Евгений Кузьмишин 

Во всех списках “всех дуэлей Пушкина” на первом месте стоит лаконичное упоминание: “1816 год. Пушкин вызвал на дуэль Павла Ганнибала, родного дядю. Причина: Павел отбил у молодого 17-летнего Пушкина девицу Лошакову на балу. Итог: дуэль отменена”. Другие пишут подробнее, мол, девица была не сильно молода и не хороша собой, и особенно выделялась вставными зубами. Но оголодавший после военных кампаний и последовавшего запрета въезжать в столицы дядя Пушкина Павел Исаакович Ганнибал при очередном туре котильона встал с нею, отбив в сторону от юного Александра, и более не отдавал, прервав тем самым самые активные и настойчивые действия племянника. К этому времени уде полтора года шла война юного Пушкина с издателем “Вестника Европы”, профессором изящной словесности Московского университета М.Т.Каченовским, который отказывался публиковать стихи 17-летней восходящей звезды и отверг их более двадцати. Дельвиг как мог успокаивал Пушкина в письмах и обзывал Каченовского “Армениусом, ученьем напыщенным”, но это не работало, и пиита был очень нервен. Он своего дядю немедленно вызвал. Через час все перепились, и Павел Ганнибал выдал экспромт: “Хоть ты, Саша, среди бала / Вызвал Павла Ганнибала, / Но, ей-Богу, Ганнибал / Ссорой не подгадит бал”. На том все и закончилось. Мемуаристы писали, что “девица Лошакова” была девушкой под тридцать, нехороша собой и со вставными зубами, конец описания.
Иван Антонович Лошаков родился в 1770 г. в Черниговской губернии в мелкопоместной семье. В 1789 г. выпущен из Сухопутного кадетского корпуса морским пехотинцем и как таковой участвовал в турецких и польских кампаниях, с 1794 г. – под началом Суворова в Херсонском гренадерском полку, подавлял польские восстания и из секунд-майора за 3 года вырос в полковники, а в 1803 г. произведен в генерал-майоры и возглавил Галицкий мушкетерский полк. В это время он падает жертвой чар жительницы подваршавской Праги Магдалены Залесской и в том же 1794 г. на ней женится. Год рождения Анны Ивановны точно не известен, где-то в промежутке 1794-1796 гг. В 1816 г. ей или 22 или 20 лет. В детстве она жила с матерью в Киеве.
В 1805 г. генерал-майор И.А.Лошаков стоит с полком в Киеве, где ему снова везет в личной жизни, и он снова женится на юной и прекрасной киевлянке. Про развод его не известно ничего, про киевлянку, после этого упоминания, – тоже. Не исключено, что “женился” он, расширительно толкуя этот термин. В ноябре этого же года Лошаков ведет 2-й и 3-й батальоны своего полка в составе колонны Пржибышевского навстречу колонне Ланжерона под Аустерлицем. Маршал же Сульт вырубает кавалерию Коловрат-Краковского, занимает ближайшую возвышенность, устанавливает на ней 42 орудия и шквальным огнем методично выкашивает подходящих егерей и гренадеров русских и австрийцев. Под Лошаковым убивают лошадь, он “контужен в ногу”, ему вообще не нравится всё происходящее, и сердце его не на месте. Другой разговор – кому из русских вообще было нужно это никчемное, убийственное и репутационно разгромное сражение, но зато Император Французов вознесся тут на пик европейской славы. Его конные гренадеры (invincibles), атакуя кавалергардов Репнина, выкликали: “Faisons pleurer les dames de Saint-Pétersbourg!” (Заставим плакать петербургских дам!) – и заставили. Лошаков между тем исчезает, чтобы через пару часов оказаться в обозе с юной перепуганной походно-полевой женой. Через два дня они уже вместе во Львове. Там их и повязали.
Поскольку после гениально спланированного и гениально проведенного сражения началась закономерная раздача слонов, исчезнувшего с поля боя генерал-майора, бросившего свои подразделения на произвол судьбы, били все – и со злобы, и от возмущения. Даже во всем прочем его любивший (о чем ниже) М.И. Голенищев-Кутузов, писавший императору официально две реляции – для публикации и “по чистой совести и совершенной справедливости“, – указал отдельно, что с Лошаковым следует разобраться по всей строгости. Лошаков разжалован в рядовые и отправлен в Киев в свой же полк. Там он служит солдатом, но при этом бывает принят во всех приличных домах и поддерживает старые свои компании. Впрочем, быть в Киеве генералом и рядовым – глубоко разные вещи, поэтому, думаю, закономерно выясняется, что к 1808 г. ни о каких киевлянках не идет речи, и он сопутствуем в своих мытарствах “старой” польской женой. В этом году следует жестокое распоряжение из Петербурга о переводе Лошакова в Ряжский мушкетерский полк в польском Седлеце и “о неминуемых строгих взысканиях, если Лошакову будут делаться поблажки по службе или его примут в общество офицеров”. Около десяти лет длятся мытарства нищенствующей семьи, тиф, холера, цинга и пр. С 1809 г. Лошакова бросают на войну с турками, где он проявляет недюжинное мужество, в 1810 г. вновь заслуживает офицерский чин. Кутузов пишет о нем письма императору, друзьям в военных ведомствах, но всё впустую.
Все это время, полтора-два года, “генеральша Лошакова” живет по знакомым в Петербурге, обивая пороги всех министерств, где ее гонят, не слушая, “как чумную”. Наконец, она обращается за помощью к всемогущему царскому кучеру Байкову, и тот, по природной доброте, организует то, что стало популярным историческим анекдотом. Катая государя в дрожках по бульварам, он в заранее оговоренном месте неуловимым движением профессионала (“Вы это не поймете, это наше кучерское дело...”) делает так, чтобы лошадь переступила постромки, и пока их распутывают, Залесская-Лошакова бросается в ноги императору, и тот вынужден “поговорить с ней на иностранном языке” и дать какие-то обещания. Он, в принципе, не злой человек, не могший никогда устоять перед женщинами. В 1811 г. русская армия побеждает по Рущуком, где уже поручик Лошаков бьется весьма геройски. После этого он получает царское прощение и разрешение в немалом чине статского советника удалиться в свое маленькое имение под Брянском без права выезда из него без особого разрешения. Жена с дочерью могли, впрочем, оставаться в Царском Селе, что и делали большую часть года, живя то у друзей, то в наемных квартирах. Потому, наверное, что "в их отношениях настало время сделать паузу", но в основном - потому что в деревне под Брянском очень туго с женихами. А для стремительно стареющей (ведь уже 20-22 года) дочери “труса”, “двоеженца” и “разжалованного в солдаты”, к тому же вполне возможно – с зубными протезами, девицы это вообще очень проблематично. Поэтому девице могло быть строжайше рекомендовано вести себя живее и не стесняться.
Итак, с одной стороны – пылкий 17-летний Александр “Тестостерон” Пушкин, рдеющий и читающий стихи. С другой стороны - герой и старый сорокалетний солдат маиор Павел Исаакович, не знающий слов любви хулиган, гусар, пьяница и военный партизан, за всю войну не получивший настолько ни единой царапины, что при увольнении в отставку лишился пансиона за то, что “остался вовсе невредим”. С третьей стороны – вероятно – еще десяток претендентов, и не обязательно безуспешных. И honi soit qui mal y pense. И оставьте в покое ее зубы. В “Малороссийском родословнике” за 1830-й г. значится некая Анна Ивановна Мандрыка, в девичестве Лошакова, жена полковника П.П. Мандрыки. Даже вызнавать и уточнять не хочу, пусть будет так.

совершенно искусственное впечатление производят целевые программы форса того или иного пищевого продукта при неочевидном или коллективном производителе. ну положим тему "оливье" начали форсить производители "старых песен о главном" как трейдмарк своего бренда, хотя до 1996 г. никакого культа оливье в стране не было. ну а вот кому надо тупо и агрессивно форсить по всей сети темы "черешня" и "окрошка". сроду они не были на слуху, не были предметами культа, а сейчас организованные вбросы идут волнами по аффилиированным сообществам и инфлюэнсерам лентача и всех прочих -чей. ну нельзя ж поверить в то, что кому-то реально интересна квасно-кефирная дихотомия, да и вообще это блевотное месиво, получаемое путем заливания какой-то жижей немытой миски с засохшими с позавчера остатками оливье. загадочен мир тайных социологических экспериментов в российской сети. тема "блины" и тема "яйца" религиозно обоснованы. в отличие от Штатов и Европы конкретные производители здесь не форсят свои продукты на определенные праздники и не создают праздники под них. ну разве что темы "носки" и "пена для бритья", но как-то это мелко, хоботов.

вот кстати, интернет и стендап убили жанр анекдота. еще не уверен, буду ли плакать, но факт очевиден. анекдот.ру это подтверждает снова и снова. умер, погребли и сгнил, распался на плесень и липовый мёд. его формы воспроизводятся время от времени злочинными плясунами на могиле ("таки скажите, Сёма, почему Собянин укладывает плитку каждый месяц?" - пишут на своих мемных картинках оппозиционные паблики, и ответы тоже пишут, ведь им пока никто не отпилил пальцы пилочкой для ногтей, что явно недосмотр), или на том же анекдот.ру былые анекдоты про чебурашку и русского, немца и поляка меняют фигурантов на современных политиков. но это настолько мерзко, что не обсуждается. а молодь не в курсе, что такое анекдот, и при попытке рассказать таковой, воспроизводит гэги из ТВ-стендапа. с вами была история городского фольклора, полуфинал.

классное слово из "повести временных лет" - "уноты", то есть юноши и юношки.
так вот психолого-грамматические наблюдения за унотами - это нечто. оне знаете как в 75% случаев задают вопросы - ну то есть обо всём?
"заблудился" тчк
"купил гаджет, а он не работает" тчк
"имею желание купить дом, но не имею возможности" тчк
с ними рот порвешь, говоря все время "иииииии?"
они жоска настроены на всечеловеческий интерес к себе очаровательным и неповторимым, на то, чтобы со всех сторон "чем тебе помочь?", "ах ты ж бедолаженька, как ты еще жив-то", "что я могу для тебя сделать?", "скорее хватайся за мое стремя, я вывезу" и т.п. ну такое

Потому что Тарантино мудро снимает ретро - про прошлые времена, когда за это не судили, и критерий исторической правды работает в кинематографе. Именно по этой причине последние 20 лет в мировом, но особенно американском кино (а в последнее время и в российском) господствует ретро. Каждый второй фильм (кроме молодежных комедий) - это про прошлые эпохи, вне зависимости от жанра, комедия или драма, ужасы или биопик. Поскольку совсем уж исторические и костюмные фильмы стоят дорого и аудитория их уже средней кино-аудитории, кинематографисты стараются снимать нечто, в основном, про ХХ век, максимум про конец XIX века. Там можно говорить "ниггер" и "латинос", курить,  выпивать крепкое спиртное, ездить в машине, не пристегиваясь, давать детям в руки оружие или пиво, хлопать женщин по попе, а женщины могут быть в фартучках и на кухне, шериф города может быть белым мужчиной, бандита при нападении можно бить или в него стрелять, а не просить дрожащим голосом успокоиться и вспомнить, не трогал ли его отец в детстве за пенис. Ах да! Там родители еще могут гладить детей и держать их на коленях, а также шлепать или давать им подзатыльники. Ну короче, там - в прошлом времени - можно снимать что-то не картонное и не выверенное по всем тысячам законов современного переполненного бытовыми запретами мира. 

Ну и конечно, никто не отменял извечную тоску человечества по "золотому веку", который у каждой личности свой индивидуальный. Но всегда он где-то в прошлом, когда трава была зеленее, а люди - добрее.