Kaya Jay 

Доп иллюстрации)

Познакомимся поближе с Лео и Кеманом (иллюстрации из нейросети)

В спальне родителей Рокс раньше стояло большое зеркало: старинное, в жёлтой раме с красными камнями, скромно выглядывающими под резными узорами. Оно передавалось в роду из поколения в поколение, пока Рокс не разбила его, будучи совсем крохой. Она играла в родительской спальне с красивой фарфоровой куклой с короткими белыми волосами и кружевным зелёным платьем. Зачем-то ей вздумалось кинуть куклу в зеркало. Разумеется, и кукла, и зеркало были безвозвратно разбиты, а комната была наполнена осколками.
Рокс стояла босая в тонкой белой ночной рубашке, чей длинный подол путался под ногами. Она внимательно смотрела на своё отражение в жёлтом зеркале. Ей было года четыре. За её спиной, сидя на корточках и расчёсывая её длинные чёрные волосы, сидел старший брат Аарон. Косая чёрная чёлка спадала на его сине-фиолетовые глаза. Морщась, Аарон сдул чёлку с лица. Рокс захихикала и брат улыбнулся ей в зеркало, доплетая длинную косу и перекидывая её через плечо Рокс. Лучезарно улыбаясь, Рокс наконец повернулась к брату лицом и немой крик застрял в её горле. Она попятилась и плюхнулась на пол, округлившимися глазами глядя на старшего брата: лицо Аарона было мертвенно бледным, с синими губами и такими же кругами под глазами, мокрые волосы липли к лицу, а его белый костюм прилип к телу и был безнадежно запачкан в водорослях и песке. Брат грустно улыбался сестре и с его глаз на пол капали слёзы. Аарон протянул ей руку и Рокс замерла, но он лишь протянул ей маленькую фарфоровую куклу в зелёном платье.
- Разбей, - едва слышно попросил Аарон.
Рокс осторожно забрала куклу и обернулась к зеркалу, послушно занеся куклу для удара, но зеркала не было, не было и родительской спальни, был лишь еле видный из-за грязно-жёлтого ливня берег Голубого озера. Аарон куда-то пропал и Рокс растерянно озиралась по сторонам, крича его имя своим тоненьким детским голоском. Внезапно Рокс обнаружила, что её несут в красном гробу, из которого она никак не могла выбраться. «Саван «, - догадалась Рокс, её белый наряд -это саван. Гроб быстро и неосторожно несли вперёд, постоянно спотыкаясь и тряся, но Рокс не видела кто её несёт, она пыталась кричать, говорила, что жива, но её крики оставались без ответа. Гроб немного опустили и начали качать вперёд-назад... Вперёд... Назад... Вперёд... Назад... В ужасе Рокс поняла, что гроб собираются кинуть в воду. Только эта догадка сформировалась в голове, как послышался свист ветра и всплеск воды. Гроб резво уносило течение, кружа вокруг своей оси. С трудом приподнявшись, Рокс огляделась: всё замерло в кроваво-красной воде, берег исчез из поля зрения, всё ещё шёл грязно-жёлтый ливень. Рокс заглянула в гроб: внутри он был совершенно сухой, обитый жёстким красным бархатом, но подол её ночной рубашки был запачкан чернеющей кровью, а на маленькие детские ручки были надеты длинные белые перчатки, ослепительно-белые перчатки. Гроб снова начало крутить вокруг своей оси.
С криком Рокс упала со своей кровати. Она была в своём доме, в комнате Аарона, на неё недовольно фыркал и обнюхивал, тёрся мокрым носом, разбуженный криком Порох. Рокс прерывисто дышала, к телу липла мокрая от пота футболка Аарона с логотипом его любимой рок группы.
Она понятия не имела, как их с Авалоном вернули на берег. Воспоминания были обрывочными. Вот она проснулась, а вокруг толпа народу и к боку жмётся встревоженный Порох, рычит на всех, кто подходит близко к его хозяйке. Вот к ней подошёл опекун. Кажется, мистер Толлэр и довёл её до дома, а после приходил проведать воспитанницу и принести свежих продуктов. К ней заскакивала и Эния, но по молчаливой договорённости они не обсуждали ничего, что касалось фестиваля. Единственное, что сказала Эния - это то, что Авалон приболел, но как и Рокс, отказывается от помощи врача, поэтому Сайрус всегда рядом с ним. А также и мистер Толлэр. Эния рассказала это неохотно, зная, как не понравиться Авалону, если к нему придёт Рокс, но Рокс не собиралась идти к нему, девушка не хотела видеть и Сайруса, о чём она и сказала Энии. С тех пор они говорили о многом, но это были разговоры не о чём. Рокс видела, как сильно Энии хочется поговорить о событиях фестиваля, но ничего не могла с собой сделать: кошмары, мучившие её и до этого, стали ещё сильнее. По вечерам Рокс судорожно проверяла всё двери и окна, заглядывала во все щёлки и углы, брала всё оружие, оставшееся от многих поколений охотников в её семье и запиралась в комнате Аарона вместе с Порохом. Обычно в комнате брата кошмары мучали реже, но теперь это изменилось. Рокс заметила, что похудела, что не могла долго удерживать пишу в организме после еды, с трудом держась до ухода Энии и мистера Толлэра, чтобы наконец исторгнуть пищу и не взволновать их ещё больше. Так прошло три дня и три ночи.
На четвертое утро мистер Толлэр решительно постучал в дверь её домика и заявил, что либо Рокс пойдёт к врачу, либо пойдет на работу. Никакие оправдания не убедили прожившего жизнь и знающего толк в отмазках старика в том, что Рокс вполне хорошо себя чувствует и ей нужен лишь день-два... месяц отдыха. Нет-нет, да пришлось соскрести остатки воли с пола и собрать в маленький, меньше чем детский кулачок.
Так Рокс вышла на работу, окружённая заинтересованными взглядами и подозрительным обилием посетителей, которые почему-то совсем не стремились заказать чай, ну или хотя бы сделать вид, что пришли за этим. Рокс старательно в упор игнорировала все вопросы, не связанные с чайной лавкой, меню чайной лавки, оплатой заказа чайной лавки и всего подобного. К середине дня энтузиазм всех любопытных посетителей поутих и Рокс облегчённо вздохнула.
- Эй, Рокс, сделаем перерыв на покушать? - Заманчиво предложила Эния, поставив на стол любимые угощения Рокс.
Рокс мешкала, думая над отмазкой - это и стало ошибкой.
- Я не голодна, - с лёгкой улыбкой соврала Рокс, разворачиваясь в сторону кухни.
- Эй, нет, - Эния схватила локоть Рокс и развернула к столу, - я обижусь, если ты не поешь.
Заглянув в глаза подруги, Рокс оказалась в ловушке: Эния внимательно следила за малейшими изменениями в лице Рокс, особенно за лихорадочным блеском в глазах от попыток придумать отмазку. Глубоко вздохнув, Рокс попыталась придать лицу более беззаботное выражение и расслабить плечи, она осторожно взяла со стола пирожное-картошку и откусила маленький кусочек. Глаза затуманилось, а в горле образовался комок, но Рокс медленно раздевала и сделала ещё один маленький укус под пристальным взглядом Энии, потирающей свои запястья под длинным рукавом нежно-голубово свитера. Летом. Свитер. Рокс медленно съела все шесть пирожных с тарелки, не отрывая глаз от запястий Энии. Они обе поняли друг друга. Как только Рокс проглотила последний кусок, Эния встрепенулась и лёгкой походкой пошла на кухню. Дойдя до двери, она как будто что-то вспомнила и вернулась за подносом.
- И да, не вздумай отторгнуть еду снова, - Эния продолжала легко улыбаться, когда скрылась за дверью в кухню.
Рокс осела на пол, прячась за кассой. Руки тряслись и она положила их под бёдра и прижала своим весом. Однако тошноты она не чувствовала, скорее ощущение голода.
- Что это было? - Спросила Рокс у пустоты.
Прошло пару часов. Небо было цвета спелого апельсина. Рокс любила апельсины и с улыбкой разглядывала небо, бредя по петляющей тропе к дому. Рядом золотились силуэты деревьев, словно наряжались в маскарадные костюмы: плащи из рыжих лучей закатного солнца. Будто дожидались ночи, чтобы добавить к костюмам маски из света луны и звёзд. Небо цвета спелого апельсина с полосками облачного крема, Рокс словно смотрела на любимые пирожные Энии. Они толком не разговаривали с Энией до конца рабочего дня, и Рокс была в замешательстве. Как Эния узнала, что Рокс толком не питалась? Она не могла заметить, как Рокс ела маленькими кусочками, когда приходили мистер Толлэр, она не могла заметить, как Рокс морщилась, съедая больше, чем собиралась. Или могла? Рокс грустно улыбнулась, подставляя лицо последним лучам солнца, они напоследок сверкнули в её тёмно-рыжих волосах, прежде чем расстаяли от наступления ночи. Рокс заспешила домой, пока тропу ещё видно, пока на ней не заплясали жуткие тени и каждый шорох не стал отголоском шагов монстров, а каждый писк - злобным смешком. Вот и минусы жизни подальше от города, будучи молодой девушкой. Её родной домик был построен очень давно, кем-то из предков охотников, бесстрашно выходившему на охоту и не боясь монстров, потому что он заставлял монстров бояться его. Такими были многие поколения семьи Хантеров, такими были и родители Рокс. её брат... Но гены бесстрашия дали сбой на Рокс, которая боялась темноты и выпускала пойманных зверьков из капканов на потеху всему городу. Рокс вздрогнула, когда раздался раскат грома, она почуяла запах дождя и грозы и пустилась в бег. Капли дождя лениво, почти неслышно попадали на землю. У Рокс оставались доли секунд до начала сильного ливня, до момента, когда гроза начнется в полную силу. Едва она переступила порог дома, вновь раздался гром и дождь забарабанил по крыше, словно ребенок, нашедший в шкафу кастрюли с поварёшкой. Под ногами вертелся Порох, хотя судя по размерам волкодава - это Рокс мешалась под лапами.
- Тихо, пёсик, - Рокс с трудом отпихнула пса от двери и задвинула все засовы.
Сумасшедшим вихрем Рокс оббежала весь дом, запирая все ставни, проверяя все замки. Напоследок она взяла бутылку воды, немного крекеров, фруктов, одного чёрного пса и заперлась в комнате Аарона. Только тогда она смогла вздохнуть спокойно. Рокс почти не заходила в свою собственную комнату, а обитала у брата. Её вещи скромно сожительствовали с его вещами, стараясь не смещать их с законных мест. У Рокс получалось не нарушать порядок, установленный Аароном, и умещать свои вещи. Рокс кинула еду на кровать, а сама плюхнулась рядом с Порохом на полу и огляделась: это была маленькая комната под крышей, со скошенным вниз потолком, расположившаяся на третьем этаже. Деревянные стены были едва видны за множеством плакатов рок групп и фотографий: Аарон с Алексом (братом Сайруса), Аарон с родителями, Аарон с Рокс, с Рокс и Сайрусом, со своей бывшей девушкой Мирой. Рокс много раз хотела сорвать фотографии с Мирой, но не могла, Аарон не стал срывать их сам, а значит, этого не могла сделать и Рокс. Маленькая кровать с множеством тёплых пледов и одеял была придвинута к стене слева от двери и занимала всю короткую стенку, рядом у окна стоял почти пустой рабочий стол с синим креслом-мешком вместо нормально стула. Оставшуюся стену занимал коричневый платяной шкаф, тоже увешанный фотографиями, а слева от двери располагался комод сохотничьеми принадлежностями Аарона. Он был наследником охотничьего наследия их семьи, гордостью отца и матери. Порох улёгся на колени Рокс и тихо засопел. Зевнув, Рокс вздрогнула от очередного раската грома и запрокинула голову назад, рассматривая потолок: он был обвит по бокам гирляндами и ёлочными игрушками, Рокс не знала, как Аарону взбрела в голову эта идея, хотя, наверное, сам Аарон вряд-ли знал ответ на этот вопрос. Зато Рокс знала, что за непонятные узоры синие заполнили собой потолок - это их с Аароном совместная работа. Они разрисовали потолок вместе, когда маленькая Рокс пришла к брату с заявлениями, что она опять испугалась грома и молнии за окном. Аарон вдоволь посмеялся и поиздевался над сестрой, однако, доведя сестру до слёз ему пришлось её успокаивать, тогда Аарон предложил разрисовать его потолок «защитой от монстров «, являющейся по-сути простыми каракулями двух неуёмных детишек, но для Рокс это была настоящая «защита от монстров».
Улыбаясь своим мыслям, Рокс заснула, вцепившись в длинную шерсть Пороха. Спустя пару минут Рокс и Порох проснулись от громкого стука во входную дверь.

Рокс скучала, опираясь спиной на стенку одной из лавок со сладостями. Шума было не больше, чем днём, но в купе с яркими огнями лавок, отражающимися о водную гладь Голубого озера и яркими фейерверками с хлопушками и петардами, всё было непривычны для девушки, которая несколько лет не захаживала на праздники и фестивали. А когда-то она сбегала на фестивали, даже будучи больной.

•••••Наши дни •••••
— А какой твой любимый чай?
— Чёрный.
— Ты любишь шоколадные шипучки?
— А кто их не любит?
— А у тебя есть парень?
— Ты знаешь человека с таким количеством терпения?
— Ты замужем?
— Тот же ответ.
— А сколько тебе лет?
— Девятнадцать, малышка, я очень стара…
— Нууу, ты выглядишь на двадцать… Я люблю синий цвет, а ты?
— Пожалуй, да.
— А ты умеешь считать? Я могу считать до десяти!
–Знаешь, я умею только до пяти…
— Ты врёшь! Если бы ты успела только до пяти, то ты бы сказала, что тебе пять, а на девятнадцать!
— Тогда и ты врёшь, раз знаешь число двадцать.
— Я просто проверяла, слушаешь ты меня или нет.
Маленькая девочка хитро сверкнула пронзительно синими глазами и гордо вскинула голову. Малышка приходила каждый день после садика (насколько знала Рокс). Она заказывала маленькое пирожное с ванилью и чайничек клубничного чая и ждала родителей со смены, но иногда, считай всегда, ей становилось скучно и она закидывала Рокс вопросами, смешно сдувая с лица косую чёрную чёлку. Малышка часто повторялась с вопросами, и Рокс не была уверена, что она вообще запоминает её ответы, а не спрашивает просто так, но Рокс честно отвечала на детские вопросы, пока читала свою книжку. Малышка чем-то напоминала Рокс её саму в детстве, с той лишь разницей, что она закидывала вопросами своего брата, чем часто доводила бедолагу до нервного тика, но у Рокс гораздо больше терпения, чем у её него.
— А ты любишь…
Град вопросов продолжился и Рокс окинула взглядом помещение: две очаровательные, но совершенно разные девушки сидели в уголке, попивая холодный лимонад, одежда одной из них закрывал всё тело и голову, что довольно непривычно в такой жаркий день, а одеянием второй был раздельный красный купальник, мокрые светлые волосы ниспадали на надетую поверх прозрачную сетчатую футболку. Рокс невольно прислушалась к их разговору, параллельно отвечая на вопрос малышки: девушки обсуждали какими красками лучше нарисовать картину, какие цвета лучше смешать и на каких холстах лучше рисовать — Рокс невольно улыбнулась, заслышав, как оживлённо они заспорили об оттенках синего для воды и для неба. Сама Рокс ничего не поняла, но определенно захотела увидеть результат их работы, может, ей спросить из напрямую, когда родители малышки заберут своё дитя домой? Рядом с девушками уместилась группа байкеров в татуировках и повязках, попивающая чаи со льдом. Байкеры в их краях встречались часто, но Рокс каждый раз удивлялась, когда мужчины в кожаных куртках и тяжёлых черных сапогах заказывали чаи, вот оно пагубное влияние телевизора!
— Оу, они такие жуткие, — отметила малышка, проследив за взглядом Рокс.
— Почему же? Они просто живут в удовольствие.
— Мне сказали, что живут в своё удовольствие только эгоисты, — малышка чопорно задрала носик.
— Тогда я предпочитаю быть эгоистом, — Роксел щёлкнула малышку по носу, — твоя мама пришла. Пока!
Раздался звон музыки ветра и малышка растворилась в толпе, взяв за руку красивую девушку с русыми волосами. Роксел устало улыбнулась и поспешила на кухню.
— Роооокс, — сверкнув ярко-зелёными глазками пропела Эния.
— Нееет, — в тон ей пропела Рокс.
— Нууу, — протянула Эния, надув губки.
— Я не буду пить чай по новому рецепту мистера Фореста. Даже не проси. Кстати, с чем он на этот раз? — Рокс заглянула в одиноко стоящую на столе чашку, но вид её не обрадовал.
— Морские водоросли, клубника, корица… И, кажется, …яблоко?
— Гадость! — в унисон протянули девушки.
Мистер Форест, хозяин чайной лавки и работодатель девушек, на протяжении нескольких лет усердно придумывает новые рецепты эксклюзивного чая. Надо отдать должное Мистеру Форесту, иногда у него выходят прекрасные рецепты, но чаще всего выходит настоящая отрава для его работниц за провинности в работе.
— Ты мне должна, — вздохнув, протянула Эния, — в прошлый раз ты опоздала, а я тебя прикрыла.
— Ах, Эния, я думала, ты помогла мне исключительно из любви к моей очаровательной персоне, а не корыстных целей, — приложив руку к груди, трагично произнесла Рокс.
— Конечно же… Нет, — скептично ответила Эния.
Девушки звонко рассмеялись, но осеклись, заприметив зашедшего начальника. Смех бесследно растаял под суровым взглядом толстопузого старичка с блестящей словно начищенный самовар лысиной и распушившейся седой бородкой.
— Чем вы тут занимаетесь в рабочее время? — Вкрадчиво спросил мистер Форест, уперев руки в бока.
— Мы? — округлила глаза Эния.
— Ох, мы… Обсуждали, что можно добавить в ваш позапрошлый рецепт чая, — как ни в чем ни бывало ответила Рокс
— Да? — усмехаясь, протянул мистер Форест, и девушки невольно расслабились от его улыбки. — И что же вы хотите добавить, юные леди?
— Тростниковый сахар, — быстро взглянув на Рокс, ответила Эния.
— Интересно…
Забрав чашку с невкусным чаем, Роксел со спокойной душой юркнула обратно в зал, отмечая, как восторженно Эния обсуждает ингредиенты для чая. Эта девушка всегда любила готовить, но это сложная задача для человека с подобной репутацией. Рокс знала не понаслышке, какие последствия могут идти за людской недалёкостью и грязными сплетнями, ей совсем не хотелось такого для Энии, но снежный ком уже давно запущен.
Что-то щёлкнуло у уха, но Рокс не обратила внимания. Щёлк… Щёлк… Щёлк… С трудом повернувшись на звук, она обречённо вздохнула:
— Чего тебе, Сайрус? — несколько раздражённо спросила Рокс.
— Эй, а где улыбка? Где веселое приветствие? Где «чего изволите, дорогой гость»? Тебя так скоро уволят — нагло улыбнулся… гость. Видимо, на собственном примере показывал какая должна быть улыбка.
— Здравствуйте, дорогой гость, чего изволите? — Закатив глаза и сделав упор на «дорогом госте», спросила Рокс, сложив руки на груди.
— А где улыбка? — «Дорогой гость» склонил голову на бок и сделал большие глазки.
— Улыбку требуй со своих оленей, охотник, а тут говори свой заказ, –отчеканила Рокс, не сдерживая раздражения.
— Олени вежливее, — отметил Сайрус уже с серьёзным, наконец, лицом.
— Когда? Когда ты тащишь их туши с охоты? Ещё бы! Можешь у них чай заказывать, раз они такие вежливые. Вперед! — Усмехнулась Рокс.
— Они хотя бы не грубят.
— Кто бы говорил!
— Слушай, ты только восклицательными и вопросительными предложениями разговаривать умеешь? Я, между прочим, вежливо ждал, пока ты снизойдешь взять у меня заказ, заметь, я не грубил.
— Не грубить ты можешь только при свидетелях. Живодёр!
— Я не живодёр! И между прочим, ты сама из охотников и рыбаков, и деньги за это живодёрство тебя годами кормили! Так что не цепляйся ко мне.
— Ты живодёр и грубиян.
— Ёлки-палки, да я извинялся! Раз сто! Будто бы ты у нас вегетарианка.
— Нет, но я хотя бы не топлю собак!
— Я его не топил!
— Привет, Роксел, — вмешался в беседу Авалон, всё это время стоявший за спиной друга.
— Привет, Авалон, что хочешь заказать? — Мило улыбнувшись, спросила Рокс. Авалон был неплохим парнем, но у него есть серьёзный недостаток — его друг Сайрус.
— Два гранатовых чая и один сырный сэндвич, пожалуйста, — смерив друга насмешливым, взглядом, ответил Авалон.
А ещё у Авалона был плюс — он не очень любил болтать попросту, особенно с Рокс. У такого отношения были свои причины, но Рокс они не сильно беспокоили, а точнее, совсем не беспокоили.
Рокс Сайруса старательно игнорировала, продолжая улыбаться Авалону, усердно записывала заказ. Если бы посетители не наблюдали такие сцены каждый раз, когда приходила эта парочка, то они бы решили, что Роксел строит глазки Авалону.
— С тебя девять… ага, спасибо, — девушка взяла деньги и продолжила записывать заказ, чтобы отнести мистеру Форесту.
— Вот заказ на два гранатовых чая и один сэндвич с сыром. — Рокс сунула бумажку с заказом в маленькое окошко в стене и обернулась в зал.
— Заказ скоро будет готов, — критично оглядывая стаканчик с чаем Энии, сообщила Рокс. — Куда бы его вылить? — себе под нос пробубнила девушка.
Тем временем Сайрус и Авалон что-то активно обсуждали шёпотом. Сайрус сначала показал на себя, потом на Роксел, а затем постучал по столу и снова показал на Роксел. Авалон слушал друга, скрестив руки и закатывая глаза. Поначалу он пытался вставить в красочный монолог свои пять копеек, но удалось только покрутить пальцем у виска.
— Может, вы поговорите в другом месте? Вы гостям кассу загораживаете, — устало сказала Рокс.
Сайрус резко повернулся к ней со злобной гримасой, отчего девушка подпрыгнула. Где-то на фоне засмеялся Авалон, чем заслужил два недовольных взгляда.
— Слушай, Рокс, — с хитрой улыбкой начал Сайрус.
— Роксел, — отрезала девушка.
— Что, прости? — опешил Сайрус.
— Кто. Рокс меня зовут только друзья, а для тебя я Роксел, –ледяным тоном продолжила девушка, сжимая стаканчик.
— Роксел, понимаешь, — поспешил вмешаться Авалон, заткнув другу рот. — Этот придурок хотел узнать, что бы он такого мог сделать, чтобы заслужить твоё прощение.
Ситуация начала раздражать девушку, хотя картина Авалона, затыкающего рот Сайрусу, вполне её устраивала. «Нет, надо от них избавляться, иначе они ещё долго будут нервы трепать», — подумала Рокс.
— Значит… Сделать что-то, чтобы я тебя простила? — После минутной паузы произнесла Рокс, на что Авалон кивнул, продолжая держать Сайруса в стальной хватке.
— Значит, я могу попросить что угодно? — Уже более живым тоном спросила девушка, натягивая милую, как ей казалось, улыбку.
— Да. Сделаю, что попросишь, и тогда ты в знак нашего применения пойдешь с нами на фестиваль, –наконец вырвался Сайрус.
— Боюсь, мне не дадут отгул, — начала было девушка, но мистер Форест, который принёс заказ ребят, поспешил тоном матери Терезы объявить, что с радостью отпустит её на фестиваль, проходящий сегодня вечером у голубого озера.
Одним словом — засада для Рокс. А ребята, наоборот, заулыбались и гордо вскинули головы, правда, Рокс теперь бы пришлось принести табуретку, чтобы посмотреть им в глаза.
— Ладно, хорошо. — Уверенно ответила Рокс, — пойду, если выпьешь это.
Она протянула Сайрусу стаканчик.
— Это что, яд? — опасливо спросил Сайрус.
— Да! Ой! Нет, это чай, — убеждала Рокс, активно жестикулируя, — просто это новый рецепт мистера Фореста: чай из солёного шиповника.
— Из чего?! — не понял Авалон.
— Солёного шиповника, — кивнул на стакан Сайрус. — Ладно.
Из кухни вышла Эния, радостно помахав братишке Сайрусу, сдавленно ойкнув, увидев знакомый стаканчик в руках брата, однако сделать ничего не успела. Не веря своим глазам, Роксел наблюдала, как Сайрус медленно поднёс к губам трубочку и сделал маленький глоточек этого пойла. Его лицо в миг перекосило, но он сделал ещё один глоток, прежде чем закаляться.
— Ну как? — Брезгливо спросил Авалон.
Сайрус резко кивнул и сделал ещё глоток, но сразу же замотал головой. Внезапно у Рокс вспыхнули щёки, и ей стало очень стыдно за свой поступок. Она попыталась забрать стакан у бедолаги, но тот сделал пару шагов назад, открыл крышку стаканчика и залпом выпил весь чай. Рокс прикрыла рукой рот, а Авалон, кажется, выругался.
— Ты как? — Шёпотом спросила Рокс.
— Хорошо, — безэмоционально ответил Сайрус. — До встречи на фестивале.
Только сейчас, когда Сайрус схватил за рукав Авалона и буквально вылетел из лавки, Роксел поняла, что все, даже мистер Форест, стоявший у неё за спиной, наблюдали за произошедшим. Она наконец опустила руки и застонала, увидя, что ребята даже не забрали свой заказ: «Боже, как стыдно! Какая я ужасная!», — подумала Рокс.
— Слушай, он ведь отомстит, — серьезно кивнула Эния.
В её тихом голоске отчётливо была слышна жалость, и не только к брату…

Дрожащими руками Мэри удерживала плащ на плечах, петляя меж покрытым мхом деревьев, только шептала что-то под нос, не то молилась, не то напевала. Тень пролетела над головой, задев волосы, и Мэри с криком сорвалась с места. Это была всего-то ветка, но она этого никогда не узнает, как и того, что она в безопасности. Пока в безопасности, ведь произошедшее никак не может бесследно исчезнуть, но сейчас ни ей, ни ребёнку, о котором она ещё не знает, ничего не грозит.

Роксел Хантер — последняя наследница охотничьего рода. Многие поколения семьи Роксел погибают в страшных муках, и у всех смертей есть кое-что общее. Роксел предстоит понять, что стоит за вереницей смертей, и постараться не сойти с ума,ведь древние проклятия распространяются на всех членов рода. Одно неугомонное

На всякий случай уточню,что у меня два псевдонима:1)Kaya Jay,2)Кей Эйч

Оба я использую и под обоими я нахожусь так же на ваттпад (Кей Эйч) и Фикбук(Кей Эйч)

Я публикуюсь только на этих трёх ресурсах! Поэтому, пожалуйста,сообщите мне, если увидите мои работы на других ресурсах, под другими никами 

-Как становятся огнеедами, ты слышала об этом?
Леона промолчала, опустив голову. Знала… Старая бабушка захворала после казни Барса. Чёрные бутоны цвели по всему телу, казалось даже в голубых глазах цвели. Шептали что старуха горевала по любимому внуку, её жалели, приходили посочувствовать.Только Лео не верила в это .Не верила её горю.Старуха не любила никого кроме себя— так считал и Барс. Как-то посреди ночи дверь в её комнате открылась протяжно скрипнув. Леона проснулась и увидела бабушку, сидящую на её кровати. В комнате горела только одна свечка, но Леона могла поклясться, что видела слёзы. Старуха болела долго, с каждым днём её движения становились медленней, взгляд туманей, а речь всё более бессвязной.
— Ты подросла, за то время что я тебя не видела- прошептала старуха.
Леону старуха не видела с тех самых пор, когда малышка узнала о смерти брата.
— Что ты здесь делаешь? -спросила Лео, садясь на кровати.
— Можешь мне не верить, но я любила своего внука, и люблю внучек — голос старухи был тихим, медленным.
— Зачем ты говоришь это мне? -Леона склонила голову на бок, так делал брат когда спрашивал.Она старалась перенимать все привычки брата, пока не забыла их с течением времени.
— Я хочу чтобы ты знала об этом .К утру меня не станет, и никто мне не поможет.
 Малышка удивлённо открыла рот:
— Разве можно знать, когда умрёшь?
— Можно, хочет умирающий или нет, он почувствует это.
— Нет, это глупо .Умирающий сам считает себя умирающим, вот и чувствует смерть — Малышка махнула рукой -Если захочешь ты выздоровеешь…
— Знаешь, как становятся огнеедами? -спросила старуха, но не стала ждать ответа — Огеедом можно родится, а можно стать .Им не может стать дракон, но может человек.Моя прабабушка рассказывала мне… Ночью спящий ребёнок проснётся от плача, не в силах разобрать кому принадлежит плач .Ему? Или звук доносится с улицы? Дитя захочет позвать родителей, но слова не вылетят из уст, крик не покинет глотку. Они растворятся .Тогда Дитя заплачет, слёзы ослепят взор, но Дитя встанет .Побежать к матери, но ноги понесут его не туда. Дитя побежит туда, где его заберут огнееды. Змеи давно так не делают, но что им мешает начать снова? Ничего.
Лео содрогнулась, просыпаясь от кошмара.Кошмара, который на самом деле был воспоминанием.Тяжело дыша, Лео огляделась по сторонам.Она заснула прямо в классе, и это не осталось незамеченным, но вовсе не учителем… К сожалению для Лео.Она тряхнула головой, позволяя бледно розовым прядям закрыть лицо от наблюдателей .Тело всё ещё била мелкая дрожь, пришлось с силой вцепиться в парту чтобы скрыть это, благо мешковатая одежда сделала за неё пол дела.Где-то за пределами потухшего вулкана едва ли встало солнце.Вулкан был её домом уже несколько лет и по совместительству академией для многих юных драконов.И поэтому ещё один кошмарный сон в людном месте может стоить ей головы.
 Она всё ещё чувствовала на себе три пары глаз, и не нужно было оглядываться чтобы узнать кому они принадлежат: за предпоследней партой первого ряда сидел зеленоглазый Дилан, его взгляд был раздраженный, в отличие от Брукса, сидящего за предпоследней партой второго ряда.Этот тип глядел на неё зло, настолько, что сидящие перед Лео нервно ёрзали на своих местах .По правде говоря она не сделала ему ничего плохого, но что-то в ней раздражало его с их первой встречи.Эта неприязнь была взаимной, хотя Лео показывала это не так явно, во многом из осторожности—Брукс был вспыльчив и в отличие от неё, он лучше контролировал свою магию огня.Но не смотря на умения Брукса, магия Лео была сильнее, поэтому ей и было сложнее контролировать магию, особенно учитывая особенности воспитания Лео.
Лео тихо вздохнула, слева от неё, за соседней партой сидел обладатель третьих глаз.Не удержавшись она повернулась к нему лицом, о чём сразу же пожалела: взгляд Кемана было тяжело выдержать, словно на неё смотрит разъяренное пламя и чёрные угли, и плевать что Кеман владелец стихии ветра.Лео не отводила взгляд пару долгих секунд, чем заметнее для Кемана было то, как сильно расширились её глаза, когда он со скрипом пододвинул стул ближе к ней.Все в классе обернулись на звук и тут же повернулись обратно, кроме ухмыляющихся Брукса и Дилана, внимательно наблюдавших как Лео вжалась в стену.
—Я напугал тебя, Леона? —Кеман ухмыльнулся, довольный её реакцией, и подвинул свой стул впритык к её стулу.
—Нет.—Твёрдо ответила Лео, критично рассматривая маленькое расстояние между ними и продолжила:
—Но мне не нравится, когда посягают на моё личное пространство.
 Кеман ухмыльнулся ещё шире и наклонясь к её уху:
—А где ты увидела своё пространно?
Лео брезгливо содрогнулась от его тёплого дыхания, а затем, сморщила нос понимая, какую явную провокацию использует Кеман.
—Не знала, что ты пометил все парты в классе? —ехидно отметила Лео, безуспешно стараясь отстраниться.
—В этом нет необходимости, когда ты один из сильнейших на острове.
 Лео с мольбой оглянулась на учителя, который продолжал спокойно вести урок, игнорируя их с Кеманом на задней парте, кроме того Кеман почти полностью закрыл её своим телом, отчего могло создасться ощущение, что Леоны тут не было и в помине, а может и не будет в будущем.Кеман говорил правду, и Лео отлично это знала.Дело в том, что Кеман сын одного из старейшин острова, и по совместительству главы защитного ордера острова, что давало Кеману много привилегий, в том числе и поблажки среди учителей и многих других жителей острова.Но не это давало ему власти, а положение альфы своей стаи—начальной версиибудущего большого клана драконов, под подчинением Кемана.Он в совершенстве владел своей стихией ветра и успешно вербовал к себе ребят, выделявшихся мощной магией, таких как Дилан и Брукс.
Стаи были важной частью иерархии в мире драконов.Основателями стай могли стать только сильные драконы, которых именовали альфами.Альфы сами решили кого брать в свои стаи, а кого нет.Разница была лишь в том, добровольно ли попал под подчинение альфы тот или иной дракон.А после попадания в стаю приходилось беспрекословно подчиняться приказам «вожака», не имея возможности уйти по собственному желанию. Многие драконы оставались в стаях навсегда, пока стая не выростала настолько, что её начинали именовать «кланом».И чем сильнее клан, тем больше у его альфы власти.На данный момент на острове было три сильных стаи, которые в будущем имели все шансы перерости в кланы.И стая Кемана была в их числе.Это действительно делало Кемана одним из сильнейших на острове, но пока ещё не самым сильным.Пока ещё.
—Не мог бы ты отодвинуться? —с улыбкой спросила Лео, понимая что ей никто не поможет. Она бы хотела уйти из класса, но это могло плохо, поэтому она решила применить другую тактику.
—Нет.Мне вполне удобно и так.
 Лицо Кемана стало издевательски довольным, а где-то неподалёку раздались смешки Брукса и Дилана.И Лео едва не закатила глаза от недовольства.Они либо просто решили поиздеваться, либо что-то задумали, и у Лео не было ни малейшего желания узнать их планы на собственной шкуре.
—Ну-ну, не надо хмуриться, Лео, я всего-то хотел позвать тебя прогуляться позже—Кеман примирительно улыбнулся и крепко сжал её руку, словно не замечая попытку вырваться из его хватки
Лео в упор глядела на Кемана, она понимала —влипла по уши, и её уже не волновал его тяжёлый взгляд.
—Когда и куда? —Она мило улыбнулась, совершенно точно не собираясь никуда с ним идти.
—Прогулямся в одно место после этого урока.У меня есть сюрприз для тебя, надеюсь тебе понравится.
—Ммм, как мило, но у меня дела.Может встретимся после следующего урока? —Лео постаралась сделать как можно более милое личико, но хитрый взгляд Кемана явно говорил о том, что у неё не вышло.
—Думаю твои дела подождут. —холодно отчеканил он, теряя улыбку посреди предложения.
 Оставалось только тихо вздохнуть.Эта шайка присматривалась к ней уже некоторое время и обычно ей удавалось избегать их, но как только она провалилась со своим третьим экзаменом, они стали наглее.На самом деле она не совсем провалилась, просто не смогла даже попасть на экзамен.Успешеые магические экзамены давали возможность оставаться «вольным» драконом, до окончания обучения, когда надо будет участвовать в особых испытаниях, чтобы сохранить свободу.Но те испытания доступны только драконам свободным.Поэтому ей ни в коем случае нельзя попасть кому-нибудь в подчинение к этому времени, иначе её попросту не допустят к испытаниям.А у неё осталось мало времени, всего год до её Задачу усложняло и то, что доступ на гору, где проходит экзамен, зависел целиком и полностью от древней магии, из которой и состояла «Гора смерти».А своенравная магия почему-то её невзлюбила с самого первого дня и уже много лет не пропускала, когда Лео имела цель сдать экзамен, но спокойно давала ей пройти, если кто-то «бросал ей вызов». Из-за вызовов Лео была на горе смерти бесчисленное количество раз, но ни разу не смогла получить доступ к экзамену —это сыграло ей дурную службу, ухудшая положение Лео на острове.
От этих мыслей её оторвали знакомые ощущения.Леона попыталась вырваться из крепкой хватки и встать, но Кеман перехватил её свободной рукой за талию, удерживая на месте, а другой рукой крепче, почти болезненно продолжал сжимать её руку.Свободной рукой Лео пыталась вырваться из хватки Кемена, пока он не перехватил и её вторую руку и переместил её руки под парту, спокойно удерживая в своей ручище две её руки.Кеман спокойно пил магию, которую излучала Лео.В ней была не только магия огня, но и магия резерватора, иными словами ходячего источника магического резервации.Когда в других драконам был один магический резерв, в ней было два, с той лишь разницей, что Лео могла использовать только один, когда второй могли использовать всё кроме неё самой.Для этого достаточно было лишь прикосновения, тогда магия из её второго резерва переходила в резерв того, кто «вытягивал её магию». Это происходило медленно для Кемана, но ощутимо для Лео.Сушествовал и другой способ, который позволял выпить больше магии и гораздо быстрее, но он требовал большей физической близости.
—Отпус…—начала требовать Лео, но Кеман больно сжал её руки.
 Её глаза покраснели и она гневно уставилась на Кемана, беспристрастно глялевшего на неё в ответ. Её переполняло желание запустить в его лицо фаерболл, но за использование магии в классе её ждало бы наказание.И что-то ей подсказывало, что Кеману наказание не грозит даже, если он устроит торнадо в классе.
—Спокойно, Лео —Кеман положил подбородок ей на макушку, не обращая внимания на недовольства.—Я почти закончил.
 Это была последняя капля.Наплевав на наказания, Лео выпустила силу, раньше, чем успела это обдумать, и парта вспыхнула ярким костром.Искры пламени посыпались на Кемана, который ни капли не растерявшись сдул их прочь от себя, словно ждал этого.Где-то на фоне раздался яростный крик учителя и Лео наконец поняла в чём было дело.
 Учитель залил горящую парту водой, продолжая орать на Леону за нарушение правил, но она лишь крепко зажмурилась и пропустила всё мимо ушей, всё кроме громкого голоса Брукса:
—Эта девчонка прилюдно оскорбила альфу моей стаи! Я вызываю её битву.
Класс заполнила оглушающая тишина.Лео распахнула глаза: Брукс и Дилан нависли над ней с выражениями превосходства на лицах, остальная часть класса выглядела ошарашенной.
—Чтож, полагаю это справедливо—холодно отметила учитель, а затем добавила громче —Леона, вон из класса.Немедленно!
 Лео повернулась к Кеману, он стоял немного позади неё, и тихо спросила:
—Я тебя оскорбила?
—Всё верно—подтведил он.Теперь Кеман не улыбался, но выглядел почему-то ещё более довольным, он облокотился плечом к стене и немигая наблюдал за ней.
 Лео хмыкнула и встала, собираюсь покинуть класс, проходя мимо Кемана она вдруг повернулась к нему:
—А знаешь —Лео широко улыбнулась и одним резким движением залепила ему пощёчину.Кеман даже не вздрогнул, но горящие глаза впились в её лицо.
 В классе раздались ошарашенные возгласы и голос Лео почти утонул в них:
—Вот теперь я действительно тебя оскорбила, мудак.
"А гори всё синим пламенем"—подумала она, спешно покидая класс.Как только Лео оказалась в коридоре, она немедля пустилась в бегство.Кто-то позади громко захлопнул за собой дверь.

      Мир поделён между четырьмя враждующими рассами,которые не могут ужиться в мире. Люди,огнееды, сирены и драконы — находятся на пороге очередной войны, в которой драконы занимают самое уязвимое положение ,не в силах оправиться от потери правителей, пропавших несколько десятилетий назад.Сейчас драконами управляет совет старейшин, совет властолюбивых и жестоких драконов, каждый из которых плетёт свои интриги.

     В мире драконов Леона с рождения занимает плачевное положение в попытках сохранить свою свободу .Она дракон с внешностью сирены,чем постоянно навлекает на себя проблемы, она дракон, чья магия является полезным инструментом для любого,кто хочет власти.Но благородоря воспитанию и наставничеству своего старшего брата она находила способы сохранять свободу.Однако,Леона та,кто с рождения скрывала проклятие,за которое её без промедления казнят,как несколько лет назад казнили её брата.Её магия проклята и виной этого проклятия пропажа членов королевской семьи за долго до её рождения .Проклятая девушка, чья магия вызывает интерес у всех , заинтересовала того, кто может раскрыть её тайну, и тогда она рискует не потерей свободы, а потерей жизни.