— Алло! Алло, говорите! — в трубке тишина, но слышно чьё-то дыхание. — Вы думаете, это смешно? Делать нечего, сначала звонить и сбрасывать, а сейчас дышать в трубку. Громче дышите, вас плохо слышно! Урод, иди нахер! Ещё раз сюда позвонишь, я тебя вычислю по телефону и…

— Тэхён, это я.

— Кто? Чонгук? — неуверенно спросил Ким.

— Да, привет! Слушай, прости, что так поздно. Я не знаю, ты до сих пор предпочитаешь рано ложиться или нет? Надеюсь, что не разбудил тебя или разбудил? — Чонгук от волнения начал очень быстро тараторить в трубку, не давая возможности отвечать на собственные вопросы. — Я, можно сказать, случайно тебя набрал.

— Случайно? Два раза?

— Ммм, ну да. Так получилось.

— Чонгук, я правильно понимаю, что ты и не собирался мне звонить, но каким-то магическим образом это случилось?

Судя по рассерженному голосу Тэхёна, он был не очень рад этому звонку. По крайней мере именно так показалось Чону.

— Тэ, — вздохнул Чонгук. — Я… Я…

— Откуда у тебя вообще мой номер телефона? — спросил Ким.

— А ты сам как думаешь?

— Как я думаю? А я не знаю, что и думать. Давай без этих твоих игр. Что ты хочешь? Зачем позвонил?

— Видимо, ты не в духе, — еле слышно сказал Чонгук, но его услышали. — Прости, я зря поддался эмоциям и набрал тебя. Ещё раз прости, не буду тебя раздражать. Пока!

— Подожди! Зачем ты позвонил, Чонгук? — уже намного спокойней спросил Тэхён.

— Я не знаю, Тэ. Я просто ещё раз хотел услышать твой голос. Вчера, когда я услышал тебя на эфире, я чуть сознание не потерял. Это было так неожиданно.

— Да, это правда было очень неожиданно. Я не думал, что Сольджин додумается до такого. Так вот откуда у тебя мой номер? — догадался Ким. — А разве это не превышение служебных полномочий?

— Может быть, но мне плевать.

— Ясно. Чонгук, что ты хочешь?

— Я не знаю, Тэ. Правда, не знаю. Ты можешь мне не верить, но у меня сейчас в голове такая каша. Я понимаю, что навряд ли мы сможем общаться после всего того, что между нами было, но мой звонок тебе — это правда что-то импульсивное.

В трубке повисла тишина, которая стала пугать Чонгука.

— Ты, наверное, сейчас со своим мальчиком, а я тебя отвлекаю. Прости!

— Ты не устал извиняться, Чонгук?

— Прости. Блядь! Тэ, я больше не побеспокою тебя. Пока!

— Пока!

Чонгук завершил вызов первым. Сердце билось так сильно, что, казалось, ещё чуть-чуть, и оно выскочит из груди. Он стоял посередине улицы, прижимая смартфон к груди, не до конца осознавая, что только что натворил. В голове полная неразбериха. Это фиаско, полный провал! Хотя чего он ждал? Что Тэхён обрадуется его звонку? На ватных ногах он кое-как добрался до квартиры. Состояние было странное и необъяснимое. Словно он попал в мир какой-то сраной дорамы и не может выбраться обратно.

За эти годы привык к одиночеству. Отношений не хотелось вообще. Таких чувств, таких эмоций, какие были с Тэхёном, у него точно ни с кем не будет. А ещё его не на шутку подкосил этот скандал шесть лет назад. Ким ведь наверняка уверен, что Чонгук его предал тогда. Он помнит разбитое состояние Тэхёна, его ревность, их скандалы на этой почве. Последнюю встречу и свои слова, которые были брошены в сердцах.

Чонгук за эти годы привык к той мысли, что никогда и ничего его не будет связывать с Ким Тэхёном, но вчерашний ночной эфир что-то изменил. Чонгук всю ночь возился в кровати, думая о том, что судьба, возможно, подарила им с Тэхёном второй шанс, но как же жестоко и быстро Тэхён спустил его с небес на землю. Чонгук ему не нужен! Ким давно живёт своей жизнью, и у него всё прекрасно. Когда же так сможет Чонгук? Жить, любить и не оглядываться на своё прошлое, которое до сих пор аукается болью на сердце, растоптанной репутацией и финансовой дырой.

Тэхён… Вроде и не успело что-то начаться, а болит так, как будто Чонгук опять всё потерял.

Когда в телефоне послышались гудки, Тэхён как в бреду кинулся на кухню ополаскивать лицо холодной водой. Вот так звонок на ночь глядя. Ещё днём и после подарков от Сольджина Ким был уверен, что этот звонок был связан именно с бывшим. Действительно с бывшим, только не с тем, о ком он думал. О том, что звонить мог именно Чонгук, Тэхён даже предположить не мог. Он вообще не был до конца уверен в том, что Чон узнал его голос. Узнал!

Тэхён всегда старался держать все свои эмоции под контролем, и у него это прекрасно получалось. Тому, как он хладнокровно выступал в суде, завидовали многие. Всегда было всё чётко, ясно и без лишней, никому не нужной драмы. В принципе, так было и в жизни. Даже в те моменты, когда его что-то злило и раздражало, он умело это скрывал. Зачастую это больше всего и бесило Сольджина, который старался вывести Тэхёна на эмоции, а получал спокойствие и холод во взгляде.

Тэхён всегда старался держать все свои эмоции под контролем, но после звонка Чонгука всё спокойствие улетело куда-то к чертям собачьим. Он метался по квартире, как разъярённый тигр в клетке. Зачем Чонгук позвонил? Чего он хотел? Думает ли Чонгук о нём?

Шесть лет назад, когда они расстались, Тэхён словно умер. Он оказался практически один на один со своей болью, которая выжгла огромную дыру в его сердце. Несколько месяцев ходил пустой оболочкой, делая всё на автомате. Сначала его карьеру и мечту поставили ниже своей, и от этого было больно. Чон будто не верил, что Тэхён сможет стать хорошим адвокатом. Затем предали их любовь! Его променяли не только на актёрскую карьеру, но и на знаменитую актрису.

Тэхён поклялся тогда себе, что как бы ему не будет тяжело, он не будет интересоваться жизнью Чонгука…

Сокджин не спеша ходил по квартире, собирая большой чемодан. Его не будет несколько месяцев и хотелось взять по максимуму любимых вещей. Тэхён, который переехал обратно к нему около двух недель назад, лежал в своей комнате. В последнее время именно так и проходили вечера его младшего брата. С болью в сердце Джин собирался в Японию. Как будет его Тэтэ здесь один в такое непростое для него время?

— Тэ, — заглянул в комнату брата Сокджин. Тот лежал лицом к стене, пряча мокрые от слёз глаза. — Слушай, я тут подумал, а давай ты со мной полетишь!

— Зачем? — тихо спросил Тэхён.

— Развеешься… Мы же ни разу не были в Японии. Представляешь, сколько там красивых мест. И, главное, ты будешь далеко от Сеула, от Кореи.

— Хён, ты же знаешь, я не могу уехать. Меня только-только начали назначать помощником адвоката. Я не могу сейчас никуда уехать. Это будет неправильно и глупо, потому что я столько стремился к своей цели и вот появился шанс показать себя. Я должен им воспользоваться.

— Слушай, но в Японии тоже есть юридические конторы.

— И что? Кому я там нужен, Джини. Я не знаю японского языка, японского законодательства. Это смешно.

— Но ты знаешь английский, — продолжал убеждать брата Джин. — Не думаю, что японское законодательство сильно отличается от корейского.

— Мой уровень английского не такой высокий, чтобы пытаться лезть работать в Японии. Насколько я знаю, у них не приветствуется общаться с коллегами на других языках.

— Так, может, тебе начать учить японский? — деловито предложил старший Ким.

— Хён, — Тэхён наконец-то развернулся к нему лицом и встал с кровати, — я понимаю, для чего ты всё это делаешь и говоришь, и очень ценю это, но я останусь здесь.

— Тэтэ, я очень переживаю за тебя. Скоро премьера этой сраной дорамы, и их отношения начнут обсасывать с новой силой, а меня здесь не будет. Я не хочу оставлять тебя здесь одного, но мой контракт не позволяет этого.

— Хён, я справлюсь! Спасибо, что ты у меня есть и так за меня переживаешь! — Обнял Тэхён Джина. — Я справлюсь.

— Я не уверен, Тэ, — прошептал Джин.

— Всё будет хорошо. Я не собираюсь гуглить ничего, что связано с Чон Чонгуком, этой дорамой и их отношениями. Он сделал свой выбор. Он выбрал не меня.

Сокджин почувствовал, как его футболка в районе плеч немного намокла.

— Братишка, мне так жаль. Прости меня!

— За что ты просишь прощения, Джини? Ты-то тут при чём?

— Это я тебя с ним познакомил.

— Не говори глупостей. Ведь у нас с ним хорошего было больше, чем плохого. Мы любили друг друга и были счастливы.

— Ты думаешь, он любил тебя по-настоящему? — спросил Сокджин.

— Я это знаю… Это невозможно сыграть, каким бы охуительным актёром ни был Чон Чонгук. Мы просто хотели разного. Точнее, мы оба хотели саморазвития и самореализации в профессии, немного забыв о наших отношениях.

— То есть это самореализация в профессии толкнула его в койку той актрисы? — злобно прошипел Джин.

— Хён! — уже не сдерживаясь, взвыл Тэхён, вцепляясь пальцами в чужую спину. — Умоляю, не надо.

— Прости, малыш! Прости! Я просто так зол на него.

— Я знаю! Я тоже зол на него. Я его ненавижу, но так устал, что тут болит, — схватился за сердце младший Ким. — Когда это пройдёт, Джини? Когда имя Чон Чонгука не будет вызывать во мне таких эмоций?

— Я не знаю, братишка, поэтому и хочу увезти тебя из этого города, из этой страны.

— Нет! Он этого не дождётся! Я не буду никуда убегать! Я клянусь тебе и себе, что не буду искать с ним встречи, не буду искать о нём информацию. Не хочу ничего знать о нём. А ещё я тебе обещаю, что я стану адвокатом. Я добьюсь своей цели и направлю всю свою боль, ненависть и злость в работу. Все ещё заговорят про Ким Тэхёна…

Тэхён тогда сдержал своё слово. После отъезда Сокджина он постарался полностью переключиться на работу. Иногда было очень тяжело, особенно когда запестрили заголовки жёлтой прессы как на прилавках, так и в интернете о том, что знаменитая актриса Пак Джаин подтвердила свои отношения с молодым начинающим актёром Чон Чонгуком. Хвала небесам, в то время в жизни Тэхёна появились Ушик с Хёншиком, которые искренне поддержали парня, отвлекая его от новой волны боли. На Тэхёна невозможно было смотреть. Он похудел, осунулся и приобрёл болезненный цвет лица.

Но, тем не менее, Тэхён держался, и большую долю его самообладания внушали ему новые друзья. Были моменты, когда он хотел посмотреть фотографии в сети, но Хёншик запретил ему это делать. Ушик добился на работе для них с Тэхёном недельный отпуск, Хёншик перенёс все свои операции на другие дни, и они втроём улетели к Сокджину в Осако. Тот давно хотел познакомиться с новыми друзьями младшего брата, и наконец-то это случилось.

Когда на страницах газет прогремела новая сенсация о расставании Чонгука и Джаин, Тэхён был в командировке в Таиланде и узнал обо всём произошедшем лишь через шесть дней после скандала. Новость о разрыве отношений самой обсуждаемой пары года стала для всех как гром среди ясного неба.

Ким об этом узнал случайно, заприметив новость в газете у своего соседа, летевшего с ним из Бангкока в Сеул. Естественно, у Тэхёна возникало желание узнать всё в малейших деталях, но по приезду домой он отказался от этой мысли. Его сердечная рана только-только начала затягиваться, чего нельзя было сказать про обиду на Чонгука. Но сама мысль о том, что Чонгук вновь стал свободен, могла привести Тэхёна к внутренним метаниям. Чувства никуда не ушли, он по-прежнему любил того, кто его предал, но желания видеть Чона не было. Это прошлое, которое не должно помешать ему.

Тогда Тэхён поборол в себе желание знать хоть что-то про Чон Чонгука, и все эти годы не интересовался его жизнью. Наверное, так продолжалось бы и дальше, если бы не звонок Сольджина на радио. Что-то перемкнуло в сознании Тэхёна. Сначала он попросил брата разузнать хоть какую-то информацию про Чонгука. Конечно, в большой степени информация должна была касаться настоящего парня, но после звонка самого Чона Тэхёну захотелось большего. Всё многолетнее самообладание рухнуло в один момент, и он поддался эмоциям. А что, если в истории шестилетней давности не всё так просто, как казалось тогда? В памяти почему-то всплыли воспоминания не про Чонгука, а про юную актрису Мун Синхе, которая стала его судьбоносным клиентом. Сколько грязи, подлости и лжи было в той истории? Не сосчитать! А вдруг нечто похожее случилось с Чонгуком? Ведь не просто так его карьеру растоптали, даже не дав ему полностью раскрыть свой актёрский талант?

Правда ли то, что информация, попавшая в интернет, остаётся в нём навсегда? Тэхён не знал, но у него есть время, чтобы это выяснить. Он начал с малого — с самостоятельного поиска в Гугле всей информации, что сохранилась про Чон Чонгука. К сожалению, поиск выдавал не так много, как хотелось бы. В числе того, что нашёл Ким, были статьи про начало отношений Чона и Пак Джаин. Несколько статей про их совместную дораму, которая оказалось первой и последней для Чонгука. Фотографии с совместных выходов в свет, фанмитингов и фотосессий для журналов. После этого внимание Тэхёна привлекают статьи про расставание пары, про обвинение Чонгука в измене и… Ким холодеет, когда видит несколько статей о том, что раскрылась правда о том, что до отношений с Джаин Чон Чонгук несколько лет состоял в отношениях с парнем. Почему Тэхёну об этом никто не сказал? Да, он просил и брата, и друзей ничего ему не рассказывать, но ведь эта новость касалась не только Чона, но и его самого. Интересно, а имя Ким Тэхёна как-то упоминалось в связке с Чонгуком? Час поисков ничего не дал. Его имя не валяли в грязи, как это было с Чонгуком.

На часах было почти три часа ночи, а сон как рукой сняло. Тэхёну в какой-то момент стало трудно дышать в душной квартире, и он как есть, в домашних хлопковых штанах и растянутой футболке выскочил на улицу. Выходить куда-то за пределы жилого комплекса не было ни сил, ни желания. Мужчина прошёл на территорию детской площадки и сел на качели. В воздухе витала приятная ночная свежесть.

— Твою мать, Гук, что тогда было? — пробубнил себе под нос Тэхён. — Почему же ты меня тогда не послушал? А твои родители? Как они отреагировали на то, что у тебя был парень?

Этот вопрос неспроста волновал Тэхёна, ведь всё то время, что они были с Чонгуком, тот так и не смог признаться родным, что у него были нетрадиционные сексуальные отношения.

— Почему тебя растёрли как пыль? Что тогда произошло? — Вопросов было много, так же как и полученной информации. Тэхёну казалось, что он отравился всем этим. — Изменил ли ты мне тогда на самом деле или это всё было ложью? А что тогда было правдой?

В воскресенье утром Чонгук проснулся с ужасной головной болью. Он вчера после того как прийти домой, выпил двойную дозу снотворного и сразу уснул. Если бы не таблетки, Чон наверняка всю ночь занимался бы самобичеванием и самокопанием. Нельзя! Он должен идти дальше, даже если тяжело. Тэхён — это прошлое! Чонгук ясно это осознал вчера вечером. Впереди только работа, работа и работа.

Как бы морально не было тяжело Чонгуку, но он постарался окунуться в работу. Съёмки на телешоу и для рекламы, эфиры на радио помогали парню не упасть в уныние. По вечерам он стал чаще посещать фитнес-клуб недалеко от дома. Тренажёры, качалка и прочее помогали выкинуть все ненужные мысли из головы. Так прошло почти две недели.

В четверг ему неожиданно позвонил Намджун и попросил приехать на радиостанцию. Судя по голосу Кима, случилось что-то очень неприятное. Хотя Чон и сам заметил явное напряжение между Чимином, Хосоком и Юнги. Эфир в прошлую пятницу чуть не вышел за профессиональные рамки. Хосок с Чимином прямо в эфире начали спорить, а затем в очень едкой форме подкалывать друг друга.

Чонгук приехал на радио без четверти четыре дня. Народу в это время обычно очень много, и все как муравьи бегают туда-сюда. У лифта он заметил Юнги и ещё одного ведущего их радиостанции, с которым он практически не пересекался.

— Добрый день, — первым поздоровался Чонгук с присутствующими.

— Гуки! — расплылся в улыбке Юнги. — Привет, брат! — поздоровался он с Чоном за руку.

— Добрый день, Чонгук-ши, — поздоровался молодой мужчина с Чонгуком.

— Добрый, Хониль-ши.

— Ты вроде сегодня не работаешь? — уточнил Юнги.

— Да! Намджун-хён просил заехать. Слушай, ты не знаешь, что случилось?

— В смысле? — переспросил Мин.

— Голос у него был обеспокоенный.

— Слушай, без понятия.

— Может, это из-за Пак Чимина? — вмешался бесцеремонно в разговор Чонгука и Юнги Чжо Хониль.

— Из-за Пака? — поморщился Юнги, заходя в лифт. — Что опять утроил этот клоун?

— Говорят, что он хочет себе собственное шоу на радио, — оглянувшись, прошептал Хониль. — А ещё говорят, у него высокие покровители и он нажаловался на Хосока.

— На Хосю? — удивился Чонгук. — Какого хрена?

— Ты что, не помнишь, что было в ту пятницу? — вздохнул Юнги. — Про их перебранку даже нетизены в комментах написали. Пак любит к себе внимание привлекать, сучонок. Знаю я, какие у него связи.

— Правда? — заинтересованно спросил Чжо. — И кто это?

— Да я так просто брякнул. Не обращай внимания.

— А я вот слышал, что он протеже самой госпожи Чан Ари. Ну, вы поняли, да? — усмехнулся мужчина.

— Директор Чан? — переспросил Чонгук. — Она же старше его лет на тридцать.

— Ну и что? Все знают, что через её постель прошло много молодых фаворитов, — засмеялся Хониль.

— Эй, ну, хватит. Мы этого точно не знаем, так зачем обсасывать эту тему? — возмутился Юнги.

— Подождите, — вмешался Чонгук. — Так что там за история с жалобой на Хосока? Чимин реально на него пожаловался?

— Вроде бы да, — ответил Юнги. — Так что, скорее всего, Джун именно поэтому попросил тебя приехать. Завтра ведь у вас втроём общий эфир.

— Блядь, — выругался Чон. — Почему Пак такой мелочный урод?

— Не то слово. Он сегодня тут летает по этажам как мегера, так что осторожней, а то может и на тебя наехать.

— Пусть рискнёт, сразу в нос получит.

Парни доехали до нужного этажа. Хониль как-то быстро скрылся из поля зрения Юнги и Чонгука.

— Как ты думаешь, у Хосока могут быть проблемы из-за Чимина?

— Не знаю. Хосок последнее время слишком часто огрызается на Пака и, к сожалению, он первый себе позволил сделать это в эфире.

— Это всё из-за Ёну, — тихо сказал Чонгук.

— Я знаю.

— Откуда?

— Гук, я не слепой и не тупой. Я Ёну лучше вас всех вместе взятых знаю и приглядываю за ней как за младшей сестрой. Думаешь, мне нравится эта её влюблённость в Пак Чимина? Хрен там! Тем более все слухи про Пака — правда! Поэтому я не хочу, чтобы он размазал эту девочку как других. А он ведь, гадёныш, делает это медленно и с каким-то садистским удовольствием. Неудивительно, что выдержка Хосока трещит по швам. Если бы я был влюблён в Ёну так же, как и Хос, то от Пака бы уже живого места не осталось.

— Погоди! — остановился Чонгук. — Ты знаешь про чувства Хоби?

— Ха! Гуки, сколько лет мы работаем вместе?

— Понятно!

— Ладно, иди к большому папочке и послушай, что он тебе скажет, — засмеялся Мин. — А у меня эфир скоро.

— Спасибо, бро!

Они разошлись по разным кабинетам: Юнги в радиостудию, Чонгук в кабинет Намджуна.

— Хён, привет! — вошёл в кабинет Чон, предварительно постучав в дверь.

Намджун сидел в большом кожаном кресле посередине небольшого, но очень светлого кабинета. Напротив кресла стоял маленький диванчик в цвет кресла на две персоны, между ними низенький журнальный столик, а в углу у окна письменный стол. Намджун сидел, закопавшись в бумагах, но, увидев радиоведущего, отложил их и рукой пригласил присесть напротив него.

— Привет, Гук! Проходи, садись. Есть разговор.

— Что-то случилось, хён? Это как-то связано с Хосоком и Чимином?

— Вижу, и до тебя дошли слухи, — вздохнул Ким. — Ситуация не очень приятная, Гук.

— У Хоби проблемы?

— Пока нет никаких проблем, но эта ситуация в любой момент может измениться.

— Что ты имеешь в виду?

— Понимаешь, самой большой мечтой Чимина сейчас является быть главной звездой нашей радиостанции.

— Ха-ха, — засмеялся язвительно Чонгук. — Намджун, у нас много звёзд на радиостанции, и между прочим, Хосок тоже входит в их число. Чимин, конечно, хорошо работает языком в эфире, но этого мало.

— Чимин языком хорошо работает не только в эфире, — прошептал Джун и скривил лицо. — Ладно, я не об этом.

— А о чём?

— Чонгуки, я думаю, Чимин постарается убрать Хосока. Естественно, у него это не получится сделать, потому что руководство очень довольно им, но Пак постарается дискредитировать Хоса в их глазах и глазах слушателей.

— Что за хуйня, хён? Прости!

— Да, я согласен с тобой, хуйня полная. В общем, Гуки, я хочу попросить тебя, поговори с Хоби, потому что меня он не слушает. Он думает, я потакаю Чимину…

— Прости, хён, не только он так думает, — перебил Намджуна Чонгук.

— Что? И кто же ещё? Может быть, ты?

— Я? Хён, я не знаю ваших отношений с Чимином, но думаю, что общение с ним не доставляет тебе особого удовольствия. Если то, что говорят — правда, и у Пака протекция в верхушке управления, то ты вынужден его терпеть. Я прав?

— Прав. Мне самому всё это не нравится, но пока у Чимина сильный покровитель.

— Почему пока? — не понял Чонгук.

— Потому что пока к нему есть интерес, но очень скоро это сойдёт на нет. Чимин не первый и не последний, но в отличие от других, он борзый и наглый. Возомнил себя, бог знает кем, и сам в это поверил.

— Хорошо, что ты предлагаешь? О чём я должен поговорить с Хоском?

— Убеди его не поддаваться на провокации Пака. До меня дошли слухи, что завтрашний ваш эфир будет слушать руководство и что Пак хочет вывести Хосока. Это будет фиаско, Гук.

— Хорошо! Хорошо, я понял. Я поговорю с Хосом. И завтра на эфире я сделаю всё, чтобы эти двое не переходили черту.

— Отлично! На завтрашний эфир у меня есть ещё одна задумка, но об этом я расскажу тебе завтра перед эфиром. Надеюсь, у меня всё получится.

— Отлично! Это всё, о чём ты хотел поговорить? — спросил Чон, поднимаясь с дивана.

— Нет, Гук. Стой! У меня есть ещё одно дело.

— Какое? — присел обратно Чонгук.

— У тебя всё нормально?

— В смысле?

— Ну, в смысле как ты вообще? Как с личной жизнью? Есть девушка или парень?

— Хён, в чём дело?

— Гуки, мне тут сегодня звонил один наш старый знакомый и предложил встретиться.

— Наш знакомый? В смысле твой и мой?

— Ну да!

— И кто же это? — не понимал Чонгук.

— Ким Сокджин…