Хун Ванъяо открыл дверь и столкнулся с Е Цинъяо, которая уже протягивала руку, чтобы постучать.

— Яо, почему ты здесь?

— М-муж, меня пригласила сестра Юйнин.

Парень простонал, потому что понимал, что сейчас Хань Юйнин точно не в состоянии встретить гостью, более того, она имела не самый презентабельный вид.

— Она сейчас не в лучшем виде, — честно сказал Хун Ванъяо.

— Что-то случилось? — Е Цинъяо правда волновалась о девушке, поэтому ворвалась в номер. Парень не стал её останавливать.

— Сестра Юйнин, что с тобой? — послышалось за спиной Хун Ванъяо, пока он закрывал дверь. Сейчас он не мог просто взять и уехать в Цзяньду, к семье Чжао. Во-первых, у него была сломана рука, во-вторых, сбор информации и прочее займёт много времени, а в эти выходные он уже пообещал Фэй Сяосяо пойти на банкет, — “Пусть Юйнин будет благодарна Яо за то, что я не поехал.”

Хун Ванъяо вошёл обратно и сел на диван. Весь фарс филигранно был исполнен, как и спланировал парень в тот момент, когда услышал знакомые шаги в коридоре. Сейчас он просто холодно смотрел на свою невесту.

Е Цинъяо уже помогла Хань Юйнин одеться и подняться с пола. Она видела все следы засосов на её теле. Теперь Е Цинъяо лучше понимала, что пережила девушка перед ней, но она уже не испытывала чувства вины. И без неё Хун Ванъяо мог узнать обо всём, как сегодня. Единственное, что её пугало, это агрессивность парня, но он никогда не направлял свой гнев или свою ярость на неё, он почти ни к чему её не принуждал, а если и принуждал, то это для её же блага. Е Цинъяо испытывала сложные чувства.

Когда Хань Юйнин поняла, что её жених никуда не ушёл, взгляд полный благодарности был устремлён на Е Цинъяо. Она подумала, что это из-за её слов, но она даже не представляла, что это лишь иллюзия, в которую она попала. Приход Е Цинъяо был просто удобным предлогом для Хун Ванъяо, чтобы сохранить своё лицо в данный момент. Если бы не было никаких сдерживающих факторов, то его не смог бы остановить никто слабее него.

Все трое сидели. Было неловкое молчание. Холодный взгляд Хун Ванъяо пронизывал Хань Юйнин.

— Эм, м-муж, ты разобрался в чём дело?

— Да. Хань Юйнин впустила к себе Чжао Чжихуна, — его тон звучал так, словно он говорит о незнакомцах, а не о своей невесте и её поклоннике.

— И какова причина?

— Этот придурок начал сходить с ума. Он предложил совершить двойное самоубийство. Угадай, после какого предложения была открыта дверь? — спокойно говорил парень.

Е Цинъяо сложно посмотрела на Хань Юйнин. С одной стороны ей было жалко девушку, с другой стороны она поддерживала Хун Ванъяо. С третьей же, она думала о себе. Эти три направления мыслей тянули решение Е Цинъяо в разные стороны, поэтому она ничего не говорила и не занимала ничью сторону.

Хань Юйнин хотела что-то сказать, но она просто не смела. Е Цинъяо позаботилась для неё о проблеме сегодня, а Хун Ванъяо был разочарован в ней настолько, что даже когда говорил о ней, то чувствовалась дистанцированность. Ей почему-то казалось, что Хун Ванъяо жаждет её любви, иначе он бы не просил её о любви, — “Возможно, он любит меня и его сердце разрывается из-за меня и Чжихуна…” — размышляла Хань Юйнин с чувством вины.

Тишина была давящей.

Е Цинъяо тихо сидела с краю, Хань Юйнин размышляла, опустив голову, а Хун Ванъяо холодно смотрел на свою невесту.

— Яо, ты останешься тут? — вдруг нарушил тишину парень.

— Да, я думала переночевать у сестры Юйнин, — честно ответила девушка.

Хун Ванъяо испытывал противоречивые чувства. С одной стороны он хотел, чтобы девушки ладили, с другой он не хотел, чтобы Е Цинъяо и Хань Юйнин сближались слишком сильно из-за Чжао Чжихуна. Его гордость постоянно находилась под каким-то гнётом, когда он был рядом со своей невестой.

— Понятно, тогда я оставлю вас, — парню хотелось уйти отсюда скорее. Это отвратительное чувство унижения захлёстывало его всё больше и больше.

Хань Юйнин наконец подняла голову, она заметила, что Хун Ванъяо больше не был таким собранным, скорее наоборот, он стал рассеянным. Она хотела его окликнуть, но промолчала.

Дверь закрылась.

Две девушки остались наедине.

— Прости, сестра Цинъяо, из меня плохая сестра…

— Почему ты так говоришь?

— Как я могу быть твоей сестрой, если я даже… — слова Хань Юйнин прервались, она не смогла сказать вслух то, что думала целиком, — Я чувствую себя не в своей тарелке, словно я предательница, которую под свои крылья взяла ты и старшая сестра.

— Но почему ты предательница?

— Разве сейчас Ванъяо ушёл не из-за того, что я тут? Разве я не мешаю вашему счастью?

— О чём ты, сестра Юйнин? Ванъяо ушёл не из-за тебя. Мне кажется, что у него есть дела. Если бы он ушёл из-за тебя, то не смотрел бы на тебя всё время, пока был здесь.

— Ч-что? Он смотрел на меня всё время?

— А ты не заметила?

— Нет… но я всё равно остаюсь помехой для счастья…

— Я так не думаю. Если честно, все мои старые подруги давно от меня отвернулись и я довольно долгое время была одна, только Ванъяо был рядом. Когда у меня появились сёстры, мне стало страшно. Я боялась сделать что-то не то, но постепенно я начала успокаиваться. В этом мне помогла ты. Если бы не твоя доброта, я не уверена, что могла бы подпустить тебя к себе и говорить так открыто, как сейчас. Я думаю, что ты моя сестра и это делает меня счастливее.

Хань Юйнин была тронута, она тихо плакала. У неё тоже не было подруг и она была одна продолжительное время, но теперь о ней заботится такая милая девушка. Разве она не заслуживает быть её сестрой? 

Две девушки разговаривали между собой и их отношения становились ближе.

Когда наступила ночь, они, взявшись за руки, уснули на одной кровати.

***

Хун Ванъяо вернулся к себе домой. Он давно не прибирался и уже можно было заметить тонкий слой пыли повсюду. Его ленивый взгляд скользнул по пыльным полкам и столу, после чего уставился на дверь.

Парень вошёл в свою комнату и почувствовал одиночество, от которого хотелось бежать, но бежать было некуда, поэтому Хун Ванъяо начал медитировать. Его воля становилась слабее и слабее. Он чувствовал, что что-то не так, но, что именно, понять не мог.

Наступило утро.

Сегодня Хун Ванъяо решил не идти в школу. Ему не хотелось видеть Хань Юйнин. Противные чувства резонировали в нём, лишая хладнокровности. Вместо этого парень хотел набрать Линь Юнь, чтобы она как-то его заняла, но и тут он осёкся, — “Пусть готовится к захвату Улун.”

Хун Ванъяо отправился в ассоциацию практикующих. Ему было интересно узнать, что изменилось за более чем неделю.

Когда парень вошёл в высокое офисное здание, он сразу же использовал пропуск. Охрана даже не успела пошевелиться, как Хун Ванъяо зашёл в зал с заданиями, где всё также были люди, которые собирались в группы, обсуждали детали, жизнь и прочее. Казалось, что они ничем больше не занимаются в этой жизни, кроме как служат декорациями для этого помещения.

Хун Ванъяо привлёк внимание нескольких людей, они ему тут же кивнули. Как можно было не узнать красавчика, что недавно прикончил подлого старейшину на уровне Сюань? В рейтинговой таблице были видны произошедшие последствия боя.

Теперь молодой мастер семьи Хун был на сорок восьмом месте по уровню культивации. На достижения ему было плевать, он даже не удосужился обратить на второй список внимания.

В зал вошёл мужчина-секретарь и вновь куда-то позвал Хун Ванъяо, которому хотелось закатить глаза. Хоть ему и скучно, но он не особо хотел что-либо делать для ассоциации.

В этот раз лифт также остановился на последнем этаже, но вместо кабинета старейшины, Хун Ванъяо повели в кабинет главы филиала. На двери была табличка с именем, но парень просто проигнорировал её наличие и не стал читать имя. У молодого мастера семьи Хун было не лучшее мнение о главе филиала.

Хун Ванъяо казалось странным, что старейшина не знал информации о нём, иначе стал бы он посылать столь неопытных убийц? За этим кто-то скрывался. Кто-то, кто мог перекрыть старейшине доступ к информации. Кто-то, кто хотел использовать смерть Хун Ванъяо из-за заговора старейшины, как способ одолжить меч, чтобы убить им. И этот кто-то — глава филиала ассоциации практикующих. К счастью, Хун Ванъяо был слишком силён, чтобы стать жертвой подобного заговора.

— Здравствуй, Хун Ванъяо, — глава филиала приветливо улыбнулся.

Хун Ванъяо просто кивнул.

Помимо главы и Хун Ванъяо, здесь присутствовала молодая девушка с вуалью на лице.

— Здравствуй, молодой мастер Хун, — спокойно сказала девушка.

— Здравствуй, молодая госпожа Лань, — эти слова заставили девушку немного нахмуриться, но это было едва заметно, — Итак, что вы хотели от меня? — Хун Ванъяо смотрел на мужчину перед собой.

— Ничего сложного. Я хочу попросить вас двоих сопроводить меня на встречу в эту субботу, — спокойно сказал мужчина.

— Вы не думаете, что я откажусь?

— Я понимаю, что вы можете быть против, но, к сожалению, старейшина-защитник погиб от ваших рук, поэтому я прошу вас помочь мне с этим делом, как самого сильного человека в филиале.

— Глава филиала, я зашёл сегодня в ассоциацию, потому что мне скучно. А ваш старейшина-защиткик при помощи хитрых манипуляций стал лягушкой на дне колодца и погиб, потому что был слаб. Так, глава филиала, какой смысл мне помогать вам? Вы серьёзно думаете, что я ни о чём не догадался? Вы серьёзно считаете, что с вашей силой, с вашими способностями и ассоциацией за спиной вы можете мной манипулировать и использовать меня? Вас лягнул осёл или вы таким родились?

Глава филиала покрылся холодным потом. Он не думал, что правда вскроется так просто, но ему нужны были люди за спиной и чем влиятельнее, тем лучше. Он хотел использовать сначала только молодую госпожу семьи Лань, но сегодня удача была на его стороне и в ассоциацию пришёл Хун Ванъяо, который тоже был из Цзянху. Два этих человека за его спиной могли дать ему гарантию, что встреча пройдёт успешно, но на него вылили таз холодной воды.

Когда Лань Янь услышала слова Хун Ванъяо, она тоже всё поняла. Её хотели просто использовать, но она этого не осознавала. Она сразу же возненавидела главу филиала. Его поступок задел её душевные раны.

— Мистер Мэн[1], я думаю, мне пора, — холодно сказала девушка.

Хун Ванъяо бросил презрительный взгляд и вышел. За ним вышла девушка.

— Спасибо тебе, — сказала Лань Янь.

— Не бери в голову, — спокойно ответил парень.

— Эм, как твоя рука?

— Заживает.

— Но почему ты без гипса?

— Спасибо, что напомнила.

Их разговор был неловким, поэтому они замолчали.

Девушка находила парня перед собой странным и таинственным. Она с детства контактировала с Цзянху и даже играла с одним мальчиком, который по словам её матери, является наследником крупных сил, но когда она выросла, то, как ни пыталась, так и не нашла информации о семье Янь[2] и тот мальчик остался жить лишь в её памяти. Сейчас перед ней возник юноша, но он носит фамилию Хун, о которой также не слышно в Цзянху. Лань Янь распирало любопытство, — “Неужели в Цзянху помимо обычных сект и семей имеются ещё какие-то скрытые силы?”

— Кстати, сколько тебе лет? — вдруг спросил Хун Ванъяо. Его лоб был нахмурен, словно он тоже усиленно о чём-то размышлял.

— Четырнадцать, — ответила Лань Янь, неожиданно отвлечённая от мыслей.

— Что? — парень остановился и начал удивлённо бегать своим взглядом по телу девушки, — “Она нимфетка? Почему её тело такое зрелое?”

— Эм, не мог бы ты держать это в секрете? — неловко спросила Лань Янь.

— Ладно. Ты на начальной стадии уровне Хуан? У тебя неплохой талант, — похвалил девушку Хун Ванъяо.

— Спасибо, — девушка немного смутилась. Обычно люди хвалили её внешность и привлекательное тело, редко, кто обращал внимания на её талант к боевым искусствам, которые она так любила.

— За что ты благодаришь? Это твоя заслуга. Ладно, я пошёл, удачи тебе, — сказал Хун Ванъяо и ушёл.

Лань Янь благодарно посмотрела в спину парню. Если бы не он, то она сегодня была бы обманута, к тому же он похвалил её талант. Лань Янь ещё раз взглянула в направлении выхода, вздохнула и прошептала себе под нос, — Молодой мастер Янь, будет ли у нас ещё шанс встретиться? — в её глазах была тоска.

___________________________________________________________________

1 蒙 (méng) — невежественный; тёмный.

2 炎 (yán) — языки огня.