— Джейми и Лили умерли из-за тебя, ублюдок! — процедил он, вскочив и схватив Снейпа за грудки. — Это ты передал ему пророчество. Ты! — Сириус тряс его, будто надеясь вытрясти хотя бы каплю раскаяния, хотя бы попытку объясниться. — Из-за тебя он выбрал Гарри! Из-за тебя они умерли!

Снейп не сопротивлялся. Он лишь сжал челюсти и смотрел прямо в глаза Сириусу, не отводя взгляда. Его лицо выражало не страх, а лишь боль. Снейп не отбивался и не отвечал, и это только сильнее злило Сириуса. Ему хотелось, чтобы тот сорвался, выкрикнул в ответ что-нибудь привычно ядовитое, вырвался, ударил — всё, что угодно, лишь бы перестал смотреть так, словно принимает на себя весь его гнев без малейшей попытки оправдаться. Но Снейп оставался неподвижен, и это молчаливое упрямство бесило ещё сильнее, чем любые слова.

— Скажи что-нибудь, драккл тебя побери! — голос Сириуса сорвался, и он встряхнул Снейпа сильнее. Но тот продолжал молчать, глядя на него своими чёрными глазами.

— Признайся! — рявкнул Сириус, не отпуская его, и резко толкнул к стене, выбив воздух. — Признайся, что знал, к чему это приведёт! Что своими руками подписал им смертный приговор!

Сириус чувствовал, как под его рукой бешено бьётся чужое сердце, видел боль и раскаяние на непривычно беспомощном лице Снейпа, и от этого бешенство только росло. Чёрт побери, он почти привык к этому ублюдку — к его насмешкам и саркастичным замечаниям, к его невозможному характеру. Он привык, что Снейп рядом, что помогает заботиться о Сохатике. И теперь всё это обернулось мерзким, липким ощущением, что он жил рядом с предателем и даже позволил себе забыть, кто перед ним.

— Я убил Лили, — наконец заговорил Снейп. Его голос был тихим, ровным, и эти слова, как нож, вошли под рёбра. — И я сожалею каждую минуту своей жизни. Ты это от меня хочешь услышать, Блэк?!

Сириус не сдержался. Его кулак с глухим звуком врезался в скулу Снейпа, голова того дёрнулась в сторону, тонкая полоска крови заалела на губе. Северус не отпрянул, не вытер кровь, лишь медленно повернул голову обратно и снова встретил его взгляд.