В громкой межсезонной повести о переходе Майлза Тёрнера в стан принципиальных соперников появились чёткие очертания из первых уст касаемо главной причины её написания. Как утверждает Майлз, разница предложений «Пэйсерс» и «Бакс» составляла 40 тыщ комплектов Звезды Смерти в лего-эквиваленте!

Для непосвящённых — 40 миллионов бакинских (своим названием которые, кстати, обязаны «buckskin», что символично переводится как «оленья шкура»).

Предложение «Инди» давало разницу меньше десяти млн за три будущих года суммарно с Нембхардовскими условиями по контракту. «Милуоки» же, помимо стартовой суммы и более выгодного буста, приманили лишним годом, заботливо завёрнутым в опцию игрока — таковы удобства.

Стоит сказать, визиты Тёрнера в медиа ещё до перехода создали у меня его восприятие как баскетболиста нетипичного, нестандартно мыслящего. Чего стоило сравнение игры Йокича с рисованием на холсте или уподобление Рика Карлайла человеку эпохи Возрождения. Смак самый настоящий!

Да и в свежем жесте закрывающейся книги в адрес болельщиков «Пэйсерс» есть своя элегантность. Быть может, неприятная, но и неслучайная. Вообще от всей этой неугасающей истории взаимоотношений отдаёт намеренной подобной реакцией Тёрнера на последствия разрыва.

Это редкий баскетболист, чей постоянный подтекст в высказываниях и деяниях не станешь списывать на неосознанность, непонимание произнесённого и совершённого. Хотя эмоциональности место тоже находится: вон как пару дней назад усердно чехлил ещё некогда сокомандников.

И тем не менее вскоре фокус сместится, после чего за могучей спиной Янниса Майлзу вместо связки Халибёртон-Нембхард-Несмит наконец покажется сборная первого тура Еврокубка. Сойдёт для начала регулярки на Востоке — удивит, когда в плей-офф потребуется пройти первый раунд.

Если даже не выиграть второй матч.