Не очень приятно. Но именно в этот момент он понял: Печать с него сняли, действительно, «в долг». И ему, как тому самому Гераклу, придётся совершить нечто невозможное. Если, конечно, не захочется снова обзавестись «милым» Клеймом.

Царственный Лис с хитрым прищуром… Двоякий зверь. На Западе считается символом подлости, коварства, интриг и прочего нехорошего. Однако на Востоке означал мудрость, сообразительность, опыт и так же являлся предком Мастеров Иллюзий — Кицунэ.

Корона из драконьих рогов вгоняла в ступор. Снова двоякий элемент. Ведь что есть Дракон в той же Англии? Подлый Змий, олицетворение зла, разрушений и тьмы, что уничтожает всё на своём пути, главного врага людского. На Востоке? Хранитель знаний и мудрости, Наставник героев, прародитель и сын самой Магии, её воплощение. Олицетворяет огненную и воздушную стихию. А так же свободу.

И чему из этого верить?

Рейнар в полном расстройстве переключился на перевод надоевшей абракадабры, где вполне понятным языком были написаны результаты «Проверки Крови»:

— Рискую повториться, но… Ой.

Стоявшая сзади и уже всё прочитавшая Гермиона положила голову на плечо друга, измученно хохотнув:

— Вот теперь действительно «ой».