Желание убивать может жить и за пределами тех, кто его вынашивает, кипя, пока оно не выльется в собственную форму, позволяющую наслаждаться садистскими удовольствиями без малейшего сочувствия или совести. Такие духи с радостью подчиняются любому большему злу, которое им не удаётся убить, жаждут возможности для кровавой расправы, которые даёт такое партнёрство.