Раймонда Раубишко (1939–2000) можно смело отнести к гигантам советского и латвийского джаза. И дело здесь не только в запоминающемся баскетбольном росте музыканта. В 1980‑е Раубишко неоднократно и заслуженно признавали лучшим саксофонистом СССР, география его выступлений простиралась от Центральной Европы до Кавказа и Сибири. Раубишко равнялся на Сонни Роллинза, Джона Колтрейна и Орнетта Коулмена и сам заслуживает сравнений с этими великими музыкантами. Он начинал играть джаз еще в 1950‑х, выступая в рижском Клубе для иностранных моряков. Его саксофон быстро стал одним из ключевых инструментов на джазовой сцене Латвии: Раубишко играл где только мог – на ресторанных площадках, на небольших фестивалях, организованных усилиями энтузиастов, работал в знаменитом РЭО – Рижском эстрадном оркестре.

В середине 1970‑х в Риге открывается Джаз-клуб, и в его стенах образовывается квартет 2Р + 2Б. 2Р – это Раубишко и его многолетний товарищ трубач Гунарс Розенбергс, а 2Б – басист Борис Банных и ударник Владимир Болдырев – ритм-секция, которую называли чуть ли не сильнейшей в Союзе. Квартет стал настоящей сенсацией джазового фестиваля Тбилиси‑78, но их композиции, к сожалению, не вошли в итоговый сборник. Записи пролежали в архиве больше сорока лет и были впервые выпущены в Латвии только в прошлом году – на пластинке можно услышать раннюю версию «Пирамиды Хеопса», (композиция открывает «Картины»). К сожалению, 2Р + 2Б распались, и только в начале 1980‑х Раубишко находит новую ритм-секцию, чтобы продолжить сольные эксперименты. Его выбор остановился на молодых и неизвестных музыкантах – контрабасисте Иварсе Галениексе и ударнике Марисе Бриежкалнсе. Вместе с ними Раубишко создал единственную сольную запись на «Мелодии».

Пластинка получилась на все времена, и Раубишко напрасно переживал за своих не столь искушенных в джазе партнеров – трио записало настоящий шедевр. На альбоме звучат четыре равновеликие композиции. Как метко подметил в своей рецензии на обложке пластинки Владимир Фейертаг, «подобно тому, как три пирамиды и “Большой сфинкс” образуют единый архитектурный ансамбль, вся пластинка Раубишко – единая монументальная композиция, в которой три ведущих рижских музыканта покоряют нас зрелостью своего джазового мастерства».

Рассказывают, что у Раубишко не было намерения придумывать концептуальный альбом, связанный с тематикой Древнего Египта, древней эзотерикой и духовными поисками, свойственными американской спиричуэл-традиции. Среди композиций трио был номер «Пирамида Киопса» – каламбур, образованный от имени рижского контрабасиста Харальда Киопса, с которым работал Раубишко. Возникла идея объединить четыре композиции в «египетский цикл» – ее подсказал известный по работе с латышскими диско-визионерами «Зодиак» звукоинженер альбома Александр Грива. Его жена, известная художница-оформитель Гунта Грива нарисовала запоминающуюся обложку. Наверное, во многом благодаря ей «Картины» получили особое признание среди западных поклонников глубокой импровизационной музыки и модального джаза, вдохновленного глубинными фолк-традициями, попав в число немногих советских джазовых релизов, знакомых западным коллекционерам. Впрочем, музыка на альбоме действительно звучит как будто не из этого мира, и в ней есть немало элементов странного и далекого, а визуализировать Сфинкса и пирамиды при прослушивании не составляет труда. Эта музыка глубока, многослойна и исключительна даже по меркам советской сцены, на которой происходило немало дерзких экспериментов на грани джаза и фолк-музыки.