Это Лара поняла, когда была вынуждена нырнуть за один из каменных изогнутых заборов с лепниной, окружавших изваяние еще одного золотого коня, стоящего посреди малого двора, перед крепостным валом, окружающим башню и прочие сооружения за ним. Наверное, прежде здесь были установлены вазоны, как и в большом общественном дворе. И, судя по остаткам сбитых внутри креплениям, тут даже были сидения для того, чтобы некогда жившие здесь люди могли расслабиться. 

Впрочем, некогда было осматриваться.

Их ждала засада из бессмертных, которые неожиданно спрыгнули со стен и высыпались во двор из боковых ворот подобно бесконечному потоку. Она слышала их громкие гулкие голоса, отдающие приказы на древнегреческом об уничтожении чужаков, и вновь проклинала греческий огонь, которого было здесь в избытке, как в бочках, так и лился на нее с возвышений, так как свои стрелы бессмертные солдаты поджигали этим проклятым огнем для большего радиуса поражения, так же, как и в архиве.

Хуже всего то, что в какой-то момент Лара потеряла из виду Якова.

Она была уверена, что он жив, и когда в последний раз видела его, Яков весьма ловко перерезал горло бессмертному, который впрямь обратился в кучу пепла, поблескивающего синевой, схожей с языками пламени, каким сиял греческий огонь. А потом ей пришлось искать укрытие от града стрел, и они разминулись. Лара то и дело меняла свое место положение, стреляя по подбирающимся к ней солдатам, целясь в уязвимые места. Звуки стрельбы, неестественно-высокие крики распадающихся в пепел бессмертных, едкий запах гари и специфическая вонь греческого огня. Это все, что она могла запомнить о том отрезке времени, во время которого длился этот, казалось бы, бесконечный бой.

Пистолеты быстро стали бесполезными, так как патроны кончились, как и лук со стрелами, которые были отброшены в сторону.

Лара осталась только с винтовкой, полупустыми рожками к ней, и двумя ледорубами, чьи лезвия оказались не менее эффективными в драке с немного неповоротливыми из-за брони бессмертными, чем стрелы или пули. Ее руки ныли, тело болело от новой порции синяков, вот-вот расцветающих на ее коже, хотя благодаря доспехам она избежала куда худших травм. Адреналин все еще вел ее вперед и не давал опускать руки.

Но она все же начала уставать.

А они нет.

Именно поэтому Лара пропустила подход со спины одного из бессмертных, полностью сосредоточившись на том, что был перед ней. Она сбила шлем с головы солдата и вонзила ему в голову один из ледорубов. Лара с удовлетворением смотрела на то, как он осыпался пеплом, и слишком поздно услышала лязг доспехов позади. Она только и успела резко развернуться, чтобы встретить свою смерть лицом к лицу. Бессмертный издал рев и замахнулся свой меч, который разрубил бы ее пополам. Но тут он застыл и, издав хрип, рассыпался пеплом.

— Нам действительно нужно прекращать так встречаться, — с ноткой иронии хрипло произнес Яков, опуская руку, в которой был зажат нож, еще миг назад вонзенный в шею воина.

Лара выпустила вздох, сама не заметив, как успела вообще задержать дыхание, и, ощущая, как в ее крови все еще бушует адреналин, слабо улыбнулась.

— Согласна, — выдохнула она, инстинктивно осмотрев его с ног до головы, ищя раны или кровь.

Было и то и другой, но Яков стоял прямо, совсем не выглядел усталым, или так, как будто сейчас упадет, как должно быть выглядела она сама. Земля под ее ногами слегка начала покачиваться, а в руках вдруг возникла невыносимая тяжесть. Это было очень не вовремя, но, к счастью, оглядевшись, Лара поняла, что еще одного нападения ждать не откуда, так как бессмертные либо отступили, либо были ими нейтрализованы. Хотя бы бы временно. Она вяло моргнула, и издала непроизвольный смешок.

— Впрочем, ты не можешь отрицать, что мы впрямь весьма неплохая команда, — с усталой усмешкой произнесла Лара, отчаянно желая присесть. — Да и поводов в данной ситуации для встреч в иных обстоятельствах пока трудно найти, согласен?

Яков только повел бровью, а потом молча протянул ей руку и пошевелил пальцами. Лара удивленно моргнула, но крепко ухватилась за протянутую крепкую ладонь, в тайне благодарная за то, что ей было за что удержаться, чтобы не упасть. Она подозревала, что с этой мыслью Яков и сделал этот жест, который уж точно не предлагал всем подряд незнакомцам. Или чужакам, как Лара, пришедшим из мира за пределами долины, который не был добр к нему и его народу уже очень долгое время.

После чего они направились к почти полностью обрушившейся лестнице, ведущей к вратам.

В какой-то момент боя, когда именно Лара не знала, но один из бессмертных попал стрелой в бочку с греческим огнем, и тем самым, поневоле, разрушил часть облицованных железом деревянных решеток, открывая тем самым им путь. Пришлось быть осторожной и прикрыть рот, когда пришлось пролезать через обломки, чтобы попасть на мост, который вел к внутренней крепости, окружающей башню.

Казалось, что они уже преодолели такой путь, но все еще не стали ближе к Палате. Впрочем, это оказалось не самое сложное. Какая-то часть бессмертных явно отступила вовремя боя. Отступила и подадал сигнал тем, кто был на катапульте, одну из которых Лара видела, когда они пробирались через город. И едва ее нога коснулась моста, она услышала гулкий свист, как будто воздух рассекло нечто больше и стремительно летящие.

— Лара, ну, же беги! — рявкнул Яков, и, отпустив ее руку, толкнул вперед, через мост, прочь от остатков врат, который буквально через пару секунд были уничтожены горящим ядром.

Лара ощутила спиной весь этот жар, и по инерции чуть не улетела вперед от силы взрыва каменной арки. Но все смогла удержаться на ногах, по которыми мост буквально начал осыпаться, как будто бы сделан из песка, а не камня. Лара мысленно застонала, в то время как ее ноги не стояли на месте. Она бежала вперед, как ей и велел Яков, ощущая, насколько зыбкой была опора под ногами. Хотя, даже она предпочтительнее, чем ров, отделяющий одну часть святилища, от входа в крепость, раскинувшаяся под мостом.

Весь воздух был выбит из ее легких, когда Лара совершила последний рывок и, прыгнув вперед, упала пол уже на другой стороне, больно ударившись о ступени лестницы.

Она слышала, как рядом с ней с глухим звуком упало еще одно тело. Слышала хриплое тяжелое дыхание и позволила себе на миг прикрыть глаза, дав облегчению омыть себя с ног до головы. Они оба были еще живы. Это было прекрасно. Лара считала ровно до пяти, а потом распахнула глаза, приподнялась на локтях и повернула голову к Якову.

— Обещай, что, если мы сегодня выживем, ты отведешь меня туда, где нет никаких смертоносных солдат, наемников и все прочего, — сипло сказала она. — Только солнышко, может быть, вода, спокойствие и тишина.

Яков вздохнул.

— У меня дома было такое место… — тоскливо произнес он, смотря куда-то в сторону рассеянным взглядом, как будто мыслями сейчас был где-то далеко отсюда.

Вдруг краткий момент передышки был прерван стрелой, которая едва не воткнулась ей прямо в глаз, если бы Яков не толкнул ее обратно на ступени. Из ее рта невольно вырвался стон. Лара больно ударилась лопатками о ребра ступеней, но уж лучше так, чем стрела, пронзающая ее голову насквозь. После чего она быстро вскочила на ноги, глотая очередной болезненный вздох, и, сняв с плеч винтовку, приготовилась потратить последние патроны, чтобы прорваться внутрь башни.

К счастью, новый бой был краток.

Здесь бессмертных оказалось не так уж и много. Лара расправилась с двумя, краем глаза следя за Яковом, который убил трех своих бывших солдат, а потом раздался грохот. В этот раз взрыв был куда сильнее, чем в предыдущие разы. Лара невольно вскинула голову и невольно распахнула глаза шире, когда увидела, как сеть мелких трещин на леднике превратились в несколько больших, а в следующий миг слой многовекового льда окончательно поддался силе взрывов. Огромные ледяные куски полетели вниз, прямо на башню, крепость вокруг нее и ров, который они не так давно пересекли.

Прямо туда, где сейчас была Лара и Яков.

— Бежим! — крикнула она, и бросилась к воротам, ведущим во внутреннюю крепость святилища.

Едва ли это был самый безопасный выход, обещающий выживание, но другого просто не было. Лара будто вновь оказалась на рушащемся мосту, только с более сложными препятствиями. Помимо шатающейся под ногами земли, ей приходилось уворачиваться от глыб, чей размер варьировался от баскетбольного мяча до ее собственного роста, от лесов, с помощью которых бессмертные явно пытались укрепить местами разрушенные части башни, при этом еще стараться не споткнуться о валяющиеся вокруг камни, доски и прочий мусор. Лара уже поднялась по ступеням и была почти около самых ворот, точнее, чуть левее от них, когда она вдруг поняла, что краем глаза больше не видела рядом бегущего Якова. От сдавленного стона позади ее сердце рухнуло вниз, а когда она обернулась и увидела, что тот упал внизу ступеней, держась за плечо, куда вонзился острый осколок льда, за миг до того, как между ними рухнула одна из колонн вперемешку с льдом и деревянными укреплениями, служившими для бессмертных наблюдательными пунктами, а также лесами и укреплениями, которые не дали за столько веков тут всему рухнуть, Лара вовсе впала в ступор. Всего на миг. А потом она бросилась к возникшей преграде и начала звать его по имени, лихорадочно ища хотя бы щель, чтобы протиснуться обратно на лестницу. Лара даже не заметила, что путь к воротам ей тоже был перекрыт.

Это было совсем неважно.

Важно было только найти способ пробраться назад, на площадку, убедиться, что Яков в порядке, что тот не мертв, даже если часть нее понимала, что он был бессмертен и не мог умереть из-за куска льда в плече и даже под завалами. Одна часть понимала, а другая металась в панике, замораживая кровь в жилах, лишая кислорода в легких и заставляя сердце биться так, как будто то хотело выпрыгнуть из груди и умчаться от нее прочь.

— …Лара, Лара! — сипло отозвался наконец Яков, хотя его было едва слышно из-за все еще рушащегося купола из льда над ними. — У нас нет времени. Ты должна проникнуть в Палату и забрать Источник раньше Троицы!.. Только не смотри на него, слышишь? Только не смотри!

— Я не уйду без тебя! — крикнула она, продолжая пытаться сдвинуть балку на своем пути.

— Иди, я клянусь, что догоню тебя, только иди, — крикнул тот в ответ.

Она замерла и замотала головой.

— Я не… я не… — дрожащим голосом произнесла Лара, ощущая, как на ресницах собрались слезы.

Из-за пыли, конечно же, а не потому, что она ощутила себя беспомощной, или что искренне, до самой глубины души, испугалась за того, кого знала всего ничего, и в то же время, казалось бы, целую жизнь. Даже сильнее, чем тогда, в обсерватории, когда его подстрелили.

— Иди! — в этот раз более чем громко рявкнул Яков сквозь грохот и треск льда, чей голос на миг стал таким же гулким и мощным, как у его бессмертных солдат.

Лара невольно отшатнулась назад.

Она еще пару секунд сверлила взглядом развалины, перекрывшие ей путь на площадку, где остался Яков, на лестницу и даже к воротам, оставив ее на небольшом пятачке галереи, где последние располагались. Лара с большим трудом сделала шаг назад и огляделась, ища выход, понимая, что, если впрямь не уйдет, то умрет в любой момент из-за продолжающих рушиться сооружений, как из камня, так и из дерева. Краем уха она слышала, что помимо грохота и треска где-то в отдалении звучали крутящиеся лопасти вертолета и гулкие воинственные крики.

Лара не знала.

Зато ее взгляд случайно зацепился за стену слева, где обрушилась облицовка, но не до конца. Может быть, она сможет забраться выше и забраться в одно из окон крепости, которые здесь должны же были быть?

Лара бросила еще один взгляд на завалы и, закусив губу, бросилась к стене.

Она сжала пальцы вокруг рукоятей чудом не потерянных ею ледорубов, разбежалась и прыгнула вперед. Лара вонзила лезвие в камень, который тут же начал осыпаться, и быстро начала подниматься все выше, а потом начала двигаться ближе к углу. Камешки и пыль сыпались ей на лицо, причиняя боль глазам и забивая рот, стена тряслась, а лезвие то и дело скользило. Добравшись до края стены, Лара едва не рухнула вниз, когда хрупкая облицовка треснула под очередным ударом ее ледоруба. Она чудом смогла размахнуться и вонзить лезвие в дерево, которое заменяло стену за углом. Вероятно, бессмертные так укрепили одну из опор башни после обрушения, чтобы та не рухнула, как и многие иные части святилища, крепостей, и храма.

— Агрх! — невольно вырвалось из ее рта, когда Лара повисла всего на одной руке, изо всех сцепившейся в ручку ледоруба.

Она крепко сцепила зубы и размахнулась, чтобы вонзить второе лезвие в дерево, и когда ей это удалось начала второй раунд подъема наверх башни, думая лишь о том, что если не найдет внутри Якова, если он ее обманул, то сама найдет его и влепит такую пощечину, по сравнению с которой та, что Лара ему дала тогда, в храме, будет просто щекоткой.

Лара не знала сколько она поднималась по стенам крепости, но ее запястья уже горели от боли, мышцы рук ныли, а пальцы начали неметь. Подъем вверх казался бесконечным. Попытки найти хоть одно окно или щели в стене, чтобы проникнуть внутрь крепости, были провальным. Лара смогла хоть немного дать отдохнуть рукам, когда забралась на какой-то карниз, от которого почти ничего не осталось. Но не успела даже немного перевести дыхание, когда остатки каменной площадки и ступеней рассыпались под ее ногами в пыль. Лара только чудом успела разбежаться и вонзить ледорубы в ледяную корку, которая покрывала башню выше.

А потом в стены совсем рядом с ней начали врезаться горящие ядра, пущенные из катапульт.

Лара закричала, когда из-за неожиданного удара и взрыва ее отбросило в сторону. Она беспорядочно взмахнула руками, пытаясь хоть как-то остановить свой свободный полет. И смогла воткнуть лезвие в очередную укрепляющую деревянную балку. Лара облизала губы и упорно продолжила восхождение. Она уже двигалась на чистом упрямстве и адреналине, стараясь забыть о том, что уже была на высоте Биг Бена, или даже выше.

Лара позволила себе мельком взглянуть вверх, и поняла, что разлом в леднике был уже совсем близко. Она даже могла ощущать слабое тепло солнца, чей свет лился через расщелину. Наконец Лара смогла найти пролом в стене и с кряхтением подтянувшись, она оказалась во внутреннем балконе крепости. Прямо напротив нее были сводчатые окна, откуда она смогла увидеть внутренний двор крепости, где бегали бессмертные, выкрикивающие какие-то приказы и лязгающие доспехами. Они занимали позиции на стенах и направлялись к воротам башни, которая связывала мостом крепость и Палату. Лара сердито поджала губы, вновь проклиная архитекторов, которые построили это место. Как именно сам Яков собрался сюда пробраться, как обещал, чтобы добраться до Палаты, которая, казалось бы, совсем не становилась ближе, если она сама все никак не могла туда добраться?..

Лара по возможности тихо пересекла двор.

Здесь также было полно лесов, которые укрепляли рушащееся святилище. Часть из них была перекинута поверху. Она в этот момент была рада гвалту вокруг, иначе бессмертные внизу непременно бы услышали скрип досок над их головами, пока Лара решительно направлялась к достаточно широкому и крепкому с виду карнизу, чтобы по ним забраться на башню, не входя внутрь, где было полно бессмертных. Она успешно перепрыгнула с лесов на карниз, стараясь не думать, что, если бы все же сорвалась, то лететь ей примерно так же, как с высоты самолета, летящего на средней высоте или около того. Лара потянулась, и, выпрямившись, прижалась спиной к стене, покрытой коркой изо льда, выдохнула.

Она на миг прикрыла глаза, чтобы перевести дыхание.

После чего решительно начала двигаться, иногда вскидывая взгляд, ища способ забраться выше. Лара добралась до угла и замерла, так и не завернув за поворот, когда увидела, что не только ей пришла в голову мысль забираться по стенам. Один из бессмертных как раз забрался на тот же карниз, а чуть левее еще один. Лара сглотнула и аккуратно посмотрела вниз. У нее мгновенно закружилась голова, а к горлу подкатила желчь. Она не боялась высоты, но даже по своим меркам сейчас Лара забралась слишком высоко, чтобы сохранять полное спокойствие.

— Черт, — мрачно прошептала она, увидев, что по стенам лезло еще несколько бессмертных, и вновь прижалась к стене.

Лара проглотила ком в горле.

Она не могла остановиться сейчас. Ей нужно двигаться дальше. Ведь даже если… даже если Яков не смог сюда пробраться, если он ей все же солгал, то Лара все еще не могла дать Троице заполучить Источник. Слишком много было на кону. Она решительно поджала губы и, убедившись, что за углом бессмертные уже поднялись выше, продолжила путь. Лара уж приметила толстую корку льда, по которой могла забраться выше, следом за бессмертными, надеясь, что они ее не заметят. Вновь совсем рядом с ней и в стены ниже врезали ядра, отчего башня содрогнулась, а несколько бессмертных с воплем пролетели мимо нее.

Как сама удержалась, Лара даже не могла сказать.

Стоять на месте не было смысла, и она продолжила путь до корки льда, мрачно понимая, что в какой-то момент к крикам, звукам лопастей вертолета и взрывам присоединилась знакомая песнь смерти в лице автоматных очередей. Видимо, наемники уже высадились на мост, а это значит, что они уже на шаг впереди. Лара скрипнула зубами и, сняв с бедра ледоруб, со всей силы вонзила его в лед, все еще не готова полностью выбросить свои шансы на то, что она еще может опередить Троицу.