Вошедшая в открывшуюся дверь Шедоухарт окинула нас острым взглядом, явно обратив внимание на зажатый вид Нетти. Затем изогнула бровь, посмотрев на меня.

– Лечение не задалось?

– Отчего же? Я всё ещё чувствую себя лучше, чем предыдущий пациент, – сказал, махнув рукой в сторону трупа дроу.

– Как обнадёживающе.

– И вообще, тут могло случиться два трупа, а есть только один. Целительство явно сработало!

– Я ведь всё объяснила! – воскликнула Нетти.

– Да, объяснила, но это не отменяет моего плохого настроения. Ладно, давай к делу. Ты сказала, что Хальсин может нам помочь. Как я понял, он этих личинок изучал, верно? И что-нибудь выяснил?

– Не так и много. Он сказал, что это необычные личинки. В них заключена какая-то магия. Мой учитель хотел найти исток заражения и для того направился вместе с отрядом наёмников в бывшее святилище Селунэ. Туда стекались разумные, инфицированные личинками. Вот учитель и подумал, что найдёт там ответы. Но если вы говорите, что были похищены кораблём иллитидов, их гнездо надо искать где-то в ином месте.

– Постой, я правильно понимаю,– вкрадчиво заговорила Шедоухарт. – Хальсин ушёл с отрядом наёмников в лагерь гоблинов, где может находиться несколько сотен особей, включая дроу, огров и прочих тёмных тварей? Мне кажется или это выглядит немного безрассудным?

– У учителя не было иного выбора! На теле нашей земли разрасталась настоящая гангрена. Мы должны были что-то сделать, иначе рисковали сгинуть вместе со всеми, кто живёт в этом крае!

– Что же, без сильнейшего друида, ваши шансы станут заметно выше, – прокомментировала эти объяснения Шедоухарт.

– Может и так, но сейчас твоему учителю лучше было бы вернуться, – высказался уже я. – Вряд ли он выяснит в том месте что-то действительно важное. Зато подвергнет себя немалому риску. Тем более надеяться на наёмников опасно. Они редко бывают надёжны.

– Наверное, вы правы. Я сама не была уверена в затее учителя. Я постараюсь отговорить его. И спасибо. Спасибо за то, что рассказали.

– Если будут вести от Хальсина – передай нам. И считай, что мы будем квиты. Договорились?

На это целительница ответила согласием, но разговор не завершился. Нетти медлила, явно собираясь с духом, я выжидательно на неё смотрел.

– Я хотела попросить, – наконец заговорила друид. – Если вам не удастся найти способ вылечиться, и вы почувствуете начало превращения… Выпейте это. Пообещайте мне.

С этими словами Нетти протянула склянку с зельем.

– Что там?

– Яд виверны, – дала ответ целительница и напряглась.

Я вновь ощутил диссонанс. Землян умирать не хотел. Совсем. Он отчаянно желал найти путь к спасению и точно собирался цепляться за малейший шанс. А вот эльф относился к смерти проще и в то же время испытывал куда как меньше надежд. Ещё тогда, на наутилоиде, Риардон считал себя обречённым. И сейчас боролся скорее потому, что не привык сдаваться без боя. Но если выбор стоял между смертью и превращением в монстра, то есть тем же самым концом, но в виде кошмарного чудища… Удивительным образом, этот довод подействовал и на Николая. Это был тот редкий случай, когда две стороны пришли к согласию, а я протянул руку к флакону.

– Даю слово, если я почувствую начало превращения, то приму зелье.

– Я клянусь поступить также, – смертельно серьёзно произнесла Шедоухарт.

На этой ноте мы и покинули комнату, едва не ставшую местом убийства, Нетти устремилась к приручённым птицам, желая отправить весть Хальсину, я же, наконец, позволил себе усталый вздох, потёр лицо рукой. Этот разговор, кажется, выпил из меня последние силы. Хотелось что-нибудь съесть, а затем погрузиться в медитацию, ускользнув от окружающих забот. Только вот это было невозможно. Хотя бы из-за того, что нам не на чём было спать.

– Ладно, идём, – сказал, собираясь с силами в очередной раз.

Бодро покинув комнату целительницы, направился прямо к выходу из пещеры, но дойти до него не успел. Ибо на нашем пути появилась пара волков. Громадных, матёрых созданий, раза в два больше обычных. Я остановился, настороженно рассматривая то ли хищников, то ли друидов в зверином обличии. Те же в свою очередь подошли ближе, внимательно к нам принюхиваясь. Значит всё-таки звери. Но вряд ли агрессивные. Такие не могут быть в Роще друидов и если уж нападут, то только по приказу хозяев. Судя по спокойному поведению зверей, я в своих рассуждениях не ошибался.

Отведя взгляд от волков, посмотрел на свою спутницу и застыл в недоумении от увиденной картины. Шедоухарт смотрела на волков с ужасом, вжимаясь спиной в стену.

– Френи, Гили, идите ко мне, не пугайте наших гостей, – раздался голос чернокожего друида.

Благодарно кивнув ему, я взял за руку Шедоухарт и повёл прочь из пещеры, что девушка сделала с большой охотой. И только оказавшись снаружи, задал резонный вопрос:

– Ты на самом деле боишься волков?

– Да… И это совершенно нормальное чувство! Это ведь дикие, опасные звери с острыми клыками. Естественно их бояться!

– Шедоухарт, ты лечила медведесыча!

Ответом стало молчание. И я уже думал, что ничего иного не услышу, но всё же девушка заговорила:

– В детстве меня пытался загрызть волк. Этот шрам на лице оставил он, – произнесла Шедоухарт, коснувшись пальцами тонкой нити тянувшейся от носа до правой щеки. – Мать-настоятельница спасла меня, убила волка, но страх остался с тех самых пор.

Я промолчал, не зная, что на это сказать. Объяснение было странным, учитывая то, что я знал о девушке. Но может подобные шрамы на душе были нормальны? Кто знает? Риардон знал многих, кого сломили горести, но не слишком умел им помогать. Николай… его опыт был чуть лучше.

– Я хотела попросить тебя, – неуверенно продолжила Шедоухарт. – Ты можешь избегать сражений с волками? Или хотя бы не заставлять меня сражаться с ними в одиночку?

– Могу обещать, что в будущем, мы станем разбираться только со всякой ерундой – ордам гоблинов, дьяволами, илитидами, прочими пустяками. И никаких страшных волков!

– Очень смешно! – подчёркнуто недовольно заявила Шедоухарт, едва сдерживая улыбку.

– Пошли. И не переживай. Уж от волков я тебя как-нибудь смогу защитить.

Больше мы друг другу ничего не сказали. Но вроде бы слов и не требовалось. Между нами образовалась довольно комфортная тишина. А я в свою очередь убедился, что землянин также мог помочь, пусть и в своём деле. Говорить с разумными у него, на удивление, выходило лучше, чем у Риардона, несмотря на богатый опыт последнего. И если так подумать, я мог взять лучшее и от эльфа, и от землянина. От первого – знание местных порядков, навыки сражения, храбрость в конце концов, от второго умение прекрасно забалтывать собеседников, находить контакт с разными людьми. Требовалось лишь приноровиться сочетать их достоинства и как-то справиться со всеми теми конфликтами в голове, вызванными столкновением взглядов. Но я мог решить это в будущем. Если таковое удастся заполучить.

На поляне помимо друидов можно было заметить странного мужичка в цветастых одеждах, но я слишком устал, чтобы отвлекаться на праздные разговоры. Вернувшись назад в поселение тифлингов, спросил, где искать Зевлора и тут же направился к нему.

– Ты хотел что-то ещё? – спросил тифлинг, явно удивлённый столь скорой новой встречей.

– У меня есть трофейное оружие гоблинов. Я могу его поменять на бытовые мелочи? Спальники, кружки, котелок?

– Почему ты обратился ко мне? – спросил Зевлор, продолжая излучать недоумение. – Среди друидов есть один хоббит, он занимается торговлей. Ты мог бы купить всё у него.

– Я друидам не друг, не товарищ, не брат. На честную цену рассчитывать не могу. А вот с тобой мы можем договориться к взаимной выгоде. Тебе же пригодиться оружие, пусть даже не лучшего качества?

Зевлор задумался… И согласился. Вскоре нас уже проводили к складу, в котором мы и совершили устраивавший каждого обмен. Мы получили необходимый минимум бытовых вещей, отплатив всем оружием, что имели. И у нас ещё осталось немного денег, зачарованная броня, зелья. А еду, как и обещал Зевлор, нам дали бесплатно. Вид этой самой еды, выдаваемой доброй старушкой-тифлингом, был сомнительным, но на вкус оказался вполне неплох. И много лучше того, что могли изобразить эльф с землянином, отличавшиеся странной неспособностью приготовить что-то лучшее, чем «съедобное».

А уже вскоре, наконец, настало время счастья – возможность наконец отдохнуть. Пусть не у всех этот процесс оказался одинаковым. Шедоухарт сняла броню, забралась в спальник и моментально уснула. Я же бросил короткий взгляд на спящую девушку, чьё лицо стало совершенно умиротворённым, безмятежным, после чего погрузился в медитацию. В прошлый раз мне удалось лишь оценить фронт работ. Но в этот раз была возможность подстегнуть собственное восстановление. Чем я и занялся, вновь воскрешая в памяти навыки Риардона.

Эльфийская медитация – особое состояние, в котором ты находишься между сном и явью, можешь работать с собственной аурой и в то же время краем сознания ощущать происходящее вокруг. Это особое свойство эльфов не раз спасало жизнь Риардону, позволяя вовремя реагировать на опасность во время ночёвок в лесу. Экономия времени также была бесценна. И сегодня я в очередной раз смог убедиться в важности каждого из этих преимуществ.

С момента начала медитации прошло часов шесть. Для эльфа более чем достаточный срок, чтобы отдохнуть. Подтверждением этого был факт восстановления магических возможностей. Причём даже в большем объёме, чем прежде. Теперь я мог использовать три заклинания второго ранга. Что всё ещё было смехотворно малым значением для того, кем когда-то был Риардон, но уже лучшим, чем прежде. Вот только порадоваться этому факту я мог и позже, ибо слух донёс до меня подозрительный шорох с той стороны, где располагались наши вещи. Медленно открыв глаза и чуть повернув голову, заметил мелкую краснокожую фигурку, в этот самый момент пытавшуюся умыкнуть наш котелок.

Рефлексы сработали раньше сознания. Я настиг преступницу одним рывком, ухватив ту за руку. Раздался тонкий девичий вскрик, попытка вырваться – бесполезная. Я держал крепко. В это время Шедоухарт также очнулась, вскочив на ноги.

И вот в такой прекрасной ситуации меня вновь настиг он – диссонанс. Землянин был растерян, но не испытывал особых эмоций. А вот эльф был зол – событие отозвалось прошлым, где его, ещё молодого и неопытного, также обворовали тифлинги, оставив в крайне тяжёлом положении. От того, он вовсе не считал нужным быть снисходительным к этому случаю.

«Но ведь это ребёнок!» – раздалось от Николая – «Нельзя быть к ней жестоким!»

«Конечно нельзя» – согласился Риардон – «Нужно наказать ради её же блага!»

Я же сам испытывал ещё большее смятение, ибо то, что «соседи в голове» начали друг с другом спорить, точно не было хорошим знаком. Вот только обдумать этот факт не получилось. Мир не стал стоять на месте.

– Эй! Ты что творишь! На помощь! На помощь! – это заорал ещё один мелкий тифлинг, «неожиданно» оказавшийся рядом.

Я скривился, доподлинно зная дальнейший репертуар этого спектакля. И кто бы мог сомневаться, что следом к нам подоспели взрослые.

– Эй! Что делаешь! А ну отпустил ребёнка! – проорал тифлинг с мечом на поясе. Его поддержала какая-то женщина, другие находившиеся рядом беженцы…

Моя ошибка. Не стоило останавливаться рядом с ними.

Обстановка мгновенно накалилась, но я не стал спешить исполнять требование. Гордость эльфа мешала. И он же требовал хоть как-то отреагировать на этот конфликт.

– Ты ведь понимаешь, как опасно воровать у вооружённых людей? Представляешь последствия?

Та быстро закивала, из её глаз полились слёзы.

– Тогда больше так не делай, – с этими словами я разжал руку, отпуская неудачливую грабительницу, после чего с вызовом посмотрел на «защитников детей».

– Вопросы? Требования?

– Не смей причинять вред нашим детям! Ты понял?!

– Хорошо, – спокойно, с доброжелательной улыбкой ответил… держа руку у рукояти меча.

Толпа тифлингов ещё немного постояла, но никто так и не нашёлся, что можно было бы добавить. Так что вскоре народ начал расходиться. Детей след простыл и того раньше. И ведь надо было им польститься на наш котелок? Народ перебаламутили, мне репутацию подпортили, себе нервы. Всем плохо сделали, просто молодцы! И вроде я отдохнул, а настроение опять двигалось к желанию кого-нибудь убить.

– Ты не причинил ей вред. – констатировала жрица. – Что это было? Милосердие? Слабость? Благоразумие?

– Считай это смесью первого и второго, – ответил, оценивая реакцию девушки, безуспешно. Понять, как она сама воспринимала такой поступок не вышло. Потому пришлось сменить тему.

– Ты как? Выспалась? – спросил у Шедоухарт, также не слишком радостную от подобного пробуждения.

– Не беспокойся, если нужно, я могу обходиться без сна трое суток подряд и в таком состоянии сражаться, – ответила девушка.

И судя по тону, это не было хвастовством. Скорее просто информированием о своих возможностях. Ну и раз так, стоило продолжить работать над нашими проблемами. У меня как раз была одна идея, чем заняться в отсутствии Хальсина. И сейчас было самое подходящее время, чтобы её реализовать, впрочем, сначала стоило обсудить её с Шедоухарт. Как не крути, а мы были в одной команде. Впрочем, прежде чем я успел задуматься над этим делом, кое-что привлекло моё внимание.

Мы расположились на ночлег недалеко от тренировочной площадки. На которой в настоящий момент проходили занятия. И вот что интересно, среди толпы тифлингов, детей и взрослых, можно было разглядеть одного представителя другого вида. Человека, чернокожего, с множеством старых шрамов на лице. В настоящий момент он выступал в качестве учителя и вот что могу сказать... Если собственные навыки владения мечом Риардон оценивал, как достойные. У него были хорошие учителя и богатый опыт. То вот виденный мной человек в глазах эльфа являлся настоящим мастером. Ловким, точным, стремительным. Это чувствовалось даже тогда, когда он давал уроки детям. Интересный тип. Явно не из числа беженцев. Тифлинги не приняли бы к себе кого-то иного вида. На наёмника тоже не похож. Эта братия не стала бы возиться с детьми. Но тогда кем он был и что забыл здесь?

– Как думаешь, познакомимся? – спросил девушку, кивнув на фехтовальщика.

– Если это не займёт много времени, почему бы и нет? – отозвалась та, при этом показав в глазах интерес.

Что же, значит откладывать этот вопрос не стоило.

– Приветствую! Можно на пару слов? – спросил человека, дождавшись момента, когда он завершит объяснение очередного приёма.

– Конечно! Я всегда рад встрече с новыми разумными, особенно такими, что способны убивать гоблинов.

Видно, слава о наших подвигах уже разошлась по всему лагерю. Что не удивительно. В таком малом обществе любое событие разлетается со скоростью ветра. Ещё бы эти поступки ценили. А то пока добрая слава не помешала сделать нас виновными по итогам неудачного воровства.

– Для начала позвольте представиться мне, – между тем произнёс наш новый знакомый. – Многие знают меня под именем Клинка Фронтира, но для друзей я просто Уилл.

– Буду знать, если мы вдруг станем друзьями, – ответила моя колючая подруга.

– Мне доводилось не раз обретать товарищей, так что я верю в лучшее, – ничуть не смутился мужчина. – Но всё же позвольте узнать, с кем имею честь говорить?

– Меня зовут Риардон, а эта несравненная девушка – Шедоухарт. Мы… – закончить фразу я так и не успел. Меня накрыло знакомое чувство соединение с чужим разумом, а затем и россыпью видений. Перед глазами предстали пустоши Аверно, сражение Войны Крови. Множество демонов, дьяволов и она, пылавшая сильнее всех – рослая краснокожая женщина с обломанным рогом. На её теле горели языки пламени, секира в руках прорубала просеки, изничтожая всех, кто стоял на пути. Она была настоящим воплощением ярости, силы… И наблюдатель преследовал её. Желал настичь.

Видение прервалось, оставив после себя привкус пепла.

– Адова сера! Вы такие же, как и я? Вам тоже подселили личинок?– воскликнул Уилл.

– Как видишь. И это, я считаю, хорошей новостью. Мы как раз думали над тем, как действовать дальше. А втроём нам будет проще. Верно?

– Всё так, но… Ты ведь видел её?

– Пылающую женщину?

– Это Advocatus diaboli – чемпион Зариель. Я гнался за этой дьяволицей, Карлах, по всей преисподней, но она сумела скрыться на корабле иллитидов. И сейчас должна быть где-то здесь, в этом краю. Я должен остановить её, пока эта тварь не принесла Войну крови на Побережье Мечей.

– У тебя ведь, как и у нас, личинка в голове. Тебе точно нужно заниматься охотой в такое время?– выразил недоумение.

– Верно, я заражён. И знаю, что уже очень скоро для меня всё кончится. Шесть дней и конец. Шанс избежать перерождения в омерзительную тварь только один – покончить с собой. Но пока ещё осталось время, я должен убить монстра. Устранить эту тварь, способную заставить пылать всё Побережье мечей. Я поклялся своим левым глазом, что убью её. И обязательно это сделаю.

– Но почему ты так нацелен на это? Она ведь могла погибнуть во время крушения корабля.

– Я знаю, что она жива.

– Ну хорошо, ты «знаешь». Но с чего тебе хочется уничтожить именно её? У нас тут беженцы и толпа монстров, что не дают им спастись, если так хочешь сделать что-то хорошее, почему не помочь им?

На этих словах я вновь, в который раз, почувствовал влияние эльфа. Потому что он отозвался словами о «помочь» одним единственным вариантом – истребить монстром. И под монстрами Риардон в том числе понимал гоблинов. Эльф верил, что их стоит уничтожать, если только существует такая возможность. И как же без этого, сущность землянина тут же откликнулась, возражая, что «Не может целый вид быть плохим. Должны быть хорошие гоблины. Нельзя убивать всех без разбора!» На что уже Риардон ответил россыпью воспоминаний. Разорённые деревни, городки, караваны, стойбища с замученными пленными, в том числе эльфами. Постоянная, вечная угроза, выход из которой только один – истребить. «Но чем тогда вы лучше гоблинов?» – вопросил землянин. «Тем, что способны жить в мире с другими видами, а не паразитировать на них!» – был ответ. И я чувствовал, что этот спор мог затянуться надолго, так что уже сам, своей волей заткнул голоса в голове, вновь сосредотачиваясь на окружении. Где звучал свой разговор.

– Я… я не могу ответить, – произнёс Уилл, отводя взгляд. – Просто скажу, что обязан это сделать. Так будет лучше для Побережья Мечей.

Итого понятно, что ничего не понятно. Уилл что-то скрывал. Была у него некая веская причина, делавшая поиск Карлах приоритетной целью. Однако мне ли привыкать к разумным с кучей секретов? Шедоухарт в этом вопросе сложно превзойти. Да и выглядел Уилл порядочным человеком. Не факт, что он таким являлся. Но положиться на него хотелось.

– Так, у меня вопрос – ты знаешь, где эта твоя Карлах находится сейчас?

– Пока нет. Я думал разузнать у тифлингов, не видел ли её кто-нибудь. Но пока что никто не дал мне подсказки.

– Тогда… – я повернулся к Шедоухарт, всё это время с интересом наблюдавшей за нашим разговором. – Что думаешь, насчёт того, чтобы пригласить Уилла в нашу компанию?

– Я буду только рада, если кто-то встанет между мной и гоблинами.

– Отлично! Тогда что скажешь ты, Уилл? Мы вряд ли останемся в лагере, возможно, будем ходить по округе и есть шанс, что встретим твою цель. Ну или по мере сил сделаем что-то хорошее или хотя бы полезное для нашего выживания. Что скажешь?

Уилл отвечать не спешил, раздумывая. Тогда я подкинул ещё аргументы.

– Мы в Роще пробыли дольше тебя и успели поговорить с друидами. Нам сказали, что глава Круга, Хальсин, изучал проблему личинок. Так что он может нам помочь. И его ученица пообещала связаться с нами, как только получит вести от своего учителя.

– Хорошо, я согласен, – ответил Уилл. – Но для меня приоритетом остаётся устранение Карлах. Я должен добраться до неё и сделать это раньше, чем станет слишком поздно.

Откровенно говоря, и мне и «гостям в голове» было глубоко плевать на то, добьётся Уилл своей цели или нет. От Риардона я точно знал, что по миру бродит уйма опасных тварей. На фоне которых даже самая сильная подчинённая архидьяволицы котироваться не могла. Разговоры о том, что эта Карлах учинит нечто невероятно страшное в целом регионе были абсурдны. Впрочем, мешать Уиллу я также не собирался.

– Поступим так. Пока что наши цели сходны. Ну а если вдруг разойдутся, вот тогда и будем думать, как поступить. Согласен?

– Ничего не имею против.

– Тогда давайте сядем где-нибудь в стороне, поедим и попутно обсудим дальнейшие планы. Возражения, вопросы?

Мои компаньоны с этим предложением согласились, так что уже вскоре мы выбрали укромное местечко, в стороне от тифлингов, где никто не мог бы нас подслушать.