Читателям обычно кажется, что мир литературы вообще и самиздата в частности целиком крутится вокруг автора и его капризной музы: пришёл в голову сюжет — автор его пишет, книга продаётся на <маркетплейсе> за "одну тысячу рублей" — эти деньги получает автор (ну ладно, 950 р он получает, плюс площадка имеет свой скромный гешефт), и даже все цены тоже устанавливает автор по личному произволу своей левой пятки.

(и нередко получают за свои книги — особенно бумажные — такой смешной процент денег, что вы бы плакали)

Итак, если это так называемый "коммерческий автор", то он делает бизнес и пишет вообще не свои сюжеты, а то, что модно в данный момент (романы а-ля "Не прощу измену! Развод в 45" и "Кавказский муж. Любовь по законам шариата" — как раз из этой категории). Соответственно, тренды определяют деятельность "коммерческого автора" от и до, зато радуют его заработком.

Есть другая категория — идеалисты-бессребреники (как ваша покорная слуга), которые пишут что хотят, зачастую выдумывают оригинальные сюжеты (это плохо, потому что широкие массы предпочитают читать только знакомое и предсказуемое), а то даже и драмы (это вообще верная смерть, ибо большинство читателей любят лёгкие книжки, чтобы отдохнуть). Такие авторы свободнее в выборе сюжетов, зато зачастую довольствуются лишь счастьем творчества.

Но и те, и другие авторы зависят от площадки — литературного сайта, — если хотят, показать свой роман кому-либо, кроме подруги и кошки.

Одна из крупнейших площадок — Литрес. Каждый желающий может здесь зарегистрироваться и выложить свой роман на суд публики (но сначала нужно пройти модерацию, этим Литрес отличается от всех остальных лит.сайтов)

Наверное, многие слышали, что сейчас происходит ощутимое ужесточение цензуры, в том числе в отношении книг (многие книги переходят в категорию 18+, а то, что раньше было в 18+, теперь и вовсе писать нельзя), однако критерии весьма размыты, так что авторы резонно паникуют, гадая, можно ли писать определённый сюжет или нет.

Паника подогревается ежедневными новостями: то одному известному эротическому автору сайт удалил сразу всё творчество (200 книг), то другим популярным авторам дарк-романс отказали от дверей издательства и теперь они ищут другое. Естественно, никто не хочет оказаться на их месте, поэтому авторы пытаются угадать, как нынче "писать правильно". Ясно, что эротика в опале, но до каких именно границ?

И вот на днях Литрес обнародовал свои требования, где очень подробно перечислил, что категорически нельзя описывать в художественной литературе.

С одной стороны, можно выдохнуть с облегчением, ведь что-то прояснилось.

А с другой — авторы любовных романов встали на уши.

Вот как выглядят текущие требования Литрес к любовным сценам:

❌ Запрещённые примеры (порнография)

Пример 1:

«Он медленно снял с неё одежду…» Далее подробное описание тела и интимных мест... «Его руки скользили всё ниже, пока он…» Далее подробное описание действий, направленных на получение физического удовольствия.

Пример 2:

«Она застонала, когда он вошёл в неё…» Далее автор «смакует» каждое движение, ритм, дыхание и физиологические подробности.

Пример 3:

«Он грубо прижал её к стене и принялся срывать с неё одежду…» Далее описание в деталях процесса, запахов и телесных выделений. 

✅ Переработанные допустимые варианты (эротика/романтика)

Вариант к примеру 1:

«Он коснулся её плеча, словно боялся разрушить этот момент. Она позволила ему снять с себя платье, и в этот миг между ними не осталось ни тайны, ни расстояния».

Вариант к примеру 2:

«Их объятие стало глубже, дыхание смешалось, и время словно остановилось. Это была близость, которой они ждали всю жизнь, — не телесная, а душевная».

Вариант к примеру 3:

«Он прижал её к стене, но не для грубости — для того, чтобы ощутить её рядом. Она услышала его сердце и поняла: в этом мгновении нет ничего, кроме них двоих».

1. Сместите акцент с телесного на чувственное/эмоциональное. Пусть в центре будут чувства, романтика отношений, а не физиология.

2. Избегайте натуралистичных деталей. Подробные описания анатомии — путь к запрету.

3. Не используйте несовершеннолетних героев. Даже намёки недопустимы.

4. Добавьте художественный контекст. Сцена интимности должна быть частью истории, а не отдельной вставкой ради возбуждения.

5. Не бойтесь оставлять недосказанность. Иногда намёк сильнее прямого описания.

Пишите про чувства, эмоции, переживания. Пусть близость героев станет естественной частью истории, а не самоцелью. Тогда ваше произведение будет интересным, глубоким и безопасным для публикации.

Я далеко не автор эротических романов, но будем честны — не всегда отношения строятся вокруг нежного романтического трепета. Тем более в любовных романах, которые по определению предлагают читательницам самые разные ситуации, в том числе недоступные в жизни. 

Одно дело — первая любовь.

Другое — горячая страсть взрослых мужчины и женщины, которые вспыхнули друг к другу.

И как быть с нездоровыми отношениями?! А ведь многие любят о них читать.

Но теперь получается, что об этом нужно писать как-то в стиле: "Он нежно прижал её к стене, ласково сжал её запястья, удерживая руки, а потом поцеловал в лоб и хрипло прошептал на ухо: "Жду не дождусь, когда мы поженимся, любимая", — и, решительно отстранившись, ушёл спать на кушетку".

А самое главное, во что упирается вся эта проблема, — страстная любовь читателей к эротике.

Вон, нельзя упоминать в романах *котиков* или смену ламината — да и бог с ними. Есть отдельные авторы, которые опечалятся, но всё же это темы узконаправленные.

А эротика — это то, что с руками и ногами отрывают читатели, именно поэтому многие авторы это пишут. Любовные романы с маркировкой 16+ продаются в десятки раз хуже, чем любовные романы 18+ с обилием горячих сцен. Такова циничная реальность.

И тут площадки пошли это дело запрещать и удалять. Именно поэтому многие авторы стоят на ушах: потому что любовные романы с горячими сценами — это заработок, щедрый отклик читателей и ощущение себя востребованным писателем. Лишиться этого, понятное дело, не хочется, однако авторов не больно-то спрашивают, чего они там хотят.

***

В общем, пессимисты прогнозируют, что скоро наступит культурный ренессанс и снова можно будет писать любовные романы только о любви колхозной доярки к "докторской" колбасе — но-но, никаких аллюзий!