Даже если охарактеризовать состояние Гарри как глубокое потрясение, когда он шел с Хагридом по направлению к Гринготтсу, то эти слова не отразали бы его истинного состояния. Мальчик узнал о том, что на самом деле произошло с его родителями, и ему стало понятно, почему все встреченные им здесь, в магическом квартале, волшебники к нему добры и смотрят на него как на какое-то ожившее чудо. До этого Гарри в этой жизни никто не замечал, и все происходящее казалось ему удивительным.

Гоблины в банке произвели на него положительное впечатление тем, что отнеслись к нему так же, как и к любому другому магу. Магу! Это было так странно!

Гарри был волшебником, и он должен был поступить на обучение в специальную школу, чтобы освоить волшебство. Однако Хагрид в банке, в отличие от гоблинов, вел себя странно. Кто бы стал обсуждать данные ему суперсекретные поручения в общем зале при таком скоплении посторонних?

Он не подслушивал специально, но отчно понял, что  Хагриду нужно было взять для Дамблдора «Сами-Знаете-Что» в сейфе «Сами-Знаете-Кого». А, ведь, и другие могли услышать это!

Зато Гарри был в восторге от того, как они мчались на специальных тележках с бешеной скоростью по подземельям, уносясь все ниже и ниже под Лондон… гораздо ниже, чем метро. Интересно, как это еще никто не обнаружил эьти подземные сооружения? Наверное, всё тут было защищено магией. А вот Хагрид немного позеленел в этой поездке...

Сначала они посетили сейф Гарри. Когда Поттер увидел, сколько денег оставили ему в хранилище родители, он удостоверился, что тетя Петуния лгала ему о том, что они были безработными. Однако потом он мысленно прикинул, сколько ему придется потратить на учебу в Хогвартсе, и понял, что сумма быстро уменьшится к моменту его окончания. Тем не менее это были все равно значительно большие деньги, так что грех жаловаться.

.

Взяв рекомендованное количество галеонов для покупок к школе, Гарри вернулся к тележке, и они поехали дальше. По дороге у Гарри возникли опасения: смогут ли Вернон и Петуния смогут добраться до его денег? В этих размышлениях он пропустил момент, как Хагридом выполнял поручение дамблдора и пришел в себя уже, когда они шли к выходу из банка. 

И тут один из гоблинов обратился к нему:

— Мистер Поттер, ваш поверенный Треркс просит вас уделить ему немного времени для беседы.

— Нам нужно идти, я должен отвести Гарри за покупками для школы, — немедленно возразил Хагрид, как будто предвидя этот вопрос.

Мальчик посмотрел на гиганта, ему показалось, что он взволнован этой просьбой. Он не хочет, чтобы Гарри общался со своим поверенным?

— Это займет совсем немного времени, мистер Поттер, — добавил гоблин, обращаясь к мальчику, игнорируя присутствие Хагрида.

— Пойдем отсюда, Гарри, нам нужно много чего купить для тебя, — настаивал гингант, пытаясь вывести мальчика из банка.

Дамблдор просил Хагрида позаботиться о том, чтобы гоблины не приставали к Гарри с разными юридическими и финансовыми вопросами. Он, Альбус, сам постепенно расскажет Гарри все, что ему нужно знать. Хагрид был полон решимости выполнить это поручение.

— Я хотел бы поговорить с ним, — заявил Гарри, останавливаясь.  Предложение  было как никогда кстати, ведь мальчика волновал вопрос, не смогут ли каким-то образом его тетя и дядя получить доступ к его деньгам.

Хагрид тоже остановился и с изумлением уставился на мальчика.

— Тебе не о чем беспокоиться, Гарри. Альбус Дамблдор расскажет тебе все, что тебе нужно знать.

Это утверждение еще больше убедило Гарри  в необходимости встречи с поверенным. Он мало знал о волшебном мире, но уже понял, что Дамблдор — директор Хогвартса, и почему школьный лиректор должен был обсудлать с ним его финансы? Это звучало странно.

— Все в порядке, я все равно собирался вернуться, чтобы бы задать несколько вопросов Трерксу, — сказал Гарри, и это была чистая правда.

— Ты уверен, что тебе это нужно, Гарри? — спросил растерянный Хагрид, который не слишком был хорош в дискуссиях и убеждении. Он просто хотел все сделать так, как сказал Дамблдор.

— Да, я уверен, — ответил Гарри.

— Следуйте за мной, — сказал гоблин, направляясь в сторону дверей к многочисленным переговорным, которые еще ранее заметил Гарри, просив через пречо Хагриду: 

— Вы подождите злесь!

***

— Треркс будет  с минуты на минуту, — сообщил облин, сопроводив Гарри в одну из переговорных.

Мальчик кивнул, оглядывая помещение. Там было на что посмотреть: сверкающие мраморные стены были завешаны коллекцией старинного оружия: кинжалы, мечи, копья, дубинки и, как предположил Гарри, волшебные палочки. В центре переговорной стоял большой стол, за которым могли рассесться более дюжины человек. Не зная, какое место ему можно занять, Гарри просто оставася стоять.

— Доброе утро, мистер Поттер, — произнес гоблин, входящий в кабинет. — Меня зовут Треркс, я управляю счетами в хранилищами рода Поттер.

— Хранилищами? Их больше, чем одно? — удивленно спросил Гарри.

Треркс жестом предложил присесть за стол и занял место напротив Гарри, положив на стол большую папку, которую принес с обой.

— Да, больше чем одно. Они станут доступны для вас, когда вы примете титул лорда Поттера.

— Лорда Поттера? — переспросил изумленный Гарри.

Треркс хмыкнул и одарил мальчика взглядом, в котором ясно читалось, что он считает его полным идиотом. Он не собирался повторять каждую фразу несколько раз.

— Мистер Поттер, ваши опекуны — Вернон и Петуния Дурсль, проживающие по адресу дом номер четыре по Тисовой улице в Литтл Уингинге?

— Да, — сказал Гарри, скривив лицо.

— Ваш магический опекун — Альбус Дамблдор, это так?

— Не знаю… Я думал, что он директор Хогвартса… — Гарри судорожно сглотнул.

— Вы разве с ним не знакомы? — уточнил Треркс.

— Нет, сэр. Я никогда с ним не встречался, — ответил Гарри, смущенно смотря в пол. — А что должен делать магический опекун?

— Неужели вы ничего не знаете о законах и обычаях мира, в котором вы родились, мистер Поттер? — недоверчиво спросил Треркс.

— Я ничего не знал, сэр, и до сих пор не знаю. Я только вчера узнал, что я волшебник и что магический мир вообще существует. Дядя пытался помешать мне прочитать письмо или не хотел, чтобы Хагрид забрал меня и отвез сюда для учебы.

— Он забрал тебя без согласия твоих опекунов? — спросил Треркс. Ему совсем не нравилось то, что он слышал.

— Пожалуйста, сэр… Я хочу учиться в Хогвартсе! — сдавленным голосом проговорил Гарри, подумав, что так делать было нельзя, что его сейчас вернут Дурслям и накакой школы волшебства он не увидит.

— Успокойтесь, мистер Поттер, — ответил Треркс. — Похоже, Альбус Дамблдор принебрегал своими обязанностям магического опекуна, чего не должно было быть. Готовить своего подоречного к самостоятельной жизни в магическом мире, объяснять ему все. что для этого требуется  — это обязанность и ответственность всех магических опекунов.

— А можно сменить магического опекуна? — спросил Гарри, облизывая пересохшие губы. — Может быть, попросить кого-то другого стать им, того, кто захочет помогать мне?

Гарри был зол на Дамблдора. Из-за него он чувствовал себя дураком, попав сюда.

— Есть один способ, — сообщил ему Треркс, — если вы докажете, что способны заботиться о себе, вы сможешь получать эмансипацию, а приняв титул лорда Поттера на семь лет раньше получите доступ к имуществу рода.

— Как мне это сделать? — уточнил Гарри.

— Боюсь, что с вашими нынешними знаниями о магическом мире это будет совершенно невозможно. А еще ваш нынешний магический опекун обладает значительным влиянием в обществе и в Министерстве магии. Я уверен, что он вопрепятствует вашей эмансипации.

— Но он уже показал, что никуда негодный магический опекун! — возмутился мальчик.

— Это так, но вы должны понимать, что власть и влияние Дамблдора очень велики, — сказал гоблин. — И, как я подозреваю,  то, что он ваш магический опекун, дает ему большие полномочия. И даже если, вдруг произойдет чудо, вам удастся пройти процесс эмансипации, он все равно будет контролировать ваши активы до тех пор, пока вам не исполнится пятнадцать лет и вы не сможете законно у него все отобрать.

— Мои активы? 

— А что, если я докажу, что со мной обращались плохо? — тихо произнес  Гарри, и выглядел так, словно он собирался сообщить о чем-то постыдном и унизительном.

Глаза Треркса яростно вспыхнули.

— И это правда, мистер Поттер?

Гоблин окинул мальчика внимательным взглядом. Его одежда действительно говорила о том, что его опекуны пренебрегают им, хотя доходы Дурслей, вместе с пособием, которое выплачивал им Дамблдор для содержания Гарри, составляли приличную сумму. Мальчик, к тому же, выглядел слишком маленьким, худым и костлявым для одиннадцатилетнего парня. Под его огромной одеждой это не так заметно, но если приглядеться, можно было увидеть его тощую шею, тонкие руки и впалые щеки. Да, похоже, Поттер говорил правду.

— Да, — мальчик кивнул.

Разум Треркса работал лихорадочно, просчитывая варианты, которые он мог бы предпринять, чтобы помочь Гарри. Всё, что приходило ему на в голову, отвергалось. Везде, скорее всего, результат был бы обратным, или Дамблдор становился непреодолимым препятствием. Везде, кроме...

Треркс вспомнил, что бабушкой мальчика была Дорея Блэк. Гоблин быстро щелкнул пальцами, и перед ним оказалась информация из материалов, которые он хранил в толстой папке, с которой пришел, обо всем, что имело отношение к этой леди. Треркс выбрал один из документов. 

Это был контракт. Брачный контракт между родами Лестрейндж и Поттер, который был составлен Корвусом Лестрейнджем и Дореей Блэк-Поттер еще до появления у них детей. ейчас Корвус Лестрейндж был еще жив, но Дореи уже не было. Сыновья Корвуса, Рудольфус и Рабастан, находились в Азкабане, старший уже был женат. Ни у одного из братьев не было наследников, и Гарри Поттер оказался последним из рода Поттер. Это могло бы быть выгодно всем...

Гоблин голову от бумаг и произнес:

— Дайте мне несколько дней. Мне кажется, что я нашел способ, как вам помочь, только мне нужно убедиться, что все может получиться. Мы не должны больше заставлять мистера Хагрида, иначе у Дамблдора будут большие подозрения на тот счет, о чем мы свами так долго могли разговаривать. Запомните, будьте осторожны со всеми словами, которые вы собираетесь когда-лтбо произносить в его пристутсвии. Пусть вас не вводят в заблуждение его образ доброго старого волшебника и его сладкие речи. Он могущественный маг, победивший Темного Лорда Гриндельвальда. Он умен и хитер, — сообщил ему гоблин, записывая что-то на листке бумаги, который он передал Гарри.

— Купите эти книги, они помогут вам лучше понять волшебный мир. Это всего лишь начальная информация, но все же лучше, чем ничего.

— Как вы свяжетесь со мной? — спросил Гарри, отмеячая про себ, что Хагрид и Треркс имеют совершенно разные мнения о Дамблдоре. — Пришлете сову?

— Совершенно верно, мистер Поттер, но если мы не получим от вас ответа, то мы сами придем за вами сами, — уверенно заявил гоблин.

— Спасибо, мистер Треркс, — пробормотал Гарри, принимая листок бумаги, убирая его в карман.

— Будьте здоровы, мистер Поттер, — сказал гоблин, который решил, что сделает все в своих силах, чтобы помочь мальчику, даже если это ограничится только тем, что он сможет вытащить его из лап плохо обращающихся с ним опекунов.

Гарри покинул переговорную молча, чувствуя себя совершенно ошеломленным от всего, что узнал. Его охватило оцепенение, которое частично отступило во время покупок к школе, включая приобретение красивой белой совы, которой он даст имя Хедвиг.

Дрма, к сожалению, Вернон Дурсль запер все его приобретения в чулане. Хорошо хоть его самого там не заперли вместе с вещами, а выделили для жизни вторую спальню Дадли. Конечно, комната импользовалась, как кладовка и была полна разного хлама, мебель была старой, а пружины из матраса впивались в его спину… Но это была комната. Это было больше, чем то, к чему он привык...

Все хорошее быстро проходит. Через два дня поход в магический квартал уже казался Гарри чудесным сном. Он мучался от боли, так как Петуния снова ударила его по ней сковородкой, а Вернон снова отыгрался на нем, пребывая в плохом настроении, протащив по лестнице и швырнув в комнату. Объем его работы по дому удвоился, а Дадли несколько раз поколотил его из мести за свой поросячий хвост.

Одновременно со всеми своими злоключениями Гарри размышлял о том, почему Дамблдор ни разу не соизволил прийти и проверить, как ему живется у Дурслей? Почему он ничего не рассказал ему о волшебном мире? И зачем вообще он отдал его Дурслям? Неужели этого хотели его родители? Его родители, которые погибли, защищая его, а не в автокатастрофе, как ему постоянно говорили Дурсли. Гарри надеялся, что он вскоре получит ответы на свои вопросы.