Доброго субботнего вечера, мои дорогие!
Возможно, кто-то еще не в курсе истории знакомства Лизы и Арсения (Елки и Ареса)
 "Приворот карельских шаманов"  на страничке Лео

— Дим, а что у нас Арес всё один да один? Мы счастливы, а он…

Ленский задумался, помолчал, ероша длинную челку Жени, обводя пальцами накрутку лабрета в мочке его уха .

— Не знаю, Жень. Ну а как ему? Он по Татьяне горюет.

Женька перекатился на спину, глядя в потолок, потянулся, сказал: 

— Невозможно горевать бесконечно. Так рехнуться можно... Помнишь, он нам рассказывал, как чуть с собой не покончил? 

— Да ну, Жень, брось. Никогда бы Арес этого не сделал, это он по пьяни. 

— Нет, Дим, он всерьез говорил, я помню…

— Что ты там помнишь? Сам под хорошим градусом был. Я тебя чуть не на руках в кровать нес. 

— Не ври, я шел! И я помню, как Арсений рассказывал нам про Татьяну свою и про это всё. Потом он еще к шаманке  в дом зашел, Хильме. Она и тебя спасла. Это ты точно не помнишь! 

— Смутно помню. Жар у меня был, видения. 

Дмитрий повернулся набок, обнял Женю, поцеловал. Приподнялся на локте так, что Женя оказался как бы в замкнутом кольце его рук. Смотрел в глаза. 

— Я хотел, чтобы ты там счастлив был, а вышло…

— Почему “был”? Я сейчас счастлив. Мы с тобой  вместе. Но сейчас я не про нас. — Женя не отводил взгляд. В нем Дмитрий читал: “да, мы вместе, мы счастливы, мы любим друг друга”. Женька сморгнул. — Ну всё-таки, Дим, услышь меня, пожалуйста. Не надо быть Аресу одному на Новый год. Я согласен! Поедем к нему. 

— А стендап-клаб? 

— Так отмени… Или кому-то отдай наш столик. Осчастливишь человека. 

— Хорошо, сейчас давай тебя в порядок приводить и одеваться, а то на репетицию опоздаешь. 

Вот такой у них был разговор. После репетиции Ленский заехал за Женей, чтобы забрать его домой. 

— А давай мы Елку подвезем? — сказал Женя, высвобождаясь из объятий Ленского. 

— Конечно. Здравствуй, Еля! Идемте к машине, я вон там встал, — указал Дмитрий вперед.

— Здравствуйте, Дмитрий Константинович. — Девушка так и не смогла перейти с Димой на ты. Хоть и не была скромницей, но Ленского смущалась.

И вот они выехали с Петроградской — Дмитрию нужно было еще по делу заглянуть в офис, поэтому двинулись через мост и дальше по набережной. Тем самым путем, как в тот раз, когда корабль с Алыми Парусами явился им на Невских водах. И Дима первый раз сказал Жене, что хочет быть с ним вместе, хочет, чтобы они обменялиь брачными обетами. 

Только сейчас Нева была скована льдом, мороз стоял крепкий, несвойственный для Петербурга — градусов двадцать. Последние годы питерцы избаловались мягкой погодой. Случалось, что и снега не было на Новый год, а дождь шел. Но в этом году  снег выпал в середине декабря. Да так, что весь город завалило. День за днем мело, дорожные службы едва справлялись с расчисткой. А Нева… Нева была прекрасна! Выбеленная, неподвижная, она казалась фантастической равниной посреди города. По берегам поднимались набережные, за ними — дома. Вон Петропавловку проехали. 

Елка завороженно смотрела в окно, потом вздохнула: 

— Боже, какая красота! Невероятно. Ходишь по улицам и не замечаешь, в каком красивом городе живешь. 

— Ну, Женя у нас по долгу службы замечает, — сказал Ленский, сворачивая с набережной на площадь. — У какого метро остановить, Елизавета? 

— Мне всё равно, у какого вам удобно. Где будете мимо проезжать, там и выкиньте меня. 

— Ну зачем же выкидывать? — засмеялся Ленский. — Нет, мы тебя аккуратно выгрузим, как хрустальную вазу. 

— Ёлка, а давай мы с тобой… Поехали с нами на Новый год? — вдруг неожиданно предложил Женя. Он сидел впереди, и Ленский с ним переглянулся удивленно, а Женя показал глазами: “Тихо, тихо. Всё в порядке”, и повернулся к Еле. 

— На Новый год? — спросила она. — Куда? 

— Мы собираемся в Карелию. — Ленский продолжал многозначительно смотреть на Женю: “Ну, не знаю. Эта идея мне кажется очень странной”. 

— Да, мы собираемся в Карелию, там такая красота: снег, природа, собаки! — невинно улыбнулся на взгляд Димы Женя. — Мы и Пармочку возьмем! Она там порезвится со своими друзьями-маламутами! 

— Правда? Там собаки?! Ох! Я так люблю собак! — хлопнула в ладоши Лиза. — А что? Я же могу согласиться, если вы серьезно. Про Новый год еще не думала. 

— Да как же не думала? Давно уже пора было, — сказал Ленский.

— А я никогда не думаю заранее ни о чем, — пожала плечами Ёлка, — так что если вы не шутите, то я согласна. 

— Вот и прекрасно! — подытожил Женя. — Только учти — никаких вечерних нарядов! Холод собачий, а по прогнозу и еще похолодает. Надеваешь кухлянку, унты, как житель Крайнего Севера. 

— Ну конечно! — фыркнула Ёлка. — Еще чего. Конечно я возьму маленькое черное платье для новогоднего вечера. Там же не на улице?

— Нет, там хорошая спортивная база, — успокоил Ленский, — в каждом доме печки.

— У бабушки в деревне тоже печка была! Мне так нравилось, — обрадовалась Елка.

— Вот и будешь топить. — Женя по-доброму подшучивал над партнершей. — А вот еще! Возьми с собой харды. Мы Аресу мастер-класс покажем. 

— Да ну тебя! — отмахнулась девушка.

— Нет, пожалуйста, возьми, — с настойчивостью повторил Женя. — Я, может, хочу перед Димочкой потанцевать. 

— Ну и танцуй. Сам. 

— Что это я буду один, как одалиска? 

Ленский уже смеялся в голос на их препирательства. 

— Дорогая Еля, вон метро, а мне здесь долго стоять нельзя — сейчас гайцы оштрафуют. 

— Хорошо, хорошо, — она подхватила городской рюкзачок. — До свидания!

— Тогда созвонимся, Ёлка? — вслед ей спросил Женя.

— Да-да, созвонимся. Я согласна с вами в Карелию.

Она выпорхнула из машины, дверца захлопнулась. Ленский спросил:

— Женя, ты что, с ума сошел? Арес и она? Как ты ее называешь? Ёлка? 

— Её все так зовут. И по-моему, они с Аресом  отличной парой будут. Ну давай попробуем? 

— Странная затея… — Дмитрий запустил двигатель. — Хорошо, свах новоявленный, поехали домой. Я по тебе соскучился. Мы обсудим это за ужином.

Дальше читать тут

Визуализация))
Арсений

Лиза (Елка)

Лиза в детстве))