Баллада о мрачном и тайном лесе Галотьер.

18+

Часть 5

В победе бесславной томится герой.

А мысли роятся наперебой.

Уж минули годы, один или два…

А мнимой свободы пустая молва.

Он деньги истратил, он чин уронил.

И молодость очень легко отпустил.

Еда не вкусна, вино не пьянит.

Гомер погибает, не живёт и не спит.

А если вздремнёт, совсем на чуток,

То в грёзах увидит волшебный цветок.

И рядом сидит прелестная лань,

Всё требует выдать посмертную дань.

От страха пробудится потный Гомер.

Глаза потирая на детский манер.

Один он, не нужен теперь никому.

И ведь не напишешь чужому вину.

В объятьях девиц нет теперь уж тепла,

Он руки сжимает от зла до бела.

Ни сына, ни брата, ни матушки милой,

Он связан навеки с постылой могилой.

Гомер с ранним ветром покинул тюрьму,

Что домом зовётся, что кличет суму

Скорее к церковному лону бежать,

Грехи отдавать, епископа звать…

У скрипучих дверей в святую обитель,

Поникший стоял священнослужитель.

Он мессу отпел по епископу ушлому,

И рад бы помочь мужчине радушному.

— Уж траур накрыло всю рвань и всю знать.

Отныне дано нам три года страдать.

Болезнь поразила священный чертог.

Не скоро пойдёт добрый люд за порог.

Епископ заморских гостей принимал,

И в этот же вечер тайком захворал.

Сперва сгнили пальцы, потом вся рука.

Добралась хворь выше, засев у виска.

Гомер вдруг заплакал, завыл, зарыдал.

Что делать теперь и как жить он не знал.

Душа его подлая тоже гниёт,

А жизнь непутёвая быстро течёт.

— Как звать? Кто ты есть? Откройся, скажи?

Ты Гомер? Тамплиер? Ответь мне без лжи!

И в руки ему передал перстенёк.

— Епископ вернул! — и скорей наутёк.

Нет хвори, то блажь. За жадность расплата.

То кара небес за сестру, за старшего и за младшего
брата.

Гомер обречён, ему страшно до боли.

Прикрылись глаза, топя грешника в смоли…