Призрачный Гонщик Изуку - Глава 1
Глава 1
※※※
Примечание автора: Прежде чем начать, хочу сказать спасибо за то, что вы читаете эту историю. Как ясно из названия, это история о том, как Изуку становится Призрачным Гонщиком! Да, он станет слегка СИЛЬНЕЕ, чем обычно. Но не слишком. Он будет чуть слабее Всемогущего, но взамен обзаведётся кучей врагов и минимумом союзников. А ещё у него появится сестра — причины раскроются по ходу сюжета. И ещё кое что:
― Речь демона или Гонщика
― Обычная речь ―
Мысли или воспоминания.
― Обычная речь ―
Мысли или воспоминания.
※※※
Сегодняшний день для Изуку выдался отвратительным. Впрочем, большинство дней были такими, но этот побил все рекорды!
Сначала учитель объявил о его желании поступить в Юэй. Реакция оказалась ожидаемой: все, кроме сестры, ржали, а Бакуго взбесился.
Потом Бакуго заявил:
― Прыгни с крыши и молись, чтобы в следующей жизни родился с Причудой! ― Это был уже новый уровень жестокости, на что сестра Изуку тут же наорала на Бакуго, использовав свою Причуду, чтобы вышвырнуть его в окно.
― Прыгни с крыши и молись, чтобы в следующей жизни родился с Причудой! ― Это был уже новый уровень жестокости, на что сестра Изуку тут же наорала на Бакуго, использовав свою Причуду, чтобы вышвырнуть его в окно.
К счастью, Бакуго активировал Причуду и смягчил падение. Но, как вы догадались, сестру ждала послеуроковая отработка, а Изуку пришлось идти домой одному.
Разумеется, на этом его злоключения не закончились: появился злодей, который попытался задушить его и украсть тело.
К счастью, Всемогущий вмешался и нейтрализовал негодяя. Изуку не был уверен, потерял ли сознание от нехватки воздуха или от восторга при виде кумира.
Ситуация ухудшилась (каким-то образом!) , когда Изуку уцепился за ногу Всемогущего и узнал, что Символ Мира не так идеален, как казалось.
Пообещав хранить тайну, Изуку задал вопрос, который копил годами:
― Могу ли я стать героем… хотя я безпричудный?
― Могу ли я стать героем… хотя я безпричудный?
― Нет.
Это были не точные слова героя, но для Изуку они значили всё. Попытки Всемогущего смягчить удар разбились о глухую стену.
После ухода Символа Мира он ощущал… пустоту.
Всё, чего он хотел, — стать героем. Перестать быть слабаком. Перестать быть Деку.
Но теперь и эта несбыточная мечта рухнула, оставив лишь гнетущее чувство никчёмности.
Но теперь и эта несбыточная мечта рухнула, оставив лишь гнетущее чувство никчёмности.
Он брел обратно в школу за сестрой, когда взгляд случайно упал на крышу.
Прыгни с крыши и молись, чтобы в следующей жизни родился с Причудой!
Слова Бакуго эхом отдались в голове. Следующее, что он осознал, — стоял на краю, глядя вниз.
Прыгни с крыши и молись, чтобы в следующей жизни родился с Причудой!
Слова Бакуго эхом отдались в голове. Следующее, что он осознал, — стоял на краю, глядя вниз.
Я только обуза. Из-за меня Изука попала в беду. Маме не придётся надрываться, чтобы содержать двоих… Прости, Изука. Позаботься о ней.
И он… шагнул.
Спустя несколько минут. Изука.
Изука шла по коридору, сжимая кулаки от ярости:
― Вот сцапаю Бакуго — сверну шею, гаду! — бормотала она, едва не выбивая дверь плечом.
Наверное, Изуку уже дома. Надо проверить, как он…
― Вот сцапаю Бакуго — сверну шею, гаду! — бормотала она, едва не выбивая дверь плечом.
Наверное, Изуку уже дома. Надо проверить, как он…
Выйдя на улицу, она застыла. Сердце упало в пятки.
Нет… Нет, только не это… ИЗУКУ!!!
Нет… Нет, только не это… ИЗУКУ!!!
У входа в школу лежал её брат. Лужа крови. Причины ясны без слов.
Слёзы хлынули из глаз Изуки, когда она рухнула на колени рядом с бездыханным телом.
И тогда она сделала единственное, что могла:
Заорала.
И тогда она сделала единственное, что могла:
Заорала.
Неделю спустя.
На похоронах Изуку почти никто не был — только родные и семья Бакуго.
Инко не могла остановить рыдания с момента страшной новости.
Изука всё время молча пялилась на Бакуго, а когда остальные отвлеклись, прижала его к стене:
― Я могу рассказать всем… о твоих словах, — голос звучал ледяным.
― Почему не сделала этого? — Бакуго ответил так же монотонно, всё ещё не веря, что стал причиной смерти.
― Потому что Изуку не захотел бы этого. Он мечтал, чтобы ты стал героем. И хоть ты им НИКОГДА не будешь… я позволю тебе притворяться. Но запомни: я стану номером один. Чтобы ты не смог.
Инко не могла остановить рыдания с момента страшной новости.
Изука всё время молча пялилась на Бакуго, а когда остальные отвлеклись, прижала его к стене:
― Я могу рассказать всем… о твоих словах, — голос звучал ледяным.
― Почему не сделала этого? — Бакуго ответил так же монотонно, всё ещё не веря, что стал причиной смерти.
― Потому что Изуку не захотел бы этого. Он мечтал, чтобы ты стал героем. И хоть ты им НИКОГДА не будешь… я позволю тебе притворяться. Но запомни: я стану номером один. Чтобы ты не смог.
Бакуго промолчал.
― И ещё… Ты убил моего брата. Я не прощу. Не дам забыть, кто ты. Проклятый братоубийца! — Изука срывалась на крик, слёзы катились по щекам.
― И ещё… Ты убил моего брата. Я не прощу. Не дам забыть, кто ты. Проклятый братоубийца! — Изука срывалась на крик, слёзы катились по щекам.
Бакуго опустил взгляд.
Изука бросила на него последний ненавидящий взгляд и ушла, оставив его одного с грузом вины.
Изука бросила на него последний ненавидящий взгляд и ушла, оставив его одного с грузом вины.
Где-то
Изуку открыл глаза и увидел себя парящим в бескрайней чёрной пустоте.
Это… загробная жизнь?
Это… загробная жизнь?
— Ну. И да, и нет — раздался демонический голос.
Изуку заозирался в панике, но вокруг не было ничего.
— Не трудись. Я не здесь физически, а лишь перенёс тебя в пространство, именуемое чистилищем. Чтобы поговорить.
— Не трудись. Я не здесь физически, а лишь перенёс тебя в пространство, именуемое чистилищем. Чтобы поговорить.
— Чистилище? — переспросил Изуку.
— Да. Место за пределами рая, ада и мира живых. Обычно такие, как ты, сразу попадают в рай. Но… у меня есть предложение.
— Да. Место за пределами рая, ада и мира живых. Обычно такие, как ты, сразу попадают в рай. Но… у меня есть предложение.
— Предложение? Ты… дьявол?! — Изуку отшатнулся.
— Очень хорошо — голос разразился леденящим смехом, от которого содрогнулась пустота. — Да, я тот, кого вы зовёте Дьяволом.
Изуку остолбенел. В голове роились тысячи вопросов, но один повторялся навязчиво:
Что дьяволу нужно от меня?
Что дьяволу нужно от меня?
— Как я сказал — предложить сделку.
У Изуку от осознания округлилисьглаза.
Он читает мысли!
У Изуку от осознания округлилисьглаза.
Он читает мысли!
— Я — Дьявол. Разумеется, могу это — голос прозвучал насмешливо.
― Ох… — Изуку почувствовал себя глупо.
― Ох… — Изуку почувствовал себя глупо.
— Не стану тратить время. Изложу всё ясно: я дам силу, чтобы ты стал… ну, не героем, но тем, кто спасает людей и борется со злом.
― Линчевателем? — Изуку невольно заинтересовался, хотя с детства знал: сделки с дьяволом ведут к погибели.
Но для меня невозможность помогать другим — уже погибель.
Но для меня невозможность помогать другим — уже погибель.
— Да. Не бойся: ты будешь слишком силён, чтобы тебя поймали. Даже Всемогущий не одолеет тебя.
Сильнее… чем Всемогущий!
— Моя сила — дух возмездия. Падший ангел. Ты обретёшь мощь, скорость, выносливость. Еда, сон, вода — всё станет ненужным. Ты сможешь призывать адское пламя и жечь души виновных взглядом. А ещё… ты будешь чувствовать, когда проливают кровь невинных. С этой силой ты станешь стихией правосудия и спасёшь тысячи.
Слова звучали для Изуку музыкой. Он уже готов был согласиться, но вспомнил главное:
— Чем я заплачу?
— Чем я заплачу?
— Ты будешь отправлять мне души тех, кто причиняет зло невинным.
— Ты хочешь, чтобы я их убивал!?
Он должен был ожидать этого, разговаривая с Дьяволом. Но убийство… Герои шли на такое лишь в крайних случаях. Для Изуку это было немыслимо.
— Сомневаешься? Что ж, возможно, тебя нужно… убедить.
Внезапно Изуку увидел толпы людей: они кричали, страдали, умирали. Видение исчезло.
— За это мгновение в одной Японии убиты 34 человека. 23 — замучены. Скажи, Изуку Мидория… Ты позволишь им страдать, имея силу помочь
— Я согласен.
Дьявол рассмеялся.
— Отлично! Но есть ещё одна цена...
— Отлично! Но есть ещё одна цена...
— Мне всё равно! — Изуку перебил его, голос дрожал от ярости. — Я не могу… не могу позволить этому продолжаться! Я больше не буду беспомощным! Забирай душу! Всё! Дай только силу… Силу СПАСАТЬ!
Слеза скатилась по его щеке и исчезла в пустоте. Тишину разорвал смех Дьявола.
Но это был уже не прежний насмешливый смех. На этот раз он звучал куда зловеще.
Но это был уже не прежний насмешливый смех. На этот раз он звучал куда зловеще.
— Как пожелаешь.
Затем Изуку увидел свет.
Он приближался, и вскоре стало ясно — это пламя.
Огненный шар врезался в него, поглотив целиком.
Он приближался, и вскоре стало ясно — это пламя.
Огненный шар врезался в него, поглотив целиком.
Кладбище. Месяц спустя после похорон.
Могила Изуку Мидории полыхала: из гроба вырвался столб огня.
Рука вцепилась в землю, и Изуку поднялся из могилы.
Рука вцепилась в землю, и Изуку поднялся из могилы.
Он огляделся, и взгляд зацепился за нечто странное.
Мотоцикл. Припаркованный у могилы. На нём лежали белая футболка, зелёный худи, джинсы и кроссовки.
Рядом с мотоциклом вилась цепь.
Мотоцикл. Припаркованный у могилы. На нём лежали белая футболка, зелёный худи, джинсы и кроссовки.
Рядом с мотоциклом вилась цепь.
Изуку подошёл ближе — и перед ним материализовалась записка:
※※※
Дорогой Изуку,
Духу возмездия нужен конь. Вот тебе мотоцикл. И одежда — вряд ли ты хотел щеголять голым. Пожалуйста. Цепь — оружие прошлого Призрачного Гонщика. Думаю, пригодится.
P.S. Ощущение невинной крови действует только в пределах города и по одной жертве за раз. Иначе сойдёшь с ума.
Искренне твой Дьявол.
Духу возмездия нужен конь. Вот тебе мотоцикл. И одежда — вряд ли ты хотел щеголять голым. Пожалуйста. Цепь — оружие прошлого Призрачного Гонщика. Думаю, пригодится.
P.S. Ощущение невинной крови действует только в пределах города и по одной жертве за раз. Иначе сойдёшь с ума.
Искренне твой Дьявол.
※※※
Записка вспыхнула и исчезла.
Изуку наконец осознал, что гол, и быстро облачился в одежду.
Изуку наконец осознал, что гол, и быстро облачился в одежду.
Одевшись, он разглядел мотоцикл:
Чёрный с зелёными вставками, довольно компактный для мотоцикла — словно создан специально для него. Шикарный дизайн.
Чёрный с зелёными вставками, довольно компактный для мотоцикла — словно создан специально для него. Шикарный дизайн.
Итак… как на этом ездить?
Изуку подхватил цепь, перекинул её через плечо и уселся на мотоцикл.
Странно, но всё казалось знакомым — будто он делал это тысячу раз.
Странно, но всё казалось знакомым — будто он делал это тысячу раз.
Неужели… эти силы дали мне умение ездить на мотоцикле?! Видимо, духу возмездия это необходимо?
Он сжал руль, привыкая к управлению.
Ладно… что теперь делать?
Ладно… что теперь делать?
Оглянувшись на обугленную могилу, он вдруг осознал:
Я был мёртв. Целый месяц. Боже! Мама! Изука!
Я был мёртв. Целый месяц. Боже! Мама! Изука!
Не теряя ни секунды, он рванул к дому, игнорируя правила дорожного движения.
Мама… Изука… Простите! Я, наверное, заставил вас так переживать! Клянусь… я всё исправлю! Как-нибудь!
Мама… Изука… Простите! Я, наверное, заставил вас так переживать! Клянусь… я всё исправлю! Как-нибудь!
Приближаясь к дому, он увидел нечто, от чего сердце упало.
Пламя. Всё пылало.
Пламя. Всё пылало.
Изуку помчался к пылающему зданию, достигнув его за минуты. Отшвырнув мотоцикл, ворвался внутрь — огонь не причинял боли.
― Мама! Изука! Кто-нибудь здесь?!
― Мама! Изука! Кто-нибудь здесь?!
В ответ донёсся хриплый кашель.
Бросившись на звук, он увидел кошмар:
Его мать. В ожогах. Под горящей балкой.
Бросившись на звук, он увидел кошмар:
Его мать. В ожогах. Под горящей балкой.
― Нет! Нет! Мама! ― Изуку сбросил обломки и поднял её.
Разбив стену ударом цепи, он вынес её на улицу.
Разбив стену ударом цепи, он вынес её на улицу.
Осторожно уложив мать на землю, сорвал худи и сбил пламя.
Когда пламя погасло, он опустился на колени. ― Мама! Мама! Пожалуйста… Нет! Не умирай!
Она кашлянула и открыла глаза. ― Изуку… это… ты?
― Да! Мама! Это я! Я вернулся! Где Изука?!
― Она… вышла… по делам…
― Да! Мама! Это я! Я вернулся! Где Изука?!
― Она… вышла… по делам…
Изуку вздохнул с облегчением: сестра в безопасности.
― Мама, всё будет хорошо. Не говори — я отвезу тебя в больницу!
― Мама, всё будет хорошо. Не говори — я отвезу тебя в больницу!
― Изуку…
― Мама, пожалуйста, не трать силы...
― Мама, пожалуйста, не трать силы...
― Изуку… это правда ты? ― Инко спросила, слёзы смешивались с сажей на обожжённом лице.
― Да, мама, это правда я!
― Да, мама, это правда я!
На губах Инко дрогнула улыбка. ― Я так… рада. Изуку… прости…
Эти слова стали последними. Её тело обмякло.
Эти слова стали последними. Её тело обмякло.
― Мама! Мама! МАМА! Очнись!
Тщётно. Инко Мидория не дышала.
Тщётно. Инко Мидория не дышала.
― НЕЕЕЕЕЕЕТ!!!
Изуку рыдал, сжимая тело матери, умоляя её вернуться.
И тут, будто шепот в ушах, вспомнились слова:
И тут, будто шепот в ушах, вспомнились слова:
— Отлично! Но есть ещё одна цена.
― Мне всё равно!
― Мне всё равно!
Теперь он понял, что произошло.
Всё это было его виной.
Всё это было его виной.
По всему городу прокатился рёв чистой ярости.
Тем временем в логове Якудз.
― Эри. Время пришло, ― прозвучал голос Кая Чизаки, известного как Реконструктора, главы клана.
Девочка с белоснежными волосами и рогом, одетая в больничную рубашку, вздрогнула, но не побежала. Бегство лишь ухудшало всё.
Его рука коснулась её.
Кровь брызнула на стену.
Кровь брызнула на стену.
Вернёмся к Изуку.
Он почувствовал.
Пролилась невинная кровь.
Пролилась невинная кровь.
Ярость и гнев пылали внутри, пламя окружило его, сформировав огненный вихрь.
Когда огонь рассеялся, вместо зелёноволосого мальчика стоял пылающий скелет. Он натянул худи — одежда не загорелась.
Когда огонь рассеялся, вместо зелёноволосого мальчика стоял пылающий скелет. Он натянул худи — одежда не загорелась.
Мотоцикл отозвался на зов, преобразившись: кости, обгоревший металл и пламя.
Он вскочил на него и помчался к источнику крови с невероятной скоростью.
Он вскочил на него и помчался к источнику крови с невероятной скоростью.
Теперь, объятый гневом, Изуку Мидория стал духом возмездия. Его цель — обрушить ярость на тех, кто посмел причинить вред невинным.
И да помилует Бог тех, кто встанет у него на пути.
И да помилует Бог тех, кто встанет у него на пути.
призрачный гонщик изуку