В костюме было некомфортно, галстук немного давил, но Чимин упорно игнорировал все неудобства, продолжая листать в который уже раз папки с досье. Отец сидел рядом с ним в машине и выглядел очень серьезным, так, будто они не на Совет едут, а сдавать какой-то ОЧЕНЬ важный экзамен, от которого зависит будущее их семьи.

— Не смей открывать рот, — предупредил Тэсон сухо.

Он не мог смириться с его решением, отказывался верить в то, что сын предпочел остаться, даже после всего, что узнал.

— Ты должен был мне рассказать все раньше, — уткнувшись в бумаги, произнес Чимин. Их разговор все еще крутился в его голове, как на повторе.

— Что бы это изменило? Лина не хотела, чтобы ты ненавидел оборотней, я выполнил ее последнюю просьбу, даже перестарался, видимо, — обреченно произнес отец.

— Пап, я не могу уехать, — едва сдерживая тяжелый стон, Чимин крепче вцепился в бумаги. Он боялся сорваться вновь. — Ты должен понимать, что систему пора менять.

— Собираешься оспаривать решения Правителя? Кем ты себя возомнил? — резко бросил отец. — Думаешь, вот так вот просто заявиться на Совет и потребовать отмены рабства?

— Считаешь меня совсем идиотом? — не удержался Чимин от вздоха. — Я понимаю, что так сразу вопрос не решить. Но мы должны хотя бы начать, предпринять что-то, чтобы закрыть «Ильчуль».

Отец отвернулся к окну. Его выдержка была безупречной, но Чимин слишком хорошо знал отца, чтобы купиться на это. Тэсон бушевал внутри.

— Посмотрим, что ты скажешь после собрания.

Чимин устало вздохнул.

Совет располагался в древнем районе города, во дворце Кёнбоккун, расположенном у подножия гор. Здание даже издалека поражало своей строгой величественностью и одновременно кажущейся простотой. Только вот подъезжающие то и дело к воротам дворца автомобили простотой не отличались. Представительные, неброские, но баснословно дорогие машины одна за другой въезжали в ворота дворца, минуя строгих стражников-охранников, сканирующих каждого посетителя.

Чимин бывал тут несколько раз, но никогда еще не посещал дворец как один из участников Совета, оттого и начинал нервничать. Отец в этот раз даже не пытался ему помочь и как-то поддержать, а без его ободряющих слов Чимин чувствовал себя жалким и ничтожным, неспособным на что-либо. Отец ведь и в самом деле прав. Чимин ничего не смыслил ни в политике, ни в бизнесе. У него не было никакого опыта в подобных делах, да и как подступиться к Правителю — он тоже пока не представлял. Смотря в тонированное окно автомобиля на выходящих из машин лидеров древних кланов, коими являлись самые сильные и богатые вампиры их страны, Чимин малодушно подумал о билетах до Нью-Йорка.

— Ты думаешь, Маркус управляет страной один? — заметив его смятение, бросил отец. Джи сбавил скорость и стал медленно пробираться ближе к дворцу. — Каждый из этих древних вампиров сыграл свою роль. Каждому из них выгодно держать оборотней в рабстве. В руках каждого из них находится власть в той или иной степени.

— В твоих руках тоже она есть, — Чимин повернулся к отцу, смотря твердо и уверенно. — В руках нашего клана власти больше, чем у каждого из этих вампиров, — махнул он в сторону группы мужчин, собирающихся у подножия лестницы. — Не пытайся меня запугать.

Тэсон одобрительно хмыкнул, пытаясь скрыть улыбку.

Джи остановился прямо у лестницы, ближе остальных машин, и первым вышел наружу, чтобы открыть дверь отцу. Чимин выбрался следом, окинул территорию двора коротким внимательным взглядом и сразу встал за спину отца, как и положено наследнику и младшему в клане.

К отцу тут же стали подходить другие участники Совета, и с каждым из них Тэсон вел себя так вежливо, учтиво и спокойно, сохраняя некую ауру холодной властности, что Чимин невольно почувствовал гордость за отца. Он всегда восхищался Тэсоном, его умением держать себя в руках в любой ситуации и быть со всеми в хороших отношениях, не давя своей силой и властью, не унижая чужого достоинства.

Чимин чувствовал на себе любопытные, заинтересованные взгляды, которые ощущались острыми клинками, приставленными к горлу. Сила древних вампиров разливалась повсюду, отпугивая, кажется, даже белок на деревьях. Тэсон же приветливо улыбался каждому, кто к нему подходил.

— Ты сегодня не один. Неужели мы увидим на собрании твоего отпрыска, Тэсон? — с мерзкой холодной учтивостью обратился к отцу тощий старик, внешний вид которого серьезно расходился с давящей силой вампира.

— Тахан, рад тебя видеть, — спокойно ответил отец. Тот в ответ кивнул.

Чимин вежливо поклонился тоже, как сделал уже раз десять до этого. Он молчал, стараясь казаться кротким и послушным сыном, серьезно относящимся к своему клану.

— А я предпочел бы не видеть тебя, — поморщился старик. — Твое влияние на Маркуса меня раздражает.

Тэсон негромко засмеялся, а Чимин постарался скрыть удивление. Он впервые видел, чтобы с отцом так разговаривали.

— Ты в своем репертуаре. Мое влияние на Правителя не больше, чем твое. Клан Су один из самых древних и богатых, его нельзя игнорировать, — произнес отец без напряга. — А уж тебя, как главу клана, тем более.

— Красиво говорить ты умеешь. Решил и сына к делу приучать?

Чимин не поднимал глаз, помня о правилах. Пока разговаривают старшие, младший не имеет права вмешиваться.

— Чимину пора постепенно привыкать. Я уже не молодею, — ровно ответил отец.

— Красивый мальчишка. Жаль, без матери рос, — словно провоцируя, небрежно бросил старик.

Чимин нервно сглотнул, уже желая вцепиться в горло вампира.

— Ты прав, Тахан.

— Но у тебя получилось вырастить достойного наследника. Это не то, что мои пиявки, — бросил раздраженно старик. Чимин слышал о сыновьях старика, которые сбежали из страны, как только появилась такая возможность. — Хорош мальчик. Думаю, из него получится отличная замена Маркусу.

— Правитель сам найдет себе замену, когда придет время, — уклончиво ответил Тэсон.

— Брось. Все и так знают, что твой отпрыск будет самым первым претендентом. Маркус к вашей семье испытывает почти родственные чувства. Ты с ним прошел всю войну, был рядом, когда нас предали, и был рядом, когда его девчонку убили. Ты был рядом, даже когда все ополчились против него, не желая видеть ракшасу на троне. Так что я хорошо понимаю Маркуса.

— Поэтому ты поддержал его на Совете, когда все поднимали вопрос о его правлении. Уверен, он ценит это.

— Он ценит мои деньги и ресурсы, — отмахнулся старик. — А я ценю его ум и силу. Надеюсь, твой сын обладает теми же умениями.

— Думаю, ты слишком много ждешь от молодого парня, — улыбнулся Тэсон.

— Слышал, он и с диким легко справился. Значит, кое-что твой сын все же умеет, — произнес старик так, словно Чимина тут и в помине не было. А Чимин невольно напрягся, когда речь зашла о Юнги. — Может, он и поможет нам найти сбежавших из «Ильчуля» волков. Нас ведь из-за них собирают сегодня?

— Я не знаю.

— Все-то ты знаешь, просто молчишь, как обычно. Но это весело. Хоть что-то интересное за последние десять лет, а то ведь скука смертная. Молодой ракшаса объявился.

— Это еще не доказано.

— Кому нужны эти доказательства? — хмыкнул старик. — Даже мне не под силу контролировать стольких вампиров сразу. Это точно ракшаса. Увел волков у Кванджу. Ха. Этот идиот даже «Ильчуль» удержать не мог. Ему давно пора на пенсию.

— Уверен, Правитель рассудит все по справедливости.

— Конечно-конечно. Ну что ж. Пойдем, послушаем, что нам скажет Маркус. А ты, мальчик, смотри и учись у своего отца.

— Да, господин Су, — Чимин снова почтенно склонил голову.

К ним присоединились еще несколько древних вампиров, и они вошли внутрь дворца.

Молодых особей вокруг было немного, лишь парочка наследников в роли личных секретарей следовала за ними. Отец легко и непринужденно вел беседу с другими участниками Совета, пока они следовали в тронный зал. Внутри их уже ждал обслуживающий персонал в ханбоках с высокими прическами и цветами в волосах, которые проводили всех участников на свои места за фухтогами. Старик Су уже внаглую ощупывал девушку, которая с улыбкой сопровождала его. Остальные члены Совета симпатии у Чимина не вызывали тоже. Мрачный лидер клана Шин, славящейся своей жестокостью и алчностью. Древний вампир из клана Чхве, смотревший на всё с оглушающим безразличием. Жадный Ом Кехе, трясущийся над своим золотом. Чимин был знаком с каждым из них, но никогда не испытывал к ним настолько раздражающего презрения. Все они поддержали Правителя, знали о том, что творится в «Ильчуле», всем им было плевать на оборотней, на омег, на чужих детей. Их и свои-то дети не волновали, лишь власть, деньги и статус.

Девушка, что сопровождала их с отцом, отвела их к лучшим местам, почти рядом с троном Правителя. Чимин не остался стоять за спиной Тэсона, как это сделали многих из молодых наследников, он занял соседнее с ним место с невозмутимым выражением лица, так, будто совсем не чувствовал прожигающих взглядов остальных участников собрания. Тихие перешептывания долетали до слуха, но Чимин брал пример с отца, делая вид, что они его не касаются. Хотя на деле большего дискомфорта он еще не испытывал. Рядом со старшим поколением он и сам себе казался жалким комариком, который посмел сесть рядом с уважаемыми членами общества.

Чимин испытал знатное облегчение, когда в зал вошел Кванджу с Тэхёном.

Увидеть друга было радостно, захотелось даже помахать ему, чтобы показать свою радость, но Чимин сдержался. Тэхён же выглядел так, будто они и не дружили с малых лет, кивнул головой в знак приветствия и пошел следом за своим отцом. Их усадили где-то в середине ряда, но Тэхёну пришлось устраиваться за спиной отца. Чимину стало не по себе от такой демонстрации. Его удивило то, что Тэхёну не предложили место рядом со всеми, как полноправному члену Совета. Чимин хотел спросить об этом отца, но боялся быть услышанным.

Двери распахнулись с громким шорохом, и голоса в зале сразу стихли. Порог переступил Правитель.

— Рад вас всех приветствовать на Совете, — широко улыбаясь, вошел он уверенной, легкой поступью.

Обаятельная внешность и озорная улыбка не вязались с холодным, хищным взглядом ракшасы. Маркус, как обычно, был в деловом костюме, который смотрелся на нем, пожалуй, лучше, чем на ком-либо в этом зале. Тяжелая, давящая аура зверя тьмы разливалась вокруг холодным потоком. Правитель даже не пытался скрыть своей энергии ракшасы, и Чимин ужасно завидовал ему, хотя и не смел поднять глаз от пола.

— Рад, что вы нашли время и прибыли сюда, — Маркус прошел мимо ряда собравшихся и сел на свой трон. — Времена у нас не слишком радостные, но вместе мы можем справиться с проблемами.

— Как успехи в поимке волков, Кванджу? — сходу начал старик Су.

Чимин не ожидал, что тот так сразу набросится.

— Продвигаются, — неожиданно ответил Кванджу.

Чимин едва не вскинул на него удивленный взгляд.

— Как-то очень медленно продвигаются, — хмыкнул старик Су негромко, но его услышали все.

— Возможно, но явно быстрее, чем «Усури», — ответил с елейной улыбкой Кванджу, напомнив о проекте Су, который заморозили из-за его сбежавшего сына.

— Не разбивай старческое сердце, — притворно схватился за правую сторону груди Су.

— Будто оно у тебя еще есть, — хохотнул Кехе язвительно. В зале воцарилось тяжелая тишина.

— Уж лучше не иметь сердца, чем мозгов, — парировал Су. — Правда же, господин Ом Кехе?

Чимин не понял, о чем они говорили, но Кехе стал выглядеть так, будто готов вот-вот сорваться. Старик Су явно ударил по больному. Смешки в зале добавили масла в огонь, и Кехе сорвался, начав смачно ругаться и угрожать. Старик Су в ответ невозмутимо отвечал, но так, будто его веселила данная потасовка, а вскоре и остальные к ней присоединились, словесно поливая друг друга грязью.

Начавшаяся склока удивляла Чимина все больше и больше, члены Совета поливали друг друга грязью, припоминая старые ошибки и провальные дела. Чимин ожидал от Совета чего-то более конструктивного и деятельного. Неужели каждый Совет проходит в таком состоянии? Чимин бросил взгляд в сторону Правителя. Маркус смотрел на склочных старейшин с непроницаемым равнодушием, будто они его просто забавляли, как может забавлять стая крикливых падальщиков.

Почувствовав на себе его внимание, Правитель безошибочно поймал взгляд Чимина. Заинтересованность, промелькнувшая на его лице, испугала Чимина. Он сразу отвернулся и опустил глаза, а сердце пустилось вскачь. С Маркусом они редко оставались наедине, но, если им доводилось разговаривать, рядом всегда был отец, который разбавлял тяжелую ауру, и Правитель всегда был снисходительно вежливым и учтивым. Чимин никогда не чувствовал особого к себе отношения со стороны Маркуса, лишь изредка ловя его интерес, но его было явно больше, чем тот проявлял к остальным.

— Правитель, а вы что скажете? Кто прав? — обратился к Маркусу один из участников Совета.

— Скажу, что господин Ким Кванджу кое-что подготовил для нас, — так, словно и не было никаких склок, произнес Маркус.

В зале снова стало тихо.

— Спасибо, Правитель, — поклонился Кванджу со своего места. — Позвольте моему сыну представить вам новый препарат, разработанный нашими лабораториями.

— Да, конечно, — махнул Маркус рукой. Он выглядел так, будто ему уже все наскучило, будто он уже знал все наперед.

Чимин смотрел, как Тэхён поднимается со своего места и подходит к стене рядом с Правителем. Несмотря на кажущуюся древность здания, им всем открылся весьма современный экран для презентации. Чимин с любопытством и интересом уставился на друга, который в зале выглядел так же эффектно, как и в университете.

— Вашему внимания мы представляем препарат «Айдэ», — включив презентацию, начал Тэхён так, будто говорил не перед древними вампирами, а перед студентами-ровесниками.

Чимина восхищала такая смелость друга, он не думал, что смог бы так же. Он никогда не выступал с речью, на семинарах это всегда казалось шуткой, игрой, но вот так выступать перед теми, от кого может зависеть судьба, — никогда. Чимин, слушая складную речь друга, который даже не показывал признаков волнения, все больше поражался тому, насколько он далек от всего этого, как много упустил. Пока он развлекался и веселился, Тэхён учился и практиковался. Чимин почувствовал себя несмышленым глупым ребенком, который нагло притащился на Совет и посмел сесть в один ряд с остальными членами. И лишь имя отца спасало его от порицания и насмешек. Чимин пожалел о том, что столько времени тратил впустую.

— Как вы уже все знаете, оборотням при рождении мы вкалываем блокатор, который сводит всю их физическую силу к нулю. Данный блокатор требуется раз в пять лет обновлять, — продолжил Тэхён, выглядя так уверенно и убедительно. Он открывался с новой стороны, с той, с которой Чимин никогда его не видел. Безукоризненный внешний вид Тэхёна притягивал внимание, как и его четкий, поставленный голос и уверенный тон. — «Айдэ» — это уникальное средство, блокатор нового поколения, который не нужно обновлять. Проникая в кровь оборотней, препарат внедряется в структуру ДНК, разрушая их физическую силу и превращая в слабых щенков.

Чимин смотрел на экран, где подробно расписывалось действие нового препарата. Увлекшись непривычно серьезным и немного даже небрежным видом, он не сразу понял, о чем Тэхён говорит. А когда до него медленно начал доходить смысл нового препарата, который уничтожал природу оборотней раз и навсегда, Чимин медленно оторвал взгляд от экрана и посмотрел на Тэхёна. Тот с энтузиазмом рассказывал о новом лекарстве, игнорируя его, лекарстве, которое могло уничтожить Чонгука и Юнги. О чем думает Тэхён?!

— Хм. Интересно, — задумчиво протянул Маркус.

Чимин оторопело переводил взгляд с одного на другого, но на лицах присутствующих было только любопытство и заинтересованность, ожидание выгоды, которую мог им принести новый препарат. Хоть кто-то из них подумал о том, к чему это могло привести? Что именно они собирались делать с оборотнями?

— Я думаю, все со мной согласятся, что повторная вакцинация волков весьма утомительная и дорогостоящая. Ваш препарат будет весьма кстати и сохранит нам немало денег. Как думаешь, Тэхён, когда вы сможете выпустить этот препарат в массовое производство?

— Когда вам будет угодно, Правитель, — почтительно ответил Тэхён. — Наши лаборатории готовы предоставить вам его в любую минуту.

— О, отличная новость. Я думаю, стоит начать с тех филиалов «Ильчуля», откуда волки еще не убежали, — произнес старик Су с язвительным намеком.

Правитель дернул уголком губ в подобии усмешки, но ничего не сказал. Он смотрел на все, будто перед ним разыгрывался какой-то спектакль, который временами мог быть забавен.

Чимин посмотрел на отца, желая возмутиться. Как это возможно? Они все так просто собираются лишить оборотней их силы? Вмешаться в их природу до такой степени? Что будет с детьми в «Ильчуле»? Чимин ждал, что хоть кто-то возразит. Ждал, что отец пресечет это безумие, сделает хоть что-то, но Тэсон молчал и просто смотрел на экран, будто желал немедленно пустить новый препарат в дело.

— Тогда начнем с завтрашнего дня, — вынес вердикт Маркус.

— Нет.

Чимину показалось, что он сказал это тихо, но его услышал весь зал. Эхо его голоса, казалось, проникло в каждый уголок. Отец напрягся и повернулся к нему, взглядом требуя заткнуться.

Воцарившаяся тишина была настолько оглушительной и потрясенной, что у Чимина едва не вылезали резцы от нервозности. Все, абсолютно все смотрели на него с небывалым удивлением. Это было безумием. Возразить Правителю на виду у всех. Вот так. Будто он имел какое-то право открывать рот.

— Чимин, — елейно произнес его имя Маркус. — Рад, что твой отец привел тебя на Совет.

— Да уж. Это действительно весело, — хмыкнул старик Су. На него сразу же кто-то шикнул.

Чимин уже не слышал ничего, у него шумело в ушах от подавляющей силы Правителя.

— Ты что-то хотел нам сказать? — обманчиво ласково спросил Маркус.

— Нет, Правитель. Прошу прощения за несдержанность сына, — попытался исправить ситуацию Тэсон.

Чимин не мог больше молчать. Он не собирался больше молчать!

— Да, я хотел сказать, — громко объявил он, чувствуя, как отец буквально в шаге от того, чтобы оторвать ему голову. Чимин поднялся на ноги. — Мы не можем использовать этот препарат.

— Интересно, — улыбнулся Маркус, подперев подбородок рукой. — Почему же?

Чимин судорожно подбирал слова, но в голову упорно ничего не шло.

— Препарат не проверен, — произнес Чимин первое, до чего додумался. Он не знал, что сказать и как остановить то, что они собирались сделать с оборотнями. Им мало того, что они уже наделали?

— Со всем моим уважением, Правитель, — заговорил Кванджу. — Но препарат прошел все испытания, он надежен.

Чимин ощущал взгляды собравшихся так, будто его хотели загнать в ловушку. На лицах отражалось недоумение.

— Нет, не прошел, — заявил Чимин, повернувшись к Тэхёну. Он ждал от него поддержки. Ждал помощи, как и всегда, но тот просто смотрел на него так, будто у Чимина выросла еще одна голова. — Верно же, Тэхён-щи? — с нажимом обратился он к другу. Тэхён ведь не мог не понимать, к чему приведет этот новый препарат. Не мог же друг быть таким же жестоким, как и остальные?

— Возможно, вам так могло показаться, Чимин-щи, но это не так. Препарат прошел все необходимые тестирования. Он надежен. И я согласен с Правителем. Препарат стоит ввести как можно быстрее, — произнес Тэхён ровно.

Чимин ушам своим не верил.

Почему?

Он стоял в зале, чувствуя себя идиотом. Никто в этом зале не думал об оборотнях. Никто не думал, что станет с ними.

— Чимин, сядь, — приказал сухо отец.

Замолчать. Снова закрыть глаза и отвернуться. Просто сделать вид, что ничего не происходит.

Разочарование стало таким острым, что причиняло боль.

Не находя понимания в лицах членов Совета, Чимин посмотрел на Правителя. Маркус, склонив голову, с интересом глядел в ответ.

— Вы не можете этого сделать, — произнес Чимин. — Там же дети.

— Этих шавок нужно ставить на место с пеленок, — заявил один из членов Совета.

Чимин прожег его взглядом, едва не выпустив когти.

— Того, что из альф мы делаем омег, недостаточно? — гневно бросил Чимин. — Там дети! И вы собираетесь проводить над ними эксперименты?

Чимин не верил, что они серьезно. Разве так можно?

— Хватит, — процедил Тэсон, поднимаясь. — Простите нас, Правитель. Я, видимо, поспешил с решением привести сына на Совет.

— А мне понравилось, — снова бросил старик Су. — У мальчика стальные яйца.

— Простите, — еще раз поклонился Тэсон Маркусу.

— Мне было бы интересно услышать его мнение, Тэсон. Не за что извиняться.

— Мы не имеем права подвергать их такому! — не мог успокоиться Чимин.

Отец выпустил когти и пронзил ими его руку, заставляя очнуться. Все смотрели на них, но Чимину уже было плевать. Он не мог допустить, чтобы препарат выпустили. О какой отмене рабства могла идти речь, когда все вокруг с радостью готовы лишить оборотней их сущности, лишь бы не тратиться на очередной блокатор.

— Выходи, — потребовал Тэсон тихо, потащив его к выходу.

Отец почти вышвырнул его за пределы зала, выпустив крылья сразу, как только захлопнулась дверь. Чимин отлетел в сторону, но приземлился на одно колено, поднял голову, натыкаясь на злой взгляд отца.

— Ты забыл, где находишься?! — прошипел Тэсон, шагая ему навстречу в своем истинном обличье дьявола, который мог разрывать на части.

— И ты позволишь им это?

Чимин не мог сдаться. Его колотило от нервозности. Он сходил с ума от всего этого бреда. Как так? Как они могут вот так запросто решать судьбу оборотней? Подвергать их процедуре, как каких-то подопытных кроликов? Как они могут быть такими безжалостными?

— Да, — процедил Тэсон, ударяя его со всей силы.

Отец никогда не бил его, но обидная и несправедливая пощечина всколыхнула в душе что-то поистине черное и опасное. Ракшаса внутри восставала в полный рост.

— Ты выставил себя посмешищем перед Советом! — отец схватил его за горло и поднял над полом.

Чимин почувствовал нехватку кислорода. Легкие обожгло огнем, и он просто отключил свою дыхательную систему, посмотрев на отца тем же прожигающее-яростным взглядом полной тьмы.

— Я не позволю вам, — прохрипел он и оттолкнул отца, выбравшись из его хватки.

Он впервые позволил себе проявить силу, показав настоящие способности. Тэсон отшатнулся, удивленный и слегка сбитый с толку от того, что его сын перестал слушаться и подчиняться. Чимин нервно дышал, тоже выпустив крылья. Они стояли друг напротив друга. Чимин чувствовал боль в груди от того, что приходилось так поступать с отцом.

Дверь зала вновь тихо скрипнула, и к ним вышел Маркус. Мужчина оглядел их воинственный вид и неожиданно улыбнулся.

— Переходный возраст, Тэсон?

Отец с трудом, но взял себя в руки, подавил резцы и убрал крылья.

— Он стал слишком самонадеен, прости. Не знаю, что на него нашло.

— Вы не должны выпускать этот препарат, — Чимин бросился убеждать Правителя. — Это же трусливо — вот так лишать их силы.

— Чимин! — снова выкрикнул отец, загородив ему дорогу.

— Не надо, Тэсон, — Маркус мягко положил ладонь на плечо друга и вынудил его отступить в сторону. — Позволь мне поговорить с твоим сыном.

Чимин видел, как напрягся отец, как едва удерживал себя на месте, и забеспокоился тоже. Страх пронесся по венам, осознание своих импульсивных действий начинало открываться для него в полном масштабе. Он позволил себе заговорить. Позволил возразить старшему. Возразить Правителю.

Часто заморгав, Чимин опустил голову и нервно сглотнул. Маркус легко и просто мог сейчас снести ему голову безо всякого суда и следствия. И отец это знал тоже.

— Марк, он просто ребенок, который пожалел оборотней, — с волнением бросил отец.

— Я знаю, — улыбнулся Маркус, но не обернулся. От его взгляда мурашки пробегали по телу, он подобрался ближе, и у Чимина колени подгибались от его силы. — Все дело в оборотнях. Посмотри на меня, — мужчина когтем дотронулся до его подбородка и заставил поднять голову. Чимин медленно и неуверенно поднял голову, задохнувшись от силы, с которой давила на него ракшаса. — Тебе их жалко?

— Это несправедливо, — значительно тише, чем хотел, произнес Чимин. В глазах Правителя было столько пугающей тьмы, что хотелось просто рухнуть на колени и просить прощения.

— Все дело в любви, верно? — безошибочно ткнул в больное Маркус. — Ты влюбился в оборотня, угадал? Омежка вскружил тебе голову до такой степени, что теперь тебе хочется спасти их всех.

Маркус говорил тихо и спокойно, а его когти с какой-то ненормальной, пугающей нежностью блуждали по лицу Чимина, словно намеревались снести ему половину головы в любую секунду. Это нервировало и пугало, но еще больше заставляли паниковать слова Маркуса. Он знает о Юнги?

— Но я хочу поделиться с тобой одной маленькой тайной, — Маркус наклонился ближе, почти касаясь уха губами, и выдохнул шепотом: — Они все лгут.

У Чимина от близости к такой откровенной подавляющей силе тряслось все внутри, но он нашел в себе смелость поднять голову и взглянуть в черный омут глаз.

— Не все.

— Мне уже интересно познакомиться с твоим омежкой, — улыбнулся Маркус небрежно, продолжая быть так нервирующе близко.

У Чимина ухнуло сердце в пятки, когда он тихо продолжил:

— Мне интересно узнать о том, ради кого ты напал на «Ильчуль».