ГЛАВА 007.

Суви. 4 апреля 2075 года.

По совету барного меню горячо любимого, но оставшегося в прошлом “Мотылька”, для снятия стресса нужно заливаться бурбоном. А у меня вся новая жизнь, это сплошная череда стресса. Так что мне не повредит.

Первая стопка улетела мгновенно. И вот что странно - нихера не полегчало. Кажется, новое тело сломало моё умение глушить проблемы алкоголем.

Попросив жестом повторить, решила провести репликацию эксперимента. Воспроизведение опыта для проверки надежности результата и исключения случайных ошибок, выдало однозначный вывод: да, промилле мне больше не дарят успокоение и ощущение лёгкого отупения.

Я хотела сейчас слегка забыться, оставив позади свои проблемы и порождаемые ими эмоциональные качели. Каждый раз, когда во мне что-то меняли, это вызывало цепочку неприятных реакций.

Ужас. Безэмоциональность чистого разума.

Страх. Нетерпение испробовать свои возможности. Сосредоточенность на цели.

Пробуждение в комнате с собственным трупом. Мой побег от прошлой жизни. Осознание себя набором заготовок для создания иного разума.

Эмоции за сутки менялись с такой частотой, что не у каждого шизофреника встретишь. Будто этого мало, казалось “администратор”, что имеет доступ к моему нейроинтерфейсу, специально постоянно раскачивал мои реакции, пытаясь отладить лимбическую систему мозга, словно настраивая убитую в хлам гитару. Этот калейдоскоп выматывал, и показывал, что даже у искусственного скомпилированного разума, есть свой предел.

Видимо, все мои мрачные мысли были сейчас написаны на лице, если даже стоящий напротив бармен заметил моё состояние:

- Повторить, nena?

Малышка? Ну да. Я теперь мечта любого пидобира. Уже не подросток, но ещё не сформировавшаяся женщина. Не такая, к примеру, как та яростная фурия, что сейчас пронеслась куда-то на второй этаж.

Стукнув опустевшим стаканом об стойку, молча кивнула. После проводив взглядом стройную фигурку, в который раз последовала девизу своей новой жизни: не можешь пока контролировать, забей!

Глупо, конечно. В моём случае может - смертельно глупо. Но я не гений планирования и логики! Возможно, когда закончится компиляция, я и стану чем-то большим. Но пока я, увы, рабочая одноклеточная амёба, которой выжгло мозги и на основе разума которой пытаются вылепить в чужом теле что-то совершенно иное!

Поэтому, пока буду делать то, что у меня получается лучше всего - плыть по мутному течению сточных вод.

Да и вообще, я в бар пришла снять стресс, а не плодить его мрачными мыслями! Поэтому, освежим свои невеликие навыки пикапа и вперёд. Вслед за яростной фурией, за глотком чужих первобытных эмоций!

Знакомство с сидящей напротив девушкой вышло довольно экспрессивным. Даже слишком. Ну, начать с того, что меня сходу нарекли “блядью” и “ещё одной, в которую Джеки случайно упал членом”. На вопрос: “что, очень часто в баре такие появляются?” - тут уже просто взорвались истерикой.

Личная жизнь у девушки, видимо, была настолько своеобразная, что довела её почти до нервного срыва. Вот и выплеснулось. Забрызгав, в том числе, и окружающих. А потом, когда эмоции чуть выдохлась, передо мной даже извинились, когда поняли, что к некоему “Джакито” я не имею ни малейшего отношения.

Было мило.

Тут же, словно чувствуя момент, бармен притащил нам бутылку бурбона. Я не заказывала, но это очень подошло к ситуации.

Джеки Уэллс. Соло.

Звонок от Пепе, бармена в баре матери, Джеки принял с некоторым сомнением, не ожидая от него ничего хорошего.

- Buenas, Джакито, - кивнула аватарка мужчины спроецированная на видеовывод старых глазных имплантов.

- Привет, Пепе, - осторожно поздоровался соло. - Какие-то проблемы в баре?

Мужчина на секунду замялся, стараясь подобрать слова:

- Можно и так сказать. Ты эту девушку знаешь?

С присланного снимка, снятого глазными имплантами, на Джеки смотрела молодая девушка. Снимок сделан за барной стойкой. Очень знакомой барной стойкой. Хотя, это и так было понятно - Пепе, в основном звонил, когда в “Эль койоте кохо” образовывались проблемы. Зачастую по его, Джеки, вине. И, если судить, что спрашивают о какой-то девушке, то так оно было и в этот раз.

- Потому что, если ты её знаешь, - продолжил Пепе, - у тебя проблемы. Она сейчас наверху с Камилой.

Puta!

- И они разговаривают, после того как Камила устроила сцену. Просто разговаривают.

Пепе замолчал на минуту, потом пожал плечами.

- Это я к тому, что если ты эту девушку знаешь, то лучше бы тебе сейчас придумать какие-нибудь оправдания для них. Обеих.

Culo!

- Спасибо, Пепе, - кивнул соло. - Буду должен.

- Да что там, - махнул рукой мужчина. - Просто будь осторожней, ладно?

Но Джеки всё равно запомнил проявленную мужскую солидарность. Сбросив звонок, наёмник посмотрел ещё раз на присланный снимок.

Честно? Девушка, можно даже сказать - девочка, сидящая у барной стойки, была привлекательна. Жаль только, что Джеки её не знал.

Вроде.

Неделю назад у него был загул длиною в три дня, когда из тюрьмы вышли его друзья, из тех, кто остался в Валентино.

Это событие отмечали.

Сильно отмечали.

Друзья его пригласили, пусть он уже почти десять лет как не был в банде. Так что да, загул был хорош. Что там было он помнит довольно смутно. Может девушка с той вечеринки? Но его до этого никогда не тянуло на малолеток. И, если даже и “да”, то что он такого мог сотворить, что Камила, которая всегда кидалась с криками на его мимолётные увлечения, вдруг решила поступить по-другому? Ну не мог же он пьяным сотворить какую-нибудь tonterías (глупость)?

Ведь не мог же?

С каждым шагом к дверям родного бара решимость войти и разобраться в ситуации у Джеки всё уменьшалась. Может просто оставить всё в подвешенном состоянии и узнать потом у Пепе чем закончилось? Если Камила не звонит в ярости, может это просто что-то другое, не связанное с ним? И ему не стоит на это реагировать?

Всего-то стоит сейчас развернуться и уйти. Оставить проблему за спиной.

Джеки тряхнул головой и собрав свою волю в кулак, шагнул внутрь. Он боялся не сцены ревности или истерики Камилы. Такое у них было довольно часто. Если не постоянно. Он боялся, что пьяным устроил какую-то мерзость и сейчас увидит в глазах Камилы и матери разочарование.

Подобного он бы не пережил.

Пепе за барной стойкой мотнул подбородком на второй этаж.

Блондинка сидела в пол-оборота, приобнимая его девушку, что лицом уткнулась той куда-то в район шеи. Камила вцепилась побелевшими руками в эту незнакомку, словно боясь, что если отпустит, то она тут же исчезнет. Вцепилась до такой силы, что превратила футболку блондинки в какой-то комок. При этом та поглаживала Камилу по голове, изредка проводя рукой по спине. Плечи его девушки изредка содрогались в беззвучном плаче пополам с какими-то глухими всхлипами.

Ситуация была непонятная и насквозь, для Джеки, неправильная. Она причиняла прямо, почти буквально, физический дискомфорт. Да и взгляд опухших глаз Камилы, когда она подняла голову от плеча блондинки, не радовал. Как и лицо, перекосившееся в раздражении при его появлении.

Пусть во взгляде Камилы и читалось, что она сейчас Джеки буквально ненавидит, но… ненависть, это не отвращение!

В голове проскользнула подленькая мыслишка, развернуться и уйти. Ситуация пусть и непонятная, и даже неприятная, но явно не та, что он себе понапридумывал.

- Что тебе, Джакито? - наконец буквально выплюнула Камила.

- Я присяду? - всё-таки решил попытаться наладить мосты соло.

Было прямо-таки видно, что Камила с неимоверным трудом сдерживает короткое слово “нет”. И с каждой секундой ей это делать всё сложней.

Блондинка провела рукой по лицу Камилы с какой-то… нежностью? И тихо проговорила, буквально на ухо Камиле:

- Тихо, тихо, милая. Тебе и так сегодня досталось. Незачем себя накручивать по новой.

И, чёрт побери, это всё ну никак не выглядело, как дружеская женская поддержка! В груди Джеки застыл холодный комок непонятных эмоций. Толи ненависти к этой непонятной девчонке, толи ревности. От непонятности ситуации его стало потряхивать.

Наконец, твёрдо решив, он сел за столик напротив обнявшейся парочки.

Его Камила.

Высокая, с тёмными угольно-чёрными глазами, и обворожительной улыбкой, которую он так любил, но которая сейчас досталась не ему. А этой непонятной блондинке. Холодный взгляд серых глаз которой резал словно нож, чуть полноватые губы кривились явно в усмешке неудовольствия по отношению к нему.

Да кто она такая, вообще?! И какого хрена тут лезет в их отношения?!

- Не представишь меня своей подруге? - наконец, нарушил неприятное молчание Джеки.

Камила, вновь окинула соло взглядом полным раздражения, потом чуть плотнее прижалась к блондинке, словно ища у неё защиты. Словно у старшей сестры, когда в комнату входит пьяный отец.

Через секунду молчания, она всё-таки решилась:

- Суви, это Джеки. Джакито, это Суви.

Промороженный взгляд серых глаз не потеплел ни на градус, когда блондинка кивнула.

- Не скажу, что приятно, но будем знакомы.

Джеки на секунду завис даже не зная, что ответить. Столь… странно?... его девушки не приветствовали. Нет, он никогда не поднимал да девушку руку, но всё равно они как-то в его присутствии тушевались. Всё-таки два метра роста с внушительной родной мускулатурой на широкой кости делало его угрожающим.

А тут какая-то девочка и так говорит…

И что странно, в её глазах не было страха. Да и общий язык тела говорил, что она абсолютно, безоговорочно уверена в себе. Только после этого Джеки и обратил на другие детали, которые до этого разум отбрасывал.

Сбруя кобуры поверх измятой Камилой футболки. Контроль тела - девочка сразу его увидела в отражении окна, когда он поднимался по ступенькам на второй этаж. Тут же чуть поменяла позу, чтобы, если что, была возможно отбросить Камилу за спинку дивана для безопасности, а самой броском уйти с места и выхватить ствол.

Взгляд прямой, но Джеки был уверен, что она отслеживает движение его плеч, готовая к боевым действиям, если он потянется за пистолетом. Положение ног, когда он сел напротив, тоже изменилось. С этой стороны удобно бить сбоку в колено. Очень подлый и болезненный удар. Если у тебя ноги родные, то это минимум несколько секунд на действие, пока противник подвывает от выбитой коленной чашечки или даже сломанного колена.

Девочка не проста. Столь точный контроль окружения он видел только у других наёмников. И пару раз у корпоративных бойцов из Арасаки, когда его подруга, единственная - действительно просто являющаяся другом, притаскивала тех на совместное дело.

Для агента контрразведки это не было проблемой.

А ещё, у тех бойцов, тоже были столь же мерзкие и надменные каменные рожи. Правда, все они состояли из хрома чуть больше чем на сто процентов, а тут, эта Суви, справлялась своими силами данными от природы.

И вот, во взгляде этой Суви сейчас читалось: Ты говно! И не спорь!

- Не скажу тоже, что мне приятно знакомиться в такой напряжённой обстановке, но будем знакомы. Я Джеки, парень Камилы, - последние слова соло особо выделил.

Губы блондинки скривились в усмешке, что ей тут же, не смотря на все его принципы, захотелось заехать по ним ладонью.

- Оу, правда? - при этом как-то, на взгляд Джеки, показательно чуть ближе пододвинулась к Камиле. - То есть, ты тот самый Джеки, что постоянно доводит свою девушку до слёз и истерик?

При этих словах Камила вздрогнула и у Джеки в горле встал ком. Чуть ли не в первые, он не знал, что сказать.

- Я… я ещё раз извиняюсь, Камила, что так получилось с парнями из Валентино. Я не хотел так просто пропадать на несколько дней, - наконец выдавил он из себя.

Суви скривилась.

- Знаешь, как девушка скажу тебе - да насрать. Это был просто уже край. Последняя капля.

О чём она это сейчас?

- Можешь пояснить? - довольно агрессивно спросил Джеки.

Что было странно во всей этой ситуации - в диалог между ними Камила даже не пыталась встрять. Сейчас она просто сидела потерянная, вцепившись в эту блондинку и ничего не говоря.

- Ты своими изменами уже сделал всё, чтобы довести свою девушку, которую ты, якобы, любишь, чуть ли не до помешательства.

Камила вздрогнула и вновь вцепилась в Суви. От этого рефлекторного действия Джеки понял, что эти слова ударили точно в цель и были чистой правдой.

В обе цели. В двух людей.

Но он не хотел! Да, у него случались интрижки на стороне, но Камила всегда ему это прощала!

Мысль, которую он всегда от себя гнал: или делала вид?

То самое чувство, которого он боялся, когда шёл сюда начало всплывать в душе.

Отвращение. Отвращение к себе. От того, что он буквально изводил Камилу. Предполагать и точно знать, это две разные ситуации.

Одновременно с этим, мутной и неприятной волной всплыло на поверхность и другое чувство, но уже по отношению к этой Суви - буквально ненависть.

Как она смеет?! Как она смеет лезть в их отношения?!

- Я…

Но что “я”? Больше не буду? Звучит так по-детски. Да и сможет ли он сдержать своё слово? Но подобные мысли начало размывать подступающей волной гнева:

Это проблема между ними! Эта блондинка сейчас здесь лишняя!

Успокойся, Джеки! Гнев тебе сейчас не советчик!

- Я изменюсь, Камила! - единственное, что он мог пообещать в такой ситуации.

- Джеки, - тихо сказала Камила, - а ты думал - нужно ли мне это? Я устала. Устала видеть девок, что приходят сюда в бар, чтобы потыкать мне в лицо, что они спали с тобой. Устала, от этой нескончаемой вереницы лиц. Я просто хочу, наконец, определиться чего мне нужно. Может нам на этот раз действительно уже разойтись? Не мучить друг друга? В любом случае, у тебя найдётся у кого найти утешение, - под конец буквально выплюнула Камила.

Джеки застыл. И как бы ему не было плохо от правоты слов девушки в голове мелькала злая мысль:

Ага, как и тебе. Я вижу, что у тебя есть кому утешить!

Казалось, светло-серые глаза смотрели на него с насмешкой победителя.

В груди пылала ненависть к обладательнице этих глаз. Такой глубокой ненависти он не испытывал давно. Наверное, в последний раз только к отцу, которого он, в конце концов, смог выжить из их с матерью жизни.

Гвадалупе Алехандра Уэллс. Хозяйка бара “Эль койоте кохо”.

Когда Мама Уэллс поднялась на второй этаж своего бара, напряжение за столом, за которым сидел её сын, его девушка и какая-то незнакомая блондинка, буквально можно было ощутить физически.

Что выбивалось из картины очередного скандала между подобным любовным треугольниками, так это то, что на этот раз Камила не кричала на незнакомую девушку, а наоборот прижималась к ней из-за всех сил, словно ища защиты.

Защиты от Джеки. Её сына.

Ситуация была, мягко говоря, неприятная.

Камила Маме Уэллс нравилась. Её стойкий характер, который не смогли сломать никакие обстоятельства. Она была искренне рада, что подобная девушка находиться рядом с её сыном. Девушка, что так напоминала саму Гвадалупе в молодости. Не внешне. Характером. С громадной внутренней силой и добрым сердцем.

Которое, к сожалению, постоянно пробовал на прочность её Джекстер, в такие минуты неприятно напоминающий своего отца.

И, видимо, всё же её сын смог найти тот край, за который заходить не следовало. Или Камиле помогли его найти. Помогли осознать эту черту. Вот эта самая блондинка, что довольно хозяйственно обнимала Камилу.

- Камила, девочка моя, - осторожно спросила Гвадалупе, - с тобой всё хорошо?

- Мама Уэллс, - непривычно тихо ответили в ответ. - Да, всё хорошо.

Камила как-то нервно дёрнула плечом, что-то явно собираясь добавить, но всё же промолчала.

- Тогда, может ты представишь меня своей подруге?

В ответ как-то криво, с неестественной улыбкой кивнули.

- С Джеки я её уже познакомила. Суви.

Холодный прямой взгляд серых глаз напрягал. Что-то в подсознании заставило на секунду застыть, словно перед опасным и непредсказуемым хищником больным бешенством, но потом Мама Уэллс скинула это странное чувство.

- Я рада познакомиться с подругой Камилы. Они редко сюда заглядывают.

- Ага, - зло прошипела Камила. - Обычно сюда заглядывают совсем иные подруги! И не мои!

Последнее слово она выделила с особым ядом, посмотрев на притихшего Джакито. Гвадалупе попыталась разрядить обстановку:

- Если вы не против, может спустимся на первый этаж? Там есть хорошее местечко, чтобы просто расслабиться и отпустить всю злость друг на друга.

Предложение было адресовано Камиле, но та посмотрела на эту Суви, словно спрашивая у неё разрешение. Блондинка ей ободряюще улыбнулась. Поднявшись, Суви протянула ладонь Камиле, в которую та вцепилась.

В этой неловкой тишине семья Уэллс и непонятная девка спустились вниз. Расселись. Гвадалупе сама принесла бутылку с бурбоном, который по словам Пепе пила эта Суви.

Неловкое молчание первой решила нарушить Мама Уэллс, как инициатор попытки примирения:

- Итак, Суви, не расскажешь мне про себя?

Блондинка пожала плечами.

- Да тут особо нечего рассказывать. Жизнь как у всех в Найт-Сити. Я нетраннер. Раньше жила за Стеной. Сейчас вот решила попробовать устроиться на новом месте. В основном занимаюсь отладкой и настройкой скриптов, если вам интересно. В нашей среде это самое стандартное из всех возможных занятие.

Пёсий Город? А девочка-то тот ещё подарок.

- Оу, очень интересно! И давно ты перебралась в Найт-Сити? - продолжила допрос Мама Уэллс, только очень поверхностно замаскированный под разговор.

- Нет, - пожала плечами девушка, - не так давно. Мы и с Камилой недавное познакомилась, - явно предугадывая следующий вопрос добавила Суви. При этом не собираясь как-либо комментировать или раскрывать свои слова.

- Думаешь продолжить заниматься этим нетраннингом? - вновь пошла в наступление Гвадалупе.

- Не знаю. Пока думаю да. Мне нужно восстановить форму и навыки. Мне недавно хорошо так прожарили синапсы, теперь по новой необходимо переучиваться.

Мама Уэллс откинулась назад на спинку дивана по новой оглядев девушку.

- Ты что, была в банде или занималась наёмничеством?

Суви усмехнулась.

- Нет. Там, за Стеной, обстановка несколько иная. Баргест пусть и контролирует Пёсий Город, но особо защитой территории себя не утруждает, поэтому повсеместно существуют Народные общины. В основном, для защиты от Мусорщиков.

Увидев во взгляде Гвадалупе недопонимание, Суви пояснила:

- Мусорщики Найт-Сити и Мусорщики за Стеной - это абсолютно разные вещи. Здесь это крысы, прячущиеся по углам, в Пёсьем Городе это группировка. Самая слабая из существующих за Стеной, но всё же. И если кто-то убивает Мусорщика там, то, большей частью, нам приходилось защищаться самим от возможного ответного удара скавов. Барест, конечно, вмешался бы, если Мусорщики попытались устроить крупный штурм, но большей частью наша защита была в наших руках. Поэтому, пусть я и нетраннер, но у меня довольно хорошие боевые навыки, - грустная усмешка: - были. Однажды они меня спасли. Но не удалось уйти абсолютно целой.

Гвадалупе посмотрела на Джеки, что прятал взгляд от изредка смотрящей на него Камилы.

Примирение не получилось. Она пыталась дать им шанс. Шанс поговорить, но её Джакито даже не смог сделать первый шаг.

На сердце стало грустно. Дальше поддерживать разговор, который ей был откровенно не интересен, женщина не стала.

- Ну, надеюсь, жизнь в Найт-Сити тебе понравиться больше. И я буду рада видеть тебя у себя тут, в баре.

Ложь.

Женщина встала, показывая тем самым, что замаскированный допрос окончен. Но, перед уходом, всё же решила сделать последнюю попытку как-либо повлиять на ситуацию:

- Камила, ты останешься?

- Нет, - помотала головой девушка. Потом обратилась к Суви: - А ты не хочешь прогуляться? Покажу тебе пару замечательных мест.

И улыбка полная надежды. Сегодня, всё же, в Камиле что-то сломалось. И она хотела найти поддержку в другом человеке. И этот человек не был её сыном. Её сын был причиной слома.

Сердце Гвадалупе сжалось и на душе стало горько. Осталось только надеяться, что через некоторое время Джакито и Камила помирятся. Но пока…

- Да, буду рада, - тоже в ответ улыбнулась блондинка.

…Но пока, видимо, отношения дорогих ей людей не просто поставлены на паузу. В них ворвался другой игрок, начавший с наслаждением разрушать чужое счастье, чтобы попытаться построить собственное.