Хочешь знать, кто твой друг? Попади в тюрьму. Чарльз Буковски

Я выла так, что пламя факелов трепетало и дрожало по всему коридору, а дементоры шарахались от моей камеры. Слишком мне было больно от потери родного — не по крови, по духу — человека.

Как-никак, но в душе я была русской. Это вообще ничем не вытравить.

— Анто-о-о-он!

Да, я почти сошла с ума — вцепившись в волосы, я раскачивалась из стороны в сторону, сидя на лежанке. Сколько я так просидела, я не знаю, пока руки не ошпарило такой болью, что я взвыла, словно меня в кислоту окунули.

Руки буквально полыхали огнем, руны сияли багрово-золотым, сочась кровью.

Уж не знаю, кому я там умудрилась поклясться, но это спасло мой разум от разрушения.

Кое-как успокоившись, я сунула руки под струйку воды. Предплечья тут же защипало, а я затрясла головой, ставя мозги на место.

Голова гудела, как колокола на колокольне Ивана Великого, был у меня такой неудачный опыт посещения этого места. Так что, сев на лежанку и укутавшись в одеяло, я задумалась, глядя на руки.

— Итак, что мы имеем с наших баранов? Некто, кому я по собственной дурости дала клятву, меня спас от сумасшествия. Ладно, с этим буду разбираться позднее. Но кому из?..

Про тёмных богов я знала прискорбно мало. Как-то не особо я в мифологию лезла. Ну, та же Морриган, Мара, Геката, Анубис, Чернобог… Кто там ещё?
Мда, знай я, где соломки подстелить, учила бы мифологию.

— Плохо, что я хоть и знаю футарк, эти руны прочитать не могу, — прошипела я. Единственно, что я могла разобрать — «долг», «честь», «служение». — Ладно, долг и честь — это мне знакомо, всё ж работа у меня была… А вот служение… Кому всё же?

Я тихо заскулила, и скулёж перерос в буквально волчий вой отчаяния.
Сидеть мне тут до второго пришествия. В этот коридор просто так никого не кинут. Что ж.

Кое-как успокоившись, я умылась и, сев поудобнее на лежанку, начала думать, как окончательно не деградировать.

— Ладно, что мы имеем? Две клятвы. Причём со второй даже легче.

Я хмыкнула. Ну да, легче. Про такую клятву я слышала только ругань от чистокровных. Не выполню хоть что-то из условий, Круцио щекоткой покажется. Да и на том свете ничего хорошего меня не ждёт. А уж учитывая, что Беллатриса бросилась под Аваду… Ну и первая клятва — ничего хорошего.

— Ох, я влипла. Ну, допустим, род создать я смогу. Тёмный? Это совсем не просто. Да и дети…

И выбора у меня нет. Для создания рода нужны дети. Кровные. То есть рождённые мной.

— Или не мной… А что тут с суррогатным материнством-то?

Я задумалась, потому как в памяти ничего не было. Но я надеялась, что суррогатное материнство в этом мире есть. Иначе… Самостоятельно я точно не то что родить — забеременеть не смогу!

А весь бред по поводу «контракта на вынашивание» оставьте в фанфикшене. Тут нравы строгие — не можешь иметь детей? Твои проблемы.

В моём прошлом в Европе и США, да и почти во всём мире суррогатное материнство было поставлено на поток. Ну, кроме особо ортодоксальных мусульманских стран и некоторых католических.

Да, стоит это прилично. Ну и, опять же, если оно в этом мире есть, надо смотреть, где какие условия. В том мире в России, Великобритании и где-то ещё это было возможно только для женатых, в Чехии приходилось ещё через суд доказывать, что ребёнок твой…

Ладно, что толку об этом думать сейчас?

Вечером охранники смерили меня полными презрения взглядами, но свою замазку я получила.

Кажется, на каши я никогда смотреть не смогу. Приход дементоров я даже не заметила. Притёрпелась, да и настроение у меня было ниже плинтуса.

***

…Я тупо считала зарубки, царапки на стене. Почти восемь лет рукотворного ада, а сколько уже в одиночестве?

Я думала обо всём, вспоминала фильмы, фанфики, книги, рассказывала их вслух на всех известных языках, и да, вела диспуты с теми, кто уже ушёл. С Тони, с Беллой… с остальными.

Казалось мне, или они отвечали?

Хотя это мир магии…

О. Я зависла

— Та-а-а-ак… Будет дом — закажу магический живой портрет. И уж точно не в Великобритании. Вроде Руквуд говорил, что хорошая школа магической живописи в Италии? — Я обгрызла ноготь на большом пальце правой руки — давняя привычка из прошлого. Тогда меня спасал гель-лак, а тут… Впрочем, это самая незначительная проблема. — А вот сына я точно Антон назову!

***

Однажды в коридоре появилось трое охранников. Они замерли напротив моей камеры.

От скрипа решётки у меня враз разнылись все зубы

— Выходи, — приказал один из них, и я встала, осторожно выходя в коридор. Двигалась я медленно, чем явно раздражала авроров.

Впрочем, мне было похуй, слишком хорошо я помнила «допрос» в Аврорате…

Память у меня плохая — забуду, отомщу и снова забуду. А как искать наёмников, я помню. Не может тут не быть интернета! Раз уж компьютер у меня был!

— Шевелись, ты! Пожирательская подстилка! — рыкнул один из них.
Я мстительно начала идти ещё медленнее. А подгонять меня им явно было запрещено. Что меня ждёт?

Когда впереди забрезжила полоска света, я почувствовала, как в глубине души подняла голову надежда. Как тогда, когда меня «летучие мышки» вытаскивали.

Целитель удалил татуировку, и я поняла, что я наконец-то свободна!

Но-о-о… Почему рано… так рано?

У Сириуса татуировка так и оставалась, до самой его смерти. А вот у того же Хагрида её не было.

После этого меня загнали в душ. И вот это было странно до невозможности. Правда, вода лилась еле тёплая, мочалка самая дешёвая, а вместо геля для душа — кусок дешёвого мыла.

Но для той, которая об этом могла только мечтать… Слава всем богам, вымыться мне дали. И даже колтун на голове обрезали и сожгли.

Вместо распадающегося прямо на мне балахона мне сунули ком одежды явно из Армии Спасения, впрочем, мне было похуй, откуда они, главное — одежда!

Потом мне сунули повязку на глаза, отчего я удивилась, но не сильно. Я помнила, что Блэк на ярком солнце жмурился и предпочитал проводить время в полумраке. Так что спасибо за малые милости. К солнечному свету мне придётся привыкать долго.

— Держи, сука пожирательская. — Мне в руку сунули верёвку. — «Счастливого пути».

И, прежде чем меня закрутило в вихре перемещения, я услышала:

— А разве не «Лунный путь»?

Резкий удар об землю — и я застонала.

На лицо капал дождь.

Дождь! Теплый! И тепло. Тепло!

Я с трудом зашевелилась, стянула повязку с лица и заморгала. В неверном отсвете фонарей я прочла надпись: Булл-лэйн, Больница Север Мидлсекс Юниверсити.

Я свободна!

Я в Лондоне!

⏪ СЮДА ТУДА ⏩