****************************************************************************

Всех приветствую!!! 

Начинаю знакомить вас, со своей книгой написанной в жанре фэнтези "Вратник". 

Первый фрагмент выкладываю "доступный для всех", нечто вроде ознакомительного, а дальше вам и только вам решать, либо подписаться, либо игнорировать моё творчество. 

****************************************************************************

****************************************************************************

ВРАТНИК.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

***

На проезжей части автодорожного моста, который соединяет два берега неширокой реки, лежал перевёрнутый вверх колёсами микроавтобус. Водительское место и передняя часть салона были смяты после лобового столкновения, а вокруг на асфальте валялись раскуроченные фрагменты двух автомобилей. В результате удара, из повреждённого топливного бака микроавтобуса, по лакокрасочному покрытию кузова, тонкой струйкой сочился бензин, образовывая на асфальте растекающееся пятно.

Почти мгновенно, метрах в тридцати, остановился внедорожник и двое молодых мужчин подбежали к месту аварии. Услышав приглушённые стоны внутри салона, они распахнули створку задней двери и попытались извлечь израненного, но живого пассажира микроавтобуса. В салоне или точнее сказать, на внутренней поверхности крыши, среди разорванных фрагментов бокового остекления, находились ещё несколько не пристёгнутых ремнями безопасности пострадавших: женщина лет шестидесяти, двое крепких парней и водитель транспортного средства, но после беглого осмотра всех их причислили к мертвецам.

В результате столкновения микроавтобус несколько раз перевернулся, а единственного выжившего в аварии человека зажало на заднем сидении и двое подбежавших мужчин, с невероятным упорством, принялись оказывать ему помощь:

– Тащи его!.. Ну же!.. Шура тащи!

– А я по-твоему, что делаю!.. Нужно ломать спинку сиденья, иначе не достанем его… Обидно будет, если он умрёт… Столько усилий было приложено.

– Что там с остальными?

– Как не прискорбно это признавать, но они все мёртвые…

– Ты уверен?.. Они точно мёртвые?

– Поверь, я смогу отличить жизнь от смерти. Мертвее не бывают. У водителя и вовсе голова почти оторвана. Сам посмотри если мне не веришь… Ты же видел, как они кувыркались по трассе. Одно утешает, – наш клиент жив. Нужно торопиться, слишком сильно пахнет бензином, сейчас может рвануть!..

На противоположной полосе дороги, на боку лежал второй участник трагической аварии – грузовик-рефрижератор с надписью: «Мороженое», а из разорванной после столкновения кабины пытался выбраться перепачканный кровью и чудом оставшийся в живых, водитель. Однако он не удостоился ни внимания, ни помощи добровольных спасателей, которые сконцентрировались на стонавшем от боли пассажире микроавтобуса.

Сломав спинку широкого, заднего сиденья, мужчины извлекли пострадавшего, а подхватив его под мышки поволокли к своему автомобилю.

Не успели они сделать и десяти шагов, как позади них, вытекавшее из бензобака микроавтобуса топливо вспыхнуло и последовал взрыв… Ударная волна и пламя огня накрыли троих мужчин, откинув на асфальт, однако уже через несколько секунд двое из них поднялись на ноги и волоком за руки потащили пострадавшего к внедорожнику. Погрузив раненого на заднее сидение, мужчины уселись в свой автомобиль, после чего, фыркнув мотором, «джип» развернулся и удаляясь от раскуроченного и охваченного огнём микроавтобуса, помчался в сторону Москвы.

Удерживая внедорожник на высокой скорости, водитель, задыхаясь от волнения, обратился к пассажиру:

– Шура посмотри, он там живой, а то привезём в контору труп.

Сидевший на переднем пассажирском сидение мужчина, по имени Александр, обернулся и посмотрев на пострадавшего, ответил:

– Дышит… Ты гони, не отвлекайся, а то и мы куда-нибудь втемяшимся.

Сквозь опаленные волосы затылка и на подкопчённой после взрыва шее водителя выступил пот, а от возбуждения пересохло в горле. Пытаясь сглотнуть, он поморщился и перевёл взгляд на пассажира:

– Я не совсем понял, что это было? Что произошло на мосту?

Оставаясь внешне спокойным, но тоже перепачканный результатами горения автомобильного топлива, Александр так же был взвинчен до предела, тем не менее ему как-то удавалось справляться с волнением:

– Хрен поймёшь, после разбираться будем! Думаю, их водила банально не справился с управлением на высокой скорости. Ты не отвлекайся – рули давай.

Не отрывая взгляд от дороги, водитель вдруг начал задавать вопросы дрожащим голосом:

– А Серафима и остальные?.. Ты уверен – они точно были мертвы, когда ты их осматривал? Я как-то не настроен грех брать на душу, если они сгорели заживо…

Лицо пассажира вытянулось от удивления, и посмотрев на водителя, он подумал: «Неужели он до сих пор не может привыкнуть, что наша работа состоит из рисков и вероятных потерь, либо соратников, либо противников».

Тяжело вздохнув, Александр ответил на вопрос печальным голосом:

– Преставилась Серафима, ещё до взрыва, и её халдеи тоже. Ты же видел, что микроавтобус несколько раз крутануло по асфальту. Как они только в реку не угодили. Тем не менее, мы всё же косвенно причастны к их смерти. Приказ был проследить за действиями Серафимы Львовны и её подручных. Кто знал, что всё так обернётся…

После этих слов, лицо управлявшего автомобилем мужчины окаменело и не отвлекаясь от дороги, он так крепко сжал руль в своих руках, что костяшки кулаков побелели.

Всё тем же дрожащим от волнения голосом, водитель заговорил вновь, однако теперь его речь, была сбивчивой и невнятной:

– Но они… Они… Они обнаружили нас и начали ускоряться… Естественно, я тоже увеличил скорость. А они… Чёрт, что там за водила был, если не справился с управлением. Лето ведь вокруг, а не скользкая зима. Наверняка купил водительское удостоверение… Асфальт же сухой. Чёрт, чёрт, чёрт… Ещё один грех на мне…

Перспектива угодить в аварию не прельщала Александра, поэтому он начал успокаивать водителя:

– Перестань волноваться и переживать. Сосредоточься и следи за дорогой. Позже всё обсудим. Одно хорошо, Зуев остался жив. Надеюсь, он доживёт до нашего доктора, а не «двинет кони» у меня за спиной. Покойная Серафима Львовна, была толковой старушкой, хотя и хитрой. Умела она выудить информацию из любого источника. Зуева, например, разыскала раньше нас, потому-то и весь сыр-бор. Умела, умела… Упаси Господь её Душу.

Достав из кармана мобильник, пассажир набрал номер экстренной помощи.

***

Менее суток назад.

В тёмный тупик, позади питейной забегаловки, куда пьяные клиенты ходят отлить, въехал микроавтобус. Хорошо одетая дама приятной внешности, но уже в увядающем возрасте вышла из салона авто и со спины подошла к нетрезвому мужчине, справлявшему малую нужду. Пьяный человек обернулся в пол-оборота и посмотрел на женщину, однако своего занятия не прекратил:

– Дамочка, я не настроен на секс… Да и не падок я на красоток преклонного возраста…

В ответ на пьяное заявление, с некой брезгливостью в голосе, от женщины прозвучало возмущённое негодование:

– Наглец! Нужен ты мне… Пьянь!

Подмигнув и скривив рот в нелепой улыбке, мужчина, наслаждаясь вниманием к своей нетрезвой персоне, парировал:

– Тогда с какой целью подошли ко мне и отвлекаете от приятного времяпрепровождения?

Наморщив нос, дамочка отвернулась и сплюнула себе под ноги:

– Узнаешь… Ширинку застегни, а то разговаривает он, размахивая хозяйством. Срамота…

Отступив на пару шагов назад, женщина громко скомандовала:

– Грузите… Это он…

Двое парней атлетического телосложения выскочили из микроавтобуса и подхватив пьяницу под локотки, не церемонясь с ним, втащили в салон. Осмотревшись по сторонам, женщина проследовала вслед за мужчинами.

Тронувшись с места, микроавтобус вырулил по узкому проулку на проспект, а выехав на оживлённую трассу водитель вдавил педаль акселератора…

***

По многолетней привычке, когда прежнее место работы находилось на значительном удалении от дома, Роман Зуев в каком бы состоянии не был с вечера, а в пять тридцать утра, всегда уже на ногах.

Не стало исключением и это утро. Проснувшись, Роман испуганно огляделся вокруг и обращаясь к себе любимому, удивлённо произнёс:

– Где это я? Куда на этот раз меня пьяные Черти занесли?

Откинув одеяло, он обнаружил, что раздет до нижнего белья и причмокнув добавил:

– Это уже интересно…

Оттянув резинку трусов, Зуев посмотрел на своё «всё» и облегчённо выдохнул:

– Слава Богу! На месте.

Поднявшись с постели, мужчина сел на кровать и протёр глаза. Чистая, светлая комната, обставленная мебелью в кремовых тонах, была ему незнакома:

– Это не Иркина спальня, и не Валюшина. Кого я вчера склеил?.. Нашёл-таки приключения…

Рассматривая обстановку, он встал в полный рост и на цыпочках подошёл к двери, а открыв её просунул голову в коридор:

– Ау… Есть кто живой?.. Хозяйка…

В помещении было тихо и Зуев повторил попытку:

– Люди… Кто в теремочке живёт?.. Тук-тук…

Не получив ответ, Роман переступил порог и медленно двинулся по коридору в поисках туалета.

Находясь в хорошо отремонтированной квартире сталинской постройки, с высокими потолками, просторными комнатами и широким коридором, мужчина без труда нашёл дверь в уборную. Справив нужду, он вышел из туалета и повторил попытку установить контакт с хозяйкой квартиры, но результат остался прежним.

Почему именно с хозяйкой?.. Проснувшись в чужой постели, Роман был уверен, что спьяну кого-то охмурил, но кого и где... События прошлого вечера выпали из его сознания. Нет-нет, как начиналось веселье он помнил и даже помнил за кого, поднимали тосты, а вот финальная часть застолья – как в тумане. Ещё он вспомнил, что кутили в не самом презентабельном заведении и в компании даже были женщины, но тоже не из высшего общества.

Прикрыв дверь туалета, Зуев быстро прошмыгнул в ванную комнату, где после наспех принятого душа, не обнаружил полотенца. «Странно – подумал он – кто здесь живет, что даже вытереться нечем. Господи!.. Занесла же меня нелёгкая…» Отряхнув тело от воды точно собака, Роман надел трусы и оставляя на коридоре мокрые следы, вбежал в спальню.

От неожиданности, он вскрикнул:

– Вы кто?!

В просторной комнате на стуле, напротив кровати сидела женщина, которая держала в руках картонную папку для документов с тесёмочками-завязками. Тут же в комнате у окна, топтались двое крепких парней с накаченными шеями и выбритыми затылками. Показав на стоявший у стены стул, с аккуратно сложенной одеждой, поверх которой лежали наручные часы, она произнесла:

– Одевайтесь. У меня к вам есть разговор.

Стоя в дверях, точно футболист во время штрафного удара, Зуев прикрывал руками своё причинное место:

– Кто вы и где я нахожусь?..

Твёрдым голосом, женщина настойчиво повторила:

– Одевайтесь, одевайтесь... У нас мало времени.

Покосившись на парней, которые демонстративно смотрели в окно, давая понять, что разговор не для их ушей, Роман шагнул к стулу и быстро оделся, а застегнув на левом запястье ремешок часов, присел на край кровати.

Раскрыв папку, женщина начала выборочно зачитывать информацию:

– Роман Зуев. Тридцати лет, бывший участковый инспектор, уволенный из органов за систематическое пьянство…

Прервавшись, она сочувственно посмотрела на собеседника, как смотрит любящая мама на непутёвого сына и беззлобно пожурила стервеца:

– Что ж ты Ромка, так запустил себя. Водку жрёшь в три горла. Здоровье своё совсем не бережёшь. Со срамными бабами валандаешься…

Пристыженный незнакомой женщиной, Зуев молчал. С похмелья, он не мог сообразить, что происходит, и кто эта солидная дама. Мельком, взглянув на часы, стрелки которых показывали 05-44, он подумал – «Слишком рано для задушевных разговоров как, впрочем, и для нравственных порицаний, да ещё в воскресенье». Выясняя осталось ли после вчерашнего, что-то на опохмел, Роман потрогал карманы. Деньги прощупывались, а вот мобильный телефон отсутствовал. Скорчив недовольную гримасу, он напряжённо посмотрел на собеседницу…

Расплывшись в улыбке, женщина произнесла:

– Что?.. Трубы горят?.. Придётся потерпеть. Ты сегодня мой… Телефон не ищи, он у нас. Позже вернём его тебе.

По спине мужчины пробежал холодок, от которого он даже поёжился, но собрав волю в кулак уверенным голосом задал вопрос:

– Вы вообще кто такая? Зачем я вам понадобился?

Усмехнувшись, женщина уже было открыла рот чтобы дать пояснения, как вдруг, Роман ехидно улыбнулся и покосившись на парней, шёпотом добавил:

–У нас с Вами этой ночью что-то было?..

В один миг лицо собеседница покраснело, и она гневно возмутилась:

– Каков наглец… Хам!.. Сопляк!..

Прищурив глаза, Зуев пристально посмотрел на оппонентку:

– Тогда, что вам нужно? Капиталов у меня нет, шикарной квартиры тоже. Живу в хрущёвке. Перебиваюсь случайными заработками на местном рынке. Кому разгружу, кому наоборот погружу… Может органы мои – почка или печень, так они уже проспиртовались, а сердце окаменело.

Наморщив нос, она ответила с нескрываемой брезгливостью:

– Кому нужны твои органы… Совсем от водки спятил дурак или фильмов насмотрелся?..

Собравшись с мыслями, Роман глубоко вздохнул и на выдохе спросил спокойным голосом:

– Как ваше имя мадам и почему я здесь?

«А ведь он прав – подумала женщина – знакомство начинают не с упрёков, а сообщают собеседнику своё имя»:

– Я, Серафима Львовна. Можешь меня так называть. Хочу сразу успокоить – твоя жизнь вне опасности.

Посмотрев на двоих крепких парней, она произнесла:

– Мальчики, оставьте нас. Клиент смирный.

Не проронив ни слова, парни вышли из спальни.

Дождавшись, когда дверь закроется, Зуев улыбнулся и задал вопрос:

– Допустим я в безопасности, тогда, что вам нужно от меня? Я под замком или свободен?

Пристально, посмотрев на мужчину, Серафима Львовна, обращаясь к собеседнику перешла на «вы»:

– Дверь не заперта. Если вы по природе не любопытны, то пожалуйста, можете уходить. Идите с миром, и я забуду о вашем существовании. Однако мой вам совет – выслушайте меня.

Поднявшись с кровати, Роман решительно подошёл к двери, но взявшись за ручку, вдруг остановился и оглянулся:

– Сколько это займёт времени?

– Что?..

– Разговор.

– Как пойдёт, однако его у нас мало.

Всё о чём думал в это мгновение Зуев, так это почему голова неожиданно перестала болеть, и он не испытывает похмелья. «Странно – подумал он – неужели во мне ещё что-то осталось от того прежнего.»

Переминаясь с ноги на ногу, Роман вернулся и сел на кровать:

– Я готов вас выслушать… Говорите.

Необычная ситуация, как-то выбила мужчину из равновесия, в следствии чего тот не заметил, что Серафима Львовна откровенно лукавила, а её наигранное безразличие в миг бы закончилось, если только он осмелился уйти. Зря что ли она и её подручные с вечера возились с этим алкашом. На конспиративную квартиру привезли, спать уложили, а с самого утра у его постели.

Медленно, с каким-то непонятным Зуеву трепетом и придыханием, женщина достала из папки измятую фотографию и протянула ему:

– Вы узнаёте кого-нибудь?

Взяв фото, Роман взглянул на снимок. На фотографии, примерно пятнадцатилетней давности, он узнал себя, стоявшего в окружении подростков одного с ним школьного возраста.

Подняв от удивления брови, Зуев спросил:

– Откуда это у вас?

– Кого-то узнали?

– Себя естественно…

– Ещё кого?

– По имени мало кого помню. Фото из летнего детского лагеря, а там все были приезжие, то есть из разных школ и даже городов…

Пристально, посмотрев на Романа, Серафима Львовна подумала: «Именно сейчас, в этот самый миг всё решиться и многое будет зависеть от этого алкаша.» Вопреки своему характеру, она вдруг проявила нетерпение и выдала свою заинтересованность:

– Девочку, стоящую с вами рядом, помните?

Взглянув на снимок, Зуев расплылся в улыбке. Оставаясь сидеть на стуле, женщина подалась вперёд и продолжила:

– Вижу, что вспомнили. Назовите её имя?

Но как не силился Роман, напрягая мозг, а память всё же подвела его:

– Нет, не помню… Что-то необычное. Далёкое во времени… Чудное имя какое-то.

От нетерпения, Серафима Львовна заёрзала на стуле:

– Может Василина?

Неожиданно, Зуев вспомнил и имя девочки, и летний лагерь, и какой-то неземной взгляд её глаз:

– Точно! Василина! Васька! Мы её Васькой называли. А что такое?..

Вернув фото, он вопрошающе посмотрел на собеседницу:

– Почему она вас интересует? Что-то случилось?

Пряча снимок в папку, женщина облегчённо выдохнула:

– Почему из остальных ребят, запомнили именно её?

Вздрогнув, Роман опустил глаза и бессвязно забубнил себе под нос:

– Ну… Мы… То есть…

Повысив голос, Серафима Львовна спросила:

– Что вы мямлите… Говорите, не стесняйтесь.

Не смея поднять глаза, Зуев тихо ответил:

– Мой первый поцелуй с девочкой…

Удерживая папку перед собой, женщина в такт своему голосу начала ею размахивать и каждое последующее слово зазвучало словно она прокурор на Нюрнбергском трибунале:

– Здесь собрана вся ваша жизнь, с молодых соплей до этого момента. Где родились, кто родители, первый день в школе, летние лагеря, армия, работа в органах, смерть родителей, женитьба, развод, переезд после размена родительской квартиры в тесную хрущёвку и пьянство, пьянство, пьянство… И как следствие вас турнули из полиции с «волчьим билетом». Прошло почти полгода, а вы скатываетесь и скатываетесь… Согласитесь, вы ничем незаслуживающий моего внимания человек.

Опешив и от тона собеседницы, и от прозвучавших упрёков, Роман поднял глаза и возмутился:

– Тогда, что вам от меня нужно, если я такой никчемный? Объяснитесь…

Долгие месяцы, Серафима Львовна разыскивала этого гражданина, и вот теперь, ухватив удачу не намеревалась выпускать её из своих «цепких» рук:

– Не хамите Зуев. Наберитесь терпения. Так вот… Вы Роман заинтересовали меня лишь потому, что запечатлены на этом снимке. Вас единственного, кто изображён на фото, удалось разыскать. Да и то лишь потому, что вы существуете в базах МВД, как бывший сотрудник.

Лукаво улыбнувшись, женщина после короткой паузы продолжила:

– Вдаваться в подробности я не могу, а вот помощь мне ваша нужна. В чем, заключается помощь?.. Вы должны опознать Василину. То есть, при встрече с ней сказать, она ли запечатлена на фото.

Искренне не понимая, помощи ли просит собеседница или приказывает, Роман удивлённо ответил:

– Как я могу её узнать? Мы не виделись пятнадцать лет. Она поди красавица. Я её после лагеря не встречал. Смена закончилась и контакты прекратились. Пятнадцать лет прошло. Тогда ей было лет тринадцать-четырнадцать…

Глубоко вздохнув, Серафима Львовна заговорила размеренным и даже смиренным голосом:

– И всё же нужно попробовать. Есть подозрение, что девочка внешне не изменилась. Она не повзрослела и не постарела. Ей и сейчас на вид, как вы выразились тринадцать-четырнадцать лет.

Взглянув в изумлённое лицо Зуева, женщина на мгновение замолчала, потом заговорила вновь, но уже повышая децибелы своего голоса:

– Не смотрите на меня так Роман, слышите… Не смотрите. Я ещё в своём уме…

Достав, но уже без какого-либо трепета и придыхания из папки стопку пожелтевших фотографий, Серафима Львовна передала их мужчине:

– Посмотрите лучше, вот на это.

Вновь в руках Зуева оказались фотоснимки, но на этот раз целая подборка. По качеству, а также изображенным на фотографиях сюжетам они относились к двадцатому веку и везде в центре композиции присутствовала Василина. На одних снимках девочка позировала в окружении матросов, у которых на ленточках бескозырок отчётливо читалась надпись «Аврора», на других стояла на заре пионерского движения в повязанном на шее галстуке, далее были несколько снимков Василины с улиц морозного, блокадного Ленинграда, а заканчивалась подборка фотографией из пионерского лагеря «Артек», где юные пионеры на групповом фото окружали «Дорогого Леонида Ильича».

Не скрывая изумления, Роман вернул снимки и задал напрашиваемый и уместный в данной ситуации вопрос:

– Чья-то гениальная шутка? Неплохой монтаж…

Спрятав фотографии, Серафима Львовна ответила серьёзным голосом:

– Это я и пытаюсь выяснить. Она ещё засветилась в кинохронике одной из майских демонстраций на Красной Площади в конце тридцатых годов двадцатого века. Киноплёнку, которой много лет нелегко подделать это не цифровые видеофайлы…

На фоне молодого, хотя и с похмелья, но всё же пышущего здоровьем мужчины, женщина, нужно признать выглядела мягко говоря не в лучшем свете, поэтому Зуев не мог поверить себе и простить ей, что по её милости терпит весь этот бред… Не выдержав, как ему казалась издевательств над своим разумом, Роман резко встал в полный рост и возмущаясь прикрикнул:

– Что за шутки?! Дамочка, у вас с головой всё в порядке?!

Уставшим голосом, Серафима Львовна ответила на эмоциональный выпад собеседника:

– Успокойтесь и сядьте обратно. Не мельтешите перед глазами. Я уже говорила… С головой у меня всё в порядке, уверяю вас…

Опустившись на стул, Роман не мог успокоиться и от возмущения его начало трясти. «Что за глупый розыгрыш – думал он – нонсенс какой-то.»

Пытаясь унять взыгравшее возмущение, он сделал несколько глубоких вдохов, после чего исподлобья посмотрел на женщину и заговорил грудным голосом:

– Для шуток и розыгрышей вы выбрали не самое моё счастливое утро. Я не расположен разделить с вами веселье. Если у вас на этом всё, то я лучше пойду.

Собеседница Зуева, прекрасно его понимала, если бы ей вот также с самого утра капали на мозги, то она послала бы всех, не взирая, что она женщина, на три весёлых буквы. Тем не менее, еле сдерживая эмоции, Серафима Львовна заговорила негромким голосом:

– Не горячитесь Роман. Я вас не разыгрываю. Это не в моих правилах. Уделите мне ещё минутку, только пожалуйста помолчите. Вы начинаете меня раздражать…

Посмотрев на часы, Зуев произнёс:

– Хорошо. Говорите.

Всё тем же спокойным и приглушённым голосом, она терпеливо начала давать пояснения:

– Одно дело фотографии и кинохроника, совсем другое увидеть человека воочию. Согласитесь, люди имеют только им присущие движения, жесты, тембр голоса, которые не меняются даже с возрастом, а интересующий нас объект, вроде, как и не повзрослела…

Сохраняя приличие, Зуев не только не верил женщине, но и мысленно посмеивался над ней. Предъявленные фотографии не внушили ему доверия. Технологии так далеко шагнули, что подделать фото может даже бабушка, если внуки помогут. Однако Роману всё же стало интересно чем всё закончится. «Человек старается, что-то рассказывает, фотки протягивает, – думал он – и не лень ей с самого утра разыгрывать комедию. У дамочки совсем видать крыша поехала. Где меня держат, в каком районе Москвы и сколько интересно отсюда до дома «пилить»?»

Неожиданно для Серафимы Львовны, собеседник снова начал возмущаться:

– Гражданочка, вы мне скажите… Как я тут оказался? Вы меня похитили?

В голосе женщины зазвучали нотки раздражительности и высокомерия:

– Вас никто не похищал! Вы вчера были настолько пьяны, что обмякли и передвигаться самостоятельно не смогли. Скажите спасибо, что вас приютили, а не бросили в той подворотне, где вы справляли малую нужду.

На мгновение, она замолчала, потом, повысив голос грозно спросила:

– Вы поможете нам?..

Проявляя и заинтересованность, и удивление Роман заговорил:

– Всё равно я ничего не понимаю. Какая девочка через пятнадцать лет. Что значит не повзрослела? Василина больна? Я слышал есть такие болезни, когда человек не растёт.

Потеряв терпение, Серафима Львовна вдруг прикрикнула:

– Зуев!.. Прекратите паясничать! Да или нет?

В дверь вошли двое крепких парней и грозно посмотрели на Романа. «Молодцы ребята» – подумала она, а в слух произнесла:

– Всё нормально… У нас тут маленькое недопонимание. Дайте нам пару минут.

Не проронив ни слова, парни вышли, закрыв за собой дверь. Поднявшись со стула, с принесённой папкой в руках, женщина обратилась к Зуеву:

– И так… Ваше решение?

Посмотрев на собеседницу, Роман растерянно начал задавать вопросы:

– Неужели это для вас так важно? Василина ваша родственница? Может внучка или дочь, пропавшая много лет назад?

Однако вместо ответов, он услышал очередной окрик в свой адрес:

– Зуев!.. У нас мало времени!

Не отводя взгляд от Серафимы Львовны, спокойным и размеренным голосом Роман вновь спросил:

– Кто она вам? И кто вы? Кто те парни за дверью? Я хочу знать, куда я ввязываюсь. Не забывайте, я всё же бывший полицейский…

Терпение у женщины заканчивалось, она нервничала и еле сдерживала эмоции:

– Давайте, я всё расскажу по пути. Поверьте, у нас мало, очень мало времени. И ещё… Ни во, что незаконное или постыдное вы не ввязываетесь. Уверяю Вас.

Поднявшись со стула, Зуев молча вышел за дверь, а вслед за ним, с улыбкой на лице, проследовала Серафима Львовна…

 

**************************************************************************************************

Подписывайтесь, ставьте лайки, оставляйте комментарии.

Мне важны не только ваша дружба, но и ваше мнение...

С уважением Сергей Митрохин.

**************************************************************************************************

Следующий: фрагмент 2