Чекист, Магия, Война. Глава 14. Часть II
Предыдущая часть: https://boosty.to/lagnes-fox72/posts/a9b1a92f-f206-4856-8885-7f0bc323ef19?share=post_link
Течение варпа и собственный пульс быстро-быстро бьющихся двух сердец заглушали шелест травы, но его дорисовывало воображение, не давая трудам ветра пропасть напрасно. Пусть создавать астральную проекцию, перемещая разум через парсеки межзвёздной пустоты, теперь уже легко, но поддержание тонкого канала всё так же стремительно выпивает силы. Разве что выносливость, наработанная годами практики, отодвинула границу разрыва во времени. Такой способ связи не самое приятное удовольствие. Однако все неудобства, головные боли и прочие радости долгого транса того стоили...
«Видно, ещё не всё потеряно для человечества и галактики», — была единственная мысль у меня в голове, пока я наблюдал за Сангвинием, а посмотреть было на что.
Манипулировать варпом Ангелу было непросто, но белокрылый брал упорством там, где ему не хватало тонкости манипуляций. Его дар обладал другими гранями и был лишь немногим слабее моего. Сангвиний многого достигнет на пути псайкера, отчего так жалко, что многим вещам я смогу научить его лишь при реальной встрече. Иное просто не показать с усечёнными возможностями проекции, но и так он меня удивил. Оставалось лишь жалеть о не слишком эффективном использование времени и восхищаться самым настоящим чудом.
Другой, получив в руки столь мощный инструмент, ринулся бы постигать науку разрушения. Как говорил мой мастер, большинство неофитов первым делом осваивают создание Искр или Разряда. Огонь или молнию проще всего представить, тогда как варп охотнее принимает такой вид. Что поделать, в кошмарах больше огня и грома, чем более созидающих вещей.
Белокрылый был явным исключением из этого правила, пожелав освоить приёмы биомантии, и то не для боя, перепрыгнув сразу через ступень, да не одну. Стоит ли говорить, что ему это удалось, и теперь мои глаза лицезреют, как от него по спирали в траве начинают появляться прекрасные цветы, чьи лепестки имеют насыщенный оттенок крови? Нарушить хрупкую тишину, оскорбив её словами, значило бы совершить святотатство. Пусть я атеист и даже думать так считаю неправильным, но иначе волшебство мига, когда существо, рождённое для войны, просто создаёт цветы...
Такое даже такому цинику, как я, возвращает веру во всё хорошее. Раз уж существо, специально выращенное для войны, сознательно выбирает акт созидания, значит, возможно всё. И можно было бы сказать, что только меня проняло, но в моей тени те же самые чувства испытывала Эрда, а такое не спишешь ни на собственную пенсию, ни на маразм.
Вечная, пусть и души не чает в своих детях, далеко не наивная дура. Эта женщина умеет считать и играть в долгую, что не мешает ей быть просто женщиной и совершать импульсивные глупости, за которые она до сих пор расплачивается перед Императором. Другой бы сказал, что жестоко заставлять мать видеть падение её детей и их боль. Я же скажу, что Император ещё мягко наказал её за провал собственных планов, разделив с ней часть собственного бремени. Отец-то видел многое, о чём молчит...
— Получилось! — восторженно воскликнул Сангвиний, возвращая нас к реальности и заставляя невольно улыбнуться. Слишком уж чист он в своих эмоциях, подкупая их искренностью, да и просто юн, несмотря на уже прожитые годы. Надеюсь, таким он и останется.
Снова перед глазами мелькнула картина возможного будущего... Златой Трон, который никогда не был золотым, а лишь казался им. Чудовищный механизм, венцом которого было место оператора, где восседала царственная мумия Императора. Мгновение — и мощь Отца сменяется моей. Даже иссохшая плоть сохраняет отпечаток боли на ставшем родным для меня лике Магнуса.
Такой конец меня не страшит, хоть и хочется жить. По сути, я так жил в прошлой жизни, разве что агония Трона была заменена пенсией. Иронично будет замкнуть петлю именно так. В такие мгновения начинаешь понимать, отчего Император стал хладным психопатом. Видя такое с рождения, я бы и не таким стал.
— Очень хорошо, — говорю чистую правду, прислушиваясь к своей силе. — И чисто. Через пару поколений следы варпа выветрятся, и можно будет не опасаться, что с цветами будет что-то не так. Твоя кровь поистине чудесная субстанция.
В ином раскладе цветы перестали бы быть безвредными через десятки лет. Лишь пара капель крови Сангвиния не только позволила с меньшими затратами провернуть эту манипуляцию, но и отсекла все паразитные негативные мутации.
— Пара капель — малая плата за сотворение чуда, — произнёс Ангел, осторожно касаясь рукой хрупкого цветка. — Без жертвы и труда ничего не получится создать. Мой долг, как того, за кем идут, уплатить её.
В этом весь Сангвиний. Он светел и жертвенен. Надо будет — Ангел положит себя на алтарь, что и сделал в известных мне событиях, уплатив цену за чужие ошибки и спасая Империум здесь и сейчас. Не его вина, что потомки оказались недостойны величины его жертвы. В тёмном будущем наверняка не забыли его подвиг, но потеряли многие смыслы прочие он так храбро шагнул на смерть.
Достать предателя было только одной из многих целей. Пообщавшись с белокрылом, понимаешь, что он не хотел, чтобы труд Отца и его братьев стал напрасным, причём даже тех, кто по итогу предал. Ангел просто их простил, помня только хорошее, только и всего. Даже убить отступника для него ни акт кары, а способ не дать ему погубить хорошее, привнесённое им или преподать последний урок, дав шанс на раскаянье уже за гранью.
От этого мне легко было решиться попробовать переиграть будущее. Может, даже удастся увидеть иной исход. Как ни крути, такие как Сангвиний нужны Человечеству. Винтики — это хорошо, но и про мораль нельзя забывать…
— Я уже отдал приказ, чтобы собрать твой Легион, — как бы невзначай говорю ему.
— Спасибо, брат, — снова мне наградой была тёплая улыбка. — Жалко, что время покоя заканчивается, Магнус. Мне будет не хватать этого времени, когда было всё просто. Я бы с удовольствием продолжил просто учиться у тебя, у Отца, беседовать о политики с Малкадором… но понимаю, что это невозможно и я нужен средь звёзд. Там я принесу больше пользы…
Паузы сказали мне больше, чем слова. Он тоже знает будущее. Наверное, Сангвиний видел свою смерть, но не потерял свой внутренний свет.
То, как запульсировала сила Эрды подсказывает что не я один это понял. Ей хочется многое сказать ему, но она это не сделает, пока Император не встретиться с Сангвинием и не призовёт его на службу, воззвав к долгу. Один раз она совершила ошибку из благих намерений, и второй она не допустит, пусть это и означает принять боль матери…
***
Могучая рука провела по покрашенному металлу, словно пытаясь найти скрытый дефект. Пертурабо ещё раз проверил свои расчёты. Ошибки не было. Конструкция простоит не одну тысячу лет, и платина будет выполнять свою функцию.
«Что ещё нужно для инженера?» — позволил он себе простую мысль и миг гордости.
Ему не была нужна слава и признание. Для Пертурабо признание, это видеть, как расчёты, которые он произвёл, превращаются в результат, обретая форму в железе.
«Сотрётся память обо мне, история истлеет, но металл останется жить вечно, принося пользу. Зачем мне большее? Возможность просто трудиться — вот моя награда. Это логично. Это правильно. Так должно быть», — остался довольным результатом правитель Олимпии.
Его обострённые чувства слышали восторженные возгласы людей, впечатлённые творением инженерной мысли. Жители близь лежащих городов будут получать чистую воду, вскоре став воспринимать это чудо расчётов как должное.
«Так и должно быть. Если забыть о гвозде, от этого он не перестанет быть гвоздём и выполнять свою функцию», — начал новую серию расчётов инженер с этой мыслью, ведь остальное была таким мелочным. Ему надо было столько успеть, до того, как придут за ним и вопросят к долгу, что иному покажется недостойным, но только не Пертурабо.
Он уже организовал производства всего необходимого. Склады наполняются техникой и ручным вооружением, а на орбите закладываются каркасы будущих верфей, выверенных до последней заклёпки. У правителя Олимпии должен быть крепкий тыл.
И может показаться странным, что его ум занят просчётом новой сети дорог, а до этого водоснабжением, но так подумает глупец, ищущий лишь славы. Пертурабо понял благодаря брату, что не видел и не знал ещё, одну вещь. Люди — основа всего. Их счастье и достаток важен так же, как и крепость фундамента. Логично потратить часть ресурсов на благо рабочих, не кичась гуманностью. Только дела имеют значение…
Тепло женской руки вырвали его из раздумий.
«Может быть и не только дела», — видя восторг в других глазах, неосознанно улыбнулся инженер, робкой, но искренней улыбкой.
***
Вода не смогла заглушить грохота сошедшего с рельс состава. Только убедившись, что второй заряд отработал штатно, своим взрывом перебив прицепное и не дав сойти пассажирским вагонам, Ангрон, довольный собой, ушёл на глубину.
Вот уже годы он вёл свою войну, став кошмаром для тех, кто когда-то заковал его в цепи. Бывший гладиатор многому научился и многое понял, убивая, но так и не начав получать от этого хоть какое-то удовольствие. Наоборот, Ангрон стал ценить ещё больше жизни других, иной раз получая из-за этого ворох проблем…
Один раз, спасая деда от участи быть съеденным волками, вместо благодарности за то, что спас возничего и его кобылу, он получил заряд картечи, когда решил заглянуть в телегу и не поинтересовался, не нужна ли человеку помощь. Гладиатор даже не обиделся, а просто растворился в лесах, ещё долго слыша ворчливый голос за спиной:
— Хорошо, что взял ружьё!
Ангрон не испытывал злобы к тому леснику, что этих волков прикармливал и разводил по повелению одного из Всадников. Он просто свернул ему шею и перебил стаю хищников, прикормленных человеческой плотью.
Гладиатор не испытывал ничего против тех, кто приходил в леса, чтобы его изловить и убить. У него была двустволка и понимание: в таком раскладе зверю равен человек. Убивал он быстро и, по возможности, безболезненно, от чего по всей Нуцерии поползли про него слухи. Ему про них рассказывали, когда он изредка выходил к людям, меняя пушнину на патроны.
Иной раз его люди сами звали, когда произвол солдат отдельного правителя превышал всякий предел терпения. Таким он не отказывал, однако ограничивался лишь зачисткой одуревших от крови и собственной власти, помня про своё прошлое.
До недавнего времени призрак лесов Нуцерии и вовсе не был уверен: а достоин ли он вести за собой людей? Далеко не сразу, но Ангрон узнал, что его наставник выжил. Тот, кто его спас, получил участь, уготованную гладиатору. Ему имплантировали Гвозди.
Более того, об этом трезвонили повсюду в надежде заманить его в ловушку, продолжая издеваться над другом и наставником.
Что же, это заставило его действовать, но не так, как этого ожидали правители. Не зная усталости, он стал их кошмаром, разоряя караваны, вырезая дозорные посты, нападая на богатые виллы господ.
Впервые убив одного из тех, кто был повинен, он лишь ещё больше утвердился в ценности человеческой жизни, сожалея, что ему пришлось вообще это сделать. Может быть, он и сделал благое дело, только неприятный осадок остался на его душе, ведь куда как больше ему нравилось спасать. Не из-за благодарности, славы, а просто из личных убеждений.
Ангрон готовился, собирал свой отряд, планируя атаку на так ненавистный ему город…
Внезапно он ощутил чей-то страх. Не человека.
Всплыв к поверхности, он подгрёб к кочке, вершине небольшого холма, затопленного паводком.
Его глаза увидели в траве несколько дрожащих комочков меха. Кролики смотрели на него с обречённостью. Ангел красных песков слышал, как испуганно бьются их маленькие сердца.
— Я, наверное, глупец, — тихо сказал он, понимая, что он сейчас сделает…
Видя, как в лесном подлеске исчезают кролики, Ангрон думал, что поступил правильно, ведь милосердным нужно быть во всём, не забывая: другому тоже больно. И не важно, человек это или животное…
***
Он закончил молитву, но не ощутил той былой лёгкости, какая была прежде. Словно он что-то делал неправильно, и его зов уходил в пустоту. Это пугало пророка и священника Лоргара Аврелиана.
«Как я могу вести других, если сам не вижу путь?» — была его испуганная мысль.
Проповедник видел во снах пришествия золотой звезды, которая должна была изменить к лучшему жизнь на Колхиде, о чём говорил в своих проповедях. Его речи объединяли людей, даруя им силы…
Недавно сон начал меняться. За золотой появилась другая звезда. Алая. Лоргар чувствовал, как она зла, но не мог понять почему. Чем он прогневал высшие силы?
Священник в попытках найти ответы отправился в паломничество. Молитвы в полном одиночестве и лишения должны были очистить разум, помогая найти ответ, но чем больше он молился, тем сильнее начинала клокотать алая звезда, заставляя его всё более усердно творить молитвы в поисках ответа.
Одно Лоргар понял в своём теологическом поиске: вскоре он получит ответы на свой вопрос.
— Надо спросить совета у наставника, — решился он, но ощутил уже наяву, как воспылала гневом алая звезда, ещё больше путая пророка. Аврелиан просто не знал, что он делает неправильно?
— Возможно, в святом писании ошибка? — предположил он, успокаивая себя этой мыслью, пытаясь заглушить предупредительный испуганный вой интуиции…
In bundle
чекист магия война
черновики
warhammer 40000
мало того что качество очень высокое и персонажи живые, так ещё и доступно все совершенно бесплатно и проды частые
за такое отношение читателю не грех и подписку купить(что и сделал, хорошего кофейку вам)
читал также и кроссовер в зв, но понравилось меньше потому что нет примархов и императора, да и вообще 30к заходит сильно больше чем 40к
данное же произведение это прям попадание в яблочко, огромное спасибо вам за сей прекрасный продукт творчества