Брок памятью Лафея помнил, что в течении Ночи никто из йотунов, кроме детей, не отдыхал.

Йотуны занимались повседневными делами: шили и ремонтировали одежду и обувь, делали игрушки, учили детей, проверяли и правили оружие, готовили еду. Работы было много — никто не прохлаждался.

Брок больше волновался о том, насколько затянется Ночь — прошлая продлилась на пару лет дольше, чем было запасено продовольствия, и первыми умерли самые слабые — дети. 

Ну и волновался он о том, как волчата примут его авантюру.

Ледяное ядро Йотунхейма…

Брок помнил, что это такое — жидкий огненный ледяной ад. Огненный лёд — вот что он мог сказать про это место. Но это было единственное место, где он мог спрятать Ларец. Единственное место, куда Один не сунется ни при каких условиях — даже Владыке Йотунхейма идти туда рискованно. А уж для аса это дорога в один конец.

Ну и надеялся Брок, что Воплощение Йотунхейма не уничтожит его на месте. Но ничего иного в голову ему просто не приходило. Куда ещё можно спрятать Ларец?

Его «дражайший» родич за Ларцом сунется куда угодно, чтобы низложить Йотунхейм до уровня данников. Полное уничтожение этого мира приведёт к тому, что и другие миры Иггдрасиля пострадают.

На такой шаг Один не пойдёт.

Другой вопрос, который волновал Брока: чем йотуны могут зарабатывать? Асгард жил за счёт данников и завоёванных миров. Но это не путь Йотунхейма — у йотунов просто не было подвластных и завоёванных миров.

— О чём думаешь, Владыка? — спросила его Мэй.

— О том, чем мы можем зарабатывать. Мы не можем пойти по пути Асгарда. Надо найти что-то своё. Что-то, что может сделать Йотунхейм сильным и богатым.

— У-у-у, Владыка, — Мэй усмехнулась. — А что всегда и везде ценилось? Медицина. Торговля. 

– Медицины нет. Пока нет, и до появления своих врачей нам ещё очень далеко, – напомнил Брок.

— Владыка, — Роллинз влепил ему подзатыльник, — заткнись, а? Подумай головой — древесина, меха, драгоценные камни, металлы, ну и ювелирка будет, если найдём учителей. 

— А ещё, — понизил голос Таузиг, — туризм. 

— Что?! — зашипел Брок. — Ты о чём? Какой такой туризм? Думай, что предлагаешь!

Брок открыл было рот, чтобы обругать энтузиаста, но тут же захлопнул: Таузиг вообще-то подкинул ему крайне интересную идею. Правда, её требовалось обдумать, а времени не так уж и много. Плюс Один, что б ему пусто было!

Сначала надо отбить Одину хотелку лезть в Йотунхейм, а потом можно и думать. Танос пока был не опасен, им можно заняться потом.

Сейчас самое главное — чтобы все йотуны пережили Ночь, чтобы Хоргозун-Адамс создал копии Ларца и пережить визит в Ядро.

— А ещё можно сделать ставку на высокие технологии, — сказал Роллинз, и Брок очнулся:

— Ты про что?! Какие, к норнам, технологии? У нас этих технологий хрен да маленько! Чем мы можем вообще заниматься? Наёмники? Их и без нас полно. Корабли строить? Крии и скруллы. Технологии? Крии и скруллы опять же. Нам банально нечего предложить.

К ним подошёл древний как снега Йотунхейма йотун — Зоргрурок, старый советник, который служил ещё отцу Лафея.

— Послушал я тут вас… — старик с кряхтением сел на лавку, — послушал. Скажу вот что, — йотун хмыкнул. — Ты думаешь, что Йотунхейм таким был изначально? 

Брок удивлённо поднял брови:

– А разве не так? 

– Бестолочь! – подзатыльник, влепленный жёсткой рукой, заставил Брока ткнуться носом в колени. – Чему тебя учили? Имир, да славится её имя, своей жертвой создала Девять миров. Но если асам, ванам и альвам повезло, то йотунам не очень. 

– Почему, уважаемый? – спросила Мэй.

– Потому что мы потомки инеистых великанов. И мир, который стал домом для инеистых… – Глаза старика затуманились дымкой прошлого – и Брок внезапно с ужасом понял, что вот этот старик, который Лафея учил в глубоком детстве, помнит те времена. Зоргрурок встрепенулся. – Йотунхейм не сразу стал таким, пришлось потрудиться. Да и металл этот, – он кивнул в сторону ворот, – тоже не просто так.

Брок замер, задумался и кивнул – раз старик тут, то… Он расчётливо посмотрел на Зоргрурока. 

– Нам нужна любая помощь. А ваша идея с изменением планеты под нужды… Это можно использовать для иных рас? И есть ли возможность воссоздать этот металл?

Йотун задумался, и надолго:

– Это сложно – мастеров почти не осталось. Я и ещё пятеро. Ученики нужны. Имир создавала этот мир. А она была изначальной! Не забывай. Равных ей нет и не будет. 

– То есть… – прищурился Брок, – возможности менять планеты по запросу нет?

– Балбес! – рыкнул старик. – Возможность есть. Но нас всего пятеро, и то песок сыплется. Металл сложно, но можно. Кузницы есть, кузнецы тоже, руда имеется. 

– Хорошо, – задумался Брок. 

Кузницы и изменения планет – это на дальнюю перспективу. Пока длится Ночь, можно планировать и думать. – Кузницы потом.

Сейчас не до этого.

Церемония коронации — сложнейший ритуал, занимающий несколько дней и делала из просто йотуна Владыку, приказы которого не обсуждались. Лафей, будучи сыном правителя, впитал в себя все тонкости управления Йотунхеймом и предсказуемо оказался достойнее всех.

И теперь на его голове был тонкий, словно из кусочков голубого льда собранный венец. И этот венец в совокупности с магией коронации заставлял остальных йотунов слушать его.

– Зоргрурок, тряси после Ночи всех, как куст луммина в сезон, но найди учеников. Возможность изменять планеты стоит даже не изумрудов с платиной. Далее. Кузнецы. Ищите учеников, смотрите, что с жилами. Гуерниер, – коротко взглянул он на Роллинза, – выясняй, где есть залежи руды, и думай, как можно эти планеты подгрести под себя. – Брок мысленно взвыл – ну не правитель он! Не правитель! Он боевик! Его максимум — это взвод. А тут нехилое такое царство! 

На периферии сознания раздался язвительный смешок:

«А ты неплохо справляешься… для просто боевика, – Смерть явно наслаждался. – Терпи. Ты знаешь, какова награда».

Брок зубами заскрипел. А что делать? Все представляли, что их может ожидать, если они откажутся.

Старик задумался:

– Рудные жилы есть. Достаточно. Ученики… Мы предлагали! Мы просили. Мы умоляли… Но твой отец заявил, что «это нам более не нужно!». И мы отступили.

Брок выругался, подумал и выругался ещё раз. То, что его отец был упрям, он знал.

– Сколько времени вам надо, чтобы подготовить учеников? 

– Мы уже присмотрели нескольких, но без позволения Владыки… – Зоргрурок развёл руками. – Наш новый Владыка даст позволение? Времени понадобится много. Пара сотен лет, не меньше. Это трудно.

– Учите! – от рыка Брока задрожали скалы. — Учите! И вот ещё… Мне нужны Ларцы-обманки. И чтобы от каждого шло ощущение как от настоящего.

Старик задумался. 

– Интересно. Сложно, но интересно. Сделаем. 

– Чем ещё, помимо возможного изменения планет и металлов, мы можем торговать? При условии, что найдём учителей-ювелиров? Разбазаривать богатства Йотунхейма я не хочу и не желаю. Ваши предложения?

Окружающие призадумались.

– Можно рыбой торговать, – протянул Зоргрурок. – Пока был жив отец Одина, мы продавали рыбу в Асгард, и дорого. Рыба и морские гады. Если продавать их и не всем… Грибы – для многих это очень ценный товар, и ягоды — они целебные. Наши травы и мхи в Ванахейме или Альфахейме они ценятся очень высоко. Вдобавок на некоторых планетах льды Йотунхема драгоценны — это магический лёд. 

⏪ СЮДА ТУДА ⏩