всего две техники рисования.

Первая особенно без выпендрежа. Шариковые ручки, мелкий штрих.

Вторую без преувеличения можно назвать уникальной с оттенком безумия и абсурда.

Если первая техника и картины с ее использованием появилась частично благодаря вдохновению от работ Гигера, то вторая, вероятно, вдохновлена Эль Греко.

У Эль Греко мне больше всего нравятся портреты. Он изображал и святых и обычных людей, но в каждом изображенном им человеке чувствуется нечто мистическое. Такой эффект достигается не только цветом, но по большей части пропорциями лиц и некоторой вытянутостью.

Узнать Эль Греко можно, даже, собственно, не видев многих его картин. Достаточно посмотреть на глаза

чтобы интуитивно угадать автора.

Эль Греко несколько идеализировал черты лица и всегда серьезно сосредотачивался на глазах, взгляде человека. Он любил рисовать величественные тяжелые веки, темную глубину глаза, мерцающий в них свет. 

У меня крайне мало общего с этим художником, конечно, но его картины завораживают меня. И я тоже отношусь к художникам, которые концентрируют свое мастерство и технику на взгляде и глазах, причем, делаю на них акцент свойственным мне образом. Чаще всего это миндалевидный разрез, сами глаза большие, как и радужная оболочка. Со временем мне стало нравиться рисовать глаза фантастических и демонических существ такими, какими я вижу их.

Недавно я почти дорисовала жнеца. Сейчас эта картина меня уже больше не пугает, я перестала отворачивать ее к стене, когда ложусь спать, и чувствую, что готова показать ее.

С ней всё нормально. Просто когда она в сумерках стоит у меня на столе, и я случайно кидаю на нее взгляд, у меня такое чувство, что это не я на него смотрю, а он всё это время смотрел на меня, и я обернулась, чтобы это заметить. Странное чувство, не сразу к нему привыкла.

Она рисуется без крови. Этот цвет тут просто не нужен. Никак. Даже эпизодически. По крайней мере, пока. Может, она появится тут позже, но у меня чувство, что это сильно изменит картину, и я не могу пока предположить, в какую сторону.