Нет ничего лучше вечера с близкими после тяжёлого рабочего дня. По давно
сложившейся традиции мы собираемся некоторыми вечерами у моей девушки и,
надеюсь, будущей жены Кати для игры в настольную ролевую игру Dungeons & Dragons. Да, системе уже сто лет в обед,
но мы пристрастились к ней не так давно,. Как раз к Кате я и направляюсь.
Тимоха и Олеся уже ждут у неё.

Не успел я подняться на 2 этаж, как Катя уже меня встречала.
Подтянутая черноволосая девушка с карими глазами, от которой сложно оторвать
свой взор. Точёная талия в 65 см искушающе подчёркивала грудь 3 размера.
Улыбающееся скандинавское личико могло свести с ума своими утончёнными, немного
островатыми формами. Хоть она и была немного старше меня, но выглядела
значительно моложе, на 23. После приветственных объятий она пригласила меня
войти. Когда она шла передо мной взору открывались сочные бёдра обхватом в 105
см.

–       А
ты не торопился. Проходи. Олеся и Тима уже за столом, – с капелькой раздражения
и небольшой усталостью, но в тоже время неописуемым теплом поприветствовала
меня Катя.

–       Простите,
Ваше Величество, начальство не хотело просто так отпускать лучшего работника, –
слегка ехидно ответил я.

–       Не
подлизывайся, – с явным наслаждением сказала Катя, – сейчас принесу еду.

Здесь и начались странности, которые я запомню на всю жизнь. После
того, как Катя ушла на кухню, я начал раздеваться и в этот момент приметил
незнакомую статуэтку чёрного кота. Решил, что спрошу о ней чуть позже. Но,
когда я проходил мимо, я заметил, что эта статуэтка… следи за мной. Его голова
повернулась в мою сторону. Как только я развернулся к нему, он ожил и, сбросив
средство для ухода за обувью, убежал в сторону комнат, скрывшись за углом. Тут
же заглянув туда, я ничего не обнаружил. Однако Катя услышала грохот и
поинтересовалась, всё ли нормально. Я ответил, что случайно уронил балончик.

Прифигев от произошедшего, я отправился сначала в ванную, а затем в
зал, где уже восседали Тимоха и Олеся. Почти рыжий, светло-русый  кареглазый парень, похожий на бледного
шотландца, довольно восседал рядом с шикарной кареглазой, с зеленоватым
отблеском, смугловатой блондинкой, чьё лицо сочетало в себе испанские глаза с
немецкими губками и носиком. Плавные черты лица придавали её образу
дополнительной милоты. Хотя её фигуру и не было видно, пока они сидели за
внушительным обеденным столом, но подтянутая фигура Олеси была крайне похожа на
фигуру Кати. Третий, временами с половиной, размер груди, точёная 67 см талия и
округлые 106 см бёдра. Тимоха же, для своей комплекции был крайне не
стандартен. При росте в 172 см он весил всего 50 кг. Сухой, как вобла. Олеся
была чуть выше – 174. В плане молодости, эта парочка уделывала даже нас с
Катей. Олеся, как и Катя выглядела на 23 в свои 29, а вот Тимон… в свои 30 был
17летней школотой.

–       А
вот и гвоздь программы, целый, и даже не в помаде! Нельзя заставлять Катю
ждать, она ведь и мыться может заставить, – с явным подколом поприветствовал
меня Тимоха.

–       Привет,
Саша, – спокойно, и словно слегка робко поприветствовала меня Олеся.

–       Какая
помада, что вы наговариваете? Я белый и пушистый. Не безобразничали тут без
меня?

–       Нее,
без тебя Катя не позволяет. А вот и она, – с искрой в глазах сказал Тимон,
только завидев еду.

После того, как Катя вернулась с недостающими угощениями, мы
преступили к трапезе. И во время трапезы произошло ещё одно странное событие. Где-то
через 30 минут после «кошачьего» инцидента, еда, которую я ел, а на тот момент
это была вырезка, поменяла вкус на отвратительный. Как только я брал кусочек и
пробовал его, он становился несъедобным.

–       Саш,
ты чего?

–       С
мясом что-то не то. Его невозможно есть!

–       Ты
его только что ел! Что ты несёшь?

–       Сама
попробуй.

Под удивленные взгляды Тимохи и Олеси, Катя попробовала моё мясо. Её
лицо исказилось в гримасе отвращения, после чего она выплюнула этот кусок.

–       Как
так? Я же тоже ем это мясо, почему твой кусок такой… такой… уэ. Так, подожди,
дай-ка я попробую другие, – вместе с этими словами, она съела ещё пару
кусочков, – Всё нормально, мяско хорошее. Может, что-то с кусочком случилось,
не бери в голову, мой лисёнок.

–       Ну
как тебе можно не поверить, моя тигрица. Приятного аппетита.

Однако приятного не случилось. Ситуация повторилась и с этим куском.
Меня это начало сильно напрягать, особенно в свете «кошачьего» инцидента.

–       Хм…
хочу кое-что проверить. Дай! – я уволок небольшой оставшийся кусочек Кати, –
Как я и думал. Он «испортился».

–       Ты
руки то хоть мыл, может они слишком грязные? – подколол меня Тимон.

–       Ещё
немножко и они засияют!

–       Но
как такое возможно, ума не приложу? Чёрная магия какая-то.

Ох, если б ты знала, Катя. Если б ты знала.

–      
Кааать, а можешь покормить
меня? – немного подумав, предложил я Кате.

–      
Я и так всё это
приготовила! Имей совесть! – ей эта идея не слишком понравилась.

–       Пожалуйста.
А я тебе потом что-нибудь приготовлю, – маняще попросил я.

–       Ладно,
только одной готовкой ты не отделаешься.

Странно, но ужасно мило. Потом придётся отрабатывать.

Закончив трапезу, все мы пошли приводить себя в порядок. Я в ванну,
Тимон и Катя на кухню, Олеся же предпочла подождать свободных кранов в зале.
Помыв руки, я решил ополоснуть рот. По началу всё было нормально, но потом я
почувствовал знакомый, металлический привкус. Оторвавшись от крана я обнаружил,
что моё лицо и раковина были залиты кровью. Пока я в шоке пытался понять, что
происходит и что с этим делать, в дверь уже стучала Олеся, ибо что-то я
подзадержался.

–       Саш,
всё нормально? Что-то ты долго.

–       Ээ,
не, всё нормально, Лесь, просто решил умыться получше. Я сейчас, – с этими
словами я решил снова открыть кран, в надежде, что оттуда пойдёт вода.

И слава богам это была-таки вода. Убрав следы аномалии, я вышел из ванной.
Однако Олеся заметила, что у нижней губы остался кровавый след.

–       У
тебя кровь? – забеспокоилась Леся.

–       Где?

–       Вот,
на губе.

Чтоб тебя, не всё смыл.

–       А,
это. Катя смастерила настолько вкусный ужин, что я чуть губу не съел, –
попытался я перевести всё в шутку, – ничего серьёзного.

–       Ну
хорошо, тогда я следующая, – с толикой сомнения ответила она и собралась
заходить.

–       Прошу,
– сделал я пригласительный жест.

После трапезы мы приступили к игре. Через где-то пол часа весёлых
приключений мы решили сделать небольшой перерыв. Тимоха решил обнести
холодильник, а девушки отошли «припудрить носик». От нечего делать, я решил
пошариться по ящику, вдруг там было что-то интересное. До того, пока мы играли,
фоном шёл какой-то фэнтэзи фильм, но сейчас там была реклама. Пролистывая
каналы я наткнулся на кое-что знакомое. Вот только это была не передача, а мой
сон. Детский, кошмар. Древнегреческие боги, война, убитые и покалеченные, Арес,
разъезжающий на кровавой колеснице, кровавое небо с алым солнцем. Тогда меня
это невероятно потрясло. А сейчас ввело в ступор. В это время появился Тимон.

–       Вставай,
проклятьем заклейменный, – пропел Тимоха, одновременно переключая канал.

–       А?
Ты чего? – всполошившись, спросил я. Только сейчас меня отпустило.

–       Ты
нормально? Весь день сам не свой.

–       Я-то?
Странный вопрос, лучше некуда.

–       Точно?
Ты сейчас на помехи залипал.

–       Да?
Не,  просто задумался кое о чём. Тяжёлое
времечко, сам понимаешь.

–       Нужно
будет доложить Екатерине. А то кто-то слишком мало отдыхает, – ехидно улыбнулся
Тимон.

Закончив игру, мы начали расходиться. Первыми ушли Тимон и Олеся. Им
явно было, чем заняться вместе. Последним от Кати уходил я. И, когда мы
наслаждались прощальными объятьями, я заметил, что свет еле заметно мерцает. И
мерцал он азбукой Морзе. Катя этого не заметила, так как была повёрнута в
другую от люстры сторону, обнимая меня. Решив понять, что же происходит, я
поднял глаза на потолок. Но обнаружил я на нём знакомый мне символ. Двойной, в
форме бесконечности уроборос, фоном которого выступала геометрически идеальная
паутина. Вокруг неё, кругом, красовалась надпись на неизвестном, но отчего-то
всё же понятном мне языке, чей алфавит состоял как из греческих букв, так и из
скандинавских рун. Надпись гласила «(придумать надпись)», что по ощущениям
означало «Александр, вас ожидают великие испытания. Покажите, что вы достойны
возвышения.» Я спросил Катю, видит ли она тоже, что и я. Она, развернувшись,
успела лишь краем глаза заметить это художество, до того, как оно исчезло.  Хоть и удивилась, но списала на усталость и
«показалось».

Распрощавшись с Катей, я пошёл домой. Однако приключения ещё не
закончились. Я приметил, что на улице что-то сильно тихо. Ни людей, ни машин.
Ещё не глубокая ночь, чтобы такое было нормальным. Недавно обильно выпавший
снег снова подтаивает. Погода эти года совсем невменяемая.

Впереди я заметил приближающуюся фигуру. Рыжий, короткостриженый
мужчина в пальто с выделяющимся, почти белым воротником. Он был выше меня
ростом, где-то на полголовы. Чутьё подсказывало мне, что идёт он именно ко мне.
Это не просто выделяющегося вида мужчина, . Нужно быть на стороже.

Сблизившись с ним, я убедился, что именно его я раньше видел в
компании «электрического» парня.

–      
Приветствую, Александр. Изволю
предположить, ты догадываешься, кто я? – спросил загадочный мужчина.

–       Здравствуйте. Осмелюсь предположить, что настоящее ваше имя – Посейдон,
– он улыбнулся, – Что же столь легендарный бог может делать здесь?

–       Поведай,
о муж, имеешь ли ты цель сокровенную, способную свет изменить?

Какого чёрта он использует такую вычурную манеру речи? Ладно,
театрал-самоучка, я тебе подыграю.

–      
Скажу я вам, нисколько не скрываясь, что
мне не угодило безумие людское. Идиотизм, предательство, тщеславие и лесть.
Что, в прочем можно и простить, коль не коснётся это близких и родных моих. Семья,
коль бы банально не звучало, есть смысл мой и жизнь моя. <Доминик Торетто вошёл в чат.>

–       Готов
ли сей молодой муж претерпеть великие мучения во исполнение его чаяний?

Всегда готов. Морально уж точно. Физически не помешало бы выйти на
лучшую мою форму.

–       Готов
с рождения я к испытаниям. Так расскажи же мне, о добрый человек, что сделать
предстоит.

–       Да
будет так, о славный муж. Познаешь ты и боль и страх, и грех и чудо, и коль
преодолеешь ты все испытанья дикие, получишь ты 
вознагражденье, ведущее к мечте. Ну а пока готовьтесь, мальчики, ведь
время ваше не пришло.

Мне казалось, что лицо само скривилось в гримасе от таких речей.
Внезапно, я услышал грохот, доносившийся сзади. Однако, ничего там не увидел. А
вот Посейдон успел исчезнуть. Любят же они такие представления. Ладно, делать
нечего, пора домой. И Фрину позвонить.