Утро вторника выдалось очень суетливым. Нет, будильник прозвенел как обычно, но вот только в этот временной промежуток, что закладывал себе Тэхён до выхода на работу, не была предусмотрена утренняя др***а, ленивые поцелуи и совместный неторопливый душ. Поэтому Тэхён выскочил из своей квартиры на десять минут позже и молился, чтобы на дорогах не было больших пробок. У Чонгука же все дела были запланированы на вторую половину дня, поэтому он не спеша покинул квартиру Кима примерно в десять часов утра.
Слава Богу, Тэхён успел вовремя, вбежав в класс практически за две минуты до начала урока. День сегодня обещал быть насыщенным и долгим, но он с утра получил отличный заряд бодрости от Чонгука, поэтому был готов ко всему.

В самую большую перемену он пообедал с Ан Джису, обсуждая вчерашнее заседание. Женщина всячески подбадривала мужчину, и эта тактика действительно хорошо работала. Чем больше слов поддержки слышал Ким, тем всё сильнее и сильнее был уверен в своей правоте, буквально закидывая все свои страхи и переживания куда подальше. Он планировал сегодня сделать то, к чему готовился морально несколько лет, и верил, что не испугается и не сбежит в самый последний момент.

Около трёх дня на пороге его кабинета неожиданно появилась Хёнби с большим стаканчиком ягодного чая и бумажным пакетом, из которого доносился потрясающий аромат свежеприготовленной выпечки.

— Это тебе, оппа! — прошептала девушка, оглядываясь по сторонам.

— Совсем обалдела? — серьёзно сказал Тэхён. — Мы договорились, что в школе никакого оппы.

— Простите, сонсенним, — хитро улыбнулась Хёнби.

— Что это? Взятка? — Тэхён взглядом указал на пакет.

— Это чтобы ты, то есть Вы поели, сонсенним. Чонгуки-оппа сказал, что Вы сегодня до вечера будете в школе.

— Да, это правда. Спасибо, это очень мило! Ты сейчас к Гуки идёшь?

— Ага. Что-то ему передать?

— Например?

— Господи, оппа, — прошипела девушка, — какой ты непонятливый.

— Ну-ка, тихо! — цыкнул учитель. — И что же я не понял?

— Я говорила про привет или поцелуй, — хихикнула Хёнби.

— Ммм, — начал загадочно улыбаться Тэхён. — Ну, можешь передать ему, что я его целую.

— И всё?

— Остальное я ему сам скажу. Всё, иди и не пали контору. Мне ещё слухов не хватает, что мне ученица сладости с напитками таскает.

— Ладно! Я побежала, — улыбнулась Чон, наклонилась и прошептала: — Пока, оппа!

— Айщ, вот несносная, — наигранно выругался Тэхён, а потом добавил вдогонку: — Спасибо, Биби, за заботу.

Девушка ничего не ответила, лишь игриво подмигнула и убежала.

Чонгук приехал в танцевальную школу в двенадцать дня. Большая генеральная уборка была запланирована на два часа. К этому времени обещали подойти Хосок и Чимин. Сокджин же обещал приехать ближе к трём. Хёнби написала, что будет не раньше четырёх.

Когда Хосок с Чимин приехали в школу, Чонгук уже вовсю работал с шуруповёртом, собирая стулья. В первом танцевальном зале ему помогали ещё двое преподавателей школы и его помощница. Пак вызвался помыть пол в большом танцклассе, а Хосок и Чонгук продолжили сборку оставшейся мебели.

Примерно минут через пятьдесят Чимин, домыв последний участок в зале, направился к парням. Войдя в большой класс, помимо Чонгука и Хосока Пак заметил ещё двоих мужчин, которые собирали парту. Чимин слышал вчера, что на подмогу Чонгуку должен был приехать его хён, возможно, даже со своим парнем, но особо не интересовался этим. Сокджина он узнал сразу же, признав в нём старшего друга Чонгука, а вот второго парня рассмотреть не удалось. Тот стоял в кепке козырьком назад, как раз спиной к Чимину, и активно работал шуруповёртом.

— Я там закончил, — сказал Чимин. — Чем помочь?

Парень в кепке, услышав голос Чимина, развернулся ко всем лицом со словами:

— Да вы прикалываетесь.

— Мин Юнги? — удивлённо крикнул «Сладкий пирожок». — Какого хера ты здесь делаешь?

— У меня к тебе тот же вопрос, Пак. Что ты тут забыл?

— Я помогаю Чонгуку.

— Какая прелесть, — съязвил Юнги. — Я, вообще-то, тоже. Мелкий, — обратился уже к Чону Мин, — откуда ты знаешь эту королеву драмы?

— Ты охуел? — завопил Чимин.

— Ну, вот про что я и говорил. Истеричка!

— Так, ребята, давайте без ругани и мата, — попросил Чонгук. — Вы забыли, что это школа? Ещё не хватало, чтобы кто-то из родителей стал свидетелем этих разборок.

— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — вмешался Сокджин. — Юнги?

— Малыш, не бери в голову.

— Малыш? — оживился Чима. — Из вас, скорее, ты малыш.

— Пак, заткнись уже, а?

— Я нихера не понимаю, — изрёк Джин, оборачиваясь к Чонгуку и Хосоку.

— Они бывшие, Джин, — сказал спокойным голосом Хос. — Чимин бросил Юнги ради меня.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — поинтересовался Ким.

— А как я должен? Это было четыре года назад.

— Четыре года назад? — переспросил Сокджин. — Юни, это что, тот тип, который тебя предал?

— Ну, да, — неохотно ответил Юнги.

— Эй, всё было не так! — тут же отреагировал на слова парней Чимин.

— Не так? — возмущённо спросил Юнги. — Ты ревновал меня к каждому столбу, вынося мне мозг своим недоверием и ревностью, а потом наставил рога. Я так понимаю, это и есть тот, с кем ты это сделал? — Юнги указал пальцем на Хосока. — Получается, ты знал, кто я, когда мы пришли с Сокджином?

— Знал, — спокойно произнёс Хосок. — Конечно, можно было предположить, что ты не тот Мин Юнги, но я видел ваши старые фотки с Чимином.

— О, ты хранишь наши старые фотографии, Пак, — засмеялся Мин.

— Мечтай больше! — буркнул Пак.

— Я видел эти фотографии у Тэхёна, — пояснил Хосок. — В нашем доме их нет.

— Почему ты мне не сказал про Юнги? Мог бы смс-ку скинуть: так и так, родной, тут эта противная рожа Мин, — начал наезжать на своего парня Чимин.

— Да, мне тоже интересно, — снова вмешался Джин.

— Потому что эта встреча рано или поздно должна была состояться.

— С чего бы это? — спросил Ким.

— С того, что наши друзья теперь встречаются, и хотите вы этого или нет, но нам придётся пересекаться. Я не хочу ставить в неудобное положение Тэхёна и Чонгука из-за того, что было много лет назад. Думаю, что нужно разобраться во всём здесь и сейчас.

— Я очень люблю Тэ, — прошептал Чимин. — Он как никто заслуживает счастья и любви. Чонгук, как я думаю, идеальная пара для него. Я не хочу, чтобы из-за нас были какие-то проблемы.

— Я тоже очень люблю Чонгука, — сказал Сокджин. — Вообще не помню, чтобы его морда так сияла. Хосок прав, давайте разберёмся здесь и сейчас.

— В чём вы хотите разобраться? — уточнил Юнги. — Мы встречались с Паком, он вёл себя как ревнивая истеричка, а потом сам же мне рога и наставил.

— Ты немного забыл упомянуть о том, что я не получал от тебя никакого внимания, Мин. Ты был 24/7 занят своей музыкой. Потом ты начал выступать и мог неделями мне не звонить, как будто у тебя и вовсе не было парня.

— Ах, это я виноват во всём? — огрызнулся Юнги.

— Вы оба виноваты, — сказал Хосок. — В отношениях вина всегда на обоих. Один не обращал внимания, уйдя целиком с головой в свою музыку, другой ревновал и не получал того внимания, в котором нуждался. Вы даже не говорили о своих проблемах, так с чего бы эти отношения должны были закончиться хорошо? Я никого не оправдываю, но если Чимин не получал от тебя того внимания, которого он ждал, то неудивительно, что он нашёл это на стороне. Так получилось, что мы с ним встретились в тот момент, и я влюбился в него. Стал за него бороться. А что делал ты? Ты даже не заметил, что у твоего парня появились новые знакомые. Если бы ты действительно дорожил вашими отношениями, ты бы думал не только о себе, о своей музыке и карьере, но и о нём. Получается, что ты любил музыку больше, чем Чимина.

— Ты выгораживаешь своего парня, — отмахнулся Юнги. — И сравниваешь совершенно разные вещи.

— Я никого не выгораживаю, и в вашей ситуации вопросов дохрена и к Чимину.

— Эй, — возмутился Пак.

— Что? За столько времени ты не нашёл времени, чтобы поговорить с любимым человеком. Предпочёл дуть губы и играть в обиженку.

— Хосок, то, что ты сейчас говоришь, не очень-то приятно! — сказал Чимин.

— Считайте, что это прохладный душ для обоих. И перестаньте сваливать вину друг на друга.

— То есть он прыгнул в твою кровать, потому что не видел от меня внимания? — ухмыльнулся Юнги. — Класс!

— А чё ты скалишься? — спрашивает своего парня Сокджин. — Хосок прав: в отношениях спрос с обоих.

— Малыш, ты на чьей стороне?

— На твоей? — улыбнулся Джин, но тут же стал опять серьёзным. — Но я за справедливость. Ты до сих пор переживаешь, что Чимин тебе изменил и бросил тебя ради Хосока?

— Да не особо.

— Чимин, у тебя какие претензии к Юнги? — спросил Джин.

— Моя главная претензия, что Юнги относится ко мне, как к куску дерьма. Мне пришлось унизиться, чтобы он достал сертификат на курсы Чонгука.

— Интересненнько, — покачал головой Сокджин. — Когда ты просил меня включить пару человек на курсы мелкого, ты мне сказал, что это твои знакомые из универа.

— Так это правда, — пробормотал Юнги.

— Да, только ты забыл упомянуть, что один их них — твой бывший парень.

— Это в прошлом!

— Так и оставьте это всё в прошлом, хёны! — крикнул Чонгук, который всё это время молча слушал и наблюдал за происходящим. — Юнги-хён, ты счастлив с Джини-хёном. Чимин счастливым с Хосоком-хёном. Блядь, вы все только выиграли от того, что Юнги с Чимином расстались.

— Он прав, — поддержал босса Хосок.

— Юнги, — начал Пак, — прости, что не расстался с тобой до того, как у нас всё случилось с Хосоком. Эта страсть меня захлестнула с головой. Я думал, что тебе плевать на меня, а он так ухаживал… Сейчас я бы так не поступил. Я бы сначала расставил все точки на i, закончил прежние отношения и только после этого начал новые, но тогда случилось всё так, как случилось. Я безумно люблю Хосока. Тебя я тоже любил, но сейчас я понимаю, что это была совершенно другая любовь.

— Ладно, Чимин, забыли! — сказал Юнги. — Я не хочу копаться в грязном белье нашего прошлого. У тебя всё хорошо с твоим парнем, у меня всё охуительно с Джини. Давай прошлое оставим в прошлом. Я не обещаю, что подъёбок с моей стороны не будет…

— Сразу ответка прилетит, — перебил Мина Чимин.

— Кто бы сомневался, — засмеялся Юнги.

— Знаете, что? Я предлагаю разойтись на разные участки работы, — предложил Сокджин.

— Отличная идея! — согласился Хосок.

— Тогда мы с Чимином пойдём и соберём везде мусор, а вы тут собирайте мебель, мальчики!

— Мы с тобой? — удивлённо переспросил Чимин.

— Ага! — улыбнулся Сокджин.

— Окей.

Сокджин слышал историю бывших отношений своего Юни лично от него. Естественно, он всё это время презирал бывшего парня Юнги за то, как тот поступил с его любимым музыкальным гением. Сегодня он услышал другую сторону всей этой истории и сделал определённые умозаключения. Нет, он всё ещё считал поступок Чимина предательством, тот не должен был начинать новые отношения, находясь в старых. Но теперь он мог понять и Пак Чимина. Юнги реально растворяется в своей музыке, не обращая ни на кого и ни на что внимания. Он может пропадать в своей студии сутками. Разница между Сокджином и Чимином огромная, но Джин понимал, что четыре года назад и Юнги, и Чимин были моложе и глупее. А ещё из рассказов Пака Сокджин понял очень важную вещь, которую ранее упоминал Хосок и которая, по сути, стала началом конца отношений Юнги и Чимина. Пара просто не разговаривала о своих проблемах. Похоже, действительно пора уже оставить все обиды в прошлом и попробовать начать общаться по-человечески, хотя бы ради Чонгука и Тэхёна.

После трёх часов сборки мебели, уборки помещений, в том числе и влажной, выброса мусора и прочих мелких дел, школа была готова принимать своих учеников хоть завтра. Правда, оставалась небольшая бумажная волокита. Официальное открытие было запланировано через три недели, но это не означало, что отбор и просмотры детей прекратятся до этого времени.

Хёнби, пока все были заняты делами, разобрала анкеты поступающих, а также прибралась на столе у брата. Когда все дела были закончены, Чонгук отпустил домой преподавателей и свою помощницу, а сам в компании друзей направился в свой кабинет, где их ждала Хёнби с заказанным ужином.

— О, Боже! Какой запах, — восторженно воскликнул Чимин. — А кто эта фея, которая позаботилась о нас?

— Ой, я вас не представил, — опомнился Чонгук. — Это моя младшая сестра Чон Хёнби. Биби, Сокджина и Юнги ты уже знаешь, — названные кивнули друг другу, — а это Хосок-ши и Чимин-ши. Хосок — преподаватель моей школы, но также они с Чимином друзья Тэхёна.

— Привет! Точно! — оживилась девушка. — Я всё вспоминала, где я Вас видела, — указала она на Чимина. — Вы приходили как-то к Тэхёну-оппе.

— Тэхёну-оппе? — заржал Пак. — Он в курсе, что ты его так называешь? Он же твой учитель.

— Он в курсе и не против. Но в школе я его так не зову. Хотя нет, зову, когда мы одни. Кстати, оппа, — обратилась девушка уже Гуку, — он передавал тебе поцелуй.

— Какие страсти, — засмеялся Юнги.

— Ты его видела? — зачем-то спросил очевидное Чонгук.

— Ага! Я ему относила булочки и чай, а то у него сегодня пар дохрена. Он сказал, что позже тебе напишет. Ладно, я вам тут много чего заказала, — сказала она. — Оплатила твоей картой, Чонгуки-оппа. Я пойду, меня подруги ждут. Гуки, ты сегодня дома ночуешь?

— Да! Так что не загуливайся долго, — выдал Чон.

— Понятно! — девчушка поцеловала брата в щёку и поспешила покинуть кабинет.

— Тэхён сегодня у тебя ночует?

— Нет! Он сказал, что у него важное дело, на которое он решался несколько лет. Ты не знаешь, что это за дело, Чимин?

— Догадываюсь, — вздохнул Пак.

— Думаешь, он… — начал намекать Хосок.

— Думаю, да!

— Вы о чём? — спросил Чонгук.

— Это будет непросто для него, Чонгук…

Часы показывали без пяти минут семь вечера. Тэхён ушёл из школы примерно полчаса назад. Он уже минут десять топтался у подъезда многоэтажных апартаментов, не решаясь позвонить в домофон нужной квартиры. Парень был здесь всего два раза больше двух лет назад. Чувство сильной тревоги не отпускало мужчину ни на секунду. Сердце бешено стучало, а ладони потели. Уже хотелось сделать шаг назад и уйти домой, но дверь подъезда открылась и оттуда вышла молодая женщина. Это был тот знак, которого ждал Ким. Тэхён сделал быстрый шаг вперёд и оказался внутри подъезда. Собрав всю силу воли в кулак, он поднялся на лифте на нужный десятый этаж.

«Сейчас или никогда!» — пронеслось у него в голове.

Выйдя на нужном этаже, парень ещё минуты три взглядом гипнотизировал знакомую дверь, а затем нажал на звонок. Дверь открыли не сразу. На пороге стояла женщина лет сорока пяти. Одета была вроде простенько: джинсы да белая майка, но при этом выглядела она очень даже ухоженно и молодо для своего возраста. Её взгляд упал на молодого мужчину перед собой, и первые секунды Тэхёну показалось, что его не признали. Ещё бы! Они и виделись-то всего несколько раз, к тому же Тэхён был тогда чуть моложе.

— Тэхён? — удивлённо спросила аджума.

— Добрый вечер, Даим-ши. — поклонился женщине Тэ. — Отец дома?

Женщина явно растерялась, увидев перед собой пасынка, который всё это время явно избегал общения с их семьёй. Тэхён всегда был вежлив, но холоден. То, что он сам пришёл к ним домой, много значило для женщины.

— Да! Да, Тэхён. Проходи, не стой там.

Тэхён осмотрелся в квартире. Он не особо помнил, как она выглядела изнутри, поэтому ему было любопытно посмотреть, как живёт семья его отца.

— Дорогой, — позвала женщина своего мужа. — Дорогой, выйди. Тэхён пришёл.

— Хён, — послышался из дальней комнаты детский голос, и навстречу Тэхёну выбежал его младший брат. — Хён! Тэхёни-хён, ты пришёл. — Мальчишка бежал к парню с распростёртыми объятиями, и Тэхёну не оставалось ничего другого, как подхватить его и сжать в своих объятиях.

— Привет, Сочжун, — поздоровался Тэхён, чувствуя, как подкатил ком к горлу. — Ты так вырос, — с трудом улыбнулся парень брату. — Как дела?

— Хорошо!

— Тэхён? — послышался удивлённый голос отца. — Тэ, это правда ты.

— Здравствуй, папа! Я пришёл поговорить, — тихо сказал Тэхён, спуская Сочжуна обратно на пол. — Надеюсь, ты не против.

— Неее… Нет, сынок. Это такая радость.

— Хён, пойдём, я покажу тебе свою комнату, — тут же переключил на себя внимания мальчик.

— Солнышко, давай ты попозже это сделаешь. Тэхёну-хёну нужно поговорить с папой, — ласково сказала Даим.

— Ну, мам.

— Жуни, не капризничай.

— На самом деле, Даим-ши, я хотел и с Вами поговорить.

— Со мной? — удивилась женщина.

— Да. Я очень долго не решался этого сделать, но сейчас в моей жизни такой период, что я хочу всё расставить по полочкам.

— Я… — растерялась женщина. — Конечно, если ты этого хочешь. Только давайте поедим. Тэхён, ты ведь голодный?

— Ну, вообще-то, я сразу из школы к вам, поэтому ещё не ужинал, — смутился Тэ.

— Вот и отлично! Я сейчас накрою на стол, мы поедим, а потом поговорим.

— Мама, а можно, пока ты накрываешь на стол, я покажу хёну свою комнату?

— Если твой хён не будет против, малыш.

— Хён? — Сочжун уставился на брата большими карими глазами. И, естественно, Тэхён не смог ему отказать.

— Конечно, пошли.

Мальчик первым схватил брата за руку, утягивая его в свою комнату. По пути Тэхён осмотрелся по сторонам, отмечая, что в квартире было три комнаты: родительская спальня, огромная гостиная, соединённая с кухней, и небольшая детская комната.

Комната Сочжуна была обставлена хорошей мебелью и новыми модными игрушками, и Тэхён опять почувствовал укол ревности. Он понимал, что глупо было ревновать и завидовать. И уж тем более малыш Сочжун был совсем не виноват в том, что у Тэхёна не было такого детства, какое было у его младшего брата. Детская травма всё ещё не отпускала! Детская травма всё ещё болела!

Мальчишка щебетал и бегал от одного шкафа к другому, хвастаясь своими роботами, машинками, солдатиками и прочими игрушками, а Тэхён лишь молча кивал, выдавливая улыбку. Получалось слабенько.

В какой-то момент Сочжун бросил на пол все игрушки и с разбегу обнял старшего брата, а затем заплакал.

— Хён, ты на меня сердишься? Я что-то сделал не так?

Тэхёну не хотелось видеть слёзы ребёнка, и по факту тот ничего плохо не сделал. Он прижал мальчика к себе и начал успокаивающе его гладить.

— Нет, Сочжун-и, я на тебя не сержусь.

— Почему ты тогда меня не любишь? — прошептал мальчик, растирая слёзы по лицу.

Почему? Тэхён много раз задавал себе этот вопрос. Любил ли он брата?

За дверью стоял и еле сдерживал свои эмоции бледный Тоюн. Даим сжимала его руку в своей, давая понять, что она с ним, она рядом. Тоюн только сейчас понял, как он виноват перед Тэхёном. Как всё это время страдал его мальчик. Оказывается, не только Тэ, но и Сочжун. Он заставил страдать обоих своих сыновей.

— Я… — замялся Тэ. — Я люблю тебя. — Тэхён вдруг осознал, что он искренне сейчас сказал это младшему брату. Да, он безумно завидовал Сочжуну, ревновал его к отцу, но он не испытывал ненависти к мальчику и по-своему любил его.

— Правда? — хмыкнул носом ребёнок. — Почему ты тогда не приходишь к нам и не отвечал на мои звонки?

«Потому что больно было».

«Потому что не хотел».

«Потому что боялся».

— Просто твой хён очень занятой человек, — улыбнулся Тэхён. — Знаешь, сколько у меня учеников.

— Но это же ученики, а я твой младший брат, — обиженно сказал мальчик.

— Я знаю. Прости меня, Сочжун-и. Я обещаю, что буду приходить чаще к тебе и к папе.

— Правда?

— Да!

— Поклянись на мизинчиках, — серьёзно выдал пацан.

— Клянусь, — сказал Тэхён и переплёл свой мизинец с мизинцем брата.

— Мальчики, пора ужинать, — вошла в комнату Даим.

Ужинать с семьёй отца оказалось намного приятней, чем думал Тэхён. Даим была великолепной хозяйкой и приятной в общении женщиной. За совместным разговором выяснилось, что женщина работала в национальной библиотеке Кореи. Тэ подчеркнул грамотную речь и начитанность мачехи, общаться с ней было комфортно и приятно.

После ужина Тоюн на пару с Тэхёном уложили Сочжуна спать, а сами отправились в гостиную, где их уже ждала Даим.

— Что же, пора нам поговорить, — сказал неуверенно Тэхён.

— Да, мы готовы, — ответил за себя и за жену Ким-старший. — Это как-то связано с твоей матерью? — уточнил мужчина.

— Это связано со всем. Пообещай мне, что не будешь меня перебивать, — попросил Тэхён отца.

— Да, — кивнул Тоюн.

— Я признаюсь, что мой сегодняшний визит дался мне очень тяжело. Мне потребовалась много времени, чтобы решиться на него.

— Почему? — спросил мужчина.

— Пап, — вдохнул недовольно Тэхён. — Я просил.

— Да, прости.

— Ты хочешь услышать мой честный ответ? — спросил парень у отца, и тот молча кивнул. — Хорошо! Я до сих пор не могу до конца тебя простить, папа. Вы с матерью сломали мою жизнь. Она — своим деспотичным характером, ты — своим бездействием. Когда я узнал, что у тебя есть семья на стороне, я даже порадовался за тебя, но потом я увидел, как ты ведёшь себя с Сочжуном, как ты его любишь, и сильно позавидовал. Я знаю, это мои внутренние демоны, мои непроработанные детские травмы, но я не мог общаться ни с тобой, ни с ним. Я понимаю, что мальчик не виноват в этом, но я не мог даже смотреть на него. В нём я видел всё то, чего не было у меня. — Слёзы покатились из глаз парня. — Я сейчас говорю не только про игрушки и внимание, я говорю о чувствах, о заботе. Ты никогда не любил меня так, как любишь его.

— Тэ, это неправда…

— Не перебивай меня! Это правда! Я ребёнок, родившийся не по любви, в отличие от него. Я так чувствую.

— Тэхён, прости, что вмешиваюсь, но Тоюн безумно тебя любит. Он осознал свои ошибки…

— Осознал, — усмехнулся Тэхён. — Только это не вернёт мне моё потерянное детство. Это не изменит мои воспоминания. Это не сотрёт мою боль, мои страхи, мою ненависть. Мне плохо, папа, от того, что я не могу сбросить эту ношу со своих плеч. Я стараюсь это сделать, но у меня плохо это получается. Сегодня, когда Сочжун заплакал и спросил у меня, почему я его не люблю, я не знал, что ему ответить. Я не хочу, чтобы этот мальчик страдал, но врать ему и себе я не могу.

— Ты не любишь своего брата? — с горечью в голосе спросил Тоюн.

— Я не знаю. По-своему я его люблю, но мы чужие друг другу люди.

— Прости меня, сынок! Прости, что был плохим отцом для тебя. Прости, что не понимал и не поддерживал тебя в детстве, юности. Я был эгоистом и думал в первую очередь о себе, и посмотри, во что это вылилось? Я хочу, чтобы оба моих сына были счастливы, но получается, что именно я виновен в том, что ты выстроил между нами стену. Я не знаю, что мне делать, сынок. Скажи мне, как я могу вернуть твою любовь? Твоё доверие?

— Я не знаю, папа. Поэтому я пришёл, потому что так больше не могу. Я не хочу потерять тебя, потому что в ближайшее время я навсегда потеряю маму.

— Она выполнила свои угрозы? Эта змея пошла против тебя? — уточнил Тоюн.

— Мы пошли войной друг против друга. Если бы я мог донести до тебя свои эмоции, папа…

— Простите, что вмешиваюсь, — сказала Даим, — но, мне кажется, вам двоим нужен хороший семейный психотерапевт.

— Ммм… Я не уверен…

— Не отказывайся сразу, Тэхён. У меня есть знакомая, она очень хороший специалист. У тебя так же как и у твоего отца много незакрытых психологических проблем. Вам надо высказать всё, что накопилось, и одним вечером вы не сможете ограничиться. Налаживание отношений внутри семьи — это работа. Большая работа, которая может занять немало времени. Главное, чтобы вы этого оба захотели.

— Я хочу, Тэтэ. Я готов на всё!

— Я подумаю! — сказал тихо Тэхён и посмотрел на свои часы. — Мне пора, время уже позднее.

— Может, ты останешься у нас на ночь? — предложил Тоюн.

— Нет, это уже точно будет лишним, — серьёзно сказал Тэхён и тут же добавил: — К тому же я еду не домой, а к своему парню.

— У тебя появился парень? — удивлённо спросил мужчина.

— Да. Мы встречаемся не так давно, но он особенный.

— Это хорошо! — кивнул Ким старший. — У моего сына должен быть особенный и самый лучший парень.

— Он — лучший, — улыбнулся Тэхён.

Чонгук после ужина со своими хёнами сразу же отправился домой. На часах было почти десять вечера, когда раздался звонок домофона. Он думал, что Хёнби, как всегда, не смогла отыскать ключи в своём огромном рюкзаке, поэтому знатно удивился, когда увидел на экране умной системы лицо Тэхёна. Не медля ни секунды, он впустил своего парня в подъезд и вышел его встречать. Лифт с «Одуванчиком» поднялся буквально через пару минут.

— Тэтэ? — удивлённо сказал Чонгук, когда Ким вышел из кабинки лифта. — Что-то случилось? Почему ты здесь?

— Ты не рад? — спросил Тэхён с явным разочарованием.

— Нет, что ты? Конечно, я рад. Просто ты говорил, что у тебя будет сегодня какое-то важное дело, а потом ты поедешь домой.

— Я просто захотел к тебе.

Чонгук заметил, что Тэхён был явно чем-то расстроен. Чон быстро преодолел расстояние между ними и заключил «Одуванчика» в свои крепкие объятия.

— Я рад, что ты захотел ко мне, потому что я скучал по тебе весь день.

— Я тоже.

— Ты даже к себе не заезжал?

— Нет.

— Ты голодный? Давай закажем ужин.

— Не, милый. Я поел. Просто хочу, чтобы ты был рядом.

— Тэ, — улыбнулся Чонгук, — у тебя всё хорошо? Ты был на той встрече?

— Ага.

— Как всё прошло?

— Неплохо.

— Хочешь поговорить об этом?

— Да.

— Пойдём ко мне в комнату. Хочешь принять душ?

— Было бы неплохо. А где Биби?

— Гуляет с девчонками. Должна скоро прийти.

— Хорошо!

— Я ещё тоже не был в душе, — заиграл бровями Чонгук.

— Озабоченный, — хихикнул Тэхён и сам повёл Чонгука в его спальню.

После совместного душа с петтингом пара лежала вместе на кровати. Чонгук отдал Тэхёну свою футболку и пижамные штаны. Влюбленные нежилась в объятьях друг друга, наслаждаясь этой близостью.

Хёнби пришла домой около получаса назад, застав интересную картину у себя дома. Чонгук сидел на кровати, облокотившись на мягкое изголовье, а Тэхён лежал на его бёдрах, уткнувшись лицом в живот. Тэхён-оппа что-то рассказывал её брату, а тот гладил его слегка влажные волосы. Девушка не стала мешать, тихонько прикрыв дверь комнаты Чонгука, и ушла к себе, написав сообщение в KakaoTalk.

23.27🕛

Чонгук улыбнулся на сообщение сестры и отложил телефон в сторону.

— Я, даже не видя твоего лица, слышу, как ты лыбишься, — сказал Тэтэ. — Кто это тебе там написывает так поздно?

— Это Биби! Она, видимо, увидела нас через чуть приоткрытую дверь и решила не беспокоить. Написала, что она дома и пошла спать. Пожелала нам сладких снов.

— Чудо-девчонка, когда не хулиганит, — заулыбался Тэхён.

— Так и что ты решил насчёт психолога? — спросил Чонгук, после того как «Одуванчик» рассказал ему о встрече с отцом и его другой семьёй.

— Я не знаю, Гуки. Возможно, мне действительно нужна помощь со стороны. Даим права: мы не сможем решить это всё за раз. Знаешь, я сегодня опять испытал это ужасное чувство зависти к своему младшему брату, — вздохнул Тэ. — Только на этот раз я позавидовал не его отношениям с отцом, а тому, какая Даим хорошая мать. Я был бы счастлив, если бы моя мама была такая, как Даим.

— Милый…

— Я знаю, Гуки. Просто грустно стало, что у меня нет такой мамы.

— Сиу не звонил?

— Нет. Может, это и хорошо, потому что я пока не готов снова видеть мать.

— Какие у тебя планы на выходные? — неожиданно спросил Чонгук.

— На выходные? — задумался Тэхён. — Да, собственно говоря, никаких. А что?

— Давай съездим куда-нибудь вместе?

— А как же Хёнби?

— Ну, пару дней она поживёт одна, наверное.

— Нет, это не дело. Одно дело уехать на ночь в мою квартиру, другое — на пару дней куда-то из Сеула.

— Предлагаешь взять её с собой?

— И тебе, и мне будет спокойней, — сказал Тэхён и сел рядом с Чонгуком.

— Надо ещё у неё спросить, а то вдруг она никуда не захочет ехать.

— Ну да. Ты прав.

Чонгук уставился на Тэхёна, разглядывая его лицо.

— Почему ты так смотришь? — удивлённо спросил Ким.

— Просто любуюсь.

— Время уже двенадцать, пора спать.

Тэхён наклонился в сторону Чонгука и нежно поцеловал его в губы.

— Я до сих пор не верю, что ты мой, — улыбнулся Чонгук.

— Я твой, — подтвердил Тэтэ.

До конца недели Чонгук с Тэхёном не разлучались, периодически ночуя вместе то у одного, то у второго. На выходных они вместе с Хёнби, которая, не раздумывая, согласилась на поездку, отправились на Чеджу. Поездка выдалась весёлой и увлекательной. Не только Тэхён, но и Чонгук для Хёнби раскрылись с новой стороны.

Парни сняли два номера в отеле: один для Хёнби, другой для себя. Изначально Гук предлагал снять небольшой домик, но потом сам же первым и отмёл эту идею. У него на «Одуванчика» были большие планы, а тр***я со своим парнем, когда за стенкой сестра — не самая лучшая идея.

Улетела компания в пятницу в семь вечера, а вернулась в воскресенье ближе к ночи. Тэхён остался в квартире Чонгука, заранее привезя туда комплект одежды на понедельник.

Всё время, что они отдыхали на Чеджу, Тэхён чувствовал себя самым счастливым человеком. На публике они не особо показывали свои чувства, а вот оставшись наедине, могли сполна наслаждаться друг другом.

Из-за того, что с ними была Биби, Тэхён на какое-то время почувствовал, что значит быть старшим братом. Удивительно, но не было никакой неловкости между ними. В какой-то момент и Тэхён, и Хёнби забыли о том, что они учитель с ученицей, веселились и дурачились как близкие люди.

Новая рабочая неделя началась легко. Тэхён был бодрым и отдохнувшим и совсем позабыл о своих проблемах с матерью. К сожалению, это длилось недолго. Уже в среду днём Сиу позвонил Тэхёну и сообщил о том, что следующее заседание этического совета состоится в пятницу в одиннадцать часов утра.

Накануне этического совета Тэхён начал очень сильно переживать. Чонгук, Чимин, Хосок и Джису всячески поддерживали его. В ночь с четверга на пятницу Чонгук остался у своего парня. Всю ночь он обнимал Тэхёна и прижимал к себе, чтобы «Одуванчик» сильно не нервничал и не переживал.

В пятницу директор школы отменил все занятия у Тэхёна и Джису, поэтому Ким поехал в Министерство из дома. Точнее, его привёз Чонгук. Они договорились, что как только заседание закончится, Тэхён сразу же позвонит Чонгуку и тот его заберёт.

Заседание этического совета длилось уже больше двух часов. Неожиданно для всех появились новые люди, вернее, новые пострадавшие от махинаций Ким Соён. Женщина явно не ожидала такого поворота событий. Против неё выступили ещё семь человек. Тэхён наблюдал за этим всем как за каким-то ток-шоу. Мошенничество с грантами были отработанной схемой Соён и её подруги, которая сегодня оказалась здесь же, на совете. Помимо этого, были выявлены нарушения в финансовых документах Фонда педагогического собрания, который возглавляла мать Тэхёна. Начались они именно с приходом на пост Ким Соён. И это было ещё не всё! Незаконные увольнения, подлог в документах, присвоение бюджетных денег. Соён светило не просто увольнение, а в худшем случае — уголовное дело по нескольким статьям.

Тэхёну в какой-то момент стало плохо: резко потемнело в глазах и закружилась голова. Это всё про его мать? Все эти ужасные слова, которые сейчас звучали, были про его мать? Как она дошла до такого? Когда он узнал от Чимина про историю со взятками в свои школьные времена, то приходил в себя пару дней, а здесь не просто школьная взятка, а куда более серьёзное преступление! И не одно.

Парень видел, как серела на глазах его мать. Когда он только вошёл в зал советов, то Соён смотрела на него надменно и высокомерно, с явным превосходством и брезгливостью. Сейчас же её взгляд был опустошён. Женщина не до конца понимала, какое будущее её ждёт впереди. Неужели тюрьма?

Ровно в два часа дня председатель Пак Мунхи сделал небольшой перерыв. Все присутствующие покинули зал заседания. Через двадцать минут туда пригласили лишь Тэхёна, Сиу и Соён, чтобы озвучить протокол заседания и решение этического совета.

— Итак, уважаемые уважаемые стороны конфликта, решением совета все обвинения в адрес Ким Тэхёна считать необоснованными. Учитель Ким продолжит работу в прежней должности и в прежней школе. Единственное требование совета, Тэхён-ши — чтобы с Вашей стороны не было никакой пропаганды нетрадиционных отношений.

— Её никогда и не было, председатель Пак, — сказал Тэхён. — Я никогда не афишировал свою личную жизнь и никогда не планировал этого делать, даже если бы был гетеросексуалом.

— Хорошо! Мы Вас услышали, Тэхён-ши.

— Теперь, что касается госпожи Ким Соён. Решением совета госпожа Ким отстраняется от занимаемой должности. Кроме того, совет намерен подать заявление в правоохранительные органы о возбуждении уголовного дела на Ким Соён по факту мошенничества и хищения бюджетных средств. Госпожа Ким не имеет права занимать руководящие должности в системе образования в ближайшие пять лет. Надеюсь, Вы, Соён-ши, понимаете, что пять лет — это лишь условная цифра, закреплённая в локальных актах. Никто в Министерстве образования не позволит Вам занимать высокие посты в нашей системе. Все документы мы передадим компетентным органам. Это уголовное дело, и если в суде докажут Вашу виновность, госпожа Ким, то Вам грозит тюремный срок за все злодеяния. — Тэхён с сожалением смотрел на мать. Несмотря ни на что, ему было жаль её. Да, она сделала много всего плохого не только ему, но и многим другим, но Тэхён точно не хотел увидеть её за решёткой.

— Председатель Пак, это несправедливо! — начала защищаться Соён. — Мои проступки велики, но не настолько, чтобы сажать меня в тюрьму с этими грязными уголовниками.

— Вы нарушили закон, госпожа Ким, — спокойно сказал Мунхи. — Перед ним мы все равны. Вы много всего натворили, но, учитывая Ваши прежние заслуги, у совета есть к Вам предложение. Мы даём Вам выбор, госпожа Ким.

— Какой? — с надеждой в голосе спросила женщина.

— Вы возвращаете все украденные деньги, в том числе и те, что получили от махинаций в грантах и министерских конкурсах. Естественно, их результаты будут аннулированы.

— Я согласна! — поторопилась ответить Соён.

— Это ещё не всё. Вы должны будете отправиться в самую отдалённую провинцию на границе с Северной Кореей в качестве учителя местной школы. Отработать в ней Вы должны будете не меньше пяти лет. Учтите, если на Вас будет хотя бы одна жалоба из этой школы, то этический совет сделает всё, чтобы привлечь вас к уголовной ответственности. Все Ваши предыдущие звания и заслуги обнуляются. Все Ваши выплаты, связанные с этими званиями, прекращаются. Также Вы должны будете заплатить штраф в размере десяти миллионов вон.

— Что? Я? Вы хотите меня всего лишить? Хотите отправить меня в ссылку в какую-то Богом забытую деревенскую школу без благ цивилизации? Я Ким Соён. Меня всё педагогическое сообщество знает.

— После сегодняшнего заседания совета о Вас много кто узнает. Не забывайте, что протокол будет опубликован на сайте Министерства образования, — строго сказал Мунхи, поражаясь наглости этой женщины. — Вы называете это ссылкой? Пусть так и будет, но Вам решать, в какую ссылку Вы поедете: в маленькую деревенскую школу или тюрьму. В любом случае вы всего лишитесь, но в первом случае у вас есть шанс всё исправить и загладить свою вину трудом.

Соён села на стул. Она явно не ожидала такого тона от председателя Пака. История с тюрьмой становилась всё более реальней.

— Я могу подумать? — тихо спросила Ким.

— Подумайте, — ответил Мунхи. — У Вас есть время до следующего понедельника. На сегодня заседание этического совета объявляю закрытым.

Все начали расходиться. Тэхён еле-еле нашёл в себе силы, чтобы встать и выйти из зала. Сиу предупредил, что он задержится, чтобы получить у секретаря комиссии копии всех документов. Джису всё это время дожидалась Тэхёна у дверей. Когда Ким вышел из зала, женщина подхватила его под руку, показывая свою поддержку. Парень, в свою очередь, с благородностью похлопывал её ладонь. В лифте Тэхён написал сообщение Чонгуку.

14.40🕛

Ответ последовал незамедлительно.

14.42🕛

— Хочешь, я отвезу тебя домой? — спросила Ан Джису Тэхёна, когда они вышли на улицу.

— Нет, не стоит. За мной сейчас приедет Чонгук.

— Мне подождать его с тобой?

— Нет, Джису-ним. Спасибо за всё, но Вы тоже устали. Я подожду его один. Поезжайте домой и хорошенько отдохните.

— Ну, хорошо, мой мальчик! — госпожа Ан обняла Тэхёна и по-матерински поцеловала в обе щёки.

— Спасибо, что были со мной! — попытался выдавить из себя улыбку Тэхён.

— Не за что, Тэхёни.

Джису попрощалась с ним и отправилась на стоянку за своей машиной. Тэхён решил подождать Чонгука на том месте, где он забрал его в прошлый раз. Парень стоял и смиренно ждал своего возлюбленного, но неожиданно его кто-то схватил за руку и развернул на сто восемьдесят градусов. Перед ним стояла мать. Тэхён несколько секунд вглядывался в её лицо, но так и не смог понять, какие эмоции у неё преобладали.

— Доволен? — зло прошипела женщина. — Добился, чего хотел?

— А ты? — ответил вопросом на вопрос Тэхён и выдернул свою руку. — Ты забыла, что это всё ты затеяла. Ты настолько жадная, что ради денег готова была вырыть яму собственному сыну. Только, видимо, не всё так плохо в нашем мире и справедливость есть, раз ты сама угодила в неё.

— Да как ты смеешь?

— Хватит! — огрызнулся Тэ. — Я устал от твоих претензий, истерик и нотаций. Я предупреждал тебя, что если ты решишь на мне как-то отыграться, то я перестану считать тебе своей матерью. Я и так долго не знал про те бесчинства, что ты творила. А как оказалось, их было столько много.

— Ты понимаешь, что мне светит тюрьма, Тэхён?

— Понимаю! Это вполне логично, если ты мошенница и воровка.

— Не смей так со мной разговаривать! — начала злиться ещё сильнее Соён.

— Я буду с тобой разговаривать так, как считаю нужным. Я слишком долго пытался понравиться тебе, добиться от тебя хоть какой-то материнской любви, но, видимо, у тебя её никогда и не было ко мне. Ты преступница. Скажи мне, в какой момент ты вдруг решила, что можешь творить все эти вещи и оставаться безнаказанной? С каких пор ты решила, что так жить — это норма? Ты там что-то говорила про мою аморальность… Господи, а кто ты тогда? Кто ты, Ким Соён? Ты потеряла право называть себя учителем.

— Ха! — дерзко крикнула женщина.

— Ты потеряла право называть себя мамой, — тихо сказал Тэхён.

— Тэхён, — снова повысила голос Соён.

— Я не хочу тебя видеть и слышать, — прошептал Тэ. — Не могу больше.

Тэхён заметил, как выражение лица матери изменилось. Ему даже показалось, что в какой-то момент черты её лица смягчились.

— Что ж, — начала первой говорить женщина после затянувшейся паузы, — это взаимно!

У Тэхёна всё потемнело перед глазами. Соён официально отказалась от него? Парень не знал, куда себя деть в данный момент, но в самый нужный момент заметил машину Чонгука. Он, не раздумывая, рванул к автомобилю, не сказав матери ни слова на прощание.

— Привет, Гуки! — сказал Тэхён, садясь на переднее сиденье. — Увези меня отсюда, умоляю!

— Это она? — спросил Чон. — Это твоя мать?

— У меня нет теперь матери, — ответил Тэхён. — Она только что от меня открестилась.

— Ты ведь выиграл слушанье?

— Да!

— Поехали, — сказал Чонгук и завёл мотор.

Позже в квартире Тэхёна Чонгук узнал обо всём, что творилось на заседании этического совета. Гук всячески подбадривал своего «Одуванчика», не давая ему впасть в тоскливо-депрессивное состояние.

Со дня заседания этического совета прошло три недели. Первые пару дней Тэхёну было очень плохо. Слова Соён засели в голове и прокручивались на репите довольно-таки часто. Дальше Тэхён кое-как собрался и вышел на работу. Стены школы и любимые ученики помогали, так же как и друзья и, конечно же, Чонгук. Чтобы отвлечь своего «Одуванчика» от грустных мыслей, Чон попросил его помочь с танцевальной школой. У Тэхёна было больше опыта в организации учебного процесса. Кто как не он смог бы лучше всего ему в этом помочь.

Смена деятельности не на шутку затянула Тэхёна. Сразу после общеобразовательной школы он спешил в танцевальную, и они сидели там с Чонгуком допоздна. Времени на самобичевание и воспоминания о матери практически не было.

Хотя были моменты, когда Тэхён говорил о Соён. Правильней было даже сказать — выплёскивал. Он согласился походить с отцом на курс психотерапии, надеясь отпустить свои детские обиды хотя бы на одного родителя. Тоюн, естественно, был только «за» такое времяпровождение со старшим сыном. За три недели они посетили шесть сеансов. Лёд в отношениях пока не тронулся, но уже начал трескаться. На фоне разрыва отношений с матерью это было как бальзам на сердце.

Соён согласилась со всеми условиями этического совета. Конечно, вначале она попыталась задействовать все свои связи, чтобы оспорить предписания, выданные ей, но всё было тщетно. Пак Мунхи был прав, после всей этой истории о Ким Соён многие узнали, в том числе и на более высоком уровне. Буквально через пару часов после заседания совета имя женщины не сходило с уст всего педагогического сообщества. Никто не откликнулся на просьбы женщины о помощи и поддержке. Соён осталась одна.

В день открытия танцевальной школы Чонгука был настоящий ажиотаж. Все друзья в этот день старались помочь ему, как могли. Юнги взял на себя всё музыкальное сопровождение, Хосок с Чимином подготовили совместный танец. Чонгук подготовил два своих выступления. Тэхён, Сокджин и Намджун помогали в общей организации мероприятия.

Всё было торжественно и красиво. Для всех детей и родителей, которые захотели прийти, провели экскурсию по всей школе, показывая классы, залы и прочие помещения. Даже ради интереса показали кабинет директора.

Хёнби всё это время ни на шаг не отходила от Ю Джина. Они начали встречаться около двух недель назад, и это очень сильно не нравилось Чонгуку. В самый разгар праздника Хёнби увидела своих родителей, который пробирались сквозь толпу детей и взрослых. Девушка, которая в это время танцевала со своим парнем, даже не поверила своим глазам. Родители должны были приехать только через четыре дня. Хёнби что-то шепнула Ю Джину на ухо и побежала к родным.

— Мамочка! Папуля! — закричала Хёнби и повисла на мужчине. — Вы же сказали, что приедете только в конце недели.

— Планы изменились, детка, — улыбнулась Канхи и поцеловала дочь. — Где Гуки?

— Он, — девушка обвела весь зал взглядом, но так и не нашла брата. — Может, он в своём кабинете.

— Покажешь, где он? — спросил отец.

— Конечно! А когда вы приехали?

— Буквально час назад. Мы заехали домой, оставили вещи, переоделись и поспешили сюда.

— И даже нам не сказали, — буркнула девушка, надув губы.

— Мы хотели сделать сюрприз.

— Он у вас получился, — улыбнулась Хёнби.

Семья Чон дошла до кабинета директора, но Хёнби остановилась перед самой дверью и сказала:

— Надо постучать, а то мало ли что.

— Ты это о чём? — не сразу поняла госпожа Чон.

— У нас для вас тоже есть сюрприз, — ответила девушка, загадочно улыбаясь, а затем постучала в директорскую дверь.

— Войдите! — послышался голос Чонгука.

Когда чета Чон с дочерью зашли в кабинет, то увидели сначала сына, а затем учителя Хёнби — Ким Тэхёна.

— Мама! Папа! — крикнул Чонгук и бросился в объятья родителей. — Что вы тут делаете? Вы же сказали, что приедете позже.

— Мы не могли пропустить такой важный день для тебя, — сказала Канхи, обнимая сына.

— Но и обещать, что приедем, тоже не могли, — дополнил жену Чон Джеун. — Я горжусь тобой, сын!

Тэхён стоял в стороне и по-доброму завидовал таким отношениям Чонгука и его родителей. Канхи всё это время поглядывала в сторону Тэхёна, но не могла понять, что он тут делал.

— Ким-сонсенним, какой сюрприз, — сказала госпожа Чон. — И вы здесь. Как так получилось?

Хёнби сияла как медный пятак, ожидая признания брата.

— Добрый день, госпожа Чон, — поклонился Тэхён маме Чонгука и Хёнби, — и господин Чон, — а затем и отцу.

— Мам, пап, — решил вмешаться Чонгук, — я хочу вас познакомить с Тэхёном.

— Милый, что ты такое говоришь? — удивилась Канхи. — Мы давно знакомы с Ким-сонсенним и знаем его получше тебя.

— Это вряд ли, — хихикнула Хёнби и посмотрела сначала на брата, а потом на Тэхёна.

— Биби права, мама, — сказал Чонгук, заметив ещё большее удивление матери.

— Я ничего не понимаю, — вздохнула Канхи. — Вы что, знакомы?

— Да!

— Госпожа Чон, — попытался что-то сказать Тэхён, но Чонгук ему не позволил.

— Я сам, хён.

— Но я старше тебя и должен взять эту ответственность на себя.

— Тэтэ, я уже большой мальчик, — улыбнулся Чонгук.

— Так! — подал голос Джеун, когда увидел, как его сын взял за руку учителя Хёнби. — Я так понимаю, вы не просто знакомы.

— Да, пап. Мама, пап, я хочу представить вам своего любимого мужчину Ким Тэхёна.

Эмоции Тэхёна настолько зашкаливали, что он боялся грохнуться в обморок к ногам родителей «своей прЫнцессы».

— Ааааа, — улыбнулась госпожа Чон. — Теперь мне всё понятно. Если честно, я и подумать не могла, что Ким-сонсенним по парням.

— Я никогда не распространялся о своей личной жизни и о своей ориентации, госпожа Чон.

— Зовите меня Канхи, Тэхён.

— Это как-то непривычно и странно, — прошептал Тэхён.

— Почему же? — удивилась женщина. — Теперь Вы для нас не посторонний человек.

— Оппа, с мамой лучше не спорить, — вмешалась Хёнби.

— Оппа? — удивлённо выкрикнули Джеун и Канхи.

— Да. Тэхён-оппа разрешил мне так называть себя вне стен школы.

— У меня не было шансов отказаться, — хихикнул Ким.

— Почему я не удивлён, — улыбнулся в ответ парню господин Чон. — Эта маленькая проказница может настоять на своём.

— Это точно! — сказал Тэхён.

— У меня предложение, — закричал Чонгук. — Давайте поужинаем все вместе после окончания открытия школы. Осталось подождать пару часов.

— Я за, — согласился Тэхён.

— Мы тоже, — ответил за себя и за жену Джеун.

— И я! — восторженно крикнула Хёнби.

— Тогда нам нужно вернуться в зал, — предложила Канхи. — А лучше, сынок, покажи нам тут всё. Тэхён, составите нам компанию? — спросила женщина и сама подхватила любимого мужчину своего сына под руку, ведя его куда-то прочь из кабинета Чонгука.

— Конечно! — искренне улыбнулся Тэхён и влюблённо посмотрел на своего парня.

Ужин выдался на славу. Тэхён быстро нашёл общий язык с родителями Чонгука и Хёнби уже не в качестве учителя последней, а в качестве «будущего зятя».