Это мой конспект встречи с Асей Володиной на фестивале "Красная строка" в Екатеринбурге 27 августа 2023 года.
Ася использует метод возможного сюжета: "Что если пришел студент и говорит ей, что сделал нечто страшное? Что если я затопила соседей, при этом мне кто-то помог и мы подружились?" Раскручивая такие гипотетические ситуации с собственным участием, она создает ответвления в виртуальную реальность.

Театр и диалог со зрителем
В научной работе Володина занималась воздействием театра на людей, например, разной национальности, например, в Эстонии. Этот научный интерес привел и к тому, что тема театра всплывает в творчестве. 

"Мне близка идея перформативного театра, вовлекающего зрителя в диалог. Бывают прозаики-поэты, а я прозаик-драматург. Возможно, поэтому многое в тексте отдается на откуп читателю. Мне важна идея вовлечения читателя. Причем в театре она реализуется чётче чем, например, в кино, которое перестало быть способом единоличного владения твоим вниманием (если смотришь фильм дома, можно в любой момент поставить на паузу, прервав контакт с представлением). В моих текстах много музыки - как и в театре, где помимо актёра есть сценография, свет, звук и так далее".

В этом пристрастии к интерактивности кроется и причина, по которой Ася Володина любит читать рецензии на свои произведения: даже негативный отзыв - это новое прочтение. Считает интересной идею издать дополнение к "Протагонисту" из читательских отзывов, их понимания прочитанного.

Музыкальные формы
В творческом процессе Ася мыслит клипами: "Тревожная музыка, крупный план героя: что-то произошло!" Приводит в пример Финчера и Бойла, который начинали режиссерские опыты с музыкльных клипов, дающих возможность рассказать историю в ограниченном отрезке времени, концентрированно.

"Я хочу понять музыку, как это работает... Хорошая книга - это как хорощая песня, которую тебе интересно дослушать, ты понимаешь ,что все 5 минут не будет только то, что прозвучало вначале".

Из реплик выходит так, что титул беллетриста Асе Володиной кажется весьма нелестным. Будто увлечение читателя, развлечение - это несерьезное, не очень ценное занятие.

"Если Фаулза называют беллетристом, то и я не буду обижаться, когда про меня так говорят".

У нас есть представление, что классика - это XIX век. Наша литература сильно разошлась с западной в ХХ веке. Большой вопрос, кто есть классика, что составляет канон, на который ориентирутеся молодой писатель, "перед кем должно быть стыдно". Как специалист по зарубежной литературе ХХ века, Володина, конечно, считает Фаулза классиком.

О существовании жанра "дарк академия" узнала из ролика Полины Парс, которая сопоставляла "Протагониста" с образцовыми представителями этого типа романов. "Я понимала, что будут разговоры о Тартт, но не осознавала, что есть целое понятие дарк академии. Я не хотела этого сравнения. Обязательно будут люди искать поводы сравнить и остаться недовольными несоответствиеям "нашей" дарк академии с каноном".

Володина читала у Тартт "Шегла" и "Тайную историю", а "Маленького друга" бросила по каким-то необязательным причинам. В "Щегле", говорит, не получила того, на что увидела замах поначалу. "Таинственную историю" читала второй и роман не понравился: "Я не получила того, что ожидала". Ожидала больше соприкосновения с античностью, а оказалось слишком много поползновений на территорию Достоевского. 

Володина сказала, что когда много читаешь по работе, некоторые очень хорошие тексты вымываются из головы, в вот то, что не понравилось, застревает в голове, думаешь о них то и дело: "Так что влияние Тартт на "Протагониста" есть в том плане, что я сформулировала, что мне не нравится и чего как читателю не хватило у Тартт, и сама решила это написать. Я люблю античность, античные трагедии - это то, на что можно бесконечно опираться... Я сама из Феодосии, это бывший греческий полис".

<Дальше у меня пальцы попадали не по тем кнопкам, поэтому вышло невразумительное, но я себе на память хочу записать про эпизод с разрыванием Диониса на части. Я раньше этой легенды не знала, а она и "спарагмос", ритуальное разрывание на части, оказывается, встречаются у Тартт в Тайной истории - я до этого еще не дочитала, видимо, или забыла>

Другой пример влияния читательской неудовлетворенности на творчество писателя - глава в "Протагонисте", отчасти списанной с романа Татьяны Поляковой: что будет после типичного сюжета, когда он и она уезжают в закат с украденными деньгами. Возмущение этим расхожим финалом дало один из сюжетов для романа Володиной.
Она сказала, что хотела бы поработать в таком ключе больше - переосмыслять, поиграть с такой формой, например, как типичный сериал на канале "Домашний", в котором что-то пошло не так. Канал домашний Ася Володина с интересом смотрит в командировках - в гостиничных номерах.

Вопросы и ответы
- На какие языки хотела бы видеть переведенным роман "Протагонист"?

- У него хороший потенциал для переводов на немецкий, греческий, турецкий. Например, маски на обложке - из Турции.
- Бывает ли, что свои тексты сложно перечитывать?

- Третья глава и письмо ближе к концу "Протагониста" были такими текстами - тяжело было подступаться к редактуре или прослушиванию. Все еще соприкосновение с этими частями текста болезненно, немного передёргивает.

Ислам Ханипаев: Как возникает первый позыв написать своё, при том, что ты столько всего великого прочитала?

Ася володина: Не мой ответ, но мне понравилось, как сказала Элизабет Вврцель: "Есть много авторов, кто пишет лучше меня, но никого, кто пишет так же, как я". Если мое видение кому-то оказалось близко и интересно, значит, был смысл писать. Мне интересна реакция мира, из которой я что-то пойму про себя, про мир и про текст.

- Что из недавно прочитанного вам понравилось, порекомендуете?

- Рома Декабрев "Гнездо синицы" - текст, который похож на сочинения начала ХХ века, но не подражанием стилю, а переосмыслением идеи книги, романа, сюжета. Там сюжета нет, но ты не можешь оторваться. Человек лежит на столе патологоанатома и перед ним проносится вся его жизнь, и не всегда понимаешь, что это, но втягиваешься дальше, в следующую главу. 

Марина Кочан "Хорея" - издали "Поляндрия No Age". Сюжет вокруг генетического заболевания - болен ли ребенок, был ли болен отец? Взаимоотношения с возможной болезнью проецируются на мир вокруг. Болезненный, но новый социальный, личностный опыт. Хотя чтение не из приятных.

Надя Алексеева "Полунощница" - вот-вот выйдет в Редакции Елены Шубиной. Герой едет на Валаам исследовать историю своей семьи. Туда свозили инвалидов, которые после войны учатся заново жить, выстраивают новое пространство на этом острове. Хорошо написано и сюжет интересный.

- С чем бы вы сравнили "Протагониста", если не с Тартт?

- "Когда я умирала" у Фолкнера, он такой же многоголосый. Еще говорят, что Акутагава похож, но это не было моим первым референсом.