За несколько лет до того, как стать помощником тренера квотербеков в «Майами Долфинс», Чандлер Хенли был одним из лучших принимающих в штате, выступая за школу Маллен в Колорадо. После года обучения в подготовительной школе Коэйт Роузмэри Холл в Коннектикуте он решил продолжить свою спортивную карьеру в университете Лиги Плюща.

В январе 2002 года он посетил Йельский университет, где ему выделили первокурсника в качестве наставника. Пока они играли в видеоигры в его квартире, хозяин сказал Хенли, что сейчас зайдут еще несколько ребят из команды. Один из вошедших игроков сразу показался Хенли знакомым — невысокий принимающий из школы Смоки Хилл в Колорадо, одного из соперников Маллена по конференции, чье имя всегда фигурировало рядом с его именем в местных газетах.

Это был Майк Макдэниэл.

Макдэниэл поступил в Йель годом ранее и попал в футбольную команду и, как позже рассказали ESPN бывшие товарищи по команде и тренеры, он с первых же дней продемонстрировал выдающееся понимание игры и способность обучать, которые выделяли его среди остальных.

«Он был полностью погружен в игру. И, думаю, с первого дня он просто впитывал всё это», — сказал бывший квотербек Йеля Джефф Мроз, игравший с Макдэниэлом с 2002 по 2005 год. «Это сразу видно — либо ты любишь игру, либо нет. И было очевидно, что у Майка была настоящая страсть к футболу. Думаю, именно это стало основой для того, что он построил».

«Это страсть, любовь, и если он собирался посвятить этому свою жизнь, то должен был отдаться делу полностью. А Майк, с тех пор как я его знаю, всегда был полностью вовлечен».

В общей сложности Макдэниэл провел четыре года в Йеле как принимающий — два года в составе младшей команды, а затем, на третьем курсе, получил повышение в основной состав. Его имя может и не появилось в статистических сводках Йеля, но он зарекомендовал себя как лидер, играющий тренер, эксперт в разборе видеозаписей и, несмотря на свои габариты, один из самых сильных игроков в команде. Он поступил в университет с мечтой играть в футбол,
но быстро понял, что у него мало шансов регулярно выходить на поле.

«Я осознал, что скорость игры в реальном времени и вся эта мечта, к
которой я стремился, оказались для меня недосягаемы», — сказал
Макдэниэл. «Я тут же начал обращаться к более талантливым спортсменам, рассказывать им, что видел и думал, и довольно быстро понял, что у меня есть врождённая способность объяснять вещи так, чтобы их понимали. Это позволило мне найти свое место в команде, даже не будучи ключевым игроком на поле».

Макдэниэл начал свою тренерскую карьеру в 2005 году как стажер в «Денвер Бронкос», а затем работал в «Хьюстон Тексанс», «Кливленд Браунс», «Вашингтоне», «Атланте Фэлконс», «Сан-Франциско 49ерс» и даже в команде «Сакраменто Маунтин Лайонс» из Объединенной футбольной лиги.

Став главным тренером «Майами Долфинс» в 2022 году, Макдэниэл
сосредоточен на том, чтобы завершить 25-летнюю серию неудач клуба в плей-офф. Однако его наследие в родном университете живет благодаря товарищам по команде, тренерам и друзьям, с которыми он играл в колледже. Вот некоторые из их любимых историй.

Чендлер Хенли и Майк Макдениел в «Долфинс»

Тренерская карьера Макдэниэла началась не во время стажировки в «Денвер Бронкос» в 2005 году. На самом деле, всё началось чуть раньше — рядом с футбольным комплексом Йеля, недалеко от мемориала Уолтера Кэмпа, посвященного «Отцу американского футбола».

Хенли, который закончил Йель третьим в списке лучших принимающих за всю историю университета, приписывает свой успех во многом помощи Макдэниэла. В своём третьем сезоне, в 2004 году, перед каждой игрой Макдэниэл проводил для Хенли 40-минутную разминку на травяной площадке возле комплекса Лэпхэм Филд
Хаус, примерно в двух милях от кампуса Йеля в Нью-Хейвене, штат
Коннектикут. Тренировка включала в себя упражнения, которые Макдэниэл подсмотрел, изучая игровые записи «Бронкос».

Одно из таких упражнений было вдохновлено бывшим принимающим «Бронкос» Родом Смитом.

Просматривая пленку, Макдэниэл заметил, что Смит после приема мяча на маршруте «камбэк» делал движение, напоминающее баскетбольный «дроп-степ», что позволяло ему гарантированно зарабатывать несколько дополнительных ярдов после ловли. Увидев, что этот прием работает и в футболе, Макдэниэл решил включить его в тренировки с Хенли.

«Род Смит делал это постоянно, и я просто заметил — это выглядело как дроп-степ в баскетболе», — вспоминал Макдэниэл. «Поэтому мы с Чендлером начали отрабатывать этот прием на тренировках перед играми, а позже я даже уговорили тренера ресиверов включить его в программу. Мы до сих пор используем это упражнение в «Долфинс».

Кроме того, Макдэниэл нашел способ тренировать глаза Хенли и помогал ему справляться с предматчевым волнением во время этих занятий.

«Он бегал вокруг меня кругами [бросая мяч], а я ловил всё подряд», —
вспоминал Хенли. «Это был такой способ войти в состояние транса, чтобы правильно настроить зрение. А еще это помогало отвлечься от мыслей об игре и всей этой предматчевой нервозности. Я просто концентрировался на мяче. Мне нужно было поймать первую серию снова и снова, и снова, и снова. Это была в основном его идея, и я с радостью этим занимался, потому что это помогало отпустить эту нервозность».

Их занятия не ограничивались только предматчевыми разминками. После тренировок товарищи по команде вспоминали, как Макдэниэл снова и снова проводил Хенли через серию необычных упражнений.

«Я помню, как постоянно проходил мимо и думал: «Что, черт возьми, они там делают?», — сказал бывший квотербек Йеля Элвин Коуэн, игравший с Макдэниэлом в 2003 и 2004 годах. «Чендлер лежал на земле в полном снаряжении, а Майк бросал ему мяч, и Чендлер отрабатывал ловлю одной рукой и всякую такую дичь. Я думал: Как это вообще связано с игрой? Как это поможет Чендлеру стать лучше?»

Но в итоге необычные методы Макдэниэла оправдали себя.

По словам Коуэна, Хенли был для Йеля своего рода Оделлом
Бекхэмом-младшим — он делал больше ловлей одной рукой, чем кто-либо в команде.

Когда в 2003 году Хенли сделал невероятный тачдаун, сравняв счет в матче против Принстона, Коуэн начал понимать, в чем был смысл этих тренировок.

«Чендлер подпрыгнул, поймал мяч в высшей точке и развернул корпус в воздухе... Короче говоря, может, они и правда знали, что делали», — смеясь, сказал Коуэн. «Может, тренировки Майка помогли Чендлеру сделать эту ловлю, который принес нам победу — я не знаю. Я просто помню, как думал: Я вообще не понимаю, что они там творят».

Еще одной запоминающейся частью работы Макдэниэла с Хенли были их нарочито театрализованные тренировочные разборы накануне матчей.

«Они вставали в формацию… и проигрывали розыгрыш в замедленном движении — буквально как в кино», — вспоминал Коуэн. «Чендлер двигал ртом очень медленно, и они выполняли всю комбинацию в замедленном темпе. А потом они «перематывали назад» — в
замедленном движении! Это было похоже на театральную постановку.
Казалось, они продумали и отрепетировали каждый жест, и двигались так, словно их замедлили в видео. Выглядело это просто уморительно».

Макдэниэл рассмеялся, когда его спросили про эти тренировки, и признался, что до сих пор вспоминает их с теплотой.

«Я помню то же чувство, которое испытываю сейчас, когда тренирую, — я пытался придумывать вещи, которые помогут ему лучше видеть игру и влиять на нее», — сказал он. «И когда он делал ловлю, становился чуть более  агрессивным в моменте из-за чего-то, что мы отрабатывали, это давало мне ощущение значимости и уверенности в том, что я делаю».

Хенли сделал 110 приёмов за карьеру в Йеле

Преодоление трудностей всегда было движущей силой для Макдэниэла, и именно поэтому его четыре сезона в команде стали таким впечатляющим достижением для всех, кто знал внутреннюю кухню программы.

Большинство игроков, пришедших в команду без спортивной стипендии, не задерживаются дольше года. Идея играть в студенческий футбол кажется заманчивой, но тренер Йеля Джек
Сидлецки объяснял, что многие недооценивают, какой объем работы ложится на плечи таких игроков в Лиге Плюща.

Дополнительно усложняло ситуацию то, что физические данные Макдэниэла делали его далеко не очевидным кандидатом даже для попадания в команду.

«Многие ребята просто не понимали, что значит быть частью футбольной программы», — говорил Сидлецки. «Думаю, когда люди слышат «Лига Плюща», они представляют себе уровень третьего дивизиона — но это не так. Уровень игры здесь очень высок, и ты должен быть настоящим футболистом».

По его словам, в то время Йель был «очень разборчив» в выборе игроков без стипендии. Просмотрев записи игр Макдэниэла в школе,
тренер не считал его футболистом уровня Йеля. Однако он был настолько сильным кандидатом в академическом плане, что декан приемной комиссии Рик Шоу лично настоял, чтобы Сидлецки нашел для него место в программе.

«Ну, он всего 173 см ростом, весил примерно 63 кг и пробегал 40 ярдов за 4,9 секунды, и это еще при очень лояльном секундомере тренера», — вспоминал Сидлецки. «Так что, по факту, он не был игроком, на которого мы могли рассчитывать, но он был парнем, который просто хотел играть в футбол».

Попав в команду, Макдэниэл даже не думал о том, чтобы уйти, хотя быстро понял, что шансы выйти на поле у него минимальны.

«Я с детства привык, что мне говорят «ты не сможешь», и я пришел с таким же настроем», — вспоминал он. «Я был самым маленьким игроком в команде, да и сам переход от жизни в Колорадо, который больше похож на Калифорнию, к миру подготовительных школ был для меня культурным шоком. Но уйти вот так? Нет, это было не про меня».

Макдэниэл говорил, что желание доказать скептикам свою состоятельность помогло ему найти способы приносить пользу команде за пределами игрового поля и дало мотивацию продолжать, несмотря на отсутствие перспектив в составе.

«Я нашел другие способы вносить вклад в игру команды неделя за неделей — это отвлекало меня от мысли, что играть мне, скорее всего, не суждено», — сказал он. «Я не собирался просто так сдаваться, потому что это было не в моей природе. Может это была слишком амбициозная цель, но я так жил всю жизнь. Когда люди смотрели на меня и говорили: «У тебя не получится», я отвечал: «Спасибо».

Тренер Йеля Джейк Сидлецки

В «Долфинс» Макдэниэл прославился самоироничными шутками о своем росте, который явно уступал игрокам команды. Но во времена игры за Йель его физическая сила — несмотря на небольшие габариты — была тем, что особенно впечатляло товарищей по команде.

С ростом 196 см и весом 102 кг Джефф Мроз был квотербеком с идеальными антропометрическими данными. Он был капитаном команды и ко второму курсу стал вторым в истории Йеля по
пасовым ярдам (сейчас занимает седьмое место). Казалось бы, в команде все должны были равняться на него — но у Мроза был свой, весьма необычный, повод восхищаться Макдэниэлом.

«Я всегда восхищался его ягодицами», — смеясь, сказал Мроз.

Когда Макдэниэл поступил в Йель, он весил всего 65 кг, но сразу начал шестидневные тренировки в зале, чтобы подтянуть свою физическую форму до уровня одноклубников.

К моменту выпуска его вес вырос до 82 кг, и, по словам Мроза, он стал одним из самых сильных игроков в команде, если учитывать пропорции тела.

Его коронным упражнением, по словам Мроза, было скандинавское сгибание. В этом упражнении человек стоит на коленях, а партнер фиксирует его лодыжки.  Нужно медленно опустить корпус к полу, а затем подняться обратно, желательно не помогая себе руками.

«Майк мог опускаться и подниматься обратно, не касаясь пола руками», — рассказал Мроз. «Наверное, он был единственным в команде, кто мог это сделать. Это крутой физический навык, который я редко у кого видел».

Сам Макдэниэл добавил, что довел технику до такой степени, что мог выполнять упражнение, держа в руках 20-килограммовый блин.

«Я никогда, ни на секунду, не задумывался о том, чтобы бросить футбол», — сказал он. «Но я понимал, что мне нужно очень сильно прибавить в тренажерном зале».

Майк Макдэниэл №28 в составе Йеля

«Унизительными» — так Макдэниэл описал свои два года в составе юниорской команды. Однако этот опыт стал важной вехой на его пути к тренерской карьере.

Обычно второкурсники не остаются в юниорской команде. Но Макдэниэл провел там второй год, став одним из самых старших игроков. Он взял на себя лидерскую роль, помогая новичкам адаптироваться к уровню колледж-футбола, и, по словам одного из бывших товарищей по команде, фактически стал неофициальным тренером младшего состава.

«Я всегда чувствовал игру, ее ритм, ее подъемы и спады», — вспоминает он. «Обычно игроки слишком эмоционально реагируют на неудачи, и мне это казалось нелогичным, потому что если внимательно смотреть футбол, то каждая команда-победитель неизбежно сталкивается со сложными моментами».

«Мне всегда нравилось вдохновлять ребят в трудных ситуациях. Когда другие опускали руки, я наоборот видел в этом возможность: «Хей, история станет еще круче, если мы сумеем отыграться».

Эта страсть к наставничеству проявилась и после его перехода в основной состав.

Один из ярких моментов произошел в матче против Принстона в его третий сезон. Йель проигрывал 7 очков и начинал драйв, который мог сравнять счёт, со своих 8 ярдов за 1:08 до конца игры.

«Нам нужно было пройти практически всю длину поля, чтобы сравнять счет и перевести игру в овертайм», — вспоминает бывший принимающий Йеля Рон Бенино. «Мы оказались в ситуации, когда срочно нужно было набрать 15-20 ярдов, чтобы хотя бы попытаться сделать тачдаун. И вот Макдэниэл буквально кричит нашему тренеру в ухо, требуя разыграть конкретную комбинацию. Он видел с
бровки, что это сработает». И это сработало.

Квотербек Элвин Коуэн выполнил пас на 19 ярдов на Бенино, выведя «Бульдогов» на отметку в 22 ярда за 7 секунд до конца. В следующем розыгрыше он бросил мяч в энд-зону на Чендлера Хенли, который сравнял счет на последних секундах матча. В итоге Йель победил 27-24 в двойном овертайме.

«Даже в таком возрасте у него было столько пониманию футбола», — говорит Бенино. «Для тех, кто его знал, нет ничего удивительного в том, что он дошел до уровня, где находится сейчас».

Майк Макдэниэл с «Майами» имеет результат 28-23 за 3 года

К моменту выпуска, Коуэн стал лучшим квотербеком в истории Йеля по количеству пасовых ярдов и тачдаунов. В 2003 году он установил рекорд колледжа по количеству ярдов за сезон — 3 429. Однако одно из самых ярких воспоминаний того сезона связано вовсе не с его собственными достижениями, а с Макдэниэлом в первом же матче «бульдогов».

Коуэн помнит каждую секунду того легендарного драйва против Принстона. Но он не помнит, чтобы слышал крики Макдэниэла с бровки, подсказывавшего комбинации. Хотя, по его словам, его это совсем не удивляет.

Это было типичное поведение для маленького принимающего.

Во время стартового матча сезона против Тоуcона (где Йель разгромил соперника 62-28) Макдэниэл снова громко выдал свою подсказку с бровки. Но на этот раз она была встречена не так благосклонно.

«Стадион у нас на 60 тысяч, но было может тысяч 10 — так что отдельные выкрики было слышно отлично», — вспоминает Коуэн. «Мы разыгрывали "Смотри сам" — это когда я сам выбираю комбинацию. И вдруг слышу: "Огайо! Огайо!"

«Я на секунду замираю, поворачиваюсь и вижу Майка, который мне орет, чтобы я сыграл "Огайо" — базовую комбинацию с маршрутами гоу-флэт для двух принимающих».

«И в тот момент я думаю: "Какого хрена этот полирующий скаймеку ресивер кричит мне, стартовому квотербеку, какую комбинацию разыгрывать?"»

С точки зрения Коуэна, это было наглостью: какой-то ноунейм из глубины состава пытается командовать стартовым квотербеком в разгар матча. Но с годами он понял, что Макдэниэл просто думал на шаг вперед.

«Еще тогда он уже размышлял: «Как я могу помочь команде?» — говорит Коуэн. «А если посмотреть в ретроспективе, разве не этим он всегда занимался? Как помочь команде? Как выиграть? И у него уже тогда было футбольное чутье — такое же, а может, и лучше, чем у некоторых тренеров».

«Помню, после игры я думал: «Какого хрена этот парень о себе возомнил? Ну что ж, теперь этот парень — главный тренер «Майами Долфинс». Может, стоило тогда прислушаться к тому, что он
кричал».

Оригинал статьи: https://www.espn.com/nfl/story/_/id/43907430/miami-dolphins-mike-mcdaniel-early-days-yale