20 лет, 29 фамилий, более 70 названий – слишком объемно, чтобы охватить целиком. Я вначале думал сфокусироваться на эпатажном Мамышеве-Монро или Осмоловском, который играл в «Зелёном слонике». Но в чатике попросили рассказать о художнице Ане Жёлудь. И это тот самый случай, когда искал медь, а нашёл золото.

Выпускница питерской художественно-промышленной академии им. Штиглица, на старте карьеры она скорее дизайнер, чем художник. Её самые узнаваемые работы – это серия металлических конструкций, буквально повторяющих контуры бытовых предметов в какой-нибудь чертежной разметке.

Посреди белоснежной комнаты стоит сваренный из прутьев контурный стол, к нему придвинут контурный стул. В паре метров от них стоит контурное фортепиано. На металлической вешалке висят металлические плечики. При желании на них можно повесить одежду. На стенах висят пустые металлические рамки. При желании в них можно вообразить любой рисунок. Каждая из работ подчеркивает зыбкость границы между воплощенным функциональным предметом и абстрактным понятием.

В нулевых и десятых годах Жёлудь трижды номинируется на премию Кандинского, в 2007 участвует в венецианской биеннале. Помимо инсталляций она создаёт множество картин в стиле примитивизма. Пейзажи или портреты – зачастую те же контуры, но уже выведенные на бумаге.

В 2012 художница открывает в собственном доме в Подмосковье арт-резиденцию «Аринино-Арт» и музей современной скульптуры «ОБОЧИНА», собирается сделать его местом притяжения для московской околохудожественной тусовки. Но проект не «выстреливает». Постепенно и выставок становится меньше. К началу 2020-х девушка, по собственным словам, находится «на той стадии выживания, когда надо либо кормиться искусством, либо перестать им заниматься».

История успеха Ани Жёлудь и её трагедия – это контекст. По сути, новая выставка в ЕЦ – это галерея контекстов, слепок современного искусства России нулевых и десятых годов. Если вам нужна точка входа в это пространство, то лучшей возможности в Екатеринбурге просто нет. Выставка продлится до 23 февраля.