________________

У меня появился канал в ТГ. Там я выкладываю арты, куски будущих глав, провожу интерактивы:

Ещё у меня появился Boosty. Там всё тоже самое что и в ТГ, и весь контент доступен каждому БЕСПЛАТНО (не, если хотите, можете кинуть в автора сухарик к кофе, но это сугубо добровольно). Он лишь ещё одна площадка:

Кстати, о запасной площадке. Если кому интересно, то я закинул книгу на Litnet:

Приятного чтения!

________________

Мир почти остановился. Реальность для Артёма стала подобием таймлапса, где каждое мгновение было кадром в бесконечном диафильме жизни. Застывшие бытия менялись медленно, ещё сильнее напоминая этот вид массового досуга.

Вся жизнь – это выбор. Два шага, ты живой, один шаг и пуля выбьет твои мозги. Бывает очевидное решение, а бывает выбор без выбора, где каждый вариант ведёт к трагедии. Как оперативник «Аргентум» он знал, что всегда есть хотя бы три пути в любой ситуации. Даже когда ты стоишь на коленях, а в затылок упирается холодное дуло пистолета, у тебя есть возможность сдаться, попробовать, но умереть или выжить, выбив оружие из руки врага. Всё зависит от тебя. Главное – суметь пройти по рисунку вероятностей, как говорила советская наука, не подохнув в процессе.

Ещё бывает ситуация, когда этот выбор есть, но путь выбирается не задумываясь, потому что другие варианты, несмотря на их логичность и правильность, неприемлемы с моральной точки зрения или понятий чести. Поэтому Призрак знал, до того, как озвучил очевидное, какой выбор сделает его бывший подопечный… Чего он не мог знать, так это что помимо бунтарского духа, Шеп обладал просто-таки непробиваемой наглостью, которая, к удивлению окружающих, соседствовала с феноменальным чувством такта, помноженным на упрямство, от которого и осёл захлебнулся бы от зависти.

Сколько раз ему влетало, сколько унитазов он перечистил в нарядах, поступая вопреки приказам, преуспевая там, где другие банально бы не выжили. Так чем же эта ситуация отлична от множества других? «Аргентум – это всегда шагать по лезвию ножа, где один неверный шаг влечёт падение тебя, товарищей, подразделения, всего Союза. Не зря нас прозвали дозорными Бездны. Ведьмаками», – сказал ему когда-то Сергей, подарив универсальный ответ.

«Почему я должен выбрать из чего-то одного, когда я могу взять всё что нужно!» – решил Шеп за мгновение вечности, пока его мозг благодаря параллельным вычислениям нейросети превзошёл свои физические возможности. Он думал с такой скоростью, что, если бы тело следовало за мыслью, оно, несмотря на все улучшения, банально бы разрушилось.

Волевое усилие, и время ускорило бег. Всё ещё медленно, но уже можно начать действовать, тем более когда твой противник потерял терпение. Дульный срез пистолета бывшего наставника начал сиять голубым светом, готовясь изрыгнуть из себя поток плазменных сфер. Они без проблем добьют его друзей и товарищей, сейчас не могущих защититься…

Телекинетический импульс, несмотря на противодействие, смещает оружие. Плазма начала свой полёт, взяв выше оглушённых товарищей. Она ещё не долетела до стены подземелья, когда Артём успел уже сделать три шага.

Оперативник упал в подкате, пробив по ногам Призраку, выбив у того опору, полоснув мечами, которые были тут же заблокированы, как он и ожидал. Благодаря действию противника, он сместил вектор своего движения и оказался у него за спиной.

Гарпун выстреливает из его перчатки, выполнив ментальную команду, врезаясь в потолок. С другой руки вырывается струя полимера, твердеющего ещё в воздухе. Чудесный состав, ставший венцом творения учёных СССР, в пределах разумного ломающего или обходящего законы реальности, взметнулся волною, чтобы застыть прозрачной стеной. Подошвы бронированных ботинок скафандра врезаются в окаменевшую, прозрачную массу, начав свой короткий, недолгий путь по опоре.

Оттолкнувшись от края, Артём взмыл в высь, использовав полимер как гимнастический снаряд. Провернувшись в красивом сальто, он пролетел спиной вперёд, принимая плазменный выстрел на протестующе вспыхнувшие щиты.

В синей вспышке исчезло его оружие, отпущенное вовремя создание стены, возвращаясь в пространственный рюкзак. Первый гет спустился на пол подземелья.

Руки оперативника схватились за броню Кати и Сергея, метнув их тела в направлении своих, выведя их с линии атаки. Уже чувствуя не просто лёгкое истощение, а всепожирающее чувство голода, Шеп присел, чтобы через мгновение оттолкнуться, выстрелив собой в сторону маяка, ощущая, как мышцы ног рвутся от запредельных нагрузок.

«Уничтожить при попадании в руки противника», – звучал в его голове приказ. Рука замахнулась для броска…

– Удивил, – спокойно-мёртвый голос Призрака сопровождался страшным ударом, отбросившим Шепа с траектории. Щит схлопнулся под тревожный гул генератора, ушедшего на перезарядку. Гибкая, сегментированная броня на животе опасно прогнулась. Некоторые пластины лопнули со звоном.

Оперативника, высекая скафандром искры, протащило по полу, несколько раз перевернув, когда он налетел на неровности пола. Кувыркнувшись ещё раз, Артём остановился в нескольких метрах от протеанского маяка, что снова подал признаки жизни, опять засияв зелёными разрядами.

Поверх треска энергии подполковник услышал голоса в своей голове, одновременно с чьей-то попыткой пробиться в его разум ментально. Череда мысленных образов, словно калейдоскоп, запестрела перед глазами. Картинки сменяли друг друга хаотично, как будто бы кто-то пытался пропихнуть слишком большой пласт информации через канал, непредназначенный для этого.

– Почувствовал? – спросил его Призрак, ударом ноги подняв в воздух, переворачивая на спину. – Для этого и нужны геты. Только на них маяк не может воздействовать в полной мере.

Рывком он поднял Шепа, схватив его за шею. Мёртвые пальцы сжали горжет скафандра, деформируя его. Подполковник схватился за душащую его руку, одновременно с этим нанося удар другой, усилив его телекинезом, пустив по своему телу Искру.

Голова Призрака дёрнулась от удара. Плоть на его щеке лопнула, обнажив скрытую под ней электронику, и больше никак не подействовав на мертвеца. Оживший труп лишь усилил хватку.

– Любой ценой… – произнёс одними губами подполковник, у которого начало темнеть в глазах.

Мертвец нахмурился, без проблем прочитав по губам, силясь понять, почему его противник на пороге гибели улыбается. Только тогда он увидел чеку от гранаты на пальце оперативника и услышал металлический лязг упавшего на пол цилиндра.

Призрак мгновенно осознал опасность, отшвыривая недобитого Шепа, пиная гранату в сторону, уходя рывком спиной вперёд, повернувшись так, чтобы минимизировать возможную зону поражения. Очутившийся на свободе Артём, рассчитывающий на что-то подобное в одном из вариантов, извернулся в воздухе, призывая в руку меч. Вынырнувшее из рюкзака лезвие самым кончиком полоснуло по ноге мертвеца, вскрыв верхний слой брони.

Взрыв раскидал противников по разные стороны разгромленного подземелья. Поражающие элементы пробили защиту обоих, шпигуя металлом. Будь они в эпицентре взрыва, не помогли бы никакая регенерация и запредельная реакция. Граната, созданная специально для уничтожения суперсолдат, порвала бы их в клочья, даже если бы Призрак закрылся бы Артёмом, используя его как импровизированную защиту.

Подполковнику досталось меньше, чем его оппоненту. Он успел создать под бронёй полимерную плёнку, не дав осколкам войти слишком глубоко. Призрак получил львиную долю шрапнели. Несколько осколков стегнуло и по маяку, от чего артефакт недовольно пыхнул ветвистыми зелёными молниями, но конструкция, пережившая тысячелетия, выдержала с честью и это испытание. Получив повреждения, древнее устройство всё ещё оставалось работоспособным.

«Пат» – подумал Шеп. Даже без датчиков брони он понимал, что близкий взрыв превратил его в хорошую отбивную. К тому же наконец дал о себе знать режим усиления. Мышцы рук и ног просто горели огнём, пока ещё терпимым. «Хватит на секунд пять боя.»

Призрак лишился лоска. Граната обнажила скрытую от посторонних глаз грубую механику и электронику, ещё сильнее испортив лицо бывшего наставника, но тот, словно насмехаясь, излучал всю ту же потаённую угрозу…

Зелёный луч мелькнул опасно близко от головы подполковника. Геты-еретики оттеснили двух его товарищей, давя массой бойцов спецподразделения СССР.

Это окончательно качнуло чашу в сторону мертвеца. Может быть, хотя полковник сильно сомневался в этом, он бы и смог одолеть его сейчас, но вместе с синтетиками… Артём даже маяк не сможет уничтожить. Расстреляют его быстрее. «Если план А и план Б провалились, остаётся план Ц и Х, но сначала нужно выбраться, чтобы…»

– Отходим! – переслал ментально своим товарищам Шеп, снеся голову самому юркому синтетику. Пистолет, мгновенно извлечённый из пространственного рюкзака прямо в руку, разразился шипением, обдав оперативника запахом озона, выплюнув очередь смертоносных плазменных шариков.

Сделав себя лёгким при помощи телекинеза, он оттолкнулся, взмывая в провал в своде, напоследок веером разбросав ещё гранат, приведя их в боеготовность импульсами невидимой энергии. Призрак с лёгкостью перехватил своим телекинезом все боеприпасы, сжав их невидимыми тисками, от чего вместо взрывов получился пшик и несильно яркая вспышка.

«Было бы удивительно, если бы прокатило» – мысленно пожал плечами подполковник, который сам бы не попался на один приём дважды, и тем более не стал бы расслабляться даже когда противник у тебя в руках. «Выдохнуть можно только когда самолично закопал труп с дыркой в башке от контрольного. Пока не взялся за лопату, считай, что противник жив и притворяется… Правильно ты говорил, Аргон, вот только Призрак далеко не ты, а лишь тот, кто не даёт упокоиться твоему телу.»

От последней мысли ярость вновь вскипела в его душе, горяча кровь, заставляя его сиять в «Коллективе» ржавой, багряной звездой. Сегодня он не смог выполнить последнюю просьбу своего наставника…

Приземлившись, погасив перекатом остаток импульса, Шеп, подняв тучу пыли, огляделся. Угасший бой разгорелся с новой силой. Пусть наёмники отступали, но геты-еретики усилили натиск и не думали в панике бежать. Более того, на космопорт, находящийся по правую руку от оперативника, медленно и величаво спускался корабль, одним своим видом проецирующий ужас, давя на психику своей нереальностью. Огромный корпус, похожий на креветку и кальмара одновременно, утвердился на своих стальных ногах-щупальцах.

Он сразу же окутался взрывами и всполохами лазера и свечением плазмы. Вся эта мощь оказалась бессильна пробить его щит, и, судя по поднимающимся столбам дыма, корабль успел подавить батареи ПКО. Словно подтверждая свою мощь, он изверг оранжево-красный луч, прочертивший целую просеку в лесу, сметя деревья словно зубочистки, мгновенно объяв несколько десятков километров пламенем.

«Жнец!» – мелькнуло в голове у Артёма, который не мог оторвать взгляд от древней машины, одновременно ужасной и грациозной. Своим присутствием он заставлял колебаться «Коллектив», словно пущенный в воду камень. Все, кто его видели и были слабы волей, проецировали вязкий, липкий как смола, подавляющий ужас, расходящийся волнами и одновременно излучающий чёрный свет в эмоциональное пространство, но вместе с этим заставляя разумы всех военных гореть от едва сдерживаемого бешенства.

Вот он, скрытый враг! Один из них. Жнец! Сотни лет подготовки, крови, пота, интриг… СССР делал всё, чтобы галактика была готова к их приходу. Осталось только встретить гостя, как полагается встречать непримиримого врага – отутюжить артиллерией, разбомбить космическим флотом и истоптать сапогом пехоты, под грохот траков тяжёлой техники!

Пусть орудия «Молот Родины» и не могли бить вдоль поверхности из-за своего размера, да и ближайшая батарея была уничтожена, заставив уплатить большую цену за свою гибель, но у Красной Армии нашлось чем ответить, раз флот, связанный боем, не смог остановить древний механизм.

Залп скрытых батарей скавеннов пусть и не пробил щит роботизированного кальмара, но заставил стального монстра покачнуться на своих ногах. От волны, порождённой выстрелом, качнулись уцелевшие деревья даже на территории раскопок за десяток километров от дислокации пушек…

– Шеп вызывает «Нормандию»! – мысленно воззвал подполковник свой корабль, видя ответ машины.

– На связи! – подкрепив вопросительным образом, отозвалась Миранда.

Не став растекаться бисером по дереву, Артём сбросил картинку со своих глаз, которые запечатлели окончательный разгром космопорта, приложив образ карты с новыми координатами эвакуации.

Миранда ему ответила общим символом принятия, с цифрой семь. «Семь минут. Успеем» – сорвался с места оперативник, стремясь нагнать механизированную колонну, в фоне отсчитывая оставшееся время. Воздействуя на себя телекинезом, он снова уменьшил вес своего тела, тем самым увеличив скорость бега в ущерб устойчивости. Прилети на такой скорости пуля, которая даже не пробьёт броню, то она его откинет метров на десять-двадцать в сторону.

На бегу он послал образ Петровичу, чтобы тот завернул технику в нужное направление. Нагнал он шагающую машину ровно через минуту сорок пять секунд. Оттолкнувшись от земли, он прыгнул на «Раптора» и уже с него на «шестёрку», постучав по бронелисту кабины, давая понять, что свой. К его удивлению, за гашетками, в залитом кровью кресле сидел рядовой, с которым курил минут с сорок назад, до начала всей кутерьмы.

Чёрное лицо парня было бледным, а глаза большие, словно блюдца. Увидев механичность его движений, Шеп определил, что пусть он и прошёл общевойсковые курсы управления наземной техникой, но за рулём такой машины явно впервые, и это стоит учесть. Зная весь местный ландшафт по служебной необходимости, подполковник послал парню ментальный образ с картой, корректируя его курс. Оперативник решил рискнуть пройти по открытой местности, по хорошей дороге, посчитав данное решение более безопасным, нежели чем вероятность опрокидывания машины неопытным пилотом в попытке взять им препятствие.

Получше зацепившись за скобу, приваренную к броне, Шеп ушёл в себя, сосредотачиваясь, чтобы найти отзвук управляющей программы хоть какого-то беспилотника. Посылать вперёд один из двух уцелевших «Рапторов» означало практически потерять робота. К тому же товарищи по отряду нужны были для охраны гражданских, как рота охраны, оседлавшая две машины МАКО. Перегруженные так, что временами поскрипывала подвеска, колёсные транспортёры, облепленные сидящей на броне пехотой, потеряли главный свой козырь – мобильность, что ставило крест на использовании их в качестве разведчиков.

Найдя искомый аппарат, подполковник отправил его вперёд, разведать дорогу. Бой снова набирал обороты. Геты бросались на подразделение Союза как одержимые, порой прикрывая своими кораблями Жнеца своими корпусами. «Теперь понятно, как он приземлился» – отметил для себя Артём.

В воздухе царил хаос атмосферного и орбитального побоища. Наёмников и гетов проникло в систему целая армада, превышающая по размерам стандартный флот СССР на треть, когда как подступы к планете охраняла сводная эскадра, разбавленная кораблями Пространства Цитадели, обеспечивающие поддержку археологической экспедиции, как важной для двух государств.

Именно поэтому был усилен наземный контингент перед прилётом академика Лебедева и добавлены дополнительные орудия ПКО. Пусть советник от Союза и присутствовал на Цитадели, и сами её расы были зависимы от военной мощи Красной Армии, но это не означало, что можно было просто взять и полностью доверять капиталистам. «Как-то флот наёмников попал в систему, не подняв тревогу.»

Вильнув след за дорогой, подполковник увидел, что мост, ведущий на удобную поляну, обозначенную им точкой эвакуации, был разрушен огнём с орбиты, судя по дымящимся остовам опор.

– Петрович, мост! – отослал он образ разрушенного инфраструктурного сооружения десантнику.

– Блять! И что я должен использовать вместо дорожного полотна?! Твой хуй явно коротковат будет, а мой мне жалко! – можно было приблизительно перевести ментальный ответ самым цензурным образом, не скатываясь в полную скабрёзность, богатого на словарный запас и воображение инженера десантных войск, с широкой душой.

– Ты и ты! Тащите брёвна! Будем из говна и веток делать мост! Как будто бы впервой, сука… – раздался зычный, лужёный голос ветерана над колонной.

Окликнутые им бойцы «Аргентум» сорвались с места в сторону леса, быстро протащив каждый по два бревна. Крякнув, плюнув на руки для лучшего сцепления, десантник достал из подсумка специальный липкий крепёж, принимаясь за работу…

«Контакт на три часа!» – предупредил сводный отряд Шеп, как только транспорт преодолел мост. По колонне открыл огонь отряд недобитых воинов удачи, спугнутый из укрытия. «Рапторы» мгновенно обошли колонну, открыв огонь осколочными, отвлекая на себя внимание, давая красноармейцам спешиться с колёсных машин. Оперативники начали работать издали, не стремясь в рукопашную, банально не зная, сколько сил у противника.

С боем механизированная группа продолжила движение. Пусть сброд, нанятый за пару кредитов, и был не особо боеспособен, но пуля – дама избирательная. Вот один боец красной армии обнял землю, вот другой замер на теле противника, когда их уровняла смерть. Вымотанный Шеп не мог вмешаться напрямую, осуществляя разведку и помогая солдатам, делясь своим опытом.

«В сторону!» – послал ментальный образ оперативник одному из мотострелков, но вместо того, чтобы укрыться за бронёй, солдат отпрыгнул в другую сторону, подставившись прямо под очередь, запутавшись в своих и чужих ощущениях в горячке боя.

Вместе с тем транспорт пошёл бодрее. Взглянув через стекло кабины и увидев немного отстранённый взгляд, подполковник увидел, что рядовой дал подключиться к себе опытному мехводу.

Внизу, под правой ногой, вздыбился вульфхеднар, отклоняя, по всей видимости, попытку помощи, чтобы через мгновение получить попадание в голову. К нему сразу же метнулся фелинид, и, судя по ломаным движениям, им сейчас управлял человек или эльф-медик, корректируя его действия.

– И-хааа! Кавалерия на зебрах – прибыла! Поберегись! – раздался в рации голос Джокера, главного пилота «Нормандии». Он вёл девятисотметровый крейсер разведки как истребитель, пролетев на сверхзвуке над силами противника, положив их ударной волной от прохождения барьера на землю. – Маршрутка дальше поедет на конечную, поэтому грузимся в темпе вальса, товарищи, а то одна дама начала нервничать…

– Я тебе в ноздрю керосина залью, милый, за даму! – не оценила вежливость пилота ИИ корабля.

– О, мы на ты? – обрадовался Джокер.

– На ты, я буду с твоей могилой, извращенец! Были бы у меня руки, и отсутствуй запрет на вред экипажу, выпустила бы тебя погулять в вакууме, забыв выдать скафандр! – набирал обороты искусственный разум.

– Это будет свиданием? – поинтересовался безбашенный раздолбай, подводя «Нормандию» к поляне, где она могла опустить посадочную рампу и не быть как столп посреди чистого поля, защищённая рельефом.

– Заблокирую доступ к онлайн-кинотеатру и тому сайту… – с угрозой произнесла синтезированная личность, зная, куда давить.

– Ээээ! – дальше Шеп не стал слушать. Пилот и корабль могли так переругиваться часами, получая нескрываемое удовольствие, играя друг у друга на нервах. Спрыгнув с брони, он не без удовольствия нажал кнопку детонатора. «Когда пинаешь, то смотри, как бы избиваемый чего не выкинул для тебя неожиданного!» – злорадно подумал Артём, получив подтверждение о срабатывании устройства. Произведённая Ксеном адская машина была надёжна как тульские часы, полностью превосходя их по мощности поражения. Маленькая горошина могла проделать дыру размером с кулак даже в броне крейсера. Он даже жалел, что таких у него осталось всего теперь лишь две.

«Если даже маяк не полностью уничтожен, то основательно повреждён. Не знаю, для чего он им нужен, но теперь у них мало что с ним получится.» – констатировал оперативник, поворачиваясь к шагаходу. «А теперь настало разговорить одного старого учёного, спросив, что, как и почему тут произошло!»

Джокер во плоти.