Мужчина около сорока, с короткими, седыми волосами, сидя в кабинете за массивным, письменным столом, на левом краю которого разместилась настольная лампа с зеленым, стеклянным абажуром, на правом массивный, бакелитовый телефон, посмотрел на тонкую, серую папку с надписью «Дело» и рядом цифр вписанных от руки.

Проведя рукой по картону, словно смахивая пыль, мужчина развязал тесьму и открыл. Отпечатанный лист с небольшой фотографией в правом углу. Сверху надпись сделанная от руки синими чернилами: «Принять в разработку».

Пробежав глазами по первой строке, указывающей фамилию имя и отчество, мужчина откинулся на спинку стула, потер подбородок, достал из кармана пиджака черную коробку с папиросами «Герцеговина Флор», закурил, ароматный дым повис над столом.

Перевернув первый лист, мужчина вчитался… «…негласное, проверочное наблюдение установлено четыре года назад, за студентом первого курса Московского государственного университета, факультета журналистики. За указанный период  проверяемый продемонстрировал, что для достижения определенных целей способен на противоправные, а иногда откровенно преступные действия…» - мужчина глубоко затянулся, откинулся на спинку кресла, что-то обдумывая, выпустил дым и пропустив несколько строк, продолжил читать, - «…при этом пользуется непререкаемым авторитетом среди студентов младших и старших курсов. Учеба дается легко, можно сказать играючи. Аналитический склад ума позволяет принимать ответственные, нестандартные решения проявляя артистизм и не всегда здоровую инициативу. В настоящий момент из-за антисоциального поведения, откровенно наплевательское отношения к учебе и преподавателям, руководство учебного заведения приняло решение, отчислить студента четвертого курса…», - мужчина потушил в стеклянной пепельнице папиросу, вернулся к первому листу с фотографией в правом углу, - «…свободно владеет тремя иностранными языками: английским, испанским, португальским», - мужчина задумался на мгновение и его взгляд переместился на следующую строчку, - «…практикует забытое искусство русского рукопашного боя «Коло», которому обучился у деда генерал-полковника…» - вновь закурив мужчина задумчиво смотрел на раскрытую папку, открыв последний лист, вчитался, - «Предложить администрации учебного заведения изыскать возможность восстановить проверяемого на прежнем месте учебы на определенных условиях. Провести с проверяемым беседу для выяснения причин антисоциального поведения. В личной беседе установить возможность дальнейшей работы с проверяемым. В случае положительного решения, третьему отделу Управлению «С» обеспечить кандидату прохождение курса спецподготовки в течении года. По результатам сдачи итогового испытания, определить целесообразность направления кандидата в распоряжение восьмого отдела Управления «С» для прохождения спецподготовки в рамках программы, необходимой для дальнейшего использования. Начальник Управления «С»…».

Мужчина закрыл папку, провел по обложке ладонью, повернувшись открыл сейф, положил папку. Закрыв на ключ сейф, поднялся, одернул пиджак и стремительно вышел из кабинета.

*****

Черная «Волга» проехав по дорожке засыпанной мелким гравием, похрустывающим под колесами, въехала на территорию окруженную двухметровым деревянным забором. Из остановившегося автомобиля вышел мужчина лет пятидесяти, в синих брюках с двумя красными лампасами и сером кителе, на левой стороне которого разместились три ряда орденских планок, на плечах золотые погоны генерал-майора.

Проведя рукой по коротким убеленным сединой волосам, мужчина стремительно направился к двухэтажному деревянному дому размещенному в глубине территории. Обойдя вокруг, вошел на веранду расположенную с торца здания. Остановился глядя на женщину лет сорока, в плотном атласном халате, разместившуюся за столом в плетеном кресле, поджав ноги. В одной руке она держала книгу, а во второй чашку из тонкого фарфора  наполненную зеленым чаем.

- Где твой сын? - мужчина требовательно смотрел на женщину.

Опустив книгу, женщина сделала глоток из чашки, поставила ее на стол и улыбнувшись посмотрела на мужчину.

- Я тоже рада тебя видеть! А мой сын, там же где и твой… - спокойно произнесла женщина.

- Ты знала, что его отчислили из института?

- Нет… А его отчислили? - левая бровь женщины чуть приподнялась.

- Не просто отчислили, его вышибли, - раздраженно произнес мужчина.

- Ну, а почему ты не решил вопрос?

- Я что нянька двадцатилетнему переростку? - повысил голос мужчина, - Все было хорошо, когда только начал учиться, но на третьем курсе словно с цепи сорвался. Мне пришлось пять раз улаживал его вопросы, но ему ничего не надо. Его интересуют только деньги, пьянки и бабы… А вчера он угнал мою машину и его задержали, - жестко произнес мужчина, - Его конечно отпустили… Но он перешел черту…

- Прости, но причину его срыва ты прекрасно знаешь… - вздохнула женщина, - Надеюсь никто не пострадал, машина цела и даже невредима? - чуть наклонив голову, женщина смотрела на мужчину.

- Опять ты заступаешься за своего любимчика…

- Аркадий, у нас один сын, - качнула головой женщина, - Тебе всегда хотелось, чтобы он пошел по твоим стопам, но он другой… Ему неинтересна служба в армии или милиции… Перебесится и все наладится. Выучится и в последствии станет неплохим журналистом. Ты же знаешь, что способностей у него не отнять. У него просто бурлят гормоны…

- Дурь у него бурлит во всех местах. В армию пойдет… - грозно произнес мужчина.

- Остынь… - твердо произнесла женщина, - Какая армия? Зачем она нужна мальчику? Все что надо он и так умеет. Ты же сам с отцом хотел, чтобы он был бойцом, вы учили его драться, стрелять. Чему его может научить армия? Ты же знаешь, что он не пройдет мимо если обижают слабого.

- Слишком хорошо учил… - шумно выдохнул мужчина, - Сколько раз мне приходилось забирать его из милиции? Он даже не задумывается, что его действия могут навредить мне…

- Аркадий, не сгущай… - отмахнулась женщина, -  Во всех драках он защищал слабых. И ты это знаешь лучше меня. ты должен гордиться, что вырастил сына настоящим мужчиной.

- Не защищай своего любимчика… - процедил сквозь зубы мужчина, - Он идет служить… И этот вопрос не обсуждается, - мужчина вошел в дом, прошел в прихожую, где на резной тумбочке разместился телефон.

Сняв трубку с минуту раздумывал, а потом набрал номер.

- Юрий Александрович, здравствуй! Слушай, призыв еще идет? Забери моего оболдуя… И чтоб служил, где баб нет…

- Здравствуй Аркадий Владимирович! - донеслось из трубки, - Что-то ты прям сразу шашки наголо… Опять сын расстроил?

- Все нет сил у меня… Оформи повестку. Пусть служит, может за ум возьмется…

- Прости Аркадий… - в трубке послышался легкий вздох, - Но не могу тебе помочь…

- Юра, что значит не можешь? - возмущенно произнес мужчина, - Ты военком или кто? У него призывной возраст и он отчислен из института, это лишило его отсрочки…

- Товарищ генерал-майор, довожу до вашего сведения… - мужчина закашлялся, - Ваш сын будет призван в ряды вооруженных сил, согласно закона Союза ССР. Аркадий, прости, но я действительно ничего не могу сделать… - в трубке щелкнуло и послышались гудки.

Генерал удивленно посмотрел на телефон, растерянно положил трубку на рычаг и вернулся на веранду.

- Аркадий?! - женщина внимательно смотрела на мужа.

- Прости дорогая… - мужчина запустил пятерню в волосы, - Мне нужно ехать… Если появится балбес, передай, что мне нужно с ним срочно поговорить…

Генерал покинув веранду, медленно направился по дорожке. Женщина положив книгу,  встревоженно смотрела вслед мужу.

*****

Сидя за барной стойкой кафе «Лира», что на Пушкинской площади, молодой человек  одетый в слегка помятый костюм и не совсем свежую, белую рубашку без галстука, медленно потягивал коньяк из пузатого бокала и курил ароматную сигарету «Герцеговина Флор». Легкий шелест голосов наполняет залы кафе, создавая общий фон. Допив содержимое бокала, мужчина поставил на стойку и взглянул на бармена.

- Повтори…

- Андрей Аркадьевич, может не стоит… - вздохнул бармен.

- Саша, вот хороший ты мужик, но не лезь с советами… - мужчина зло замял сигарету в пепельнице, - Наливай…

Бармен покачал головой, убрал бокал со стойки, поставив чистый, плеснул ровно пятьдесят грамм и пододвинул к сидящему. Мужчина взяв бокал, задумчиво рассматривал содержимое, чуть перекатывая жидкость. Молодой человек в джинсах и рубашке, присел на высокий стул рядом с сидящим за стойкой.

- Андрюха, здорово!

- Здоровей видали, - не поворачиваясь, мужчина глотнул из бокала.

- Не заводись… Что делать будешь? - подсевший посмотрел на Андрея.

- Допью и еще закажу… - задумчиво произнес мужчина.

- А смысл? Поговори с отцом… Ну, пожурит и вновь поможет. Так ведь и в армейку загреметь можно. А оно тебе надо? 

- Володь, что тебе надо? - Андрей внимательно смотрел на сидящего рядом.

- Мне? Ничего... - молодой человек пожал плечами, - Ты дурья башка жизнь себе ломаешь. Мне конечно по барабану, но ты ведь всегда лучшим был, начиная со школы… Нет, ты и сейчас лучший во многом. Но ты уж извини, в этот раз ты заигрался…

- Володь, - Андрей посмотрел на мужчину, - А зачем это все?

- Ты о чем?

- Обо всем… - пожал плечами Андрей, - Лучший в школе, лучший в спорте, лучший на курсе в университете… Нахрена это все? Чтобы потом мотаться по стране, брать интервью, царапать статейки о передовиках и стахановцах… Кому это надо? Вот им, - мужчина кивнул головой на сидящих за столиками, - Так им насрать на это все… Они и газет то не читают, им плевать, что происходит там, за окном. А в этом кафе передовиков не бывает, дороговато это для них… Тут присутствуют только будущие великие дипломаты, политики, номенклатура… Элита мать вашу… - презрительно произнес мужчина, - Светлое будущее страны Советов, которому плевать на страну…

- Андрюх, не утрируй. Да в этом кафе много тех, кто через десяток лет будет мелькать в ящике и на страницах газет. Но так устроен мир… - молодой человек развел руки в стороны, - Дети номенклатуры не становятся к станку, они идут по стопам отцов и матерей… А твой потенциал тебе открыл дорогу за бугор… Но ты упорно перекапывал эту дорогу. Будто тебя в наказание отправили к бабушке на дачу и велели вскопать необъятный огород…

- Ну, да… - вздохнул Андрей, - Как в шутку сказал бы дед, - мужчина грустно улыбнулся, - Копать будем отсюда и до обеда… Володь, а почему наши деды не рвались становиться генералами и партийными функционерами? Они ведь просто служили Родине… А мы осознанно идем в дипломаты, журналисты и не потому, что любим Родину, а потому что это престижно и открывает нам новые горизонты быть выше тех кто на улице…

- Андрюх, остынь… Так и договориться можно… - сидящий рядом покачал головой, - Езжай домой, проспись и все хорошенько обдумай. Обязательно съезди к отцу, повинись и все восстановится. Окончишь университет, съездишь в свою первую командировку, конечно не в Европу или Штаты, а в Африку, но это лучше чем в Жмеринку, - молодой человек улыбнулся, - Там ведь тоже люди живут, хоть и шоколадны и думаю посмотреть есть на что. Напишешь очерк или, что потребует редакция, ты ведь классно пишешь…

- Кому это все надо? - Андрей спрыгнул с высокого стула, достал из кармана брюк смятые купюры, бросил на стойку и направился к выходу из кафе.