Мими недавно переехала в Хейн и еще плохо знает дорогу домой. Однажды вечером она сворачивает не туда и оказывается на тихой улице, которая никак не заканчивается. Навстречу ей идет обычная бабуля с детской коляской, в которой сидит белый шпиц.

Она продолжает идти вперед, надеясь добраться до конца улицы. Но с каждым шагом происходящее все меньше похоже на случайность.

На перекрестке я свернула направо. Засомневалась. Кажется, нужно было налево. Я приехала в этот город недавно и еще не успела выучить дорогу домой. Пытаясь вспомнить улицу, я взглянула на девятиэтажный дом с левой стороны. Подняла голову. Множество маленьких окон смотрели на меня сверху. В стеклах блестели бледные лучи осеннего солнца. Вдоль дома растянулись аккуратно подстриженные кусты прямоугольной формы. Несколько листьев уже пожелтели, но основная масса оставалась зеленой. Я поправила лямку рюкзака и взглянула на улицу. С правой стороны дорога между домами и машины на обочине. А вдоль дороги деревья. Листья срывал порывистый ветер и бросал их на темный асфальт после недавнего дождя. Я продолжала идти вперед, а улица никак не заканчивалась. Попыталась найти на фасаде здания табличку с номером дома. Только серый голый кирпич.

Заметила бабулю с коляской впереди. Пожилая женщина в сером пальто и платке шла навстречу. Перед собой она везла детскую коляску-люльку с опущенной откидной крышей, а в этой коляске сидел белый шпиц. Высунув розовый язык, собака часто дышала и приветливо улыбалась мне. Я улыбнулась этой комичной сцене. Зачем она посадила шпица в коляску? Бабуля невозмутимо смотрела перед собой и прошла мимо. Я обернулась на секунду проверить, не показалось ли мне увиденное. Стук лакированных коричневых туфель гулко раздавался по пустой улице. Она неспешно двигалась вперед.

Я пошла дальше. Взглянула на часы. Шесть часов. А значит, успею написать работу на тему промышленного развития Хейна.

Я взглянула на улицу. Серый асфальт с темными пятнами от луж тянулся к горизонту. Справа дорога с машинами на обочине. Слева девятиэтажка. Я вгляделась в окна. За стеклом ничего не увидела. Только бледный свет, отражавшийся от стекла и слепивший глаза. Я поморщилась, прикрыв рукой лицо. Услышала стук туфель об асфальт. Взглянула вперед. Бабуля. В платке и пальто. Пальцы сжимали поручень коляски. Белый шпиц с серьезной мордой. Я озадаченно взглянула на лицо женщины. Легкая улыбка застыла на ее губах. Она смотрела вперед. Я настороженно ускорила шаг. Мне что… в первый раз она привиделась?

Я внимательно посмотрела на женщину. Она смотрела прямо и не моргала. Я слегка ускорила шаг. За спиной стихали шаги. Я обернулась. Она шла не оборачиваясь. На мгновение представила: а что, если обернется? Сглотнула слюну и пошла дальше. Солнце освещало улицу, удлиняя тени. Я посмотрела на ряды припаркованных машин серого и черного цвета.

Ветер сорвал несколько листьев и бросил на темнеющий асфальт. Один лист упал на лужу и застыл в центре. Я взглянула на наручные часы. Шесть часов ровно. Вроде несколько минут назад тоже было шесть?

Я взглянула на улицу. Слева кирпичная девятиэтажка. Ровные кусты в форме прямоугольника. Редкие калитки с домофонами вели к подъездам. Между домом и кустами тянулся черный металлический забор, через который проглядывался аккуратно подстриженный газон перед домом.

Стук шагов. Я взглянула вперед. Бабуля с коляской. Я сжала пальцами лямку рюкзака. Пожилая женщина в платке, завязанном в аккуратный узел. Серое пальто. Натянутая улыбка на все лицо. Собака в коляске словно окаменевшая. Я пригляделась к собаке. Вздрогнула. Два стеклянных черных глаза. Я подняла взгляд на женщину. Улыбка натянулась слишком сильно. Жуть. Я ускорила шаг. За спиной простучали шаги.

Я взглянула на часы. Шесть часов ровно. Какого черта!

Я выдохнула пар изо рта. Резко похолодало. Порыв ветра сорвал листья. Несколько упало в черную лужу. Я взглянула на кусты вдоль забора с частыми желтыми листьями. Взглянула на другую сторону дороги. По центру серого асфальта тянулась белая прерывистая полоса, разбивая дорогу надвое. За дорогой дом. Тоже девятиэтажка. Я пригляделась. Серый кирпич. Аккуратно подстриженные кусты с пожелтевшими листьями. Металлический высокий забор и калитка с домофоном.

На небе скопились тучи. Воздух запах мокрым асфальтом. Ветер трепал мою челку. Я опустила взгляд на свое светло-серое пальто и застегнула пуговицы на груди.

Стук шагов. Я настороженно взглянула перед собой. Бабуля. Пустая коляска. Растянутая кривая улыбка. Я задержала дыхание и замедлилась. Остекленевшие глаза смотрели вперед и не моргали. Я прижалась к краю дороги, ближе к кустам. Лакированные туфли простучали по асфальту. Я остановилась, и ветер взвыл, врезаясь в уши. Я вновь начала идти. Уже быстро. Взглянула на часы. Шесть часов ровно. Меня бросило в холодный пот. Ветер начал срывать желтую листву с деревьев, раздевая их, и бросать листья в чернеющие лужи. Я взглянула на пожелтевшие кусты вдоль забора. Подняла голову. Черные матовые стекла с холодными едва заметными бликами. Серый кирпич. Я посмотрела через дорогу. Такие же кусты и калитка.

Стук шагов. Я взглянула на бабулю. Кривая улыбка оголила вставную белоснежную челюсть. Коляска с поднятой крышей. Корпус коляски слегка дернулся. В ней что-то лежало. Стеклянные глаза бабули взглянули на меня. Я сорвалась с места и побежала. Сердце бешено застучало в груди. На часах шесть часов. Ветер усилился и впился в мою вспотевшую кожу. С полуголых деревьев слетели желтые листья. Тучи стянулись над головой. Заморосил дождь. Кусты с голыми ветками растянулись вдоль забора. Между серыми и черными машинами я увидела красную.

Стук шагов. Бабуля стала выше. Руки длиннее. Рваная улыбка оголила белоснежную челюсть. Стеклянные глаза смотрели на меня. Коляска с поднятой крышей. Короб зашевелился. Детский плач разорвал тишину улицы. Я пробежала мимо. Не оборачиваясь. Взглянула на часы. Шесть часов. Я посмотрела на калитку. Подбежала к ней и дернула за ручку. Заперто. Потыкала кнопки домофона. Они не отреагировали. Тишина. Над головой тучи заслонили небо. Ледяной ветер впился в разогретую кожу. Я побежала дальше. Вдоль забора голые кусты. Справа голые деревья, с которых ветер срывал последние желтые листья. На темном асфальте лежали уже давно опавшие и почерневшие. Стало жарко и тяжело бежать в намокшем пальто. Я немного замедлилась, чтобы перевести дыхание.

Стук шагов. Меня прошибло ледяным потом. По телу прошлась дрожь. Бабуля. Улыбка, разорвавшая лицо поперек. Через рваную кожу виднелась вставная челюсть. Стеклянные, безжизненные глаза, заглядывающие в мою душу. Вытянутые безобразные руки с длинными пальцами и отросшими ногтями. Ее худое тело вытянулось. Пальцы сжимали поручень коляски. Короб ходил ходуном. Из люльки вырвался стон, срывающийся в хрип. Я пробежала рядом с голыми кустами вдоль забора. Обернувшись, увидела в коляске нечто черное. Разрастающееся и вырывающееся наружу. Я кинулась на другую сторону улицы. Такие же голые кусты. Серая девятиэтажка. Черные окна. Забор. Калитка. Неработающий домофон. От бега стало жарко. Северный ветер впился в покрытую мурашками кожу. Волосики на теле встали дыбом.

Тучи затянули последние светлые участки неба. На улице резко стемнело.

Стук шагов. Я испуганно взглянула вперед. Безобразное вытянутое тело в два раза выше меня двигалось ко мне навстречу. Сверху торчала голова. Разорванное лицо. Два стеклянных глаза блестели и смотрели в мою сторону. Я остановилась и отшагнула назад. Крыша коляски стала опускаться. На мои ресницы упало несколько капель. Я вздрогнула. Поморгала. Оно двинулось в мою сторону рывком. Хрип раздался на пустой улице. Я развернулась и побежала. Не останавливаясь и не оборачиваясь. Стук шагов за спиной участился. Оно побежало следом.

Задыхаясь от ужаса, я вглядывалась в почерневшую улицу. Голые ветви деревьев вытянулись и разрослись, доставая до земли. Брызги разлетались из-под моих туфель при каждом касании черного асфальта. Ливень обрушился на меня, мешая бежать быстрее. Я увидела стену. Нет, нет, нет!

Темная стена выросла и преградила мне путь. Я в ужасе обернулась. Безобразная фигура оказалась совсем близко. Черная рука потянулась и схватила меня за плечо. Я вырвалась. Кожу обожгло от острых когтей. Я успела взглянуть на разодранное плечо через порванную драповую ткань пальто.

Споткнулась обо что-то и рухнула на асфальт, ударившись об него ягодицами.

Оно нависло надо мной и склонилось. Я заметила опрокинутую коляску за его спиной. Из которой выползло нечто. И двинулось в мою сторону. Я зажмурилась.

– Мими, – услышала я возмущенный голос подруги и почувствовала хлопок по спине.
Я резко села.

– Ты собралась и дальше спать? – поинтересовалась одногруппница.

Я огляделась.

Из кабинета выходили студенты.

– Я что, уснула? – ахнула я, очнувшись от кошмара.

Подруга кивнула.

Я выдохнула.

Ну и приснится же такое!

– Ты домой идешь?

Я вспомнила, как только что шла домой, и сглотнула слюну. Поднялась. Мы вышли из кабинета. В гардеробной взяли свои пальто. Я взглянула на себя в зеркало, застегивая пуговицы.

– До завтра, Мими, – услышала я сбоку.

Подруга помахала мне и направилась к выходу.

Я закинула рюкзак на плечо и пошла следом.

На улице светило вечернее солнце. Пахло теплом и легкой сыростью после дождя. Я пошла по улице. На перекрестке свернула налево.

Ветер срывал редкие желтые листья с деревьев. Вдоль забора девятиэтажки растянулись зеленые аккуратно подстриженные кусты. Я взглянула на часы. Шесть часов ровно. Впереди застучали шаги. Я подняла голову и увидела ее.

Бабуля с коляской и белый шпиц в люльке.