Чон Чонгук/Ким Тэхён, 

Мин Юнги/Ким Намджун, 

                                               Глава 1

Открыв дверь в тёмную квартиру, парень вдохнул затхлый воздух. Так пахнет помещение, в котором никто долгое время не жил. Тяжело вздохнув, он включил свет и поставил тяжёлый чемодан в коридоре. Белый свет больно резанул по глазам. Поморщившись, он подумал, что надо сменить лампочки.

Хлопнув входной дверью, не разуваясь, он прошёл внутрь квартиры. Ничего не изменилось. Все вещи на своих местах. Будто и не было этих пяти лет. Задержав взгляд на фотографиях, он медленно прошёл в свою спальню.

И здесь ничего не изменилось. Тётя хорошо позаботилась о квартире за время его отсутствия. Книги всё также стояли на полках. На стене картина с морским пейзажем. Идеально заправленная пушистым покрывалом кровать. На письменном столе фото.

Парень взял в руки фотографию и бережно провёл длинными пальцами по изображению. Почему он не забрал это фото с собой? Думал, что так будет легче. Он ошибся. Как и во многом. Жизнь наглядно показала, в чём он был не прав. Но после драки кулаками не машут. Всё случилось, как случилось. И теперь только остаётся сожалеть. А он сожалел, глядя на тёмные любимые глаза, смотревшие с фото с детской наивностью. На родную улыбку. На родинку под губой, которую он так любил целовать.

Проглотив застрявший комок в горле от нахлынувших чувств, Тэхён поставил фото на место. Надо разобрать вещи и принять душ. Тэ повернулся, чтобы пойти за чемоданом. Его взгляд упал на надпись на косяке двери. «Тэ+Гук» корявым почерком Чонгука. Прикоснувшись к буквам, Тэ грустно улыбнулся. Будет тяжелее, чем думал. Он как всегда ошибся.

Стоя под горячим душем, Тэхён прислонился лбом к холодному кафелю. В голове звучал полный боли крик Чонгука: «Тэхён, нет! Пожалуйста, не поступай так со мной!».

Парень тряхнул головой, прогоняя воспоминание, и подставил лицо под струи воды.

У него теперь есть всё, чего он так жаждал: всемирная известность, деньги, уважение, тысячи поклонников. Но у него нет главного. Того, что он на всё это променял. Того, кого он на всё это променял. Мечта сбылась. Только ему противно. У любой победы есть своя цена. Кассир судьбы всегда предъявляет счёт. И он расплачивается. Пять лет рана на сердце не заживает, кровоточит и даже не думает зарубцовываться.

Он вернулся. Он больше не мог терпеть. Тэхён чувствовал, что ещё чуть-чуть, и он перегорит. Ему нужно было увидеть Чонгука, пусть даже издалека. Ему жизненно необходимо нужно было увидеть Чонгука. Иначе он бы подох прямо на подиуме, на одном из грёбаных модных показов. Это желание оказалось сильнее здравого рассудка. Он в один момент собрал чемодан и улетел из Франции домой, никого не предупредив. Только лучший друг знал, где он сейчас находится. Ему было на всё плевать. На контракты, на показы, на съёмки.

Тэхён даже не задумывался, что у Чонгука уже совсем другая жизнь. И, возможно, у него есть любимый человек. Эти мысли пришли ему в голову только сейчас. Но если это так, он не будет мешать Чону. У него на это нет никакого права.

Выйдя из душа, он почувствовал дикую усталость. Хотелось рухнуть на кровать и заснуть крепким сном без сновидений. Сны он перестал видеть ещё пять лет назад.

Тэхён посмотрел на два тёмных окна в соседнем доме. Прямо напротив его окон. Он со страхом и трепетом ждал, когда в этих окнах загорится свет.

**********

Рёв мотоцикла нарушил звенящую тишину маленького дворика. Резко остановившись у первого подъезда, водитель заглушил мотор. Пассажир ловко спрыгнул на землю. Парень стянул чёрный шлем с головы и отдал пилоту.

— Спасибо, хён, — Гук попытался пригладить взъерошенные волосы. — Поскорее бы починить своего малыша. Я без него как без рук.

— Точнее, как без ног, — хмыкнул водитель мотоцикла. — Завтра в девять утра привезут новые запчасти. Не проспи! Я точно просплю. Вся надежда на тебя.

— Хорошо, — буркнул Чонгук.

— Ладно, я погнал, — парень завёл мотор. — Не дрочи много!

— Юнги, иди в жопу! — огрызнулся Чон, улыбаясь.

— Если только в твою, малыш!

Юнги, подмигнув Чонгуку, опустил стекло шлема и рванул с места, оставляя после себя горький запах выхлопных газов.

— Вот же засранец, — пробормотал Чонгук.

Похлопав по карманам своей кожаной куртки, он вытащил сигареты. Взяв зубами одну, Чонгук с наслаждением закурил. Выдыхая сизый дым, он по привычке поднял глаза на знакомые окна. Гук рассеянно похлопал глазами, а затем и вовсе их протёр, решив, что ему привиделось. Вместо слепых окон, которые Чон видел каждый вечер вот уже пять лет, он увидел свет, мягко струящийся во двор. Сердце застучало быстрее. Этого не может быть! Он столько ждал этого! Он так надеялся этот свет увидеть. Раньше. Не сейчас. Зло затушив окурок о мусорку, стоящую рядом, Чон направился в свой подъезд. Сейчас уже не нужно!

Чон устало вошёл в свою квартиру. Бросив ключи в прихожей на тумбочку, он направился прямиком на кухню. Парень машинально поставил чайник. Гук старался занять себя домашними делами. Только бы не смотреть в окно. Вымыв посуду, оставшуюся после завтрака, Чонгук заварил себе чай и на скорую руку сделал бутерброды. Что-то посущественнее готовить не было ни сил, ни желания. Он прошёл в гостиную, таща с собой большую тарелку с едой и кружку с ароматным чаем. Плюхнувшись на диван, Гук включил телевизор. Он попытался сосредоточиться на новостях, но выходило из рук вон плохо. Все его мысли то и дело возвращались к тому, кто зажёг свет в окнах напротив.

— Не смотри! Ты сильный! Ты справишься! — повторял он себе, как мантру.

Но глаза, как магнитом, тянуло посмотреть, горит ли ещё свет.

— Так! Всё! Хватит! — громко сказал Гук, поднимаясь с дивана. — В душ и спать!

Выйдя из душа в одних пижамных штанах, Чонгук потянулся, разминая ноющую спину.

— Эх, массаж бы сейчас. Но личного массажиста вы, Чон Чонгук, не имеете. Так что не выпендривайтесь и ложитесь баиньки, — пробормотал он сам себе под нос.

Но прежде чем лечь в кровать, он не удержался и глянул на окна. На него снова смотрели два слепых окна. Свет погас.

************

Тэхён забыл, как дышать, когда увидел Чонгука в окне. Трусливо выключив свет во всей квартире, он напряжённо всматривался в окно напротив.

Его Гук. Точнее уже не его. Он изменился. Возмужал. Раздался в плечах. Светлые волосы стали вновь тёмными. Коротко подстриженные, они очень шли Чону. Тэ из-за шторы наблюдал, как его бывший парень что-то готовит на кухне. Сердце проламывало грудную клетку Кима. Как же он скучал. Он бы сейчас всё отдал, чтобы иметь возможность прикоснуться к этим тёмным волосам и поцеловать родинку под губой.

Когда Гук вышел из душа, бедное сердце Тэхёна, казалось, словило мини инфаркт. От прежней фигуры Чона ничего не осталось. Тэ жадно рассматривал накачанные плечи и рельефный пресс. Правая рука сплошь была покрыта татуировками. Его маленький мальчик вырос и стал настоящим мужчиной. Жаль, он не видел, как это происходило.

А когда Чонгук с грацией тигра потянулся, Тэ нервно сглотнул и ощутил, как стало тесно в штанах. Давно он не возбуждался просто от того, что смотрит на кого-то. Всё это он списывал на стресс, присущий его профессии. Оказывается, стресс тут не причём. Он, видимо, не на тех смотрел. Свет погас. И Чонгук исчез. Тэ посмотрел вниз.

— Здрасте. Приехали, — пробормотал он и отправился в ванную дрочить на светлый образ бывшего парня.

*************

— Ну, ты его видел? — с экрана телефона смотрели красивые раскосые глаза Чимина.

Чимин был с макияжем на лице. У него была съёмка. Он выкроил минутку, чтобы позвонить другу. Чим знал о большой любви Тэхёна и искренне ему сочувствовал.

— Видел. Чимин, он стал таким… таким…

Тэ не мог подобрать нужные слова.

— Каким? — прищурился Пак.

— Горячим. Он и раньше был огонь, но сейчас это что-то невообразимое.

— Ты с ним разговаривал?

— Нет. И боюсь, он не захочет со мной разговаривать.

— То есть, ты подсматриваешь за ним из окна, а потом просто идёшь дрочить в душ?

— Не всегда в душ, — хмыкнул Тэ.

— Блять, ты что, дрочишь на него прямо у окна?!

Тэхён стыдливо опустил карие глазки.

— Ты в курсе, что ты извращенец?

— А что я могу сделать?

— Например, выйти на улицу и сказать ему «Привет».

Чимин снисходительно посмотрел на Тэ и поправил свою длинную чёлку.

— Боюсь. Ещё чуть-чуть позалипаю на него и уеду. У него вроде бы есть парень. Зачем мне лезть в жизнь Чонгука? Я сам от него отказался. Не могу я заявиться к нему на порог со словами «Здравствуй, роднулька, вот и я. Не ждал? А я припёрся». Уеду, и он не узнает, что я приезжал. Я по вечерам даже свет не включаю, чтобы не спалится.

— Почему ты решил, что у него есть парень?

— Его каждый вечер кто-то подвозит на мотоцикле домой.

— Так, может, это просто друг. Ты же этого парня в квартире Чонгука не видел?

— Нет.

— Тэ, не надумывай. Просто поговори с ним.

— Тэ?!

На заднем фоне раздался грозный низкий голос.

— Пиздец, — сдавленно прошептал Чимин. — Папочка Ким здесь.

— Где эта скотина?! — зарычал голос, приближаясь к Чимину. — Где эта сука с лицом ангела?! Дай сюда телефон!

На экране показалось красное от гнева лицо работодателя Тэхёна.

— Ты, блять, где?!

Если бы Намджун мог задушить Тэхёна через телефон, он бы это сделал.

— Джун, успокойся. Всё под контролем, — спокойно сказал Тэ.

— Под каким, бля, контролем?! Всё в пизду! Съёмки, контракты! Тэхён, что ты творишь? Ты всех подвёл!

— У него любовь, — пролепетал издалека Чимин.

— У него любовь, а у меня деньги! На хую я вертел вашу любовь! Жопу в руки и бегом марш обратно, иначе я тебя на лоскуты порву!

— Бессердечный ты, Ким! — раздался голос Чимина.

— Пак, не лезь! А то и ты отгребёшь сейчас за компанию! — рычал Намджун. — И вообще вали на площадку! Тебя все ждут!

— Намджун, я вернусь, когда посчитаю нужным, — твёрдо произнёс Тэ.

— Тэхён!

— Иди в задницу, Ким Намджун! — процедил сквозь зубы Тэхён. — Я вернусь, когда вернусь!

Тэхён сбросил вызов.

Он сладко потянулся на кровати. Наверное, надо сходить в магазин. Доставку ждать долго, а есть-то хочется. Чонгук в это время на работе, и навряд ли он его встретит. Тэхён уже неделю сталкерил бывшего парня, не показывая нос на улицу. Стены квартиры начали на него давить. Он знал, во сколько Гук уходит и во сколько возвращается. И судя по времени, у Тэ есть ещё пару часиков в запасе.

**********

— Джин, ну вот на хера нам цветы в гараже? — возмущённый Юнги с чумазым лицом уставился на друга.

— Для антуража! — хмыкнул Сокджин и, высыпав со стеклянной банки какие-то гайки, пошёл наливать воду.

— Он шибанутый! — констатировал Мин, поправляя лямки тёмно-синего джинсового комбинезона. — Гук, пива хочешь?

— Хочу, — послышалось из-под разобранной машины.

— Ну, так сходи. Я устал как собака.

Юнги устало завалился на небольшой кожаный диванчик. Раздалось фырканье, и из-под машины вылез Чонгук.

— Хён, ты нахальная морда!

— Какая есть. Всё, закругляемся. И вообще я хочу сегодня нажраться. Как ты на это смотришь?

Гук пожал широкими плечами в майке без рукавов.

— Что слышно от Дивы?

— Ничего. Я сомневаюсь, что это был он. Больше в его квартире я свет не видел. Скорее всего, это была тётушка Соён.

— Гук, ты скучаешь по нему? — спросил серьёзно Юнги, вертя в руках гаечный ключ.

— Нет, — коротко бросил Чон.

— А мне кажется, что да, — хмыкнул Мин и, отбросив ключ в сторону, достал сигареты.

Чонгук нахмурился и с недовольным видом забрал у Юнги пачку.

— Юнги, сколько раз тебе говорить? Не кури в мастерской! Спалишь всё к ебеням!

— Не бухти, папочка, — сладко пропел Мин.

Показался Сокджин. Он любовно поставил в банку букет больших ромашек.

— Джин, давай сегодня напьёмся, — предложил Юнги, вставая с дивана.

— Не могу. У меня свиданка.

— Кто счастливчик? — поинтересовался Гук.

— Счастливица, — буркнул Ким. — Я по девочкам. Мои голубые мальчики. Девушки — мой осознанный выбор. Так что хорош меня подкалывать.

— Джини, мы хоть с Гуком и танцуем на той стороне радуги, но вот из нас троих только по тебе можно сказать, что это ты у нас голубее яиц дрозда.

— Это почему же?

Джин повернулся к Юнги и уставился на него своими невероятными глазами, на которые залипали люди обоих полов.

— Возьми хотя бы цветочки, которые ты припёр, — скривился Юнги.

— Вот смотрю я на твоё вечно недовольное ебло и думаю, как ты сам себя ещё не отравил своим ядом, — зло прищурился Сокджин.

— У меня иммунитет.

Мин показательно поднял палец вверх.

— Мужики, не ругайтесь, — устало произнёс Чонгук. — Пойдёмте по домам. Юнги, бухаем у тебя или у меня?

— У тебя, Чон. Ты сходишь в магазин, а я пожрать приготовлю.

— Замётано.

Парни втроём вышли из гаража. Сокджин направился к своей машине, а Гук с Юнги к мотоциклу Мина.

— Эй, малыши, — окликнул их Джин. — Можете завтра к полудню приезжать, я сам доделаю Мазду.

— Добрейшей ты души человек, — заулыбался Юнги и проорал: — Я тебя люблю, Джини!

— И я тебя люблю, засранец, — усмехнулся Джин, садясь в машину.

************

Тэхён медленно шёл вдоль полок с лапшой быстрого приготовления. Он так давно ничего подобного не ел.

Во Франции он посещал дорогие рестораны и уютные очаровательные кафе. Там лапшу не подавали. А когда был в Сеуле, то ему было не до рамёна. Вечные диеты. Намджун его, как мальчика, отчитывал за каждый набранный килограмм. Хоть Джун был владельцем модельного агентства, где работал Тэ, но он был ему ещё и другом. Поэтому, выбирая рамён, Тэхён чувствовал укоры совести за то, что подвёл Кима. Но он потом извинится и всё отработает.

Зазвенел дверной колокольчик, говорящий о новом посетителе маленького магазинчика. Тэ обернулся и ахнул. В дверях во всей своей красе стоял Чонгук.

В чёрной кожаной куртке и обычных тёмных джинсах, он был для Тэ самым красивым человеком на планете. Самым красивым, самым любимым, самым желанным. Гук, не обращая внимания на Кима, слегка поклонился продавцу за кассой и направился к отделу со спиртным. Тэхён, натянув маску на лицо, пригнулся и гусиным шагом пополз к выходу, забыв про лапшу.

— Чуть не попался, — выдохнул Тэ на улице.

Уже начало смеркаться. Постепенно на улицах загорались фонари.

Их относительно Сеула небольшой город был довольно красивым. Здесь были и старые здания, и новомодные жилые комплексы. Были и клубы, и галереи, множество ресторанов, кафе, кофеен. Всё утопало в изумрудной зелени и ярких гортензиях. Здесь было всё, что нужно для комфортной жизни. Но Тэ когда-то так не хотел жить в Асане. Он мечтал о Сеуле. Он мечтал о Париже, Лондоне, Милане. И когда Намджун, встретив его на одной из улиц Сеула, предложил ему стать моделью, Тэ, не раздумывая, согласился.

Он уехал из Асана, не подозревая, что здесь он оставил самое главное. Здесь он оставил своё сердце. Он жестоко расстался с Гуком, выбрав мечту. Тэ не хотел, чтобы Чонгук его ждал, так как не был уверен, что вообще вернётся. На тот момент он посчитал, что сорвать пластырь разом будет более человечным, чем давать обещания, которые ты не сможешь выполнить, и терзать ещё больше душу любимого человека. А Гук был и остаётся любимым. Он — его первая любовь. И, как показала практика, похоже, последняя. Он не смог забыть оленьи глаза и кроличью улыбку. Так же, как и надрывный вопль от боли.

Сам не заметив, как, он свернул в тёмный переулок. Натянув на голову капюшон дизайнерской байки, Тэ поёжился. Стало прохладно.

— Эй! Куда так спешим? — раздалось позади Тэхёна.

Ким обернулся и увидел троих явно подвыпивших парней. Один из них нагло ухмылялся, сканируя фигуру Тэхёна плотоядным взглядом. Тэ его узнал. Они учились вместе в школе. Он и тогда не отличался особым умом. Сейчас, видимо, ничего не изменилось. Парни подошли к Тэ.

— Чего молчишь, красотулька? Немой, что ли? — бывший одноклассник резко подался вперёд и стянул маску с лица Тэ.

— Кого я вижу?! Сам Ким Тэхён! — ухмыльнулся он. — Что потерял в нашем городишке король подиума?

— И тебе привет, Субин.

Тэ гордо поднял голову и посмотрел прямо в глаза одноклассника.

— Если ты забыл, то это мой родной город.

— Да нет! Это ты, похоже, забыл, что родился здесь! — дыхнул на Тэхёна перегаром Субин. — Послушай, Ким, а сколько километров членов тебе пришлось отсосать, чтобы добиться таких высот?

— Да пошёл ты! — зло процедил Тэхён.

— Видно, ты владеешь минетом виртуозно, раз твоя задница взлетела так высоко, — неприятно заржал Кан Субин. — Может, и нам по старой дружбе оформишь?

Он прикоснулся к лицу Тэхёна и провёл пальцем по губам.

— Смотри, какие у тебя блядские губки. На моём члене будут идеально смотреться.

— Руки свои убрал, падла!

Тэхён с силой ударил по руке Субина.

— Ах ты сука! — заорал тот. — Не хочешь по-хорошему! Так мы можем заставить!

— Попробуй, тварь! — Тэ ударил первым.

Он уже лежал на земле, закрыв голову руками. Удары сыпались со всех сторон. Тэ чувствовал, как из губы течёт кровь, а глаз начал заплывать.

«Эх, Намджун, если я и захочу сейчас вернуться назад, то навряд ли с такой рожей я тебе нужен буду во Франции».

— Поднимите эту сучку! — приказал Субин. — И джинсы с него снимите. Я буду первым.

— Трое на одного? Серьёзно, Субин? — раздался до боли родной голос.

— Чон, проваливай! — Субин мерзко улыбнулся. — Ну, или, если хочешь, присоединяйся.

— Я не дегенерат, Кан, — хмыкнул Чонгук и поставил пакет на землю.

Прищурившись, Чонгук показательно хрустнул пальцами, разминая руки.

— Ну что, парниши? Кто хочет первым попасть в больничку?

Тэхён услышал, как чья-то челюсть с хрустящим звуком встретилась с кулаком, и потерял сознание.

— Парень, ты в порядке? — заботливо поинтересовался Чон. — Может скорую вызвать?

— Нет, — прохрипел Тэхён, приходя в сознание. — Не надо.

Вокруг кроме Чонгука уже никого не было.

— Давай руку. Я помогу тебе встать. Ты идти можешь?

Тэ подал руку, понимая, что Чонгук его ещё не узнал. Тэхён поморщился и встал. Порванная байка лоскутами висела на худощавой фигуре Кима, открывая вид на обнажённое тело с кровоподтеками.

— Спасибо, Гук, — сказал Ким.

— Гук? Мы знакомы? — удивлённо спросил Чонгук, напряжённо вслушиваясь в голос.

Он пристально посмотрел на разбитое лицо и выдохнул:

— Тэхён?

— Здравствуй, Чонгук. Давно не виделись.

Всего на секунду Тэ увидел в глазах Чона промелькнувший огонёк радости. Но он тут же исчез. Глаза заблестели напускным равнодушием.

— Привет. Пойдём, я провожу тебя до дома. Ты точно не хочешь в больницу?

— Нет. Не хватало, чтобы завтра все заголовки в СМИ пестрели: «Ким Тэхёна избили и хотели трахнуть в подворотне».

— А, ну да. Ты же у нас звезда, — язвительно хмыкнул Чонгук и снял куртку. — Надень. Не надо привлекать к себе лишнего внимания.

— Спасибо, — пробормотал Тэ.

Шипя от боли, он надел куртку.

— Не за что, — просто ответил Чон и поднял с земли пакет.

Они молча шли до самого дома. Тэхён не знал, что говорить. Извиниться? Но он чувствовал, что Чонгуку его извинения до фиолетовой звезды. Спрашивать о делах или болтать о погоде не хотелось. Он просто шёл, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Чон вытянулся и стал почти на голову выше его. В брови и губе появился пирсинг. Лицо, которое он до сих пор видел издалека, стало более мужественным, утратив детскую пухлость щёк. И взгляд изменился. Он больше не смотрел на него с любовью. Равнодушие в тёмно-карих глазах. Но он это заслужил. Тэ тяжело вздохнул.

— Тебе больно? — задумчиво поинтересовался Чон, выныривая из своих мыслей.

Они уже вошли в знакомый дворик.

— Жить буду.

— Тебе надо обработать раны. Сам справишься? — спросил Гук, стараясь не смотреть на Тэ.

— Да, Чонгук, — тихо сказал Тэхён.

Хотя ему очень хотелось, чтобы Чонгук поднялся с ним к нему домой.

— Тэхён?

Гук вдруг пристально уставился на лицо Кима.

— Почему ты вернулся?

— Дела, — соврал Тэхён.

Не мог же он, в самом деле, рассказать Чонгуку, что приехал, чтобы подрочить на него, стоя у окошка.

— Понятно. Пока, Тэхён. Спокойной ночи.

Чонгук быстрым шагом направился в свой подъезд и исчез за железной дверью, оставляя Тэ одиноко стоять в его кожаной куртке. Тэ вытер кровь с губы и пошёл домой. Зайдя в квартиру, он включил свет. Чонгук знает, что он здесь. Больше незачем шифроваться. Тэ стянул куртку и направился в ванную. Стоя перед зеркалом, он рассматривал своё разбитое лицо.

— Вы красавчик, каких поискать, Ким Тэхён, — пробормотал он.

Ким устал. Пережитый стресс давал о себе знать. Тело болело. Обработав кое-как ссадины, он рухнул на кровать, не глядя на окна напротив. Обняв куртку, Тэ вдохнул запах Чонгука. Такой родной, с незнакомыми нотками машинного масла и бензина. Глаза медленно закрылись, и Тэ уснул.

Впервые за последние пять лет Тэхёну в эту ночь приснился сон.

**********

— Гук, отлепись от окна, — пробормотал изрядно захмелевший Юнги.

Он взъерошил свои пепельные волосы и налил ещё по стопке соджу.

— Давай выпьем.

— Почему он до сих пор не выключил свет? — прошептал Чон. — Может, ему плохо? Его здорово отделали эти уроды.

— Ты за него переживаешь, — сделал вывод Мин и залпом выпил стаканчик.

— Блядский Ким Тэхён! — выругался Гук. — Зачем он вернулся?

— Ты его до сих пор любишь, — хмыкнул Юнги, уверенный в своей правоте.

— Нет! Я его ненавижу! — повысил голос Чонгук. — Он меня бросил! Променял на возможность красоваться на обложках глянца! Без зазрения совести он расхерачил мне сердце! Я подыхал без него, а он даже ни разу не позвонил за все пять лет.

Чон уселся на диван рядом с Мином и выпил свою стопку. Он закрыл измученное лицо руками и глухо пробормотал:

— Но, блять, сегодня, когда я увидел его, такого жалкого и разбитого, с искалеченным лицом, он показался мне таким родным. Каким был раньше. Не это блядское лицо, на которое дрочат миллионы людей, а с заплывшим глазом и рассечённой губой. Мне даже на секунду показалось, что он снова только мой. Но это не так.

Чонгук поднял блестящие от слёз глаза на Юнги.

— Я его ненавижу и люблю одновременно. И не знаю, какое чувство сильнее.

— Гук, я не знаю, что тебе посоветовать. Да и какие здесь могут быть советы? Но, если ты хочешь поплакать, готов подставить дружеское плечо, — серьёзно сказал Юнги.

Мин похлопал себя по плечу и притянул за шею к себе Гука.

— Иногда можно побыть слабым, Гуки, — тихо шептал Юнги, обнимая дрожащие плечи друга. — Это не стыдно. Совсем не стыдно.

**********

Тэхён с волнением закусил губу и поморщился от боли. Он стоял перед дверью Чонгука, держа в руках куртку. Сегодня, проснувшись, он обнаружил, что всю ночь проспал, укрываясь курткой Чонгука. Он не хотел её возвращать, но надо. Собравшись с духом, он позвонил в дверь. Довольно приличное время ему никто не открывал. Он уже подумал, что Чона нет дома, и собрался уходить, как дверь распахнулась. На пороге показался помятый Чонгук.

— Заходи, — прохрипел Гук и, развернувшись, пошёл обратно в квартиру.

Тэ неуверенно последовал за ним на кухню.

— Гук, я пришёл тебе вернуть куртку и поблагодарить за то, что спас меня.

Чонгук не успел ничего ответить. На кухне появился заспанный, незнакомый Тэхёну светловолосый парень невысокого роста. В одних боксерах.

— Всем здорова, — пробасил паренёк, зевая.

Юнги без спроса открыл холодильник и взял воду. Во рту была пустыня Сахара, которую, по-видимому, кошки использовали вместо туалета. Жадно присосавшись к бутылке, Мин заинтересованно скосил лисьи глаза на Тэхёна.

— Я, наверное, не вовремя, — залепетал Тэ.

Юнги оторвался от воды и подошёл к Киму.

— Так вот ты какая, Дива подиума, — протянул он, обдавая Тэ перегаром, от которого мухи в полёте дохли. — Круто тебя апгрейдили. Как поживают лучшие дома ПарижОна и ЛондОна?

— Нормально, — оторопело ответил Тэхён. — А ты кто?

Тэхён тут же смутился своего вопроса. Он не в праве задавать этот вопрос. Кем бы этот парень не приходился Чонгуку. Чон же сидел на кухонном диванчике с гнездом на голове и тупым выражением лица. У него было дикое похмелье.

— Фея-крёстная, бля! — хмыкнул Мин и показал на Гука. — Вот только вместо сказочного принца я его вчера превратил в тыкву волшебной водкой. Дива! Хочешь, и тебя превращу в какой-нибудь овощ?

— Нет, спасибо, — пробормотал Тэхён.

— Ну, как хочешь. А так я Мин Юнги.

— Ким Тэхён.

— Я в курсе, — усмехнулся Юнги и обратился к Чонгуку. — Гук, я в душ.

— Полотенца ты знаешь, где лежат, — меланхолично протянул Чон.

— Ага.

Светловолосый направился в ванную комнату, почёсывая крепкую пятую точку, обтянутую тёмной тканью трусов. Он явно себя чувствовал здесь как дома.

«Боже, какая нелепая ситуация» — подумал Тэ и через силу из себя выдавил:

— Извини, Чонгук. Я не должен был вам мешать. Ещё раз спасибо. Я, пожалуй, пойду.

— Пока, Тэхён, — безразличным голосом произнёс Чонгук. — Закрой за собой дверь.

Услышав хлопок входной двери, Юнги выскочил из ванной.

— Гук, слышь. Мне кажется, он подумал, что я твой мужик.

— Это к лучшему, Юн, — ответил Чон, глядя в окно, как из подъезда выбежал Тэхён.

***************

Тэхён влетел в свою квартиру. Слёзы предательски катились по щекам. Разбитому лицу было больно от солёной влаги. Но Тэ было на это наплевать. В груди болело в разы сильнее. Тихонько заскулив, он опустился на пол и прижался затылком к стене. У Чонгука есть любимый человек. Он не может его обвинять. Он сам отдал Гука. Но как же это больно.

Телефон ожил от входящего сообщения Чимина.

«Тэ, у меня две новости. Одна хорошая, вторая плохая»

«Начни с хорошей. Мне сейчас не помешает»

«Я в Корее и еду к тебе»

«А вторая?»

«Папочка Ким едет со мной»

«Блять»

                                          Глава 2

— Тэ, ты понимаешь, как меня подставил? — Намджун зло уставился на Тэхёна.

Они сидели в небольшом уютном кафе неподалёку от дома Тэ. Чимин с безразличным видом залипал в свой телефон. Тэхён прятался от пристального взгляда друга за большим стаканом холодного кофе. Джун смотрел на шикарный фингал под глазом Тэхёна.

— Даже если мы сейчас поедем обратно, то как с таким лицом ты будешь работать? Как ты мог такое допустить?

— А что мне, по-твоему, надо было сделать?! Отсосать в подворотне этим отморозкам, чтобы только они не тронули моё драгоценное личико?! — рявкнул Тэхён.

— Нет! Я не об этом! Какого ты вообще сюда припёрся? Ты своему Чонгуку на хер не упал! — прямолинейно заявил Намджун. — Мы сегодня же уедем в Сеул!

— Иди в жопу, Ким! Никуда я не поеду!

Тэ подскочил со стула и с громким стуком поставил стакан на столик. Недопитый кофе расплескался противными коричневыми пятнами по столику. Тэхён выбежал из кафе.

— Зачем ты так, Намджун? Ему и так хуёво, а ты ещё масла в огонь подливаешь.

Чимин укоризненно покачал головой с нежно-розовыми волосами.

— Кто-то должен ему вправить мозги! — рыкнул Джун. — С этой ёбанной любовью он похерит свою жизнь. Всё то, чего он добивался долгое время упорным трудом.

— Ты ведь не любил ни разу? — хмыкнул Пак.

— Нет. И в гробу я видал эту блядскую любовь. Это дебильное чувство напрочь отшибает у людей рассудок.

— Догони его и извинись, — проговорил Чимин, сузив глаза. — Иначе я тоже не вернусь, и ты останешься без своих самых востребованных моделей.

— Чимин!

— Джун! Я сказал! Извинись!

Чимин красиво улыбнулся и приподнял идеальную бровь.

— Ты же знаешь, какой сучкой я могу быть.

— Блять! — выругался Джун и пошёл к выходу.

— Тэхён, стой!

Намджун бежал следом за Тэ по улице, залитой солнечным светом. Тэхён уже отошёл на приличное расстояние от кафе. Джун, догнав Тэ, схватил его за руку.

— Да погоди ты!

— Не трогай меня!

Тэ вытер злые слёзы обиды и начал вырывать руку.

— Тэхён, послушай! — начал Джун, но не успел договорить.

Около них с рёвом резко затормозил чёрный блестящий мотоцикл. Заглушив мотор, водитель стянул шлем с головы и уставился на парочку.

— Дива! Он к тебе пристаёт? — на Тэ смотрели хитрые лисьи глаза Юнги. — Мужик, домогаться людей на улице — уголовно наказуемое дело.

— Ты кто? — оторопело вытаращил глаза Джун, рассматривая странного лохматого субъекта в мотоциклетной экипировке.

— Фея-крёстная, — протянул Юнги. — Дива, давай я тебя подвезу. Нынче небезопасно бродить по улицам одному. Бугаи всякие руки распускают.

— Кто ты?! — у Джуна рот открылся от удивления.

— Фея, блять! — Юн посмотрел на Тэ. — Тэхён, ну, так что? Поехали?

Тэхён покачал головой.

— Спасибо, Юнги, но не стоит. Это мой друг, Ким Намджун.

— Я в курсе, — хмыкнул Мин. — Только ленивый не знает большого босса агентства «Розовый Бриллиант».

— Да ты, похоже, обо всём в курсе, — улыбнулся Тэхён.

— Я любознательный, — лыбясь дёснами, ответил Юнги. — Ладно, я тогда погнал. Слышь, верзила, не обижай Диву.

Не дожидаясь ответа, Мин напялил шлем на голову и завёл мотоцикл.

— Кто это был? — нахмурившись, Джун смотрел, как байк исчезает из виду.

— Он же сказал. Фея-крёстная, — ехидно ответил Тэ.

— Тэхён, бля!

— Мин Юнги, парень Чонгука.

— Парень?

Джун посмотрел на грустное лицо друга.

— Тэхён, извини меня. Я не хотел тебя обидеть. Я за тебя переживаю. Но если у Чонгука есть парень, то что тебя тогда здесь держит?

— Я хочу попросить у Гука прощения, прежде чем окончательно отпущу его. Мне это необходимо, — Тэ взлохматил свои шоколадные волосы рукой. — Понимаешь, Джун?

Намджун тяжело вздохнул и притянул к себе Тэхёна, крепко обнимая.

— Хорошо, Тэ. Я даю тебе неделю. Ты всё равно не сможешь работать с такой рожей. Скажу, что ты уехал на оздоровление. Ну, допустим, в Швейцарию.

— Спасибо, Джун, — пробормотал Тэхён в плечо друга.

— Но я здесь останусь с тобой, — сказал Намджун, отстраняясь. — Хрен тебя знает, во что ты ещё вляпаешься.

К ним вразвалочку подошёл Чимин.

— Чё обнимаемся?

— Я и Тэ остаёмся здесь ещё на неделю, — ответил Джун, потирая глаза. — Пусть разберётся со своей любовью.

— Я с вами, — радостно заявил Пак.

— Чимин, у тебя работа, — устало проговорил Джун. — И у тебя нет неразделённой любви. У тебя вообще любви нет.

— Джуни, у меня неделя отдыха после Парижа. Если ты забыл, то я тебе напоминаю, — Чимин закатил красивые подкрашенные глазки. — И вдруг я здесь встречу свою любовь? Какую-нибудь асанскую прелестницу с глазами цвета моря.

— Мечтать не вредно, — хмыкнул Джун. — Ладно, пойдём искать себе отель. У Тэхёна маленькая квартира. А я не привык жить в конуре.

— Богатая разбалованная задница, — беззлобно протянул Тэхён.

Все трое направились к тёмно-серому Мерседесу представительского класса Намджуна, на котором они с Чимином приехали из Сеула.

**********

Настала очередь Чонгука подсматривать за Тэхёном в окно. Ким теперь свободно включал свет по вечерам во всей квартире. И Гук, как шпион, следил за всеми передвижениями Тэхёна по квартире.

Поначалу он себя сдерживал и старался не смотреть в окна. Но всё пошло прахом, когда он случайно увидел, как Тэ занимался йогой. Позорно спустив в штаны, Гук от души проклял соблазнительную кимовскую задницу и пообещал себе, что больше не будет залипать на окна напротив. Но в следующий же вечер он, затаив дыхание, смотрел, как Тэхён расхаживает по квартире в одних пижамных штанах, готовясь ко сну. Как же ему хотелось сжать эту кожу слегка золотистого цвета до синяков, до своих отметин. Душить поцелуями эти блядские губы до крови. Целовать созвездия родинок на спине. Он до сих пор помнил место расположения каждой.

Ощущая внушительный стояк, Гук простонал:

— Господи! Как подросток с бушующими гормонами!

Силой воли он заставил себя оторваться от окна и рухнул на кровать. Он закрыл глаза и перед ним возник образ Тэхёна, стоящего в позе «собаки мордой вниз».

— Сука, — прошипел Чон, а рука предательски заползла в трусы.

— Наваждение какое-то, — пробормотал Чон и отправился смывать с себя следы преступления.

*********

Намджун задумчиво колесил по Асану.

Он был в этом городе впервые. Ему не нравились маленькие города. Он любил мегаполисы. Столицы стран. Такой масштаб был как раз для него. Его агентство процветало. Его моделей хотели лучшие модные дома в мире. Он не понимал Тэхёна. Как можно всё похерить из-за человека? Намджун никогда никого не любил. Ну, той самой любовью, когда дышать не можешь без любимого. У него никогда не было длительных отношений. Только разовые встречи ради секса. Его это устраивало. Он спокойно занимался бизнесом, не обращая внимания на такие мелочи как любовь. Его всё абсолютно устраивало.

Посторонний звук в двигателе машины заставил Намджуна прислушаться. Загорелась лампочка «проверьте двигатель».

— Что за чёрт?

Ким свернул к обочине. И как раз в этот момент машина заглохла.

— Да твою мать! — громко выругался Джун и вылез из Мерседеса. — За что я плачу деньги этим уродам?

Он зло пихнул колесо машины и достал телефон.

— Блять! И где найти в этом паршивом городишке автомастерскую?

Шипя под нос ругательства, он поднял голову. Его взгляд упёрся на неброскую вывеску. Он заглох прямо напротив автомастерской.

— Это я удачненько, — пробормотал Джун и, засунув в карман дорогого костюма телефон, направился к мастерской.

*********

— А я тебе говорю, Джин, попробуй замутить с парнем, — скалился Юнги, сидя на полуразобранной красной Хонде Чонгука. — Девчонки те ещё суки.

— Не греби всех под одну гребёнку, — пропыхтел Джин, откручивая колесо байка. — Просто мне не везёт. Кто ж знал, что она окажется такой стервой. Блять! Слезь с мотоцикла!

— Гук! Ну хотя бы ты ему скажи! — Мин сполз с Хонды.

— Парни бывают суками похуже девчонок, — пробормотал Гук, ковыряясь под капотом вишнёвого Ниссана. — Не слушай его, Джини. Встречайся с кем хочешь. Парень, девушка. Какая разница? Лишь бы любовь была.

— Ну и куда тебя привела твоя любовь? — хмыкнул Юнги и приподнял вилку Хонды, чтобы Джин мог снять колесо.

— Закройся, Мин! — зло процедил Чонгук.

— Я пошутил, Гук. Прости!

Юнги в знак капитуляции поднял грязные ладошки.

— Прошу прощения! — раздался низкий баритон. — Не могли бы вы мне помочь?

Все трое посмотрели на входящего в гараж мужчину.

— Святые ёжики! — воскликнул Юнги и вытер нос грязной рукой, оставив на нём чёрную полосу. — Большой Босс, какими судьбами? Что привело тебя в нашу скромную обитель?

Намджун присмотрелся и узнал в чумазом парне байкера, который представлялся ему феей.

— Фея? Тебя не узнать, — хмыкнул Джун.

— Издержки профессии, — весело ответил Мин. — Ну, так что произошло?

— У меня машина заглохла.

— Где? — уже серьёзно спросил Юнги.

— Да здесь. Прямо напротив вас, — сказал Джун, с интересом рассматривая гараж.

Обычная автомастерская с кучей всяких инструментов и запчастей. Но его внимание привлёк огромный букет ромашек, стоящий в банке посередине этого хаоса.

— Чонгук, я пойду гляну, — сказал Юн парню, ремонтировавшему машину.

Джун заинтересовано посмотрел на Гука. Чон поднял голову и кивнул.

«А он действительно красив. Неудивительно, что Тэ так по нему страдает», — подумал Джун.

И в его голове пронеслись картинки того, как бы Тэхён с этим парнем смотрелись на обложке журнала.

«Было бы охуенно. Этот парень рождён быть моделью», — размышлял Намджун. У него глаз намётанный.

— Эй, большой Босс, чё застыл? Пойдём! — раздался над ухом голос Мина.

Третий парень сидел за мотоциклом, не поднимая головы, сосредоточившись на том, что он делал.

— Ты когда последний раз масло менял? — фыркнул Юнги, глядя под капот машины.

— Это делает мой механик, — снисходительно произнёс Намджун.

— Хуёвый у тебя механик! — процедил сквозь зубы Мин. — И пафоса поменьше. Мне похрену, какой ты там босс в Сеуле. Здесь ты просто мужик со сломанной тачкой.

— Слышь, Фея, вообще-то я тебе за это деньги заплачу!

Этот дерзкий парень в грязном комбинезоне начал раздражать Кима.

— Ты мне их ещё не заплатил, — хмыкнул Юн. — У тебя, похоже, полетели клапана. Хочешь, вызывай эвакуатор. У меня клиентов хватает. Одним больше, одним меньше.

Намджуну меньше всего хотелось этим сейчас заниматься. А ещё он так удачно попал в мастерскую Чонгука, что он обязательно воспользуется возможностью всё узнать. Чисто для себя. Осведомлён - значит вооружён.

— Не надо эвакуатор. Ремонтируйте. Сколько времени это займёт?

Юнги пожал плечами.

— Постараюсь побыстрее. А то как же там без тебя Сеул? Рухнет, наверное.

— Фея, ты и с парнем своим такая язва?

— Парнем? С чего ты решил, что у меня парень? Может, я с девушкой встречаюсь? Или уже женат по самые помидоры.

Намджун покачал головой.

— В меня гей-радар встроен. Девчули тебе не нравятся. Да и на пальце колечка не вижу. Значит, мужа нет.

— Мой парень меня просто обожа-а-а-ет, — язвительно протянул Юнги. — Я для него луч света в тёмном царстве. Оазис посередине знойной пустыни. Звезда…

— Ладно, я понял, — прервал его Джун.

— Что ты понял?

— Ты звезда. Пойдём, звезда. Заключим договор на ремонт моей крошки.

— Вот моя визитка с контактами. Пожалуйста, как только машина будет готова, сразу же позвоните мне.

Намджун протянул визитку Чонгуку. Чон кивнул и пошёл дальше заниматься Ниссаном.

Джин закончил с мотоциклом Чонгука. Он, кряхтя, выпрямился и поднял голову.

— Гук, с тебя простава. И массаж. Я спину не чувствую.

Намджун посмотрел на Сокджина и офигел.

Высокий парень с банданой на голове был не просто красив. Он был идеален. А от цвета глаз Джина у Намджуна побежали мурашки по спине. Тёмно-синие очи заинтересованно посмотрели на Джуна.

«Он мне нужен. Он мне необходим в агентстве. Он должен стать моей моделью», — пронеслось в голове Намджуна.

— Как вас зовут? — поинтересовался Джун.

— Ким Сокджин, — представился парень, вытирая руки о полотенце, явно не первой свежести.

— Простите, Сокджин, моё любопытство. А это у вас настоящий цвет глаз или линзы?

— Настоящий, — хмыкнул Джин.

— И что такая роза делает посреди сорняков? — прищурился Намджун, включая всё своё обаяние.

— Гук! Ты слышал?! Он нас сорняками обозвал! — возмущённо зафырчал Юнги. — Сам ты, заразиха подсолнечниковая.

С Намджуна разом слетело всё обаяние.

— Не знаю, как Чонгук. Но ты точно репейник! — прошипел он.

— Я бы тебе не советовал хамить тому, кто будет чинить твою машину, — глаза Мина сузились. — Тормоза, знаешь ли, могут выйти из строя совершенно неожиданно.

У Кима широко распахнулись глаза.

— Юнги! — рыкнул Чонгук. — Не переживайте, господин Ким, всё будет в порядке с вашими тормозами.

— Я ему нассу в бензобак, — прошипел Мин.

Намджун повернулся к Джину, который с улыбкой наблюдал за происходящим, и протянул визитку.

— Сокджин, если вы вдруг захотите сменить род деятельности, позвоните мне.

— Спасибо, но не думаю, что это произойдёт, — серьёзно произнёс Джин.

— Иди договор подписывай, заразиха, — пробурчал Мин, помня слова Джуна про репейник.

Он сидел за относительно чистым столом, с нетерпением уставившись на Джуна.

— Подумайте хорошо, прежде чем окончательно отказываться, Сокджин.

Намджун подошёл к столу и взяв договор в руки бегло пробежал по нему глазами.

— Ручку дай, Фея.

— А где твой золотой паркер, большой Босс? — ехидненько сказал Мин, протягивая ручку.

— В сейфе, — буркнул Джун, наклоняясь рядом с Юнги, чтобы подписать договор.

Он вдохнул запах, исходящий от Мина. Незнакомый аромат с нотками машинного масла, присущего мастерской. Это был не парфюм. Так пах сам Юнги. У Джуна потемнело в глазах, настолько этот запах показался ему привлекательным. Сердце пропустило удар, а затем ещё один. Он с силой сжал ручку, и она, не выдержав, треснула в руках Намджуна. Один из осколков больно впился в кожу.

— Блять! Дай дебилу стеклянный хуй в руки, так он и хуй разобьёт, и руки порежет! — воскликнул Мин, глядя, как у Джуна закапала кровь.

— Твой язык без костей, — прошипел Намджун, зажимая руку.

— Ага! Знаешь, очень удобно.

Юнги высунул язык и, как змеюка, быстро задвигал им вверх-вниз. Член Намджуна заинтересованно дёрнулся в штанах.

«Да, блять, что же это такое? Надо валить с этой грёбаной мастерской, иначе я трахну эту заразу прямо на этом столе», - подумал Джун.

Впервые в жизни его так сильно кто-то смог возбудить только одним своим присутствием. Он работал в индустрии моды. Он видел тысячи красивых людей. Он видел тысячи сексуальных людей. Но ни один человек на него так не действовал, как этот чумазый паренёк в джинсовом комбинезоне.

«Хорошо, что пиджак длинный».

А зараза, не подозревая о произведённом эффекте, уже протягивала ему аптечку.

— Там есть перекись и пластырь. Сам справишься?

— Да, — пробормотал Джун.

Дать Юнги к себе прикоснуться было выше его сил.

**********

— Тэ, скажи мне. У вас здесь в Асане воздух волшебный или вас кормят с младенчества чем-то особенным? — спросил Джун, держа кружку с чаем.

Они сидели на кухне Тэхёна только вдвоём. Чимин понёсся по магазинам, скупать асанские сувениры. Тэхён удивлённо приподнял брови.

— Я когда вошёл в мастерскую Чонгука, то просто охуел. Джина и Гука хоть сейчас можно на обложку ELLE.

— А Юнги? — поинтересовался Тэ, усмехаясь своей квадратной улыбкой, от которой сходили с ума миллионы.

— А Юнги, — задумчиво протянул Джун. — Если его отмыть, приодеть и рот с мылом прополоскать, то…

— Сразу на подиум?

— Нет. На него бы только я смотрел. Сначала бы одел, а затем раздел, — мечтательно произнёс Намджун.

У Тэхёна расширились глаза и открылся рот от неожиданного заявления.

— Тэ, как ты думаешь, почему я никогда не встречался с моделями?

Тэхён пожал плечами, всё ещё прибывая в шоке.

— Я жуткий собственник. Я из тех коллекционеров, которые, приобретя драгоценное полотно, не выставляют его на показ. А любуются в полном одиночестве. Все мои, пускай и непродолжительные, любовники были скрыты от посторонних глаз.

— Я вообще думал, что ты предпочитаешь девушек, — тихо сказал Тэхён.

— Девушки прекрасны. Они нежные цветы, на которые хочется смотреть. Но не трогать руками, — улыбнулся Джун, показав очаровательные ямочки на щеках.

— И тебе понравился Юнги?

— Я его хочу.

— Но он же парень Чонгука! — воскликнул Тэхён.

— Ты знаешь, мне так не показалось. За всё время, что мы пререкались с Мином, он даже слова не сказал. А я откровенно хамил Юнги. Будь Чон его парнем, он бы такого не позволил. А даже если и парень. Я собираюсь его у него отбить. У меня перед Чоном, в отличие от тебя, чувства вины нет.

— Джун, зачем тебе всё это? Ты же не приспособлен к длительным отношениям. Зачем тебе разрушать жизни людей ради одноразового секса?

— Я хочу Юнги! А я всегда получаю, что хочу, — жестоко проговорил Намджун. — Ты вообще-то должен радоваться, что я уберу помеху с твоего пути.

— Чему радоваться? Что ты своими действиями сделаешь больно Чонгуку? — горько усмехнулся Тэхён. — Сомнительная радость. Не находишь?

Раздался звонок в дверь.

Тэхён открыл, и в квартиру маленьким ураганчиком влетел Чимин. Плюхнувшись на стул за кухонным столом, он скептически посмотрел на чай.

— Народ, чего тухнем? Давайте вечером развлечёмся. В клуб какой сходим?

— Я не против, — произнёс Джун.

— И я, — протянул Тэ. — Только над лицом надо поколдовать.

Тэхён потрогал заживающий синяк.

— Джун! Я только что во дворе встретил потрясающего парня с изумительными синими глазами. Ты должен его найти! Он находка для агентства!

— Уже нашёл, — буркнул Джун. — Его зовут Ким Сокджин, и он не заинтересован в модельном бизнесе.

— Так заинтересуй! — хлопнул маленькой ладошкой по столу Чимин. — Он великолепен!

— Чим, ты ж вроде по девушкам? А тут такое восхищение незнакомым парнем, — усмехнулся Тэ.

— Девушки для любви. А восхищаться можно и парнем, — парировал Пак.

**********

— И вот припёрло вам идти в клуб именно сегодня, — ныл Чонгук, входя в заведение с пафосным названием «Молен Руж». — Я хотел кино посмотреть и выспаться.

— На Тэхёна подрочить ты хотел, — фыркнул Юнги.

— Я уже жалею, что всё тебе рассказал, — пробурчал Гук.

Джин заинтересованно приподнял бровь.

— Гуки, ты такой плохой мальчик?

— Ещё какой, — протянул Юнги. — Каждый день у окошка надрачивает на бывшего.

— Мин, ты когда-нибудь заткнёшься?

— Всё. Молчу, — поджал губы Юнги.

— Опаньки. Вот это поворот! — не удержался Мин, когда увидел рядом со столиком, к которому их привёл администратор клуба, сидящих Тэхёна, Чимина и Намджуна.

— Нам нужен другой стол! — обратился сразу же Чонгук к администратору.

— К сожалению, всё уже занято.

— Эй, большой Босс! Ты потанцевать сюда, что ли, пришёл? — сразу же прицепился Юнги к Джуну.

— Нет, Фея. Просто побухать. А ты танцуешь?

Джун ярко улыбнулся и залип на Юнги. Который, к слову, наконец выглядел прилично. Чёрные джинсы с дырками на коленках плотно обтягивали стройные ноги. Свитшот молочно-белого цвета. В ушах появились серьги. На одном несколько серебряных колечек, а на втором одна длинная серьга с блестящим камешком на конце.

Пепельные волосы были в творческом беспорядке, а лисьи глаза были чуть подведены.

— Да я танцую как Бог! — лыбясь, ответил Юнги.

— Бог, — хмыкнул Джин.

— Кто?! Ты?! — не выдержал Чонгук.

— Эх, сдали как стеклотару, — Юнги смешно наморщил нос. — Ладно. Я тоже пришёл сюда побухать.

— Предлагаю сделать это вместе, — сказал Джун.

— Согласен!

— Юнги, нет, — зашипел Чонгук.

— Гук, тебя никто на Тэхёне не заставляет жениться, — прошептал Мин. — Хочешь его игнорировать? Игнорируй. Здесь кроме него ещё пять человек.

Парни придвинули друг к другу столы и расселись.

— Привет, я Чимин, — нараспев произнёс Чимин, представляясь Джину.

— Джин, — ответил тот, посмотрев на Чима.

И Чимин утонул в глубокой синеве.

— У тебя изумительный цвет волос, — протянул Джин, касаясь непослушной прядки на лбу Пака.

— Спасибо, — покраснел Чимин.

— Фея, когда будет готова моя тачка? — поинтересовался Джун, опрокидывая в себя виски.

— Послезавтра, — Юнги последовал его примеру.

Чонгук с Тэхёном старались друг на друга не смотреть, методично напиваясь. Джин разговаривал с Чимином. Они быстро нашли общий язык. Пьяненький Пак уговаривал Сокджина стать моделью, описывая все прелести этой профессии. Намджун с Юнги грызлись из-за каждой мелочи, при этом не забывая заправляться спиртным.

— Страна просила героя, а родился долбоёб! — громко раздалось за столом.

Всё посмотрели на Юнги.

— Твой бы рот занять чем-нибудь! — зло сказал Джун. — Могу помочь с этим!

— Да пошёл ты на хуй!

Юнги вскочил из-за стола и направился в туалет, пыхтя от злости. Как же его достал этот напыщенный индюк. Он прекрасно знал этот сорт парней. Он из-за одного такого вот уехал из Сеула. Но его, как магнитом, тянуло к таким, как Намджун.

— Ты больной на голову, Юнги, — прошептал он себе в зеркале.

Дверь в туалет распахнулась, и на пороге показался Джун. Он тяжело дышал. Ничего не говоря, он подошел к Юнги и, развернув его к себе, накрыл губы Мина жарким поцелуем.

— Ты не хочешь помочь своему парню? — спросил Тэ, глядя на Чонгука пьяными глазами.

— Моему парню? — недоумённо спросил Гук.

— Юнги.

— Он не мой парень. Он мой друг. И в состоянии за себя постоять.

— Гук, мы можем с тобой поговорить?

Спиртное развязало язык.

— Ну, давай поговорим, — хмыкнул Чон.

— Не здесь, — сказал Тэхён, вставая. — Пойдём на улицу.

Они вышли, оставляя за столом Чимина с Джином одних.

— Похоже, мы вдвоём остались, — хихикая, сказал Пак.

— Ага, — икнул Джин. — Смотри, какая богиня пошла!

— Чур моя! — выкрикнул Чимин, подрываясь с места.

— Эй! Я первый её увидел!

**********

— Гук, я давно хотел тебе сказать. Точнее попросить, — начал Тэ.

На улице пахло ночной прохладой. Они отошли от клуба и стояли друг напротив друга, освещаемые одиноким фонарём. Чонгук смотрел на то, как Тэхён нервно кусает губы. И ему нестерпимо захотелось его поцеловать. Спиртное не только развязало язык. Оно затуманило мозг.

— К чёрту разговоры, Тэхён!

                                            Глава 3

Юнги еле разлепил глаза. Его взгляд упёрся в незнакомый потолок. Мин почувствовал чьё-то присутствие рядом.

«Чёрт, только не это».

Воспоминания начали всплывать в голове. Туалет. Такси. Жаркий секс в ванной, на полу в коридоре номера отеля, в спальне.

Он медленно повернул голову. Намджун мирно спал, слегка приоткрыв рот. Мин тихонько выполз из огромной кровати. Стараясь не шуметь, он начал собирать свою одежду, разбросанную по номеру.

— Что? Даже на завтрак не останешься? — раздался хриплый ото сна голос.

Юнги напялил на себя джинсы и обернулся.

Намджун лежал, подперев голову рукой, и улыбался.

— Вот, давай сейчас в благородного парня не будешь играть, — серьёзно сказал Юнги, натягивая свитшот.

— Причём тут благородство? — удивился Намджун. — Я просто хочу тебя накормить.

— Спасибо, не надо, — Юнги направился к выходу.

— Юнги, постой! — Джун сел на постели. — И вот так вот просто уйдёшь? Как будто не было ничего?

Мин злобно повернулся.

— Намджун, я очень хорошо знаю, к какой породе парней ты принадлежишь, — Юнги уставился в упор на Кима своими лисьими глазами. — Для вас одноразовый перепих - обычное дело. А я не такой. И сейчас себя чувствую дешевой подстилкой. Так что давай не будешь делать вид, что для тебя эта ночь хоть что-то значила. Ты уедешь в свой Сеул, а затем в Париж или ещё куда. А я здесь останусь жить своей жизнью. Мне уже всадил нож в сердце такой же, как и ты. И с меня достаточно. Что произошло, того не изменить. Спасибо за качественный секс и на этом всё.

Юнги быстро вышел из номера, не давая сказать Джуну и слова.

— Но, Юнги, эта ночь для меня очень много значила, — пробормотал Ким.

Он голышом подошёл к окну. На душе было паршиво. У него было чувство, что его только что бросили. Бросили, даже не начав встречаться. Поначалу он действительно хотел просто развлечься. Но этот парень был таким особенным, непохожим на остальных. Сегодня ночью он решил предложить Юнги переехать к нему в Сеул. Мин был дерзким, с острым язычком. В постели ему подходил идеально. Будто он создан специально для Намджуна. Смешной, хорошенький, любимый.

Стоп! Что? Любимый?

— Похоже, ты влип, Намджун. И, как говорит сам Юнги, по самые помидоры, — прошептал сам себе Джун.

Его взгляд наткнулся на блестящую длинную серьгу, одиноко лежащую на ковре. Джун поднял украшение.

— Надеюсь, я тебя смогу переубедить, моя Фея.

**********

Чимин с Джином проснулись в обнимку.

— Мы что переспали? — тёмно-синие глаза смотрели на Чимина с испугом.

— Не похоже. Я в трусах, — протянул Чимин.

— Я тоже, — выдохнул Джин. — А чего тогда обнимаемся?

— Не знаю, — ответил Чимин, всё ещё лежа в объятиях Сокджина.

— Встаём? — спросил Джин, не разжимая рук.

— Давай ещё чуть-чуть полежим, — пробормотал Чимин, закрывая глаза.

— Давай, — вздохнул Джин.

**********

Тэхён открыл глаза. На него внимательно смотрели тёмные глаза Чонгука.

— Привет. Давно проснулся?

— Не очень, — соврал Гук.

Он проснулся с первыми лучами солнца. И пристально сканировал лицо спящего Тэхёна. Он запоминал каждую чёрточку, каждую родинку, изгиб бровей, трепетание ресничек. Всё это он бережно отпечатывал в памяти. Ведь после того, что он скажет Тэхёну, Гук не увидит больше это лицо. Не глянцевый лоск, а именно это. Сонное, немного помятое и такое родное.

— Хочешь кофе? — спросил Тэ, собираясь встать.

— Нет. Тэхён, нам надо поговорить.

Незачем оттягивать неизбежное.

— Да. Надо, — Тэ откинулся назад на подушки. — Гук, я…

— Подожди. Я скажу, — Гук поднялся и начал одеваться. — Всё, что произошло ночью, было большой ошибкой.

— Большой ошибкой? — прошептал Тэхён, закрывая глаза.

— Тэ, а как ты хотел? Что после этого мы поклянёмся в вечной любви и сделаем вид, что не было этих пяти лет? Что ты никогда не бросал меня? Это смешно! Ты опять соберёшь чемодан и уедешь в свою сказочную жизнь, оставив меня. Как когда-то в темном дворе под дождём. Знаешь ли ты, что я теперь ненавижу дождь?

— Гук, я тогда считал, что поступаю правильно.

— Правильно для кого, Тэхён?! — начал повышать голос Чонгук.

— Я не хотел, чтобы ты меня ждал. Я не мог тебе пообещать, что вернусь, — обречённо произнёс Тэ. — Ты только заканчивал школу. Я не мог тебя заставить ждать меня.

— А не надо было ничего обещать! Но ведь ты всё решил за меня! Я бы поступил в университет в Сеуле после школы. И мы могли хотя бы попытаться! Но ты предпочёл бросить меня!

— Чонгук, мне тоже было очень тяжело! Я был не прав, лишив нас возможности быть вместе. Но первый год я по ночам выл в подушку от боли!

Тэ сел на кровати, уставившись на Чонгука.

— Я был там!

— Что? Ты о чём?

Тэхён большими глазами непонимающе смотрел на Чона.

— В тот день в сеульском аэропорту. Когда ты в первый раз улетал во Францию. Узнав от тёти Соён, что ты улетаешь, я потратил последние деньги на билет до Сеула. И если бы не Юнги, обратно я шёл бы пешком. Я был там, Тэхён. Я хотел тебя если не остановить, то хотя бы попросить дать нам шанс. Мне было плевать на гордость. Но ты улыбался, стоя у стойки регистрации со своим другом. Я медленно умирал, а ты улыбался! Ты был счастлив! Я смотрел, как взлетает железяка с крыльями, увозя тебя в твою волшебную страну, и рассыпался на куски. Теперь самолёты я ненавижу тоже!

— Чонгук, я не знал, — прошептал Тэ.

— А если бы и знал то, что бы это изменило?!

— Гук, послушай! Но ведь сейчас мы можем попытаться всё исправить. Я до сих пор люблю тебя!

— Ты помнишь свои последние слова, которые ты мне тогда сказал?

«У меня уже другая жизнь, Гук. И ты мне в ней не нужен», - пронеслось в голове у Тэхёна.

Но он так сказал не потому, что Чонгук ему не нужен был. А потому что искренне считал, что не привязывать к себе Гука будет правильным.

— Возвращаю тебе твои слова! У меня уже другая жизнь, Тэхён. И ты мне в ней не нужен!

Чон последний раз посмотрел на Тэхёна. Сердце заходилось от боли. Так будет лучше. Они из разных миров. Тэхён живёт в мире, где Чонгуку нет места.

— Прощай, Тэхён. Надеюсь, мы больше не увидимся.

Чонгук быстро вышел из квартиры Тэ, громко хлопнув дверью. Сбежав по лестнице на пару этажей вниз, он остановился. И дал волю чувствам. Слёзы хлынули потоком из глаз.

— Прости меня за жестокие слова, любимый, — шептал он, вытирая солёную влагу.

Гук с силой ударил в стену кулаком, разбивая руку в кровь.

— Сука! Как же я себя сейчас ненавижу!

— Я это заслужил. Я очень виноват перед тобой, Гуки, — говорил Тэхён тишине пустой квартиры.

Он действительно готов был бросить всё ради Чона. Но Гуку он не нужен.

— Но теперь мы с тобой в расчёте, Чонгук. Я когда-то безжалостно разбил твоё сердце, а ты сейчас моё.

Тэхён зажал рот одеялом и протяжно завыл, давая выход боли, скопившейся в груди.

**********

Гук вошёл в мастерскую и увидел Юнги апатично лежавшего на диванчике.

— Ты чего?

Гук рассматривал кислую мину друга.

— Думаю, что такого пиздатого придумать, чтобы всем вокруг стало хуёво, — выдал Мин, продолжая пялиться в потолок.

— Всем вокруг и так хуёво.

Гук сел за стол и обхватил голову руками.

— По крайне мере, мне точно.

— Что произошло? — обеспокоенно спросил Юнги, принимая вертикальное положение.

— Я переспал с Тэхёном и после этого бросил его, — Гук закрыл лицо руками. — Какая же я сука.

Юнги присвистнул.

— Ну, я от тебя недалеко ушёл.

— Ты о чём? — глухо пробормотал Чонгук, не отрывая рук от лица.

— Я переспал с Намджуном, — выпалил Мин, — И, похоже, тоже бросил его. Хотя мы даже не встречались. Но у меня стойкое чувство, что я его бросил.

— Охуеть, — протянул Чон. — Может, ты в него влюбился?

— Я его знаю от силы пару дней. Какое на хуй, влюбился? — возмутился Юнги.

— Влюбиться можно и за пару секунд, — философски произнёс Гук, поднимаясь из-за стола. — Надо работать. Кстати, где Джин?

— Хрен его знает, — пожал плечами Юнги. — Он ещё не показывался. Да, надо работать. Сегодня доделаю машину Босса, и пускай валит в свой Сеул. С глаз подальше.

**********

— Мне кажется, что у меня в груди одна сплошная рана. Мне не хватает воздуха. Ещё чуть-чуть и я задохнусь, — бормотал Тэхён, растирая слёзы по прекрасному лицу.

Он лежал головой на коленях Намджуна. За окном уже было темно. Джун гладил по голове друга, ласково перебирая шёлковые пряди.

— Тише, Тэ. Не плачь, — нежно произнёс Намджун. — Понимаю. Сейчас я тебя понимаю.

— Сейчас понимаешь?

Тэхён сел и вытер лицо. Глаза припухли от бесконечных слёз. Он проплакал целый день. Тэ лежал в кровати и рыдал, горюя о потерянной любви. Он бы так и продолжал страдать в гордом одиночестве, если бы не пришёл Намджун. Ким выволок из постели Тэхёна. Заставил принять душ и отпоил горячим чаем. Накормить страдальца не получилось. Тэ категорически отказался от еды.

— Судя по всему, я влюбился в Юнги, — вздохнул Намджун.

— Ничего себе! Обалдеть!

— Он первый человек за мои двадцать девять лет, которому я предложил остаться на завтрак после ночи любви. Когда он рядом, моё сердце стучит, как мотор моего Мерседеса. Он единственный, кто может сломать его так же, как и починить. Мой личный механик. Механик моего сердца.

— Не знал, что ты такой романтик, — грустно усмехнулся Тэхён.

— Он ушёл утром из номера, не дав мне объясниться. Я сегодня был в гараже. Хотел поговорить, но Юнги меня выпер и слова не дал сказать.

— Что ты планируешь делать?

— Не знаю, Тэ. Но что-нибудь придумаю.

— Джун, я хочу уехать. Меня здесь больше ничего не держит.

Тэхён уткнулся в крепкое плечо друга.

— Уедем, Тэ. Завтра уедем.

Скрипнула входная дверь.

— Тэ, почему у тебя не заперто? — раздался голос Чимина.

Пак недоуменно уставился на друзей, сидящих в обнимку.

— Что происходит?

— Страдаем мы, — хмыкнул Намджун. — Нас бросили.

Чимин плюхнулся в кресло напротив кровати и усмехнулся.

— Ну, этого понятно кто, — он ткнул пальцем в Тэхёна. — А тебя, папочка Ким?

— Юнги.

— Как он мог тебя бросить, если вы не встречались? — удивился Чим.

— Он умудрился это сделать. Даже не встречаясь со мной, — Намджун потрепал свои тёмные волосы. — Фея, блять! Волшебник, мать его!

— А ты где был целый день? — поинтересовался Тэ у Чимина, шмыгая носом.

— У Джина, — просто ответил Пак.

— Чимин, а как же девушки?

Джун выпустил из объятий Тэхёна и с усмешкой посмотрел на Чимина.

— Эй, это не то, что вы подумали! — воскликнул Чим. — После того как вы нас бросили в клубе, мы напились до синих соплей и просто вырубились у него дома.

— И ты хочешь сказать, что ты просто дрых у него целый день? — ехидненько прищурился Тэ.

— Нет. Мы гуляли по городу. Джин показывал мне асанские достопримечательности. Потом мы поужинали у него дома. Он замечательно готовит. У нас очень много общего. Мы подружились.

— То есть вы просто друзья?

— Да!

— Не пизди, Чимин! Я видел, как ты вчера залипал на глаза Джина! — Тэхён впервые за сегодня искренне улыбнулся.

— Да ну вас! — надул соблазнительные губы Пак.

— Так, мои крошки! Завтра я забираю машину, и мы уезжаем! — сказал Джун, поднимаясь. — Пойдём, Чимин, Тэхёну надо выспаться.

— Спасибо тебе за всё, Джун, — на глазах Тэ вновь показались слёзы.

Намджун крепко обнял Тэхёна.

— Тэ, не за что. И прекращай это мокрое дело. Хорошенько выспись. Тебе понадобятся силы, чтобы прийти в себя.

В темном окне напротив Чонгук сжал кулаки до белых костяшек, глядя на то, как Намджун обнимает Тэхёна.

**********

— Юнги!

— Что ты хочешь? — прошипел Мин, сжимая в руке большой разводной ключ.

— На данный момент опорочить твой гараж, — Джун с силой прижал Юнги к своему Мерседесу, водя носом по шее Мина.

Они были одни в мастерской. Намджун приехал за машиной. Он хотел просто поговорить с Юнги. Объяснить всё. Но что-то пошло не по плану. И вот он его зажимает у тачки, еле сдерживая себя.

— Большой Босс, у меня в руках разводной ключ, — зло процедил Юнги. — И мне бы очень не хотелось проломить им твою черепушку и сесть в тюрьму. Но если ты сейчас не уберёшь свои лапы, это произойдёт.

Джун нехотя отпустил Мина.

— Юнги, давай попробуем сыграть в большую любовь? У меня к тебе чувства. Нет смысла отрицать. Я бы очень хотел, чтобы ты был рядом.

— В качестве кого, Намджун? В большую любовь не играют. Ею живут. И мне очень жаль, что ты этого не понимаешь. Поэтому забирай свой Мерседес и просто уезжай.

Юнги бросил ключ на пол и скрылся в подсобке, оставляя Джуна одного.

Ким тяжело вздохнув, сел в машину и плавно выехал из гаража.

Он ехал к дому Тэ и думал над словами Юнги. В любовь не играют. Он сдуру это ляпнул. Он не может просто так отпустить эту злюку. Джун был прав, когда назвал Юнги репейником. Он пробрался в сердце Кима и уцепился там своими колючками, прочно засев.

Намджун принял решение завоевать сердце Мина. Любыми способами. Он решит дела в агентстве и приступит к осуществлению своего плана. Он всегда добивается, чего хочет. А Юнги он хотел. В свою постель. В свою жизнь. Желательно навсегда. Если понадобится, он украдёт Мина. И запрёт как принцессу в своём доме. Хотя Юнги больше злобный дракончик, чем прекрасная принцесса. Но именно за это Намджун его полюбил.

С улыбкой он подъехал к подъезду Тэхёна. Тэ и Чимин уже ждали его.

— Чего лыбишься? — спросил Пак, влезая в машину. — Папочка Ким, у тебя удивительно глупая рожа. Удалось украсть поцелуй у неприступного Мина?

— Нет. Он грозился мне проломить башку, — ответил Джун, всё ещё улыбаясь.

— Любовь творит чудеса, — пробурчал Чимин. — Тэ, садись в машину! Чего застыл?

Тэхён положил в багажник чемодан и в последний раз посмотрел на окна. Прямо напротив окон его квартиры, которая станет скоро чужой.

Он принял решение продать квартиру и больше никогда сюда не возвращаться.

**********

— Вот смотрю я на ваши кислые рожи и жить не хочется, — заявил Джин, втаскивая старый карбюратор в гараж.

Он уставился на друзей, которые ничего не делали. Чонгук с несчастным видом пялился на свой почти готовый мотоцикл. А Юнги, как всегда, лежал на диване, болтая ногой в воздухе, и грустно вздыхал. Прошло две недели с тех пор, как Асан покинули представители агентства «Розовый Бриллиант».

— Вы работать собираетесь? — хмыкнул Джин, доставая телефон, чтобы ответить на пришедшее сообщение. — Клуб одиноко одиноких одиночек.

— А у тебя морда чё такая довольная? — без особого интереса спросил Юнги. — Кому ты там в телефон лыбишься? Подружку, что ли, завёл?

— Нет. Я переписываюсь с другом, — Джин нахмурился, читая сообщение.

— Друга, случайно, не Пак Чимин зовут?

Гук молчал, погружённый в свои мысли, старательно залипая в одну точку. Джин ничего не ответил. Он быстрым шагом подошёл к Юнги и дал прочесть сообщение. У Мина широко расширились глаза от прочитанного, и он подорвался с дивана.

— Гук! Поехали! — заорал Юнги, хватая ключи от вишнёвого Ниссана, который они уже починили.

— Куда? — меланхолично протянул Чонгук.

— Там привезли недостающую запчасть для твоего байка! Срочно надо забрать, иначе её продадут другому! Быстрее!

Юнги залез в машину и завёл двигатель.

— А почему мне не позвонили? — спросил Гук и сел в машину.

— Какая разница, кому сказали? Главное - успеть!

Ниссан, оставив облако выхлопных газов, исчез.

Джин покачал головой.

— А взять мою машину слабо было? Два влюблённых идиота!

— Юнги! Куда мы едем?! — спросил Чонгук, увидев указательный знак на Сеул.

— В Сеул.

Юнги старательно обгонял машины.

— Зачем? Не говори мне, что там запчасть!

— Нет, — спокойно сказал Юнги. — Мы едем в аэропорт.

— Юнги, у тебя крыша поехала?! — воскликнул Гук. — Разворачивайся обратно!

— Если ты суицидник, можешь выпрыгнуть на ходу! Я не буду поворачивать назад и не буду останавливать машину.

— Да что происходит?!

— Гук, Тэхён сегодня улетает в Париж навсегда.

— Ну и пусть себе улетает!

— Блять! Ты понимаешь, что он улетает навсегда?! — заорал Юнги. — Ты любишь его! Ты подыхаешь без него!

— Я выживу, — пробормотал Чонгук. — В прошлый раз выжил и сейчас выживу.

— Послушай меня, — сбавил тон Юнги. — Ты должен попытаться его остановить. Иначе ты будешь всю жизнь жалеть, что не сделал этого. Сколько бы лет не прошло, это будет тебя грызть изнутри. Ты не сможешь нормально жить. И если он откажется, то…

— То это опять мне разобьёт сердце.

— Там разбивать уже нечего! Оно у тебя и так в хлам! И если он откажется, то ты с чистой совестью набухаешься сегодня в баре. Может быть, дашь кому-нибудь по роже и начнёшь жизнь с чистого листа, вычеркнув Тэхёна. Если захочешь, мы сможем уехать из Асана в другой город или вообще из страны. Например, в Лос-Анджелес. Будем чинить байки и полоскать жопы в Тихом океане. Но ты должен попытаться, чтобы спокойно жить с осознанием того, что ты сделал всё возможное.

— Откуда мы деньжата возьмём на Лос-Анджелес? — хмыкнул Гук, смирившись со своей судьбой.

— Ну, я вообще-то не самый бедный человек в Корее.

— Чего?

— Мне досталось довольно большое наследство от деда, — как ни в чем небывало сказал Юнги. — Я как бы вообще могу не работать до конца своей жизни.

— Хён, я сейчас ничего не понимаю, — рассеянно произнёс Гук. — Хотя, если подумать, ты мне никогда не рассказывал о своей жизни в Сеуле и почему уехал.

Юнги вздохнул.

— Когда я тебя встретил на автовокзале всего зарёванного, я сам был не в лучшем состоянии. Меня тоже предали. Дед оставил мне в наследство довольно крупную компанию по производству косметики. Я всеми силами старался управлять ей. Образование позволяло, да и опыт был. Дедушка готовил меня в свои преемники. В то время я встретил парня и влюбился, как мальчишка. А он меня использовал. Он был со мной только ради денег. Он трахал всех подряд в роскошных номерах дорогих отелей, снятые на мои же деньги. Я, когда узнал обо всём, решил сбежать из Сеула. Я продал компанию, квартиру, машину и, взяв с собой один только рюкзак, отправился на автовокзал. Я даже не знал, куда поеду. И там я встретил тебя. Это всё решило. Мне нравится моя жизнь в Асане. Нравится чинить с тобой машины. Нравится, что со мной дружат не из-за денег.

— То есть ты, богатая задница, раскручивал меня на халявное пиво? — усмехнулся Чонгук.

— Халявное пиво - святое дело, — подмигнул Юнги другу.

— Хён, а ты в курсе, что мы, грубо говоря, спиздили машину клиента?

— Это называется не спиздили, а тест-драйв.

***********

— Так, сейчас сдадим багаж и на регистрацию. Скоро объявят рейс. — Намджун посмотрел на Тэхёна. — Тэ, ты как?

— Нормально, — буркнул Тэхён.

Чимин с кем-то переписывался в телефоне, мило улыбаясь.

— Чимин, прекрати втыкать в телефон! — рявкнул Джун.

Чимин поднял глаза и уставился куда-то за спины Тэ и Намджуна.

— Тэхён, это, похоже, к тебе.

Тэ обернулся и увидел перепачканного в мазуте Чонгука.

— Гук, — выдохнул Тэхён.

Он словно во сне направился к Чонгуку, боясь, что это только ему кажется.

— Тэ, — проговорил Чонгук. — Я пойму, если ты меня пошлёшь. После того, что я тебе наговорил. Это неправда, что ты мне не нужен. Нужен! Я тебя прошу! Останься! Здесь, со мной. Я не могу дать тебе роскошную жизнь, но я могу предложить тебе свою любовь. Это всё, что у меня есть. Я…

— Я останусь, — перебил Тэхён Чонгука. — Здесь с тобой. Навсегда. Я тебе обещаю, что…

Гук прикоснулся пальцами к губам Тэ, заставляя замолчать.

— Не обещай мне ничего. Просто делай.

Он наклонился и нежно поцеловал Тэхёна.

— Твоих рук дело? — спросил Намджун, подходя к довольному Юнги.

— Ага! Я же Фея-крёстная, ёпт, — ответил Юнги.

— Ты понимаешь, что лишил меня одной из самых прибыльных моделей? — прищурился Джун.

— Найдёшь новую! — фыркнул Мин. — И вообще я приехал сюда не только ради Дивы и Гука.

Намджун с подозрением уставился на чумазое лицо Юнги.

— Я не хочу, чтобы ты улетал, — серьёзно сказал Мин. — Я хочу попробовать сыграть в большую любовь.

Джун молчал, переваривая услышанное. Молчание затянулось.

— Я тебе всё сказал. Твой выбор, большой Босс?

— Я выбираю опорочить твой гараж. Сегодня, — наконец ответил Ким, притягивая к себе Юнги. — Вообще-то я собирался это сделать, когда вернусь.

— Так ты не навсегда собирался улететь?

Намджун покачал головой.

— Тэхён да. Я нет.

— Ну, Чимин! Жопа с лапками! Он же написал Джину, что вы оба навсегда улетаете!

— Значит, ему нужно сказать спасибо. Иначе ты бы не сорвался меня останавливать.

К ним подошёл Чимин, вертя телефон в руках.

— Джун, время. Что делать будешь?

Намджун нахмурился, но из объятий Юнги не выпустил.

— Чим, хотя бы ты должен полететь. Тэхёна заменит Лиён. Я сейчас это организую. Он прилетит попозже. А насчёт меня скажи, что я не смог приехать по с/о.

— Что такое с/о? — не понял Пак.

— По состоянию охуения, — ляпнул Юнги.

— По семейным обстоятельствам, глупыш, — Намджун ласково поцеловал светлую макушку Мина.

— Я твоя семья? - Юнги рассеянно захлопал глазками.

— Очень на это надеюсь.

**********

— Я вас очень прошу! Не трахайтесь в машине клиента! — выкрикнул Чонгук из такси, уже отъезжающего от автомастерской.

— А это как карта ляжет! — заорал ему вслед Юнги.

Намджун обнял за талию Мина и с нежностью заглянул в глаза.

— Чем будем заниматься?

— Ну, сначала я покатаюсь на тебе, а затем тебя покатаю на нём, — Юн показал на рядом стоящий чёрный Джиксер.

— Господи! И на что я подписался? — Джун с опаской покосился на мотоцикл.

— Привыкай! Я тебе не утонченная моделька, — хмыкнул Юнги и, освободившись от объятий Джуна, подошёл к байку.

— Фея, а давай я тебе машину куплю? — с надеждой предложил Намджун.

— Эх, Босс, ты не понимаешь. Четыре колеса возят жопу, а два - душу, — Юнги любовно погладил мотоцикл. — И потом, машину я сам себе могу купить. Денежки имею.

— Так я сорвал джекпот? — усмехнулся Джун обнимая, Юнги сзади.

— Именно!

***********

Тэ поставил чемодан в коридоре и снова подумал о том, что надо сменить лампочки. Закрутившись по делам в агентстве, он не успел выставить квартиру на продажу. Ким достал телефон и подошёл к окну. В квартире Гука не было света, хотя он пошёл домой, чтобы переодеться и принять душ.

— Да, — раздался низкий голос в трубке.

— Что ты делаешь? — спросил Тэ, напряжённо глядя в окно.

— На тебя смотрю, — усмехнулся голос Чонгука и штора в окне напротив зашевелилась.

— Знал бы ты, что я творил, стоя у своего окна, — рассмеялся Тэхён.

— Примерно то же, что я сейчас?

— Гук?

— Я шучу, Тэ. Я скоро к тебе приду и займусь с тобой настоящей любовью, а не воображаемой.

— Мне принять позу «собака мордой вниз»? — спросил Тэхён, широко улыбаясь.

— Так ты это делал специально?! — воскликнул Чон. — Эта йога твоя? И полуголым расхаживал?

— А ты как думаешь? — хитро прищурился Тэ.

— Я люблю тебя, Ким Тэхён, — прошептал в трубке Гук.

— Приди и скажи мне это в глаза.

— Иду.

***********

Джин лежал в кровати и с улыбкой рассматривал фотографии из аэропорта, присланные Чимином. Он был очень рад за друзей. И даже немного им завидовал. Грустно вздохнув, он отложил телефон. Закрыв глаза, Джин подумал, когда же он тоже встретит свою любовь? А может его удел всегда быть одному?

Из раздумий его вывел сигнал пришедшего сообщения.

«Джин, я не знаю, как ты на это отреагируешь. Но когда я вернусь из Парижа, ты пойдешь со мной на свидание?»

Темно-синие глаза ярко заблестели радостью.

«Пойду, Чимин».

                                                  Бонус 

— Ты это слышал?! — раздался громкий голос друга в телефонной трубке Чонгука.

Гук от неожиданности дернулся и ударился головой о капот машины, которую чинил.

— Блять! — выругался Чон. — Ты можешь сказать нормально, что произошло?

— Они женятся! — ещё громче заорал Юнги. — Джин с Чимином женятся! Мать их!

— Ты серьёзно? — оторвался от машины Гук. — Нам с Тэ приглашения не приходили.

— В вашу жопу мира всё попадает не вовремя!

— От Асана до Сеула 40 километров. Какая жопа мира?!

— Не важно! Все приглашены! Отмывай свою задницу от мазута! Хватай Диву и в Сеул! Билеты уже куплены!

— Какие билеты? — нахмурился Чонгук, наблюдая через открытые ворота мастерской за Тэхёном на противоположной стороне улицы.

— Гуки! Мы летим в Лас-Вегас!

У Чонгука уши заложило от крика Юнги.

***********

Прошёл год после событий в сеульском аэропорту.

Чимин, после того, как вернулся из Парижа, пошёл на свидание с Джином. В тот вечер он признался Киму в чувствах. Больше они не расставались. Джин всё же согласился стать моделью «Розового Бриллианта». Работал он в основном в тандеме с Паком. Они так идеально дополняли друг друга, что их хотели видеть на своих обложках многие мировые модные журналы. Тёмно-синие глаза Джина за короткое время покорили сердца миллионов поклонников. Джин стал самым драгоценным приобретением агентства Намджуна.

В личной жизни Джина и Чимина всё тоже было очень хорошо. Они жили вместе и работали. Парни никогда не ссорились по мелочам. Имея схожие вкусы, им не надо было подстраиваться друг под друга.

Юнги Намджун увёз в Сеул. Правда, без мата, воплей и угроз со стороны Мина не обошлось. Но Джун сделал невозможное. И в итоге пара жила в большом загородном доме Кима.

Мерседес Джуна теперь ютился на улице, так как Юнги заграбастал гараж себе. Он днями ковырялся в мотоциклах. Иногда Намджун находил любимого спящим на маленьком диванчике в гараже. Точно таком же, как и в мастерской Чонгука. Он аккуратно поднимал своё чумазое счастье на руки и относил в их огромную спальню. Он долго всматривался в спящее лицо Мина и благодарил Бога за то, что встретил его. И за то, что Юнги ответил ему взаимностью.

Временами на Юнги нападали приступы ревности. Мин нагло заваливался в агентство Джуна, специально одетый, чуть получше бомжа. В первый раз его даже не пустили. Но когда охрана получила нагоняй от Кима, Юнги пропускали беспрекословно.

Пугая своим непрезентабельным видом утончённых изящных моделей, он без предупреждения входил в офис Намджуна, доводя до икоты его секретаршу. Которую, к слову, называл «сушёной воблой». Юнги подозревал, что эта девица с внешностью европейской модели давно положила глаз на его возлюбленного.

Мин с важным видом садился в кресло и закидывал на столик ноги в грязных кроссовках, которым на вид было лет 50. Ему было плевать, кто находился в этот момент у Джуна в кабинете. Намджун улыбался и всех выгонял восвояси.

Они опорочивали и стол, и диван, и пол, и кресло Намджуна. Хорошо хоть на окне не трахались, как говорил Юнги.

Мин уходил от любимого с видом победителя, одаривая снисходительным взглядом пунцовую секретаршу. Ведь их стоны слышала не только она, но и весь этаж.

Однажды на одном светском приёме, на который Намджун еле уговорил пойти Юнги, они встретили бывшего парня Мина. Тот похабно себя повёл и попытался облапать Юна. Прежде чем Мин успел сообразить, что происходит. Намджун хуком уложил отморозка прямо на фуршетный стол. А затем объявил всем присутствующим, в том числе и журналистам, что не позволит оскорблять своего парня. На следующий день все заголовки пестрели о том, что у завидного холостяка Ким Намджуна имеется возлюбленный.

Тэхён отказался от карьеры модели. Хотя Джун предлагал и Гуку податься в мир моды. Но Тэ заявил, что он тоже собственник. И смотреть будет на Чонгука исключительно он.

Тэхён открыл небольшой сувенирный магазинчик. Прямо напротив мастерской Чонгука. Магазин стал очень популярным, когда все узнали, что владелец - бывший король подиума. Так что лицо Тэ и здесь принесло выгоду.

Гук по-прежнему ремонтировал машины. Тэ всегда приходил к нему на обед. Они устраивались на любимом диванчике Мина, ели и болтали о делах и не только. Вечером уезжали домой на мотоцикле Гука.

Ребята продали свои квартиры и купили одну большую. Завели большого чёрного лабрадора по кличке Клякса. Водили друг друга на свидания. Дарили милые сердцу вещицы. Они жили спокойной и счастливой жизнью.

Иногда по ночам после жаркого секса, Тэ слушал равномерное дыхание любимого и думал: как же он ошибался, считая, что такая жизнь не для него. Для него. Именно такая. Он пять лет упорно добивался своей мечты, которая в итоге ему оказалась не нужна. Ему нужна эта квартира, собака и тихое дыхание Чонгука рядом.

***********

— Я всё ещё ненавижу самолёты, — пробормотал Чонгук, поднимаясь на борт крылатой железной птицы. — Это не изменилось.

— Всё будет хорошо, малыш.

Тэхён ласково погладил по руке Гука.

— Чон, сейчас бухнёшь шампанского, и всё как рукой снимет, — заявил Юнги, усаживаясь на своё место.

— Я не хочу пить, — буркнул Чонгук.

— Как хочешь! А я хряпну, — усмехнулся Мин.

Самолёт плавно поднялся в небо.

— За наше приключение! — произнёс тост Юнги. — Джун, в каком отеле будет торжество?

— Белладжио, — ответил Намджун, отпивая игристый напиток.

— Ого! Отлично! Там снимали «Мальчишник в Вегасе», — потёр ладоши Юнги. — Милый, я собираюсь распотрошить твой бумажник. Там крутейшее казино.

— Фея, у меня есть подозрения, что твой банковский счёт превышает в разы мой, — хмыкнул Джун.

— Очень может быть, — состроил миленькую мордашку Юнги. — Но В Лас-Вегасе пострадает именно твой бумажник.

— Маленькая жадёба, — хмыкнул Джун и, притянув себе Мина, чмокнул его в висок.

— Мой счёт - это наследство для наших детей, — ляпнул Юнги.

Тэ с Чонгуком открыли рты от такого заявления.

— Чьих детей? — сдавленно прошептал Джун, подавившись шампанским.

— Наших, — повторил Юнги.

— Фея, ты упустил одну маленькую, но очень важную деталь. Мы оба мужики! У нас не может быть детей!

— Большой Босс, иногда ты бываешь поразительным идиотом. 21 век на дворе! Суррогатное материнство существует! — надулся Юнги, — Или ты детей не хочешь?

Лисьи глаза Мина угрожающе сузились.

— Да я о них даже не думал! — воскликнул Джун. — И я в шоке от того, что ты их хочешь!

— Подумай, — буркнул Юнги и скосил глаза на молоденького стюарда.

Парень наливал очередной бокал Намджуну и, мило улыбаясь, строил ему глазки. Юнги подорвался с кресла.

— Мы идём с тобой в туалет!

У Джуна широко распахнулись глаза.

— Зачем?

— Опорочить его!

— Не смейте трахаться в туалете! — зашипел змеюкой Тэхён.

— У нас страсть! Вам не понять, Дива! — гордо вскинул голову Мин.

— У нас тоже страсть! Но это не повод пёхаться в общественном толчке, — сказал Чонгук.

— Вы зануды! Весь кайф обломали, — пробурчал Юнги, усаживаясь обратно.

Намджун наклонился к хмурому парню и прошептал:

— Я тебе обещаю, что мы обязательно опорочим туалет в казино.

************

— Поздравляю! — произнёс Тэхён, обнимая Чимина. — Вот уж не думал, что вы первые поженитесь.

Свадьба проходила в роскошном банкетном зале отеля. Гостей было немного. Так как торжество было закрытым, журналистов на нём не было. Молодожёны со счастливыми лицами принимали поздравления.

— Спасибо, — Чимин нежно обнял друга в ответ. — Я не понимаю, почему вы с этим тянете?

Тэ пожал плечами и посмотрел на Чонгука в смокинге, который в это время поздравлял Джина.

— Он мне ещё не сделал предложения.

— Вот большая беда! Сделай сам! — хмыкнул Чимин. — Я именно так и поступил. Как оказалось, Джини тоже мне собирался это предложить.

Тэ призадумался.

— Ладно развлекайтесь. Нам нужно к другим гостям. Казино на первом этаже. Спиртное в вашем распоряжении. Если вдруг что, то наши номера находятся на одном этаже. У нас люкс для новобрачных, — подмигнул Чимин.

— Как ты смог на него костюм напялить? — удивлённо спросил Намджуна Джин, сверля своими синими глазюками Юнги.

— Пришлось новый мотоцикл пообещать, — вздохнул Джун. — Ему так идёт классика, а он, как оборвыш, предпочитает старые джинсы и кроссовки.

Ким посмотрел на своего парня в строгом чёрном классическом костюме и ещё раз вздохнул.

— За это ты его и любишь, босс, — усмехнулся Джин.

— Люблю, — искренне ответил Джун.

— Как здесь красиво, — прошептал Гук на ухо Тэхёну.

— Мне больше нравится наша кровать в номере, — заиграл идеальными бровями Тэ.

— Говоря словами Юнги, нам определённо стоит её сегодня опорочить, — соблазнительно улыбнулся Чон, — И ковёр.

— Значит, поза наездника сегодня ночью в приоритете, — вынес вердикт Тэхён.

— Я за позу наездника убить готов, — низким голосом произнёс Чон, — Ты идеально на мне смотришься.

— Шалунишка, — томно сказал Тэ.

К ним подошли Намджун и Юнги. Молодожёны уже удалились в свой номер, предоставив гостей самим себе.

— Предлагаю жахнуть ещё по стакашке шампанского и начинать транжирить денежки! — воодушевленно воскликнул Юнги, потирая маленькие ладошки.

— Да начнётся веселье! — подхватил Тэхён.

— Прощай, разум! Встретимся завтра, — пробормотал Намджун.

**********

— Джун.

Намджуна разбудил хриплый голос Юнги. Ким попытался открыть глаза. Не получилось.

— Джун, ты случайно не знаешь, что за липкая хрень на мне?

— Фея, что ты несёшь? — пробормотал Намджун, не открывая глаз. — Давай ещё поспим немного. У меня дичайшее похмелье.

— Намджун, я серьёзно. Я весь в какой-то в липкой белой хуйне. И ты тоже.

Намджун резко открыл глаза и уставился на Мина. Юнги был весь перепачкан в чём-то белом. Он коснулся себя рукой и ощутил липкую кожу.

— Что за фигня?

Джун резко сел и застонал от головной боли, пронзившей его мозг.

— Джуни, — испуганно залепетал абсолютно голый Юнги. — Скажи мне, что ты тоже это видишь!

— Что?

Юнги выставил свою правую руку вперёд. На безымянном пальце красовалось золотое обручальное кольцо.

— Откуда у тебя это? — спросил Джун и подумал, что он ещё не протрезвел.

— А я знаю?! Руку свою покажи!

Намджун с опаской посмотрел на свою руку. Там тоже блестело золотом колечко.

— Охуеть. По моему мы поженились, — протянул Юнги.

— Когда? — тупо спросил Джун.

— Ты дебил?

Ким обвёл глазами номер и попытался хоть что-то вспомнить. Его взгляд наткнулся на большой свадебный торт.

— Фея, по моему я знаю в чём мы.

Он показал на торт Юнги.

— Блять! Мы действительно сегодня ночью поженились! Я ничего не помню. Последнее, что я запомнил, это как я выиграл в казино.

— Так! Давай приведём себя в порядок и сходим к Тэ с Гуком. Может, они прояснят ситуацию, — предложил Джун, выползая с кровати.

На стук в дверь номера Тэхёна и Гука открыл очень помятый Чонгук в галстуке и трусах.

— Здорова, — прохрипел он. — Заходите.

Джун и Юнги вошли в номер.

— Гук, ты случайно не знаешь, что произошло ночью? — начал Юнги.

Его взгляд упёрся в такой же торт, как и в их номере.

— Джун, у них тоже торт!

— Ага. И кольца на руках, — меланхолично протянул Чонгук и сел на кровать, обхватив голову руками.

Из ванной выполз бледный Тэхён.

— Мы ночью поженились, — оповестил он друзей.

— И мы!

— Что?!

— Я так понимаю, что вы тоже ничего не помните? — спросил Намджун, рассматривая целый торт, украшенный кремовыми розочками.

Похоже, этими розочками они и извозюкали друг друга с Юнги.

— Нихуя, — всё так же меланхолично протянул Чонгук.

Юнги начал носиться по номеру, взъерошивая свои светлые волосы.

— А мы хоть правильно поженились?

Мин посмотрел на друзей и замер от внезапной догадки.

— В плане?! — все вместе воскликнули остальные.

— Ну, может я женился на Диве?! А Гук на Намджуне?! Мы же нихуя не помним!

— Где-то должны быть свидетельства, — разумно предположил Тэ. — Может, мы вообще не женились, а просто прикольнулись.

— Ага! Нацепили друг другу кольца и спиздили где-то два свадебных торта!

Поиск свидетельств результата не дал.

— Что будем делать?

— Пошли к Джину. Может они что-то знают? — подал идею Гук.

Подходя к люксу новобрачных, Тэ тихонько пробормотал:

— Наверное, не стоит их беспокоить. Они же молодожёны.

— Мы как бы тоже, Дива, — буркнул Юнги и постучал в дверь.

Дверь открылась и на пороге возник свеженький Сокджин. Он осмотрел четвёрку и, еле сдерживая смех, сказал:

— Милый, здесь новобрачные пожаловали!

— Значит, вы в курсе, что произошло? — хмуро спросил Чонгук, когда все расселись на большом диване.

— Ещё бы! — хмыкнул Чимин, держа за руку мужа. — Вы к нам завались в пять утра с двумя огромными тортами. Кстати, где вы их взяли?

— Тайна, покрытая мраком, — произнёс Намджун.

— И что мы вам сказали? — тихо спросил Тэхён.

— Что вы все поженились, — усмехнулся Джин. — И что мы ваши купидоны. Если бы не мы, то вы бы на это не решись.

— А мы точно поженились? — с надеждой спросил Гук.

— Ну, свидетельства о браке говорят, что точно, — хмыкнул Чимин, вставая.

— Они у вас?

— Да. Мы у вас их забрали. Вы все были в таком состоянии, что запросто могли проебать, — хмыкнул Чимин.

Он достал из ящика комода две бумажки и отдал горе-женихам.

— Слава Богу! Я твой муж, Чонгук! — вырвалось у Тэхёна.

— Бля! Вы что, не помните, кто на ком женился?! — вытаращил глаза Джин.

Четвёрка промолчала, рассматривая документы.

— Не понял?! — заорал Юнги. — Почему я теперь Ким?!

— Тебе не нравится моя фамилия? — нахмурился Намджун.

— Мне моя нравится! Почему я Ким? Почему ты не Мин? — не успокаивался новоявленный Ким.

— Тэ, ты теперь Чон, — тихо пробормотал Чонгук. — Ты не против?

— Мне очень нравится, — Тэ легонько сжал руку Гука.

— Джин, твоя фамилия теперь какая? — продолжал возмущаться Юнги.

— Ким, — улыбнулся Джин.

— Вот видишь!

— А Чимин остался Паком. Мы просто оставили свои фамилии. Нас весь мир знает под этими фамилиями.

— Умные люди! — не унимался Юнги.

— Юнги, ты ночью сказал, что сам захотел быть Кимом, — заржал Джин.

— Я?! — открыл рот Юнги.

Возразить он не мог. Он ничего не помнил.

— Ты! А ещё ты клялся, что родишь ребёнка Джуну! — задыхаясь от смеха, сказал Чимин.

— Что?!

— То! На аргументы, что ты парень. Ты заявил, что ты фея и можешь всё!

Юнги вылупил глаза и прикрыл рот рукой. Джун громко рассмеялся.

— Господин Ким, вы теперь мне должны ребёнка, — Намджун крепко обнял своего мужа и поцеловал.

Чимин посмотрел на хихикающих Чонов.

— А вы хуле ржёте, извращенцы? Чонгук, ты нам почти полчаса описывал, как будешь слизывать с Тэхёна свадебный торт. Подробно так. С деталями.

— О Господи! — покраснел Гук. — Но наш торт цел и не вредим!

— Да! — подтвердил Тэ.

— Зато наш не очень, — пробормотал в шею Юнги Джун. — Теперь понятно чем мы занимались.

— Я бы повторил при полной памяти, — тихонько прошептал Юн.

— Так, господа! Мы сейчас идём в ресторан. Вы с нами? — спросил Джин.

— Нет. У нас целый торт в номере, — подскочил Чонгук с дивана и потянул за собой Тэхёна.

— А у нас половина.

Юнги уже направился к выходу, таща за руку Намджуна.

— Надо доесть! — сказало семейство Ким.

— Да. Надо доесть! — вторило им семейство Чон.

— Ага! Конечно! Есть они его будут! Извращуги! — крикнул вслед Чимин.

Джин заливисто рассмеялся.

— Знаешь, дорогой, мне иногда кажется, что наши друзья немножко дебилы.

— А я бы сказал что «множко» — улыбнулся Пак. — Честно, вот от папочки Кима я такого не ожидал.

Тёмно-синие глаза Джина сузились. Подошёл к Чимину и обхватил руками лицо.

— Любимый, с этого момента выражение «папочка Ким» ты применяешь только по отношению ко мне.

— Да, папочка Ким.

Тёплые губы Джина накрыли нежным поцелуем соблазнительные губы Чимина.

**********

Сидя в самолёте, летящем назад в Сеул, Юнги тихонько спросил дремлющего Намджуна:

— Джун, ты не жалеешь, что женился на мне?

— Нет, Фея. Я очень этому рад.

— Почему?

Намджун открыл глаза и посмотрел на мужа.

— Потому что я тебя просто обожаааю. Ты для меня, как луч света в тёмном царстве. Как оазис посреди знойной пустыни. Как звезда…

— Всё хватит. Я понял.

— Что ты понял?

— Что я очень сильно тебя люблю.

В соседних креслах Тэхён крепко прижимался к плечу Чонгука.

— Тэ, ты не хочешь повторить церемонию?

— Нет. Зачем? — удивился Тэхён.

— Ну, мы же не помним, как сказали друг другу «да». Мы даже не помним, кто сделал предложение.

— Это неважно, Гуки. Важно то, что я сейчас очень счастлив. И, надеюсь, ты тоже.

— Очень, любимый, — прошептал Чонгук, закрывая глаза. — Я об этом мечтал с 16 лет.

— Джун, я больше не пью.

— Что тебя сподвигло на такой шаг, Фея? — пробормотал Намджун.

— Вдруг в следующий раз я реально после пьянки очнусь беременным? — брякнул Юнги.

— Юнги, ну сколько можно? Ты мужик! Понимаешь, мужик!

— Да знаю я. Но лучше перестраховаться.

— Ой, глупыш, — Джун притянул к себе мужа и нежно поцеловал в макушку. — Мой любимый глупыш.

                                                The End.