.

.

.

Началось все с того, что после очередного столкновения со Звездными Даст вдруг, замерши на месте, совершенно некстати громко взвыл.

— Бесит этот Блу! — вскричал он, сверля взглядом собственный кулак. — Неужели свапы не могут быть более адекватными? 

Крик души несколько рассмешил Киллера, однако все задумались. Что-то вертелось в голове, что-то не давало отпустить мысль об «адекватном» свапе — их ведь... действительно не существует. Все как под один трафарет заточены: слабые мямли, тряпки, которыми стыдно даже пол протереть; столь жалкие, что вызови их на поединок, в котором даже стараться не будешь — одним взглядом победишь. Одним движением мизинца: и свап взмолится о пощаде, грохнувшись в снег кучкой костей.

В какой-то момент Найтмер хлопнул ладонью по столу, прерывая их думы.

— Недавно Эррор почти разрушил одну из свап-вселенных. Убил человека, бесповоротно и навсегда, и еще с десяток монстров до того, как его прогнали эти «герои». Барьер там вроде незадолго до этого разрушили, однако после пропажи человека у монстров появились проблемы с остальными людьми, если я не ошибаюсь. Зато Санс там вполне живой.

Киллер, привычно ухмыляясь, повел зажатым в пальцах ножом.

— Тогда мы можем его, не знаю... украсть? Может, натравим на Блуберри, и станет во вселенной на одного Даста счастливее. — мерзко захихикал убийца. Один из целой команды убийц.

Даст, в свою очередь прошипев что-то в сторону (видимо, своему воображаемому брату?) резко подошел к хихикающему придурку и прихватил того за шейные позвонки.

— Спокойнее, девчонки! — издевательски расхохотался Хоррор.

Найтмер закатил зрачок куда-то далеко-далеко за пределы глазницы. Цирк уехал, а с этими клоунами ему жить всю оставшуюся вечность.

Впрочем, идея выловить себе новичка, чтобы раз за разом выводить из себя братца, действительно неплоха. В конце концов, весь этот цирк стал уже слишком привычным…

.

.

.

Жизнь Санса мерно катилась по самому дурному пути.

Все сломалось уже очень давно. Наверное, даже до смерти трудоголиков-родителей, что оставили на него младшего брата и дом. Скелет изо всех сил сохранял в себе оптимизм, поднимал брата на ноги; а когда родители погибли — несчастные случаи почему-то всегда приходят только к тем монстрам, которые должны быть счастливыми — Санс работал как не в себя, только бы Папс закончил свое образование. Санс сиял позитивом, старался подавать хороший пример и терпел насмешки над своим поведением. В какой-то момент брат словно исчез из его вялой повседневности, отыскав работу где-то в лабораториях Королевского Ученого.

Но и это прошло.

Все вокруг будто забыли об их невзгодах, а уж когда Папайрус предложил переехать в Сноудин, чтобы не содержать огромный дом в столице, Санс с радостью согласился. Уютный тихий городок: милые тёплые жилища, пушистый снег на крышах и блестящая изморозь на окнах... лучше и не найдёшь. 

В Сноудине мало кто интересовался их прошлым. Здесь всем нравился обаятельно-флегматичный Папс, к оптимизму Санса относились со спокойным позитивом, Альфис с интересом и снисхождением относилась к их совместным тренировкам... жизнь словно началась заново.

Стило появиться человеку, от которого пусть и веяло чем-то неправильным, чем-то восторженно-истеричным, все стало еще лучше. Папайрус проводил с ним чуть больше времени, интересовался головоломками, даже не хотелось больше общаться со странной собачкой Темм.

Барьер был разрушен, и стоило только Сансу обрести новую светлую надежду, как произошло нападение.

Неизвестный черный скелет появился в Подземелье, когда все готовились к очередному этапу переговоров с людьми. Он начал уничтожать монстров и людей, оказавшихся рядом с ними волей предательского случая. Чара погиб последним, когда неизвестный уже удалялся от другого скелета, ещё более странного, невысокого и с огромной кистью, в провал пространства. Санс отлично видел, как ноги человека безвольно болтались в воздухе — вряд ли он просто потерял сознание...

После этого начался кошмар. Люди, испуганные и разгневанные, стали вынюхивать, искать неизвестных монстров, но их никогда не знал и не видел раньше. Никто, даже Санс...

Санс сидел у кровати тяжело раненного брата и молился, чтобы тот не распался, не обращая внимания на попытки допросов. Спустя неделю бдений у его постели скелет начал периодически проваливаться в полусон, и в один ужасный момент Санс проснулся от… тишины.

В комнате больше не было слышно тихого дыхания брата.