Сколько себя помнил Тэхён, в их доме никогда не было тихо. Папа всегда рассказывал какие-то сплетни про своих друзей-омег, делился соседскими новостями их элитного района, непременно вставляя свои колкие комментарии даже тогда, когда никто его особо и не слушал. Отец то смеялся над этим, то ворчал, но в итоге всё равно втягивался в разговор. Вечера проходили шумно и весело, с перебиваемыми репликами, подшучиваниями и вечным движением. Когда старший сын семьи Ким — Намджун взял в супруги свою первую и единственную любовь, а по совместительству сына их друзей Пак Чимина, и съехал к чёртовой бабушке в собственную квартиру, всё внимание родителей переключилось на Тэхёна. Чему он, честно говоря, был не особо и рад. Последние три месяца папа просто слетел с катушек, начиная и заканчивая свой день разговорами о будущем Тэхёна. Уж больно хотелось сыночку выдать замуж за достойного состоятельного альфу.

Сегодняшний же вечер был на удивление немногословным и каким-то странным. За столом царила мёртвая тишина, от которой у Тэхёна звенело в ушах. Папа не рассказывал ничего лишнего, не шутил и не язвил в сторону «любимого» соседа, с которым воевал последние пару лет, а только нервно поправлял края скатерти и почему-то отводил взгляд от Тэхёна. Отец сидел как вытянутая струна и смотрел слишком подозрительно, будто готовился к самому важному разговору в своей жизни.

Тэхён не понимал, что происходит, и почему-то эта ситуация его до усрачки пугала. Что-то не то. Что-то здесь нечисто.

— Ну? — Тэхён первым прервал безмолвие. — Скажите уже, что случилось. Мы разорились?

Супруги Ким как-то неуверенно переглянулись, отчего Тэхёну стало ещё больше не по себе.

— Типун тебе на язык, — шикнул папа.

— Тэ, — отец поставил локти на стол, сложил руки в замок и подпёр ими голову, — нам нужно серьёзно поговорить.

«Пиздец, приехали. Нихрена себе тон», — подумал младший омега.

— Тэхён, — голос папы звучал нежнее, но слишком категорично, чтобы это было просьбой, — выслушай нас спокойно. Хорошо?

«Тэхён? Полным именем? Блядь, они назвали меня Тэхёном, значит, будет какая-то хуйня!» — подумал про себя паренёк. Родители в основном называли его в уменьшительно-ласкательной форме, а иногда придумывали всякие милые прозвища: тигрёнок, котёнок, медвежонок или веточка акации из-за его запаха. Имя «Тэхён» звучало тогда, когда омега в чём-то провинился или в семье возникали серьёзные темы для обсуждения. Учитывая тот факт, что Тэхён в последние пару месяцев вёл себя так образцово-показательно, что чуть ли не святые мощи проносили мимо него с поклонами, скорее всего, грядёт какой-то суперсерьёзный и важный разговор. О чём? Неужели папин бубнёж и полунамёки про замужество были не просто пустой болтовнёй?

— Сын, — продолжил отец, и голос его прозвучал слишком грозно, — ты уже взрослый омега. Заканчиваешь университет, и скоро начнётся новая жизнь.

Тэхён поднял глаза, но промолчал, ожидая, что же последует дальше.

— И тебе пора подумать о своей семье, — отец говорил твёрдо, смотря прямо в глаза сына. — О доме, о будущем, о тех, кто будет рядом.

Папа тяжело вздохнул и осторожно коснулся руки Тэхёна, которая лежала на столе.

— Мы понимаем, что ты хочешь свободы, ещё немного погулять и повеселиться, но и стабильность важна, — продолжал говорить глава семьи — Ким Сонмин. — Мы нашли альфу, который идеально подойдёт тебе. Хороший человек, надёжный, богатый. С ним ты будешь в безопасности, как за каменной стеной.

Тэхён замер на пару секунд, а потом криво усмехнулся:

— Стойте! Стойте! Нашли мне альфу? Вы серьёзно? У нас средневековье, когда родители устраивают браки своих детей? Или я в рабстве нахожусь? Ой, а может, я пони на продажу?

Отец нахмурился и откинулся на спинку стула, пряча руки под стол. Тэхён догадывался, что, скорее всего, он там их в кулаки сжимал и сдерживал себя, но омеге было уже плевать. Он молчать не собирается.

— Ты утрируешь. Мы с папой считаем, что так будет правильно и лучше для тебя.

— Да ладно? Для меня ли? Может, для вас? Родители, а вы ничего не забыли? Ну, например, спросить у меня, хочу ли я этого. Нужно ли мне это? Нет ли у тебя, Тэхён, альфы любимого?

— У тебя что, есть альфа? — удивился папа. — А почему ты нас с ним не знакомишь?

— Нет у меня альфы, но мог бы быть.

Папа тихо погладил коленку сына, словно пытаясь сгладить остроту разговора:

— Мы нашли альфу, который сможет позаботиться о тебе, сынок, — снова подал голос Хаджун. — Это будет надёжный союз, правильный.

— «Правильный» для кого? — усмехнулся Тэхён, но в глазах блеснуло раздражение. — Откуда вообще эти выражения? Что значит «позаботиться»? Я что, недееспособный? Больной? Кривой? Убогий?

— Тэ, прекрати сейчас же, — голос отца стал сердитым. — Ты слишком упрям, чтобы понимать, что значит ответственность, долг.

Тэхён резко поднялся, не в силах усидеть на месте.

— Ответственность?! А как же любовь? Вы даже не спросили, чего хочу я! И о каком долге ты говоришь, отец? Почему Намджун взял в мужья того, кого он хотел и любил, а я оказался всем должен?

— Любовь придёт, — ответил папа. — Главное — стабильность. Этот альфа старше, опытнее, он сможет дать тебе всё, чего ты заслуживаешь.

— Старше? — Тэхён горько рассмеялся. — Я не собираюсь быть игрушкой для какого-то старого пердуна только потому, что вы решили, что так будет лучше для меня! Вам самим не противно?

Отец уже демонстративно сжал кулак на подлокотнике и повысил голос:

— Не перегибай палку, Тэ. Ты выйдешь за него! Это решено.

— Нет! — закричал Тэхён. Его голос дрогнул, но глаза полыхали огнём. — Я не выйду! Ни за этого старого козла, ни за кого-то другого по вашему приказу. Вы так мне и не ответили, почему Джуну вы не навязывали женихов, а меня пытаетесь выпихнуть за какого-то старикашку? Чем я хуже брата? Потому что я омега, да? Он для вас свет в окошке, а я ресурс? Что пообещал вам этот альфа?

— Тэ-э-э-э, — недовольно прорычал отец.

— Тэхён, перестань, — не выдержал Хаджун. — Ты ведёшь себя как маленький.

— Как маленький? — взбесился Тэхён. — Посмотрел бы я на тебя, если бы тебя дед всучил какому-то старому маразматику, а не отцу.

Папа нахмурился, но промолчал. Бить, по сути, было нечем.

— Хватит! — Сонмин встал со своего места и сделал шаг в сторону сына, но тот отшатнулся от него, как от чумы. — Этот альфа сейчас приедет знакомиться с тобой. Для нас всех это будет очень хорошая сделка… То есть союз.

— Если для вас важнее сделки и связи, чем моё счастье, — Тэхён схватил джинсовку с кресла, — то мне здесь нечего делать.

Он развернулся и вышел, оставив родителей в гробовой тишине. Когда отец семейства опомнился, было уже поздно: Тэхён ушёл, хлопнув дверью.

Тэхён плюхнулся на барный стул, тяжело вздохнул и уронил голову на стол. Юнги и Сокджин уже успели заказать пару коктейлей, и запах алкоголя смешался с лёгкой ноткой сигаретного дыма. Он вызвал спасательную бригаду в лице лучших друзей сразу же, как только вышел из родительского дома.

— Вот что за пиздец, — начал Тэхён, размахивая руками. — Мои предки совсем из ума выжили. Они решили, что мне пора выйти замуж. Даже альфу выбрали самостоятельно, не спросив меня. Срань! Ненавижу их за это.

Юнги приподнял бровь:

— Серьёзно?

— Серьёзно, — Тэхён тяжело кивнул и стукнул кулаком по столу. — И не просто альфу, а козла, который старше меня на дохрена лет. Как будто я мечтал лечь под поношенный ч***н.

Сокджин фыркнул, поднося бокал к губам.

— Фу, бля. Охренеть! Ну, насколько я помню, твой брат вышел замуж за любимого омежку, а ты почему должен связать свою жизнь с нелюбимым человеком? Тем более за старика? И кстати, замуж можно и не за альфу выйти. Беты — офигительные ребята.

— Ага! — Тэхён сделал глубокий вдох, готовясь к очередной жалобе. — Мой брат — это их гордость, а я так — бракованный товар. Они сделку там затеяли. Бесят. Я что, барашек жертвенный? Что за дичь? Причём так всё выставили: мол, этот альфа о тебе позаботится, с ним будешь в безопасности, в комфорте и тепле. Словно я котёнок, на помойке найденный. И всё так красиво напели, подменяя понятия. И типа всё ради меня. Ага, пусть пиздят другим, а я не собираюсь в этом участвовать. Им насрать на мои чувства. Как будто счастье измеряется в банковских счетах и статусе. А как же любовь?

Юнги пьяно кивнул в знак согласия.

— Пиздец какой-то. Ты ведь отказался от этого «заманчивого» предложения? — спросил он у друга, а затем развернулся и уточнил у Сокджина: — Ты собрался замуж за своего бету?

— Ты с ума сошёл? Конечно, отказался. — Тэхён вытаращил глаза. — Никакого брака с пенсионерами.

— Расслабься, Тэ! — Сокджин потрепал его за волосы. — Никто не вправе тебя заставить выйти замуж против своей воли. Давай выпьем за свободу! И нет, я не собираюсь замуж за Сынхо. Он на меня даже не смотрит, — чуть ли не плача выдал самый старший омега из их компании.

Тэхён кивнул, поднял бокал и сделал глоток. Злость и обида постепенно отпускали его, затуманивая разум алкоголем. Какая несправедливость всё-таки была родиться омегой.

— В жопу старпёра! — прокричал он, и Юнги с Сокджином дружно заржали.

— Смотри не призови его по месту назначения, — пошутил Мин.

— Тьфу на тебя, — скривился Тэхён.

Прошло примерно два часа с начала омежьей попойки. Тэхён допивал пятую бутылку соджу, периодически театрально вздыхая и перебивая друзей.

— Бля, ну вы понимаете, да? — громко сказал он, привлекая внимание уже совсем нетрезвых друзей. — Родители хотят выдать меня замуж! Ик. А мой брат уже в браке со своим распрекрасным Чимином и теперь ходит с этой счастливой рожей. Раздражает.

Отношения с Намджуном и Чимином у Тэхёна были в принципе хорошими. Можно даже сказать идеально-показательными, потому что над этим очень сильно работал сам Чимин. Они знали друг друга с детства и до четырнадцати лет даже дружили, пока в Паке не стали проскальзывать очевидные нотки снобизма по отношению к людям беднее его и ниже статусом. Тэхён в этом плане всегда был простым и добрым человеком. Несмотря на деньги своей семьи и определённый статус, он никогда не чурался общаться с теми, кто не родился с золотой ложкой во рту. Его всегда отпугивала эта претенциозность в таких людях, как Чимин. По душе были ребята попроще, с которыми можно было дурачиться, ругаться матом и не ждать, что тебе сделают замечание за то, что ты ведёшь себя как-то не так, как положено. Кем положено? Зачем положено?

Пять лет назад, когда Чимин влюбился в Намджуна и стал снова напрашиваться в друзья к Тэхёну, тот сильно напрягся. На тот момент они оба поступили в университеты, и Тэхён начал общаться с Сокджином и Юнги. С Мином они пересекались на многих лекциях, а Джин был соседом Юнги по комнате в общаге. Естественно, компания этих двоих — немного чудных, но настоящих и близких по духу людей — Тэхёну нравилась больше, чем компания Чимина.

Пак — неплохой омега, но явно не вписывался в круг их общения. Тот сильно не расстроился. Намджун уже заметил влюблённые глаза Пака и ответил взаимностью. Кроме того, так как родители омеги были друзьями четы Ким, Чимин нашёл поддержку в лице папы Ким Хаджуна. Это, между прочим, добавило немало неприятностей на задницу Тэхёна. На первый взгляд Чимин был прекрасен во всём. Хаджун нет-нет да сравнивал омегу Намджуна со своим младшим сыном, где Тэхён, естественно, проигрывал на фоне такой вычурной идеальности.

Когда парочка поженилась и переехала в собственную квартиру, Тэхён даже перекрестился на радостях. Терпеть постоянные сравнения с Чимином ему надоело так же сильно, как и нравоучения и рассказы Намджуна, что удел омег — дом, дети и семья.

— Какого хера Чимин не родил ещё Джуну маленьких альфят или омежек и мои родители не сидят с внуками? Ах да, — снова взвыл пьяно на весь зал Ким, — они решили окончательно мне жизнь испортить.

Юнги и Сокджин пытались удержаться от смеха, но Тэхён продолжал, будто у него была необходимость излить душу всему бару.

— Кстати, можно я у вас немного поживу?

— Что? — уставился на друга Юнги. — Ты что, ушёл из дома?

— Ну, можно и так сказать. Я появлюсь там только, чтобы собрать свои манатки и свалить к херам. Буду жить самостоятельной жизнью. Там, где меня любят, а не подкладывают под нестоячий хуй.

— У нас? Ты хочешь жить у нас? — уточнил Сокджин.

— Вы против? — насупился Тэхён.

— Тэ, мы не против, — задумался Юнги. — Но мы с Джином работаем и зарабатываем себе на жизнь, а ты привык тратить деньги своего отца. И вообще, у нас условия не такие шикарные, как в твоём доме. Мы с бро из простых семей, уже ко всему привыкшие. А ты?

— А я?

— Сможешь ли ты жить так, как живём мы?

— Я тоже пойду работать. Буду учиться и подрабатывать. Мне осталось всего полгода до окончания.

— Ты уверен, что вывезешь это?

— Почему такая несправедливость? — Он ударил кулаком по столу и чуть не свалился со стула. — А знаете что? Я выйду замуж! — его голос стал почти заговорщическим, и Юнги заржал на весь бар. — Ты что, не веришь мне, хён?

Сокджин моргнул:

— И за кого же? Решил принять предложение папеньки?

— За первого, кто войдёт в эти двери! — Тэхён расправил грудь и уставился на вход. — Да, вот так! Пусть судьба сама решает!

Юнги и Сокджин переглянулись. Юнги поднял бокал и тихо сказал:

— Ладно, Тэтэ, посмотрим, кого принесёт твоя «судьба».

— Боженька, не подведи меня, — прошептал Ким и начал гипнотизировать входные двери. — Не подведи…