Гусеничный мотоцикл «Шоссер» – лёгкий мотоцикл Великой Армии Септентрионской Империи. Разработанный ещё до Большой Континентальной войны, он был принят на вооружение в 2357 году и до сих пор продолжает нести верную службу. В первую очередь «Шоссер» известен как фирменный транспорт «Соклонских охотников» – отборных частей горных стрелков. Однако, пусть те и оснащаются этими мотоциклами в первую очередь, их применение не ограничивается боевыми действиями в горах. «Шоссеры» также можно увидеть на передовой в составе частей разведчиков, и даже исполняющими различные задачи в тылу – будь то доставка важных донесений, перевозка раненых и буксировка габаритных грузов. Будучи редким образцом септентрионской техники, использующим не паровой, а бензиновый движитель, этот мотоцикл имеет весьма интересную историю создания.

Сама потребность в транспорте для горных егерей возникла практически одновременно с самими егерями. В конце концов, организм даже самого тренированного и выносливого человека имел свои пределы в дальности и скорости передвижения, а также в объёме и массе переносимого груза. Однако, сложно было даже сформулировать тактико-технические характеристики подобного транспорта. В теории, от него потребовалось бы достаточно маневренности и мощности, чтобы передвигаться по горным тропам, и в то же время достаточно грузоподъёмности, чтобы перевозить как минимум одного солдата со снаряжением, а лучше – больше. Центральный штаб Великой Армии и большинство конструкторских бюро, соперничающих за государственные заказы, были далеки от подобных проблем. А потому, потребность висела в воздухе, оставаясь невыраженной – до определённого момента.

Вдохновителем проекта, который впоследствии получил название «Шоссер» стал капитан одной из рот «Соклонских охотников» Леопольд Шретьен. Как и многие его сослуживцы, он видел необходимость в приспособленном для горных условий средстве передвижения – особенно когда им приходилось преследовать раненых алерапаксов или, напротив, убегать от летающих тварей. К сожалению, единственными местные созданиями, хотя бы условно подходящими на роль транспорта, были толсторогие горные бараны. Да, те могли с издевательской лёгкостью балансировать на горных склонах, ежесекундно рискуя сорваться в пропасть, но (почти) никогда не падая. Проблема была в том, что приручить этих животных оказалось совершенно невозможным. На самом деле, упёртость и необучаемость баранов была такой, что те могли бы с успехом заседать в совете директоров какой-нибудь столичной компании.

В тяжёлых думах о том, как бы облегчить службу для себя и своих братьев по оружию Леопольд принял известия о перегруппировке войск на их участке фронта. В связи с этим его роту отправляли в тыл для пополнения и восстановления сил, и капитан воспользовался случаем, чтобы выбить разрешение посетить родные края. Долгожданная увольнительная и возможность провести время с пожилыми уже родителями стали для Леопольда не только отдыхом, но и шансом найти решение для давней проблемы. Капитан вспомнил, что его двоюродный брат Лорент некогда очень увлекался механикой и даже собирался получить соответствующее образование. Наведя справки у родственников, Леопольд смог узнать, что мечта кузена увенчалась успехом, и тот стал признанным инженером. Написав проживающей в соседней провинции тётке и получив от неё нужный ответ, капитан договорился о встрече, и вскоре отбыл навстречу судьбе.

Встреча кузенов прошла тепло, пусть последний раз они и виделись годы тому назад ещё юношами. За парой бокалов вина и вкусным ужином в ближайшем ресторане каждый поделился своими переживаниями и подробностями своей жизни – благо, оба Шретьена могли себе это позволить. Разумеется, затрагивали они только темы, которые не составляли военную или коммерческую тайну, а также не могли бросить какую-либо тень на уклад жизни в Империи или самого Короля с добрым сердцем. То, что это была семейная встреча, вовсе не означало, что она не могла привести к визиту вежливости сотрудника Имперского Тайного Комитета. А это были те господа, для которых в любом доме двери были всегда открыты – но с той надеждой, чтобы никогда их не увидеть. Потому, в максимально осторожных формулировках и тихим тоном Леопольд описал Лоренту проблему, о помощи в решении которой решил того попросить. Инженер крепко задумался и обещал поискать нужную информацию и попробовать что-нибудь набросать. На том и порешили.

Чем больше Лорент Шретьен занимался проектом горного транспорта, тем больше тот захватывал его внимание. Как и каждый второй уважающий себя инженер в стране, он сейчас работал в быстро расширяющейся компании «Локомотивы Рейнака». С одной стороны – это обеспечивало достойные по септентрионским меркам условия труда и оплату для талантов Лорента. С другой – оставляло не так много свободного времени, чтобы работать над какими-то ещё разработками сверх его рабочих обязанностей. Отложив пока горный проект, как он его для себя окрестил, в долгий ящик, инженер сконцентрировался на рабочих задачах и это стремление увенчалось успехом. Поднявшись по карьерной лестнице и став пусть и мелким, но всё же начальником, Лорент смог делегировать часть своих обязанностей на подчинённых. Настало время вернуться к просьбе кузена с новыми возможностями и знаниями.

Получив на свою голову больше ответственности, Лорент получил так же и какую-никакую власть. По мере возможностей он переписывался с Леопольдом, сверяясь с тем, какие условия службы нынче в горах и с какими трудностями егерям приходиться сталкиваться. Разумеется, всё это в как можно более аккуратных и обтекаемых выражениях, дабы не привлекать внимания ИТК. Благо, кузены, пусть в зрелости почти и не пересекались, но всё же росли вместе и умели, когда надо, понимать друг друга с полуслова. Большим же плюсом было то, что по работе Лорент получил возможность общаться с коллегами из других мастерских, в том числе и как бы невзначай вворачивая в темы разговоров вопросы, связанные с горным проектом. К тому же, он постарался получить доступ к рабочим документам более мелких разорившихся компаний, что попали в распоряжение «Локомотивов Рейнака» после их поглощения. Кое-что из найденного там помогло инженеру окончательно сформировать облик своего будущего творения.

Откинув менее удачные варианты, так и оставшиеся на уровне грубых набросков и размышлений, Лорент выбрал в качестве горного транспорта мотоцикл. Достаточно компактный, чтобы пройти по горному серпантину, но при этом способный к перевозке самих егерей и наиболее часто нужных для них грузов – на бумаге всё выходило идеально. Как и полагается мастеру своего дела, инженер прекрасно знал, что чертежи, даже самые детальные, были ещё лёгкой частью работы. Из десятков разработок, что подавались на столы конструкторских бюро, лишь единицы удостаивались воплощения в металле в виде хотя бы опытных образцов. А уже из тех немногих ещё меньшее число в конечном итоге шли в серийное производство. Экономическая целесообразность ставилась в Септентрионской Империи во главе угла… Конечно, военный заказ мог обеспечить компании более чем достойную прибыль, но до него ещё нужно было дожить. Во всех смыслах.

Используя домашнюю мастерскую и материалы, купленные на свои и кузена личные средства, Лорент почти закончил изготовление прототипа. Теперь он упёрся в отсутствие ключевой детали, без которой мотоцикл оставался инертной массой металла, стекла и резины – двигателя. По работе регулярно имея дело с паровыми моторами самых разных видов, и имея возможность разузнать о тех, которые лично ему не попадались, инженер прекрасно понял, что они ему не подходят. Даже самая миниатюрная паровая машина была слишком громоздкой и тяжёлой, без шансов вместить её в габариты мотоцикла. Альтернативой мог стать двигатель внутреннего сгорания – но таковые, пусть и были известны и даже выпускались мелкими партиями, дешёвыми отнюдь не были. Бензин производился из нефти, а нефть, поставляемая из Верландии, считалась стратегическим ресурсом, а потому машины, требующие её для работы, не получили широкого распространения.

Прикинув имеющиеся у него возможности, Лорент воспользовался подходящим случаем и отправился за помощью в мастерскую компании «Фурман». Ему уже иногда приходилось контактировать с коллегами оттуда по работе и он знал, что эта компания занималась производством авиационных моторов. Инженер изложил свою проблему и предоставил проект на суд местных специалистов, сумев заинтересовать некоторых из них. Пусть это был и не их прямой профиль, но интересная задача, которая бросила вызов их профессиональным навыкам. После всех обсуждений выбор пал на бензиновый двигатель объёмом 500 кубов, теоретически отвечающий нужным требованиям. Увы, чтобы вместить даже этот двигатель, в проект пришлось вносить правки, что называется, на ходу. В частности – пожертвовать частью бронирования, которое планировалось изначально, и заменить металлическую гусеницу резиновой, что снизило общую прочность и ещё больше увеличило итоговую себестоимость мотоцикла.

В конечном итоге, опытный образец мотоцикла МС-56 оказался доведён до ума и предоставлен на суд приёмной комиссии. Для столь важной цели оба кузена Шретьен вновь собрались вместе, дабы приложить все усилия и дать своему общему творению путёвку в жизнь. Леопольд, заранее натренировавшись управлять прототипом, демонстрировал на полигоне чудеса пересечения препятствий и всячески расхваливал практическую пользу мотоцикла. Лорент же, как автор проекта, детально описывал его технические плюсы с точки зрения производства и ремонта. Важные господа из комиссии недовольно кривились, то и дело тыкая в дефицитные бензин и резину, нужные для реализации проекта, но, в конечном итоге, сдались. Возникла небольшая заминка с авторскими правами, но и её удалось разрешить полюбовно – «Локомотивы Рейнака» взяли на себя обязательства по производству корпусов мотоциклов, в то время как «Фурман» продолжили заниматься моторами и оснащением. Патент же на модель, получившую название «Шоссер», был за минимальную цену выкуплен государством и ныне принадлежал Великой Армии, с чем спорить дураков уж точно не нашлось.

Боевая масса: 410 кг

Экипаж, человек: 1 (2)

Длина, мм: 2200

Ширина, мм: 800

Высота, мм: 950

Бронирование: лоб корпуса – 4 мм; борт корпуса – 2 мм; корма корпуса – 4 мм.

Вооружение: нет

Двигатель: двухцилиндровый, бензиновый, мощностью 14 л.с.

Ходовая часть: монолитная резиновая гусеница, возможна установка боковых колёс или лыж

Максимальная скорость: 35 км/ч по шоссе

Изначально созданный для оснащения горнострелковых частей, «Шоссер» стал их привычной «рабочей лошадкой» и ныне невозможно представить себе Соклонского охотника, не сидящего в седле подобного мотоцикла. Егеря ценят его за живучесть и неприхотливость, а к частым мелким поломкам относятся, как к безобидным капризам своего старого боевого товарища. Нередки полевые улучшения, создаваемые опытными солдатами, будь то самодельные топливные фильтры, повышающие удобство эксплуатации в горах, или же использование более качественного моторного масла, покупаемого на собственные средства. Помимо непосредственно перевозки одного, а по необходимости – двух солдат, «Шоссер» способен буксировать за собой грузы, будь то сани с грузами или ранеными, лёгкие полевые орудия, или же второй подобный мотоцикл, вышедший из строя. Это особенно ценится в тылу, а также «Шоссеры» поступают на вооружение передовых частей разведки и применяются для максимально быстрых вылазок в отрыве от основных войск.