- Убегай... - жадно облизывается гость под конец своей считалочки.

Я подскочила на кровати, едва не пробив потолок. Кажется, я кричала и кричала что-то нечленораздельное, но однозначно матерное. От моего ора несколько машин у соседних домов проснулись и теперь истошно визжат в поисках своих хозяев. Упс, пардон, не хотелось прерывать ваш сон. 

Ощущение, что моё тело в огне - до того жарко и мокро, что даже скинув одеяло не чувствую и толики прохлады.

Хочу пить, но поги трясутся как после трёхдневного марафона. Ещё и сердце бешено стучит, оглушая меня. Ей-богу, готова поклясться, что слышу, как течёт кровь по венам у меня в башке. Мерзость. А ощущать это и того неприятнее. Буэ...

Но встать надо. Раз-два-три. Вдох-выдох-вдох. Дышать животом, а не грудью. Собраться с мыслями и.. ЫЫЭЭЭХ!

А теперь бы не навернуться с кровати, по причине головокружения. Меня сотрясает мелкая дрожь, руки как онемели и не чувствуют покрывало, чтобы убрать его.

Наконец, спустя минут 10, мои ноги коснулись пола. Маленькая, но победа, главное - не думать о долгом пути до кухни. 

- Ох, детка, - вздыхаю я.

Конечно, всё помню. Как такое забыть.

Это было то редкое комфортное солнечное лето, когда дни были такими насыщенными, что ночи проходили в заслуженном отдыхе. Люди бурлили повсюду - парки, аквапарки, бани, клубы, улицы каждого двора и дома, магазины, кафетерии, рамённые... Днём это всё гудело, как рой пчёл из растревоженного улья, и мне даже казалось, что мир сошёл с ума и забыл добавить жару днём. 

Малый бизнес тогда у многих быстро пошёл в гору, позволяя развиваться и приносить хорошие плоды.

А я? Я обитала в маленьком храме божественных кошек, подрабатывая зазывалой. И когда не было посетителей, тусила у пруда, прикармливая карпов.

Тогда карпы расплодились, как никогда в жизни. Кормить их приходилось часто. И в тот раз, как обычно стоя на мостике камней в центре пруда и не подозревая ни о чём, до моих ушей долетел удивительный звук - звук чистого и искреннего восхищения.

А потом это была ты - маленькая, забавная, восторженная, лепечущая что-то на своём языке и тянущая ко мне руки. 

И это была любовь с первого взгляда. Ты всегда влюбляла в себя всех вокруг своей харизмой и непосредственностью.

Мне пришлось тогда здорово замочить своё платье (хорошо, что в тот день настоятель уехал к родне и не увидел этот конфуза), чтобы ты не бултыхнулась в пруд - вот бы карпы офигели. 

И уже через пять минут прибежал Рональд, твой отец - молодой и неопытный, вёсь красный как помидор, и хватающийся за сердце, не то от облегчения, не то от того, что воздуха не хватало (ему никогда не давалось кардио).

Так мы и познакомились. И скади мне кто до того, как это произошло, что я буду тетешкать маленького ребёнка - ни в жисть бы не поверила. Где я и где дети?

Но было в тебе что-то такое, что вызывало желание заботиться. Впрочем, ты и дальше показала, что отличаешься от других детей - ни капризов, ни истерик, спокойная и немного флегматичная, обожающая кошек, змей (чего до усёру боится твой отец) и мозаику. А ещё - вишню. До сих пор помню, как ты слопала втихушку всё вишнёвое мороженое на Рождество, а Рон чуть от стыда не съел свой галстук. 

Однако, предвидя такую ситуацию, он заранее принёс два ведра шоколадного мороженого, и никто не остался в обиде. Осталось только твоё фото, где ты сидишь под ёлкой и ложкой наворачиваешь лакомство.

А потом... А потом в твоей семье произошла трагедия. Твоя мать, Мэй, должна была лететь на семейную встречу. Но, увы - один из пилотов оказался двинутый кукухой. И никто не выжил.

После этого трагедию твоей семьи полоскали все, кому не лень. Каждая паршивая газетёнка использовала этот шанс, печатая одно единственное фото, где ты с мамой на весеннем фестивале цветов.

А уж как полоскали Рона, боюсь вспоминать. 

Публиковали фотографии их студенческих времён, совместного отдыха, приписывая ему всякие мотивы и интриги. Понятное дело, мезальянс был громкий: она – дочь богатых родителей, а он – всего лишь студент из детдома. Хорошо, что тогда удалось вмешаться родителям Мэй, иначе была бы ещё одна трагедия.

Да, я помню. Я помню всё. Но...

Почему пришёл этот неизвестный гость? И почему сон был таким странным? 

Я так и просидела до утра в постели, погружённая в раздумья и обессиленная. Бля, кажется, я скоро сорвусь.