Предыдущая часть: https://boosty.to/lagnes-fox72/posts/38b87e0d-2c8b-4272-88d3-0a63f46be809?share=post_link

_______________

Сегодня получилось не так много как хотелось, но следующая часть будет большой. Грядёт мегапрода! 

_______________

Палуба мелко вздрагивала. По металлоконструкциям расходилась вибрация от отдачи орудий главного калибра. «Буревестник» без устали вёл бой, поливая всё пространство вокруг себя огнём.
 
Пустотный исполин потерял холёный лоск, но приобрёл хищную грацию. Множество кратеров и оплавленных борозд украшали его толстую броню. Сверкали искрами пробитой проводки повреждённые орудийные батареи. Генераторы пустотных щитов звенели от напряжения, работая на полной мощности, держа тонкую защитную плёнку, по которой то и дело расходились круги попаданий и расцветали цветки взрывов…
 
«Зря в дальнобойщики не пошёл…», — тоскливо подумал пилот, получивший свой патент в далёкой от нынешней поры эры.
 
Он никогда не хотел оказаться в рубке военного корабля. Когда Гэйб понял, в какое тёмное будущее попал, то не задумываясь принял предложения примарха Магнуса. Километры брони, пустотные щиты и относительно нормальные обитатели были предпочтительнее окружающего ужаса разрухи и опустения.
 
Легко не было с самого начала. Он с бывшим капитаном экспедиции попал на аттестацию к командиру флагмана Дилану Ханту, который гонял их несколько дней и в дюзы, и до солнечного ветра, в конечном итоге оставшись довольным их знаниями и навыками. Всё же в прошедшую эпоху учили на совесть, за что Гэйб добрым словом поминал инструкторов-живодёров с учебной программой, где на сон кадету отводилось только четыре часа. Поэтому он мог считать, что получил свою должность рулевого в боевой вахте заслуженно.
 
«Во всяком случае, мне повезло больше, чем Энтони», — подбадривал он себя, валясь от усталости.
 
Командир экспедиции вошёл в свиту капитана флагмана, став его помощником, от чего познал всю боль постоянной близости к начальству. Видел его пилот очень нечасто и не завидовал его положению.
 
Как бы ни было тяжело, но Гэйб втянулся и даже стал получать удовольствие от всей этой шагистики и уставов. «Буревестник» по комфорту для экипажа походил на хорошую станцию времён ТЭТ, какие бывали на орбите богатых миров. В свободное от вахты время можно было много чем заняться, да и каюта была больше, чем его конура на родной планете, и, что самое главное, занимал он её один.
 
Однако он понимал, как ему повезло. Гэйб, про историю которого знали на борту, вдоволь наслушался рассказов от родовитых пустотников всех мастей и офицерского звания, каково было на других кораблях. Такое явление, как чёрные трюмы, впечатлило молодого мужчину, заставив ещё раз возблагодарить удачу, которую весь экипаж «Духа Вечности» поймал за хвост…
 
«Это — пиздец!» — мысленно и не очень ругался рулевой, уводя многокилометровую тушу от очередной торпедной атаки, стараясь не обращать внимания на сюрреалистичный кошмар.
 
Бывший пилот думал, что успел многое повидать в своей жизни, но как он ошибался. За относительно небольшое время перед его взором предстало всё тёмное великолепие галактики, казавшейся раньше изведанным и безопасным местом. Древние артефакты, экзотические расы, миры, с их тайнами… Невольно Гэйб принял концепцию нетерпимости к чужакам не только на словах, видя, что может сделать инопланетянин с простым человеком!
 
Имперцы многое не рассказывали. Просто не считали нужным сотрясать воздух очевидным, а не из злого умысла.
 
Линкор сотрясся от очередного залпа. Гэйб, не дожидаясь команды, отработал манёвровыми, удерживая курс.
 
Некогда элегантный и грациозный корабль эльдар окутался взрывами. Корпус раскололся, но судну было на это всё равно. Каждый осколок ставшей цвета кости обшивки устремился на «Буревестник».
 
Сам крейсер чужаков выгнулся, выворачивая себя шпангоутами наружу, отращивая из пробоин новые орудия. Стремительно теряющий свой облик корабль на глазах превращался в что-то непонятное и ужасающее, настолько противоестественное, насколько это возможно.
 
Рулевой мог приблизить искажённый корпус, но ему этого было не нужно. Воображение само рисовало мёртвый экипаж, обращённый в костяные мумии-придатки. Мертвецы врастали в костные структуры, становясь частью межзвёздного странника.
 
Большие вымпелы спешно отводили на высокие орбиты. Гэйб не знал, что произошло в тёмном городе, но он видел, как лучи непонятно чего превращали в ржавчину и прах линкоры и крейсера. Что это было, его не волновало, в отличие от того, как бы не подставить борт под чистую смерть…
 
***
 
Эльдарка спокойно разлила чай по чашкам, поставив чайник на специальную подставку с горящей свечой. Бывшая видящая мира-корабля Мимеара элегантно взяла чайную пару и, откинувшись в плетёном кресле, пригубила терпкий, горячий напиток, любуясь небесами мира, который глупцы считали тюрьмой, до сегодняшнего дня…
 
Глаза, далеко не совершенно человеческие, могли с лёгкостью разглядеть через синеву небосвода как корабли Империума, застывшие нерушимой блокадой на орбите, так и мягкое сияние потоков силы, проецируемое через сотни отражателей, что превращали свет Астрономикона в подобие клети, о чьи прутья разбивались волны варпа. Именно эти линии, пылающие в ночи расплавленным взором, уберегли тех, кого провидица поклялась защищать.
 
Её чуткий слух уловил почти неслышимые шаги. Так могли двигаться, вкладывая в каждый шаг неукротимый дух и гордость, только аспектные воины.
 
Гости не удивились расставленной мебели и наполненным чашам. Не проронив и слова, они расселись, принимая угощения, снова погрузив беседку на окраине поселения в тишину. Лишь только ветер, шелест листвы и птицы нарушали безмолвие.
 
— Вы знали, — нарушил эту хрупкую пастораль экзарх варповых пауков, полностью оправдывая свой аспект. — И не сказали.
 
— Вы бы не стали слушать, — держала ответ видящая, ставшая изгоем после приказа о сдаче Мимеара на милость людям. — Никто бы не стал слушать. Всем было удобнее верить в величие прошлого и использовать мерило былой славы в своё оправдание, забывая историю нашего народа. Один раз это привело нас к черте гибели.
 
Она отпила янтарный напиток, пахнущий травами.
 
— Я сделала всё, дабы те, о ком я заботилась и направляла по пути, пережили грядущую бурю, получив взамен лишь презрение, как и другие видящие. Таков долг правителя. Выживание оставшихся жителей Мимеара… достойный дар, — легко и просто произнесла провидица воинам, оставаясь всё так же величественной и бесстрастной, не позволяя эмоциям отмечаться у себя на лике.
 
— Мы могли… — снова начал экзарх, но был остановлен одним лишь взглядом.
 
— Могли что? — переспросила видящая. — На других рукотворных мирах были свои видящие, но всем было удобно верить, а не зреть. Заигрывая с пророчествами, один раз мы загнали себя в ловушку. Второй… лишь закономерность. Я читала эти древние тексты, и нигде не говорилось, что на самом деле принесёт пробуждение Шепчущего Бога детям Иши. Только про конец времён и нашу гибель, с единением с ним и в нём. Никто не знает про дальнейшее… Зачем такая победа, когда не останется никого? Смог бы он сразить Ту, что жаждет, или нет… Мёртвым всё равно.
 
На беседку снова опустилась гнетущая тишина. Все эльдары слышали сквозь гул завесы Астрономикона крики и боль своих сородичей, умирающих в эти минуты. Иннеад продолжал воплощать сломанное пророчество, вбирая в себя всё новые и новые души, обращая пустые оболочки убитых им в омерзительное подобие их былых, низводя даже ниже уровня животных. Ни инстинктов, ни хрустальных мечтаний, не говоря о мыслях. Лишь пустая облачка, мертва и претворяющаяся живой. Такой конец ждал бы их всех, если не воля мироздания.
 
— Как быть нам дальше? — спросил экзарх.
 
— Всё просто. Строить новые дома. Готовить припасы, — произнесла видящая. — Скоро к судам потянутся беженцы. Гордость хороша, когда есть сила. Единственный способ жить, а не выживать, — занять своё место под сенью Имперского орла для нашего народа, какой бы горечью это ни отдавало…
 
— Если люди позволят… — заметил кто-то из аспектных воинов.
 
— Всё зависит от нас. В их мире чужаки должны приносить пользу. Если будет она, то примут всех, — спокойно возразила видящая.
 
***
 
Под мелодичный гул глефа вспарывает искажённую призрачную кость. Тварь, по внешнему виду бывшая дозорным, распалась на две неаккуратные половинки, но не издохла.
 
Вместо агонии каждая часть начала отращивать недостающие конечности, используя запас оставшегося в себе вещества и активно посасывая энергию смертей.
 
Не глядя, кидаю огненный шар. Пламя жидкой волной расплескалось по мёртвой, окостеневшей плоти, которая начала потрескивать и лопаться от жара, очень неохотно горя.
 
Повинуясь моей воле, волна телекинеза сбивает с одного из детишек Русса крайне ловкую падлу, бывшую при жизни то ли ведьмой, то ли банши… Хуй её разберёт после всех метаморфоз.
 
Сам Великий Волк, излучая килотонны пафоса, в прыжке всадил своё копьё в жбан чего-то похожего на призрачного лорда в девичестве.
 
— Р-р-р-р-р-р-р-р!!! — подбадривал себя побратим, усилив нажим.
 
Вбив оружие по конец древка, его руки под весёлый костяной хруст разломали на две части, порвав как пасть хищника.
 
Обезглавленный костяк качнулся и стал заваливаться в сторону, предварительно грохнувшись на колени.
 
Уже в полёте Леман по-молодецки швыряет так любимое им оружие, пробивая за раз тройку костяных тел.
 
Мой кулак с сочным хрустом впечатывается в очередную пустую голову, разбивая её, как глиняный кувшин. О… этот был человеком, судя по остаткам имперской формы.
 
Гадкая психокость заражала любое мёртвое тело, превращая его в хрен убиваемую хрень, во всяком случае пока рядом с ней что-то дохнет. Поделкам Иннеада было достаточно и смерти бактерий, чтобы изображать подобие жизни и двигаться.
 
Телепорт.
 
Оказываюсь в десятке метров над землёй. Реактивный ранец взревел, активируясь сразу на форсаже.
 
Пропитанный воздух моей силой, втягиваемый в рабочую камеру, вспыхивает.
 
На мостовую я падаю огненным метеоритом, дополнительно спрессовываю воздушную массу телекинезом. Не вакуумный взрыв, но тоже не слабо. Приставучих мертвецов раскидало по сторонам, не дав нам в очередной раз завязнуть…
 
Добраться до искажённого и дохлого зародыша божества оказалось той ещё задачкой.
 
По воздуху это было чистой воды самоубийством. Штопанный-перештопанный гандон пендоский сшибал всё в пределах своей видимости, а его луч смерти клал гениталии на физику и расстояние. Чего говорить, когда он пальнул по кораблю, то сделал дырку в одном из честно спизженных остроухими покойниками солнц! Ну… если судить по выбросу коронарных масс, что херанул по одному из районов Комморры, но и это было лишь частью адового пиздеца.
 
Луч уничтожал буквально всё. Вообще всё, включая время и гравитацию. В таком даже зараза чумного Деда не выживет, хотя казалось бы.
 
Пришлось скомандовать отводить и отводить флот. Это было очень мудрым решением с моей стороны. Через ретранслятор, который сообщался с реальным космосом через кабель, кинутый сквозь рабочие Врата, пришло сообщение, что заряд доброй и вечной смертушки проигнорировал стенки паутины, сделанные хрен знает из чего, уйдя в реальный мир и варп. Одновременно.
 
Если кто сдохнет в варпе, мне было плевать. То ушедший к одной из систем заряд мёртвого позитива не радовал. Судя по всему, у Империума больше не будет той системы с двумя мирами-ульями.
 
Правда, дохлая личинка стрелять таким под себя не может и не пробует. Его сила может и его самого ещё раз антиоживить, что поняли даже иссушенные некрозом мозги. Кусок оттяпанной, растущей из хребтины руки, она так и не отрастила.
 
Вторым моментом, позволяющим нам хоть как-то жить, была тупость новорождённого. На то он и младенец! Для богов тыща лет гадить в памперсы — норма! Но и тут без проблем не обошлось!
 
Этот ушлёпок мелкий часть энергии упёр у одной суки, а пытливый детский ум начал с ней экспериментировать, да и его самого малёх колбасило.
 
«Валить его надо тут и сейчас!» — подумал я, видя, какие поделки он начал делать. Нам ещё боги Хаоса спасибо скажут, что уберегли от этого мелкого говнюка…
 
Где-то в толще Комморры очередной раз громыхнуло. Местность качнуло баллов так на семь. То Отец изволит силой меряться с Кхорном, в основном в варпе, иначе тут бы камня на камне не осталось. Нам хватало периодического их выхода из владений Бога крови. Пусть зрелище летящего, не касаясь пятками земли, целого бога хаоса — зело захватывающее, но пробивающий своей спиной (пускай и смягчённой тушей дракона) шпили Император позитива не добавляет.
 
Пока барины изволили задорно посыпать друг друга мелом, кустодии и инквизиторы сцепились с демонами кровавого, не давая им вырваться далеко из той дыры, из которой пришёл их босс. А как им не попереть, если пытливый детский некрозный ум направил туда свои косточки? Им-то пофиг кого в скелеты обращать и жрать. Демонов даже сподручнее. Не удивлюсь, что где-то на просторах галактики сейчас и оркам весело, да не до смеха. Какой нафиг постук, когда ты для противника источник сырья и еда!
 
Можно было бы новости посмотреть, но вот некогда!
 
Над нами пролетел один из наконечников шпиля, ведомый мумифицированной рукой. Дитятко его вместо погремушки изволило использовать, забив титан в поверхность тёмного города не сильно напрягаясь…
 
Самое же смешное, как на мой взгляд, даже не всё это. Вот мы такие красивые придём, встанем перед ним… а дальше что?!
 
У него глаз, тот, что крупнее, один в диаметре под две сотни метров. Как мы его убивать будем? И добродушная фраза Лемана: «Разберёмся» — меня ни разу не успокаивает.
 
«Так… перестань истерить!» — дал я себе ментальную пощёчину, пока Волк задорно-весело ринулся на новую кучу дохлятины, которой стало неприлично много.
 
«Думай!» — добавил я вторую оплеуху, принудительно начав зачитывать формулы Исчислений.
 
Мозг очистился от мата, но мыслей не появилось.
 
Словно издеваясь, мироздание решило нам помочь!
 
— Я знаю, как его убить! — раздался из проулка знакомый голос.
 
Из темноты, шибая психическими молниями, вышел остроухий, в очень помятой броне видящего с мира-корабля.
 
«И этот выжил!» — узнал я крикуна, скривившись. Уж очень свежи воспоминания.
 
— Нужно перерубить его пуповину, — уже с более простым лицом произнёс ксенос, видя все те огнестрелы и острую сталь, направленную на него словно по мановению мысли. А чего он хотел после всего того дерьма? Чтобы его легионеры, не говоря уже про обычных, охуевшись от всего пиздеца происходящего, смертных солдат цветами встречали?
 
— Руби, — разрешил я ксеномрази, снова мысленно считая до десяти. — А мы издали посмотрим.
 
В этой вселенной так просто не бывает, чтобы взять да сделать без превозмозгания.
 
Реальность снова меня услышала, задорно мигнув чем-то бело-чёрным в варпе. Теперь уже всю Паутину тряхнуло от поднявшегося шторма.
 
— Анархий-а-а-а-а! — только и проорал пролетавший снаряд, уходя куда-то в сторону владений Тзинча, успешно преодолев поднятый им защитный полог.
 
— Нет времени, — сказал как можно спокойнее Русс. — Будем убивать вместе.
 
Никто спорить с ним не стал. Чем быстрее мы уничтожим повелителя мертвецов, тем сохраннее будет оставшаяся галактика. Хоть тут и эпицентр всего этого кавардака, но дар мягко так орёт про всеобщее веселье, а я сам не уверен, что мы все доживём до какой-то там Ереси…
 
— Хорошо, — соглашаюсь с братом, как-то резко успокоившись и настроившись на рабочий лад.
 
«Видать, я окончательно двинулся, став своим в этом времени. Подумаешь, сущность божественного порядка и смутная подсказка по её убийству! Убьём!» — без всякого сарказма решил я, опуская глефу на очередную тварь. Вот отвлекаться не стоило, да и обороты на задние конечности нарастить стоит. Как бы кто ещё на огонёк не заглянул.

_______________

Зря вы мне про бога Анархии напомнили... 

_______________