— Эта игра, — объяснил Нэдзу Изуку и Айзаве, — называется Предельное погружение! Конечно, у меня есть для неё другое название, но думаю, это достаточно ясно передаёт суть!

　Он открыл небольшую синюю коробку с изображением подводной лодки. Она была примерно того же размера, что и коробка от Инсайдера - возможно, их выпустила одна компания? Затем он достал маленький чёрный диск, картонную подлодку, три фигурки в виде людей и жетоны с цифрами на одной стороне.

　Сначала Нэдзу разложил бледно-голубые треугольники с одной точкой на обороте, затем квадраты потемнее с двумя точками, следом - ещё более тёмные пятиугольники с тремя и, наконец, тёмно-синие шестиугольники с четырьмя. Все они выстроились в линию под подлодкой.

　— Как видите, здесь четыре уровня сокровищ, за которые мы и будем бороться! — воскликнул он. — Вы бросаете кости. Учтите, они помечены числами от одного до трёх, так что максимум можно выбросить шесть. Каждого типа сокровищ по восемь штук. Чем больше точек на обороте - тем шире диапазон очков! Первый набор даёт до четырёх, второй - от пяти до девяти, третий - от восьми до четырнадцати, а последний - от двенадцати до шестнадцати! Потрясающе, не так ли?

　Айзава нахмурился:

　— Здесь есть пересечения?

　— О, да! И вы не узнаете, что получили, пока не доставите сокровище обратно на подлодку! — ответил Нэдзу.

　Изуку кивнул:

　— А зачем на подлодке цифры?

　— А, это уровень кислорода! Как только игрок начинает ход с сокровищем в руках, мы снижаем уровень на единицу за каждый предмет! Давайте я объясню по ходу игры - так вам станет понятнее.

　Он взял одну из фигурок в виде человека и поставил на подлодку.

　— Сначала проверяем кислород, но раз я ещё не покинул субмарину, сокровищ у меня быть не может! Затем бросаю кости!

　Нэдзу бросил их, выпало два и один - в сумме три. Передвинул фигурку на три деления вперёд.

　— Я приземлился на сокровище! Теперь решаю, брать его или нет. В данном случае причин нет, поэтому отказываюсь. На этом мой ход завершён.

　Он расставил остальные фигурки на поле, разместив двух других «ныряльщиков» рядом.

　— Если бы ситуация была такой, — Нэдзу продолжил, — и я выбросил ещё тройку, мне пришлось бы сделать выбор. Продолжать погружение или повернуть назад! Раз у меня нет сокровищ, возвращаться на поверхность глупо, но учтите: после разворота двигаться можно только вверх. Допустим, в этом примере я выбросил три, но кто-то стоит на моём пути! Не волнуйтесь - два ныряльщика не могут занимать одну клетку, так что вы просто перепрыгиваете через них.

　Он передвинул свою фигурку вниз, пропуская клетки с другими игроками.

　— Ещё один минус сокровищ — они замедляют движение! Если вы несёте их при подъёме к субмарине, вычитайте их количество из результата броска. Тяжёлая ноша тянет вас ко дну.

　Нэдзу вернул все фигурки к подлодке одним движением:

　— На этапе взятия сокровища вы также можете решить его выбросить, если груз стал неподъёмным.

　Изуку нахмурился, глядя на модель субмарины:

　— Что случится, если кислород закончится, а ты всё ещё под водой?

　Нэдзу оскалился:

　— Вот тут-то и проявляется второе название игры! Если во время твоего хода уровень кислорода падает до нуля, ты завершаешт ход, а все оставшиеся в океане игроки вынуждены сбросить сокровища стопками по три - прямо на дно сокровищницы.

　Айзава сузил глаза:

　— И какое же это название?

　— Ну конечно, Игра Все Умрут!

　Вполне логичное название, — подумал Изуку. В первом раунде он попытался вернуться, но кости предали его, и два его сокровища утонули в пучине. Оказалось, стопки на дне считаются за один предмет - если сумеешь до них добраться, можно сорвать куш. Но сначала надо туда доплыть.

　За игру полагалось три погружения, и, к счастью, они сыграли дважды. К концу Изуку освоил механику и стал реже «гибнуть». Однако амбициозные манёвры оставались рискованными: чем быстрее возвращаешься к субмарине - тем больше очков получаешь.

　Нэдзу выиграл первую игру, Айзава занял второе место, а Изуку остался последним. Зато во второй партии ему удалось вырвать победу в последний момент, чем он невероятно гордился.

　Когда Айзава вернулся к занятиям, Нэдзу и Изуку убрали игру и начали традиционный послеигровой разговор.

　— Итак, чему ты научился? — спросил Нэдзу.

　Изуку задумчиво поёрзал на месте:

　— Что иногда надо жертвовать малым ради большего. И что без риска ничего не добьёшься.

　Нэдзу усмехнулся:

　— Потрясающе!

　Изуку любил гулять в одиночестве. Именно так он встретил Урараку в парке, но чаще всего его привлекало само наблюдение за людьми. Раньше он делал это бессознательно, но теперь - как часть обучения: анализировал жесты, манеры, детали. Возможно, поэтому он сразу заметил необычно высокого парня, который словно пытался раствориться в толпе.

　Изуку наблюдал за ним несколько минут, пытаясь понять, что не так. Парень был худощавым, с серебристыми волосами и маской, скрывающей нижнюю часть лица. Его Причуда бросалась в глаза: три пары рук, соединённых перепончатой тканью. Лишь верхние две напоминали обычные кисти - они сжимали сумку. Остальные четыре «руки» были усеяны ушами и глазами, беспрерывно сканируя окружение.

　Изуку заметил, как парень напрягся, когда за угол вышла группа школьников их возраста в такой же форме. Шоджи попытался опустить голову, но его рост - на целую голову выше Изуку - выдавал его даже среди младшеклассников (а эти дети явно учились в начальной школе).

　Четвёрка заметила его. Лидер, рыжий и скептически щурящийся, усмехнулся.

　Взрывы, удлиняющиеся пальцы… — мелькнули в памяти Изуку, пока он рассматривал обидчиков. Лидер не имел видимой причуды, зато один из компании менял цвет кожи, как кальмар - довольно занятно.

　— Ооо, Шоджи~! — затянул рыжий, растягивая слоги.

　Изуку вскочил со скамейки и шагнул к высокому парню:

　— Шоджи! — громко улыбнулся он, нарочито бодро. — Я тебя везде искал! Тётя будет волноваться, если мы задержимся! Пошли!

　Он осторожно потянул за верхнюю руку (настоящую, а не покрытую глазами), и Шоджи, слегка ошалев, позволил увести себя. Обернувшись за углом, Изуку увидел, как хулиганы (да, это точно они) в замешательстве переглядываются, прежде чем уйти прочь.

　Как только они окончательно скрылись из виду, Изуку отпустил руку парня.

　— Прости, что набросился так внезапно, — сказал он. — Ты выглядел неловко, а они... недоброжелательными.

　Шоджи моргнул, явно озадаченный. Одно из его ушей превратилось в рот:

　— Откуда ты узнал моё имя?

　Изуку покраснел:

　— Рыжий, их лидер, выкрикнул его. Я просто услышал. Извини, мы же не знакомы - это, наверное, странно. — он на мгновение замолчал, затем твёрдо кивнул и улыбнулся. — Но я Мидория Изуку! Теперь мы знакомы.

　— Шоджи… Шоджи Мезо.

　— Рад познакомиться! И ещё раз прости...

　— Почему ты решил помочь? — перебил Шоджи.

　Улыбка Изуку потухла:

　— Родные души чувствуют друг друга, наверное.

　Шоджи молчал, потом выпрямился:

　— Спасибо. Прости за беспокойство. Чем я могу отплатить?

　Изуку рассмеялся:

　— Беспокойства не было! И не надо отплачивать - я просто сделал, что считал правильным. Это тебе спасибо, что не назвал меня странным!

　Шоджи покачал головой, поправив сползшую маску:

　— Всё равно ты спас меня от сегодняшних неприятностей. Разреши купить тебе перекус?

　Изуку надулся. Ясно, парня не остановить. Можно, конечно, применить психологический приём, но убедить кого-то не действовать сложнее, чем подтолкнуть к действию. Варианты? Пригрозить, сбежать или изобразить психа, чтобы Шоджи сам отступил. Но это фальшь, а парень казался... милым. Тем, с кем Изуку хотел бы подружиться!

　— Хм, давай так: купишь мне мороженое, если я расспрошу о твоей причуде?

　Шоджи насторожился:

　— О моей причуде?

　— Да! Она же потрясающая! Ты можешь менять окончания рук, да? Только глаза, уши и рты? Можешь говоришь через руку-рот? Там есть голосовые связки? А под водой смог бы дышать через нос или рот на руке, если голова погружена? — Изуку отпрянул, осознав, что почти упёрся лицом в маску Шоджи. — Прости, я увлёкся…

　Шоджи моргнул, глядя, как Изуку, смущённый, переминается на месте, и тихо усмехнулся под тканью.

　— Ладно, пойдём за мороженым, а там посмотрим, как отвечать на твои вопросы… — сказал Шоджи.

　Оказалось, Шоджи подвергался травле из-за мутантской причуды. Изуку безумно хотелось увидеть его, но он понимал: при первой встрече это неуместно.

　Шоджи выбрал мороженое со вкусом печенья и сливок. Изуку торжественно объявил этот вариант допустимым, но сам предпочёл фисташковое, чем не впечатлил нового знакомого.

　— Знаешь, его ароматизируют миндальной эссенцией, — заметил Шоджи, разглядывая искусственно зелёный шарик.

　Изуку фыркнул, откусив ещё кусочек:

　— Знаю! Но оно всё равно вкусное! И зелёное! Кроме матчи, такого больше нет - а матчу ест моя мама. Нет уж, спасибо!

　Шоджи усмехнулся:

　— Матча - достойный вкус. Но ясно, что ты вообще любишь зелёное, Мидори. Думаю, это из-за фамилии.

　Изуку прищурился:

　— Первый иероглиф твоего означает «глаз», второй - «слон». Не знаю, к чему это, но что-то тут есть!

　Шоджи фыркнул:

　— Да, я тоже не совсем понимаю, к чему ты клонишь, — он взглянул на часы на стене и вздохнул, заправляя мороженое в многочисленные рты на руках (оказывается, структура обычного рта воспроизводилась и там - с дополнительными каналами вдоль рук, которые перенаправляли еду, воду или воздух куда нужно. Сложнейшая Причуда, честно говоря). — Мне пора. Старшая сестра наверняка уже волнуется, и я не хочу, чтобы она устроила погром в поисках меня. — он встал, затем замер.

　— Ещё раз спасибо.

　Изуку улыбнулся:

　— Знаешь, я часто бываю в том парке после школы. Может, ещё встретимся!

　Он представил, как высокий серьёзный парень улыбается под маской.

　— Возможно.

　Изуку махал ему вслед, пока тот не скрылся из виду, и только тогда позволил гневу вырваться наружу.

　Шоджи был классным и добрым парнем, а его травили из-за такой ерунды, как внешность? В эпоху причуд дискриминация мутантов всё ещё существовала - да ещё среди восьмилеток! Изуку выбросил пустую упаковку и почти что зашагал домой, обдумывая, как сформулировать письмо Нэдзу.

　— Если завтра меня не будет, значит, я буду грозить школе и её хулиганам завуалированными угрозами и борясь с предрассудками, — пробормотал он себе под нос.

　Да, Нэдзу поймёт.

　Дома он поздоровался с мамой и рванул к компьютеру. Название школы Шоджи он выведал во время разговора - оставалось начать поиски. К счастью, прошлогодний альбом с учениками нашёлся почти сразу.

　Вот он - хамелеон, двое подручных (один с уродливым носом, второй с грязными волосами, и сам рыжий главарь!

　Теперь у Изуку были их имена!

　Он создал новый email, осознав, что старый слишком детский (неважно, что ему восемь лет - это всё ещё детство; теперь он серьёзный). Новый адрес звучал профессионально и был абсолютно анонимным - идеально для задачи.

　В итоге он отправил законы о дискриминации, ссылки на психологов и пошаговое руководство по лучшему способу растворения тел, то это лишь означало, что он старался быть хорошим другом.

　Шоджи был добрым, а эти люди - нет. Всё просто.

　Он также хотел написать Шоджи, но понял, что не знает его email. Найти его в сети или покопаться в данных, как с обидчиками, было бы жутковато. Да и вопросов он уже задал слишком много. Лучше не перегибать палку.

　К тому же, если повезёт, они увидятся завтра!

　Заводить новых друзей всегда приятно!

　Мезо не понимал, что случилось, но почти за ночь Такаси и его прихвостни начали избегать его. Стоило их взглядам встретиться - они бледнели и вздрагивали. Некоторые даже пытались улыбаться и быть вежливыми, что казалось странным, но по крайней мере они больше не стаскивали его маску, не оскорбляли, не исключали из всего подряд и не делали жизнь адом.

　Мезо считал это победой, даже если не понимал, как или почему это произошло.

　Может, тот парень - Мидория, принёс ему удачу.

　… Может, мы встретимся сегодня после уроков. — Мезо бы этого хотел.