⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ПРИЗРАК

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я ступаю по дому Музы, как по священному месту. Здесь куда уютнее, чем в крошечной квартире Дикарки, где и спрятаться негде. В двухэтажном же доме пространства достаточно. Это место мне знакомо, его я видел в тот вечер, когда последовал за Музой и пробрался во двор, как тать. Перелез через забор и скрылся в тени деревьев, восхищаясь идеальным станом и ненавидя всех, кто собрался тогда в столовой… особенно Дикарку, позднее выскочившую наружу с ружьём!

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

И вот я снова здесь, потому что Муза не давала мне покоя. На репетиции она выглядела немного напуганной и звучала неуверенно. А ещё… Понятия не имею, что это, но предчувствие угрозы, нависшей над ней, не исчезало. Мне хотелось увидеть Музу снова, чтобы удостовериться, что с ней всё в порядке. Однако она почему-то притащила к себе и свою мерзкую сестрицу. Но на сей раз Дикарка была более рассеянной, да и балкон остался приоткрыт.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Мне не составило труда забраться внутрь в полной тишине. Так я оказался у лестницы в самом начале коридора второго этажа с шестью дверьми. По правую сторону две из них распахнуты.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Дикарка, похоже, засыпает. Знакомое мне сердцебиение замедляется. Она явно находится в дальней от меня комнате. А спальня Музы, судя по всему, посередине, ближе к лестнице… Ближе ко мне.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я двигаюсь вперёд, используя все навыки тааха, которые вдалбливали в меня чуть ли не с рождения. Бесшумная тень. Идеальный разведчик Первого. Тёмный эльф. Нет ничего сложного проскользнуть в комнату Музы, не разбудив её злобную сторожевую псину…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

От одного напоминания о ней я морщусь. У меня кружится голова и шумит в ушах, каждый раз, когда думаю о грёбаной Юне Клейн. Она приклеилась к моим мыслям, как грязь к подошве.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Этим утром, я едва добрёл до театра. Пришлось стянуть с себя кожаную маску прямо в одном из туалетов, надеясь, что никто не заметит, как всегда и бывало… Однако из-за Дикарки подобные надежды были несбыточны. Она будто поджидала меня, встретив в кулуаре. Мы оба замерли и пялились друг на друга с одинаковым изумлением. Радовало лишь одно – под слоем ещё не испарившейся крови разглядеть моё лицо было невозможно. А вот её было видно отчётливо…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я не мог отвести взгляда от пронзительных чёрных бездн глаз Дикарки. Она словно пригвоздила меня к месту, то ли угрожая безумными муками, то ли обещая неземное блаженство, то ли и то и другое. Наваждение спало с меня лишь в тот момент, когда послышалось тихое «Призрак», слетевшее с уст Дикарки.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Мы побежали почти одновременно: она за мной, я от неё. Но погоня вышла короткой. Раньше, чем Дикарка завернула за угол, мне удалось проскочить в узкий тайный проход. А до того, как её любопытный нос сунулся бы куда не надо, стена успела стать на место почти бесшумно. Проход этот был старым и пыльным, я редко его использовал. Потому плутал какое-то время. А вернувшись в своё логово наконец привёл себя в порядок.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Попытка отдохнуть не увенчалась успехом: сон не шёл. Плюнув на это и убедившись, что со шрамами всё не так уж и плохо, я натянул уже знакомую маску из кожи, обещая, что сниму её при первой же возможности, а пока так было безопаснее разгуливать по театру.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

А именно туда и лежал мой путь – наверх, где высилось само здание. В главном зале уже шла репетиция. Всё проходило как обычно, кроме некоторых вещей… Во-первых, восьмая ложа пустовала. Во-вторых, Муза пару раз сфальшивила в начале и выглядела нервной. В-третьих, Дикарка сидела на первом ряду и делала вид, что меня не существует.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Уверен, с самого начала она знала, что я рядом, что её Призрак снова занял свою ложу, однако не реагировала на моё присутствие. Не знаю почему, но это раздражало. Взгляд то и дело метался со сцены к этой сучке. Почему она игнорирует меня? Кто ей позволил?

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

А потом Дикарка всё же оглянулась. Карие глаза впились в меня, посылая разряд по телу такой силы, что из лёгких выбило воздух. Показалось, что сейчас она вскочит и снова погонится. Но нет…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Странное поведение обеих сестёр заставляло беспокоиться. А тут ещё и Маго сыграла свою роль.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Кошка всегда бродит там, где пожелает. Её не пугают ни я, ни подземелья театра, ни тем более новые лица в месте, которое она считает своим. Обычно никто не вызывал у Маго любопытства, но тогда…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я застал её почти за изменой – она заинтересованно обнюхивала пальцы Дикарки, сидящей на корточках… Во мне вспыхнуло возмущение и… ревность. Ещё котёнком моя питомица была буйной и своенравной, а тут заинтересовалась какой-то дрянью! Но все мысли исчезли, когда Дикарка оказалась прямо у моих ног. Она подняла голову и всего на миг замерла, глядя снизу вверх…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Не знаю почему, но это воспоминание въелось в меня. Даже сейчас я прокручиваю тот момент, думаю о нём, как одержимый… Почему? Понятия не имею и не собираюсь разбираться. Я здесь не ради какой-то Дикарки, а ради Музы!

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Верно, потому пора бы уже навестить её, полюбоваться ею, как любуются предметом искусства, коим она и была. Я проскальзываю в спальню Музы и едва удерживаю равновесие от внезапного неизвестного ощущения. Будто ультразвук резанул по ушам. Что это? Мои руки поднимаются к ушам, скрытым балаклавой, поверить не пошла ли кровь от такого издевательства. Слух в порядке, но что это было?

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Делаю несколько осторожных шагов, прислушиваясь не к Музе, а к Дикарке, лишь бы та не проснулась. Как же хочется поскорее избавиться от этой стервы хоть как-нибудь…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

В одной из многочисленных комнат подземного лабиринта есть пыточная. А в ней стоит старая клетка. Её прутья успели заржаветь, но её всё ещё можно использовать для пленника. Точнее, пленницы… Может, поймать Дикарку и запереть там? Посадить на цепь, как она того заслуживает. Там, вдали ото всех, я смогу покарать Юну, показать, кто здесь главный, и кому она должна подчиняться.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

По спине пробегают мурашки, стоит лишь представить, как Дикарка опускается передо мной на колени. Тогда я наконец смогу настроить этот сломанный инструмент и сыграть на нём настоящую музыку. Древние стены наполнятся её криками боли и наслаждения…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Нет! Какое ещё наслаждение? О чём я? Эта сучка сбивает меня с пути, она низшее существо и пропитана скверной, которая заражает мысли. Нужно срочно избавиться от неё!

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Но пока необходимо сосредоточиться на Музе. Быть может, удастся понять, что с ней происходит. Я останавливаюсь посреди спальни и оглядываюсь. Помещение небольшое, окно закрыто и обрамлено бирюзовыми шторами, слева от входа – туалетный столик с круглым зеркалом и кучей кремов и прочих безделушек, рядом стул, через спинку которого перекинута бежевая кофта. Справа находится двухспальная кровать, изголовьем придвинутая к стене. По обе стороны от неё – две тумбочки, на одной из них лежат отдельные листки со словами песен мюзикла и приписками от руки про тон или последовательность движений.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Муза кропотлива в подготовке к постановке. Я видел её репетиции, она практически никогда не сбивается. Выучила все слова, каждое движение… Как только в этой маленькой голове всё помещается?

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Сейчас Муза выглядит безмятежной. На ней шёлковая ночнушка на тонких бретельках, она целомудренно прикрыта одеялом, а золотистые локоны волнами разбросаны по подушкам. Она идеальна, не то что Дикарка…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я прислушиваюсь к той, пытаясь понять, крепко ли она уснула. Похоже, что да. И наверняка Дикарка снова выглядит вызывающе! Если не выставляет задницу на общее обозрение, то точно грудь… Какая она у неё? Не слишком большая, точно поместится в моей ладони и…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я обрываю свои мысли в ужасе от того, куда они зашли. Как я мог, стоя прямо над святыней, над Музой, думать о телесах грязной сучки? Это просто неприемлемо! Нужно сосредоточиться на той, что имеет значение, а не на жалком низшем существе.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Но стоит переключить внимание, как слух улавливает нарастающий звон. Сердце Музы учащённо бьётся, дыхание становится прерывистым, она начинает просыпаться.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Почти не думая, я пячусь в угол комнаты и скрываюсь за шторой. Места лучше сейчас не найти, а мерзкий звук дезориентирует, хочется закрыть уши, но едва ли это поможет. Он явно порождён магией или чем-то, что задевает её спокойное течение. Магия напоминает мне струны, и сейчас на них не играет искусный музыкант, их задевает неумелое чудище, оно топчется и бьёт по ним.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Муза словно тоже ощущает это, она открывает глаза и приподнимается. Какое-то время она просто дышит, явно заставляя себя делать более глубокие вдохи и выдохи. Её пальцы сминают одеяло, а лёгкие упрямо не хотят дышать верно. Звон всё ещё здесь, он то становится чуть тише, то снова взрывается нестройной мелодией. Муза медленно садится в кровати и затем встаёт.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Она делает шаг, другой… Звук слишком высокий и громкий, меня начинает тошнить от него. В глазах темнеет, но я вижу, что ноги Музы мелко трясутся. Она вот-вот упадёт. Хочется выскочить и подхватить её, но, боюсь, это лишь напугает её.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Юна! – зовёт она.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Голос Музы слабый, и я думаю, что Дикарка её не услышит. Но нет, почти сразу из соседней комнаты слышится топот, и Юна в безразмерной серой футболке вбегает в комнату, подхватывая сестру.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Я здесь, здесь, Тина.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Но та ничего не отвечает, из неё вырывается лишь короткий всхлип, а после… Тело словно деревенеет, а глаза закатываются. Руки Дикарки напрягаются, она старается одновременно быстро и осторожно опустить Музу на пол, придерживая её затылок. Движения кажутся отточенными до автоматизма.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Юна хватает кофту, висящую на спинке стула, и отпихивает тот ногой в сторону, пока сворачивает кофту и подгладывает её под голову Музы. Всё это она проделывает молниеносно, успевая ровно к тому моменту, как звон вспыхивает с новой силой, почти оглушая меня. В то же мгновение Тина выгибается дугой и начинается биться в судорогах. Это похоже на жуткие предсмертные конвульсии. Её туловище и конечности дёргаются и бьются об пол.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Я здесь. Всё будет хорошо. – Юна бережно поворачивает голову Музы вбок. – Всё всегда было хорошо и сейчас будет.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Кажется, будто последней фразой она пытается убедить даже не свою сестру, которая её сейчас явно не слышит, а саму себя.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Скоро всё закончится.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Ответом ей служат тяжёлые удары тела об пол и хриплое дыхание. Ощущается запах мочи, а из уголка рта Тины капает кровавая слюна. Всё это похоже на кошмар. Я ошарашен настолько, что цепенею, не понимая, что можно сделать, и сам начинаю сосредотачиваться на голосе Юны. Он монотонен и обещает, что всё наладится. Сама она напряжена до предела. Дикарка сидит на коленях у тела сестры, глаза неотрывно следят за каждым резким движением, спина прямая.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Всё это длится, кажется, вечность, но неприятный громкий звук стихает, Муза делает ещё несколько движений и остаётся лежать, а Юна облегчённо выдыхает, бормоча под нос:

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Семьдесят три секунды.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Она аккуратно переворачивает Тину набок, поправляя голову, и кофтой утирает слюну из её рта.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Ничего, сестрёнка, ты дома, я рядом и всё закончилось.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Что закончилось? Трудно осознать то, что произошло. Странный приступ произошёл так внезапно… Зато теперь ясно, что именно я ощущал – подступающий припадок. Несчастная Муза! Как несправедливо обошёлся с ней мир, прокляв болезнью…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Тина шевелится, и Юна нежно гладит её по плечу:

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Тише, милая, ты дома, я с тобой.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– П-прости… – осипший, едва слышный голосок Музы, заставляет сердце сжиматься от жалости.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Ты не виновата.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Но та снова что-то лопочет. Дикарка даёт сестре прийти в себя несколько минут, продолжая успокаивающе гладить её.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Я щёку прикусила… И я… опять описалась? – вдруг спрашивает Тина более осознанным тоном.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Тоже мне нашла проблему, – фыркает Юна. – Не страшно.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Прости, пожалуйста… Я такая дура… Всё из-за меня…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Прекращай! Никто не идеален, у тебя голова другим занята была. Тебе и тексты учить, и хореографию. В конце концов, для этого тебе и нужны ассистентки. Тут некого винить, так бывает. И ничего ужасного не случилось.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Мне просто хочется, чтобы это не было… – Тина всхлипывает, хватаясь за Юну.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Та наклоняется, целует её в висок и снова что-то утешающе нашёптывает. Я не вслушиваюсь. Мне кажется это моветоном. Сёстры должны иметь свой момент единения. И это он.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я же кусаю губы, пытаясь собраться с мыслями. Теперь стала ясно, откуда почти маниакальная забота Дикарки о Музе. Она боится за неё, предпочитая быть рядом на случай очередного приступа.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Ненавижу это, – пробурчала Тина, медленно поднимаясь и держась за сестру. – Юна, скажи за меня.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Ёбаная эпилепсия, нахуй бы её! – с готовностью восклицает Дикарка. – Ну что, легче?

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Гораздо… А тебе?

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Ещё как! – негромко хихикает Юна, придерживая Музу. Та криво улыбается, почти повиснув на сестре.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я расслабленно упираюсь спиной в стену. Меня никто не замечает, но в эту ночь эпилепсия выигрывает по уровню страха. Всё это было жутковато, и я не могу перестать сочувствовать не только самой Тине, но и Юне…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Слышится звук воды из ванной. Я опасаюсь выбираться из своего укрытия, продолжая стоять там, пока Дикарка носится по коридору, а затем уводит Музу к себе. Затем Дикарка возвращается в комнату со шваброй, затирая место, где осталась лужица мочи, а после уходит.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Юна повела себя храбро. Она была собрана и внушала спокойствие и сестре, и, мать его, мне. Ни на секунду у меня не возникло мысли, что она не справится. Дикарка готова была противостоять любой угрозе: от мифического Призрака до реальной эпилепсии.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Через несколько минут раздаётся шуршание страниц и голос Юны. Похоже, она читает вслух. А я всё никак не могу решить, что теперь чувствую к ней. Определённо благодарность за то, что она помогает моей Музе, но в остальном… Дикарка всё ещё раздражает меня, просто теперь я, возможно, готов рассмотреть другой вариант избавления от неё. Может, не убивать? Вдруг получится договориться? Ей не понадобился быть рядом, если на смену приду я. К тому же у меня есть преимущество – предчувствие надвигающегося приступа.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я всегда думал, что суженной станет та, кто взглянет на меня. На моё лицо. Без масок и притворств. Что, если я ошибся, что, если вот он, знак судьбы, её указующий перст, и моей парой суждено быть Музе. Просто потому, что я чую поступь её недуга…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

От мыслей отвлекает негромкий глухой удар. Звук едва слышен, и за ним не следует ничего. Словно что-то упало, но ни Муза, ни даже обычно чуткая Дикарка не реагируют на это. Обе они уснули глубоким сном усталости. Это позволяет мне наконец сдвинуться с места и пройти в соседнюю спальню.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Комната здесь обставлена так же, как и у Музы. Разве что туалетный столик пости пуст и ещё тут есть небольшой шкаф. На двуспальной кровати сейчас спять обе сестры. Бедняжка Тина свернулась калачиком у бока Юны, уткнувшись в неё носом и почти полностью зарывшись в одеяле. Дикарка же спит полусидя, её голова упала набок, всклокоченные волосы торчат, она выглядит бледнее обычного. Одна её рука безвольно висит, а на полу валяется книга. Видимо, Юна не заметила, как уснула… Скорее даже отключилась. Сегодня у неё было достаточно потрясений.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Тем не менее Дикарка всё равно на страже. Другая её рука лежит на плече Музы. Нет сомнений в том, что стоит её сестре пошевелится, Юна среагирует мгновенно, а вот на упавшую книгу ей плевать.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я наклоняюсь, подбирая томик, распрямляю смятые страницы и закрываю её, оставляя на тумбочке. Мой взгляд скачет от Музы к Дикарке. Тину трогать опасно, когда рядом её сторожевая собака, которая вполне может откусить мне пальцы. Я тянусь к Музе, но не касаюсь, замечая, как Юна хмурится во сне. Забавно. Убираю руку и медленно опускаю ладонь на макушку Дикарки. Лицо её разглаживается, и она даже не шевелится. Её будто совсем не волнует она сама и то, что с ней могут сделать, её волнует только сестра, та, кого она будет защищать…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Почему-то сердце попускает удар при мысли, что это дикое существо может не ценить себя, считать, что её жизнь должна быть положена во благо другого… Но я тут же осаживаю себя, напоминая, что всё это наваждение, а Юна Клейн порочна, она порождение скверны и единственное, что есть в ней хорошего – привязанность к Музе. Но, как и любая тварь, пропитанная грязью, она и хорошее обращает в грязь, и душит своей защитой других. Должна ведь быть грань между заботой и давлением. И Дикарке она неведома…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

«Тебе тоже», – мысленно заявляет моя вторая часть.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Может и так, но я хотя бы высшее существо, и у меня гораздо больше преимуществ. А Юну Клейн нужно убрать со сцены. И ради её помощи Музе я готов рассмотреть не только её смерть, этого уже достаточно. И в голове начинает зарождаться план…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я резко отдёргиваю руку от макушки Дикарки, поняв, что всё это время бережно гладил её волосы… Да что это со мной? Нужен отдых, точно. Сон поможет.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я отступаю и спешу убраться отсюда. Подальше от Дикарки, что пачкает меня своей скверной…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀