— Снейп, — негромко окликнул Регулус, чуть склонив голову, приветствуя. — Мы можем поговорить?

Северус медленно оторвал взгляд от книги, мельком оценил его вид: обычная строгая мантия, чуть вздёрнутый подбородок, лёгкое, почти незаметное выражение настороженности на лице. Регулус никогда не позволял себе суетиться, и Северус знал — если бы это было нечто незначительное, он бы не подошёл.

Этот вопрос совершенно не звучал, как предложение или просьба. Фраза была сказана спокойно, почти безэмоционально, но Северус чувствовал в ней что-то большее, чем просто обычное приглашение к разговору. Он помедлил, задерживая взгляд на лице младшего Блэка, и увидел в его серых глазах нечто едва уловимое — серьёзность, скрытый азарт.

— Блэк, — ответил он ровно, закрывая трактат и откладывая его в сторону, готовясь слушать.

Блэк выдержал паузу. Он не опускался до ненужных предисловий, но всегда давал собеседнику понять, что в его словах есть вес.

— Тебя хотят видеть.

Северус чуть склонил голову, с виду совершенно равнодушно.

— И кто же это? — уточнил Северус, оставив непроизнесённым: «раз послал Блэка как посыльного».

— Вальпургиевы рыцари, — ответил Регулус и, словно невзначай, окинул взглядом гостиную.

Его голос не дрогнул, но в этом движении читалось больше, чем в его словах: они оба понимали, что не одни. Некоторые слизеринцы исподтишка прислушивались, делая вид, что погружены в свои дела. Возможно, кто-то из них тоже получил приглашение, а кто-то, наоборот, ждал, когда его заметят.

Северус слышал это название. Вальпургиевы рыцари — группа, о которой говорили на Слизерине шёпотом, но при этом никто не мог сказать, что именно они из себя представляют. Они были чем-то большим, чем обычное собрание чистокровных, но чем именно — никто толком не знал. Поговаривали, что они стремятся к величию, что их цель — восстановление древнего порядка, расшатанного грязнокровками и теми, кто забыл свою кровь. Кто-то видел в них элиту, вхождение в которую сулило не только престиж, но и силу.

Но Северус не верил в красивые слова. Он видел, как аристократы, которые с детства привыкли к власти, говорят одно, а затем делают другое. Он знал, что магия требует не благородного происхождения, а ума, трудолюбия и таланта. Вопрос был в том, что могли предложить эти рыцари.

Северус хмыкнул, скрывая лёгкий интерес.

— И чего они хотят?

— Узнаешь, если придёшь, — Регулус чуть склонил голову. — Третье крыло, заброшенный коридор, в полночь.