Извиняюсь за задержку на полчаса, но внезапно в голове возникла сцена, где Люциус предупреждает Антонина держаться подальше, и пришлось переписывать главу в последний момент! Это первая часть 31 главы, думаю, что вторую часть я выложу завтра. Приятного чтения! 🌸
_______________________________________________

Побыв недолго с Петунией, Северус был вынужден вернуться в Хогвартс. Он обнял её на прощание и переместился прямо из гостиной. Они с Ауриданом буквально заставили её поесть. И почему она не удивлена, что эти двое спелись?

На следующий день после похорон, Люциус Малфой и Антонин Долохов прибыли в Коукворт сразу после обеда. Петуния не знала почему, но она до последнего не хотела обращаться к Малфою за помощью, однако у неё не было выбора. Если Ауридан прав, то тут была замешана тёмная магия, и без помощи мага тут на справиться.

Малфой и Долохов прибыли в дом Петунии с точностью и сдержанностью, присущими только людям их круга. Она едва открыла дверь, как Люциус, сохраняя безупречно холодный вид, слегка склонил голову и произнёс:

— Примите мои глубочайшие соболезнования, Петуния. Мне искренне жаль, что мы встретились при столь тяжёлых обстоятельствах.

Долохов стоял чуть позади, его лицо казалось строгим и непроницаемым, но, когда их взгляды встретились, он попытался мягко улыбнуться, показывая свою поддержку. Петуния невольно удивилась этому проявлению участия — хоть и едва заметному, но явно искреннему. Однако приняла его, кивнув.

— Я тоже выражаю вам свои соболезнования, мисс Эванс, — тихо добавил Антонин, чуть склонив голову. — Ваша потеря… — он помедлил, подбирая слова, — несомненно, велика.

— Спасибо, — ответила Петуния, стараясь сохранять спокойствие. Она жестом пригласила их войти, и гости последовали за ней в гостиную.

Войдя в гостиную, Люциус и Антонин окинули взглядом строгий, но уютный интерьер. Петуния жестом пригласила их сесть на диван, после чего опустилась в кресло напротив, стараясь не показывать свою тревогу и усталость.

Когда они устроились в креслах, Люциус снова взглянул на неё, добавив:

— И, конечно, благодарю вас за помощь с леди Антуанеттой. Без ваших знаний справиться с призраком было бы… затруднительно.

Петуния кивнула, её мысли уже были заняты не этим, а тем, что она чувствовала с момента утраты родителей — глубокое, неотступное подозрение. Размышления не покидали её всё время подготовки к похоронам и после, мешали спать и лишали аппетита.

Морион запрыгнул к ней на колени. Он обвёл цепким взглядом мужчин, фыркнул и, повернувшись к ним спиной, принялся напрашиваться на ласку. Он не собирался подпускать к своей хозяйке кого-то постороннего. Хватало и мальчишки, что притащился вчера.

— Ваш кот изрядно подрос, — постарался сменить тему Люциус.

— Это мой фамилиар, — поправила его Петуния. — Его зовут Морион.

— Я ведьминский кот! — пробурчал Морион возмущенно. Петуния быстро взглянула на магов, но те, казалось, его не поняли. Интересно. Единственная, кто понял её кота — леди Антуанетта. Это было из-за того, что она являлась призраком? Петуния вздохнула и отложила эту мысль на потом.

Люциус слегка приподнял бровь, заинтересованно наблюдая за Морионом, но воздержался от дальнейших комментариев. Долохов же продолжал внимательно смотреть на Петунию. Из-за чего Петуния, честно говоря, чувствовала себя неловко. Люциус собирался что-то сказать, но тут в комнате бесшумно возник Ауридан, держа в руках поднос с изящными чашками чая и тарелкой с небольшими пирожными. Он поставил его на стол перед гостями и, кивнув Петунии, тихо произнёс:

— Чай подан, хозяйка. Если что-то ещё потребуется, я рядом, — при этом он недобро уставился на магов, а затем так же бесшумно исчез.

Люциус и Антонин с удивлением смотрели на место, где только что был Ауридан. На их лицах застыло удивление.

— Это… — начал Люциус, откашлявшись, чтобы скрыть смятение, — не домовик, верно?

— И не домовой, — вставил Долохов.

Петуния едва заметно улыбнулась, заметив, как маги потеряли своё привычное хладнокровие, и ответила:

— Нет, не домовик и не домовой, Люциус, вы правы, — сказала она, делая глоток чая. — Это брауни. Настоящий, как видите. Его зовут Ауридан, и он заботится о доме и обо мне, особенно с тех пор, как… — она на мгновение замялась, — с тех пор, как мои родители ушли.

Люциус, слегка озадаченный, склонил голову в знак понимания, но взгляд его выдавал его смятение.

— Настоящий брауни? Это… поистине редкость, — произнёс он, не скрывая своего интереса. — Насколько мне известно, большинство подобных существ давно исчезли или скрылись от мира магов.

Антонин, который казался более взволнованным, чем Люциус, выпрямился и посмотрел на Петунию с заметным уважением.

— Значит, брауни. Они не просто слуги, но защитники, — тихо добавил он, словно бы сам для себя. — Потрясающая преданность. Вам очень повезло, мисс Эванс.

— Да, он и правда для меня больше, чем просто слуга, — кивнула Петуния, чувствуя, как её голос смягчается при этих словах. — Ауридан заботится обо мне. И, честно говоря, в те дни, когда я чувствую себя на грани, он напоминает, что мне нужно двигаться дальше.

Антонин посмотрел на неё с той же мягкостью, что раньше, но Петуния не дала его взгляду смутить её.

— Ауридан — не только надёжный союзник, но и чувствует, когда в доме присутствует нечто злое, — продолжила она, обращаясь к Люциусу и Долохову. — Он-то и сказал мне о тёмной магии в этом доме.

Люциус, внимательно слушающий её, сразу же стал более собранным и серьёзным.

— Тогда его слова тем более ценны, — заключил он, отставляя чашку. — Нам следует прислушаться и к его предупреждениям, и к вашим ощущениям, Петуния.

Петуния, сделав глоток чая, заметила, что Люциус и Антонин внимательно наблюдают за ней, словно ожидая объяснений. Собравшись с духом, она начала:

— Я не сразу поняла, что за этим стоит что-то большее. Всё началось с того, как меня вызвали в морг… Нет, по правде говоря, началось всё со слов Ауридана. Как только он появился в гостиной этого дома, сразу же сказал, что почувствовал здесь тёмную магию. И тогда будто что-то щёлкнуло у меня в голове — и я увидела несостыковки, которые раньше будто не хотела замечать. Мне сообщили, что причиной гибели родителей был взрыв газового баллона. Но это не могло быть правдой, ведь я знаю, что никаких баллонов в доме не было.

Люциус кивнул, нахмурив брови, а Петуния продолжила:

— Затем, когда я осматривала тела родителей в морге, мне сказали, что они погибли в результате травм от взрыва и ожогов, но на их… лицах и телах не было никаких ожогов. Кроме того, офицер Донован и персонал говорили со странной отстранённостью, будто кто-то их заколдовал.

— Это всё? — уточнил Люциус, но Петуния покачала головой. Она попросила Ауридана принести сломанные защитные таблички, которые раньше защищали этот дом.

— Давно, ещё перед отъездом, я закопала по периметру участка таблички с защитными рунами. Это немного, но этого должно было быть достаточно, — тут она ненадолго прервалась, — не перед магами, конечно. Так вот, они были обуглены и некоторые даже потрескались.

Антонин встал и подошёл поближе, разглядывая одну из табличек, где простые, но умело начерченные символы сплетались в защитное заклинание.

— Это рунические знаки, — заметил он с интересом. — Удивительно, как точно они сплетены в защитную магию.

Люциус слегка наклонил голову, не скрывая уважения.

— Вы приняли разумные меры, Петуния, но для сильного мага такое вряд ли станет препядствием, — сказал он. — Однако, судя по всему, тех, кто оставил следы, заинтересовал ваш дом. Мы с Антонином можем установить новую защиту, если вы позволите.

Петуния кивнула, осознавая, что ей нужно доверить им эту задачу, если она хочет обезопасить дом и понять, кто стоит за смертью её родителей.

— Я буду благодарна вам за помощь.

Люциус и Антонин обменялись быстрым, почти незаметным взглядом, после чего Антонин поднялся с места.

— Сначала я дом — хочу попытаться найти следы магии, о которых говорил ваш брауни, мисс Эванс.

Петуния не возражала. Она наблюдала, как Долохов покружил по гостиной, зажав в руке волшебную палочку. Затем он прошептал какое-то заклинание — вокруг него вспыхнуло и тут же погасло сияние. Мужчина постоял с закрытыми глазами, будто вслушиваясь во что-то, потом он попытался ещё раз, но лишь удручённо покачал головой.

— Я ничего не ощущаю, — произнёс он и посмотрел на Петунию, словно извиняясь. — Возможно, прошло слишком много времени.

Петуния поджала губы, кивнула. Она чего-то такого и ожидала. Не могли они узнать всё так быстро и просто.

— Ничего страшного, мистер Долохов, вы попытались.

Люциус кинул на неё непонятный взгляд и тоже поднялся с дивана. Они с Долоховым принялись за установку защиты с хладнокровной сосредоточенностью. Люциус начал с гостиной, неспешно выводя палочкой незнакомые символы. Антонин же занялся периметром со стороны заднего дворика, произнося низким, уверенным голосом древние формулы, от которых воздух вокруг будто наливался тяжестью, а мир затихал, притаившись в ожидании.

Петуния наблюдала за ними, стараясь не прерывать, но ощущая холодок, сковавший сердце. Казалось, что с каждым новым знаком, вспыхивающим в воздухе, от дома исходило всё большее напряжение, проникавшее в каждый уголок. Сама атмосфера вокруг Люциуса и Антонина сменилась на серьёзную и даже грозную, как если бы они больше не сдерживали силу, которой не должны видеть непосвящённые.

Спустя полчаса, завершив создание защиты, маги вернулись в гостиную. Антонин, ощутив взгляд Петунии, смягчил выражение лица и тихо произнёс:

— Защита установлена. Теперь здесь намного безопаснее, мисс Эванс. И... если вдруг потребуется помощь — вы всегда можете обратиться ко мне.

Петуния взглянула на него с благодарностью, но сдержанно кивнула. Её жгучее чувство одиночества смягчилось хоть на миг, и она ощутила облегчение.

— Спасибо, — тихо проговорила она. — Это для меня очень важно.

Они попрощались, и вскоре Люциус и Антонин покинули дом.

***

Когда они отошли от дома на достаточное расстояние, Люциус остановился и бросил на Антонина строгий взгляд, в котором едва скрывалась угроза:

— Держись подальше от Петунии, Тони, — произнёс он с мягкой угрозой в голосе. — Ты должен понимать, что если ты навредишь ей, Северус тебя просто отравит. И никто даже не поймёт, что с тобой случилось.

Антонин усмехнулся, не особо испугавшись этого предупреждения.

— Как трогательно, — отозвался он с долей насмешки, но без лишней неприязни. — Северус всегда был одержим теми, кого считает своими. Но не волнуйся, Люциус, — Антонин подался вперёд, встретив взгляд Малфоя, — я не ищу себе проблем.

Люциус прищурился, оценивая его ответ, но не стал настаивать. Он сделал пару шагов, словно хотел сменить тему, но всё же добавил напоследок, слегка изменив тон:

— К слову, не только Северус проявляет к ней интерес. Нарцисса тоже хочет познакомиться с Петунией поближе.

Антонин внимательно посмотрел на Люциуса, приподняв бровь.

— Нарцисса или Блэки? И что им нужно от Петунии? — Он слегка усмехнулся. — Или это новый повод укрепить семейные связи?

Люциус промолчал, его взгляд стал задумчивым. Однако он лишь хмыкнул и пошёл дальше.