Мы выходили из мрачного, пропахшего зеленой слизью бункера на уже залитую солнцем улицу Камино так, словно только что удачно сходили за хлебом. Разве что вместо пакетов с батонами у нас были три огромные, тяжеленные спортивные сумки, набитые золотыми слитками, пачками немаркированных купюр и облигациями на предъявителя.

Терминатор-Деку, не сбивая дыхания и не меняя каменного выражения лица за темными авиаторами, тащил две самые большие сумки, закинув их на плечи поверх своей косухи. Дробовик он небрежно засунул обратно в чехол на мотоцикле. Бакуго, пыхтя и отдуваясь, волок третью сумку, периодически роняя ее на асфальт со звонким лязгом благородного металла. Его лицо выражало сложную гамму эмоций: от шока до маниакального восторга человека, который только что понял, что может купить себе собственный остров и взорвать его просто ради веселья.

— Сто... сто миллионов... — бормотал Кацуки, глядя на сумку так, будто она могла в любой момент превратиться в тыкву. — Мы только что гопнули Все За Одного на сотню гребаных миллионов! И он нам их отдал! Сам!

Я шел впереди налегке, засунув руки в карманы толстовки, и довольно насвистывал.

— Не «гопнули», Каччан, а «привлекли инвестиции», — назидательно поправил я его, оборачиваясь. — Мы же не какие-то там бандиты. Мы объяснили мистеру Картошке, что эти средства почти что пойдут в фонд помощи маленьким беспричудным детям. И на озеленение планеты по линии Гринпис. Экология — это важно, знаешь ли. Вон, у него там в подвале сплошная антисанитария и токсичные отходы. Мы, считай, выписали ему экологический штраф.

Бакуго остановился, вытирая пот со лба, и посмотрел на меня взглядом, в котором читалось искреннее, глубокое уважение пополам с животным ужасом.

— Ты самый больной ублюдок в истории, — с чувством произнес он. — ты сказал сплошной бред и он поверил!

— Конечно поверил. У нас очень убедительный переговорщик, — я кивнул на Изуку, который как раз в этот момент машинально поправил воротник куртки и басом выдал в пустоту:

— Trust me.

— Вот видишь? Сама надежность, — я усмехнулся. — А теперь слушай сюда, Кацуки. Эти деньги — наш стартовый капитал. Юэй — для тех, кто хочет работать на дядю в правительстве. А мы создадим свою собственную организацию. Нелегальный бизнес по оказанию помощи всем нуждающимся. За очень, очень скромную плату. Мы будем крышевать этот город. Герои будут нас бояться, злодеи — платить нам налоги, а полиция — делать вид, что нас не существует.

Я подошел к мотоциклу и похлопал по блестящему бензобаку.

— Мы назовем это... Фонд «Стальной Арнольд». Звучит благотворительно, но с намеком.

Бакуго заржал. Это был искренний, громкий смех человека, который окончательно распрощался со своей мечтой стать правильным Героем Номер Один и с радостью шагнул в пучину организованной преступности во имя добра.

— Фонд «Стальной Арнольд», блядь! — Кацуки закинул тяжелую сумку. — Мне нравится! Я буду финансовым директором! Буду выбивать долги из тех, кто не хочет жертвовать на экологию!

Дзинь!

Окно Системы развернулось передо мной во всей своей неоновой красе, переливаясь значками доллара и золотыми монетками.

Я посмотрел на свой баланс и довольно потер руки. Почти двенадцать тысяч очков. И сотня миллионов наличными.

— Ну что, господа учредители, — я запрыгнул на заднее сиденье мотоцикла, пока Изуку усаживался за руль, а Бакуго мостился в обнимку с золотом. — Поехали покупать нам штаб-квартиру. Я слышал, на окраине продается отличный заброшенный завод. Как раз то, что нужно для съемок боевиков и хранения нашего благотворительного фонда.

Терминатор-Деку завел мотор. «Харлей» взревел, из труб вырвалось пламя, и под звуки невидимой гитары мы сорвались с места, оставляя позади Камино, канон и здравый смысл. А пока мы летели по вечернему Мусутафу, распугивая законопослушных граждан ревом «Харлея» и аурой абсолютной, непробиваемой крутизны Терминатора-Деку, я с головой погрузился в интерфейс Системы.

Раздел [Недвижимость: Базы, Бункеры, Острова] светился неоном и манил обещаниями комфортной жизни суперзлодея, то есть, простите, уважаемого директора благотворительного фонда. Но так как моя Система работала на чистом стёбе и абсурде, ассортимент здесь был специфическим. Это была лютая сборная солянка из фильмов, аниме, сериалов и мемов, обильно приправленная системным бредом.

Я листал голографический список, и мои брови ползли всё выше и выше, грозясь покинуть лоб.

Я хмыкнул. Варианты были забавные, но для нашего «Фонда Стального Арнольда» нужно было что-то более приземленное. И брутальное. Я крутанул список в самый низ, в раздел «Элитная Недвижимость, Только для тех, у кого стальные яйца». И тут мой взгляд зацепился за лот, от которого у меня пересохло в горле.

Я нервно сглотнул, читая это великолепие. База, которая сама бьет злодеев с разварота? Это же идеальная защита от Шигараки и его Лиги Идиотов! Они придут нас штурмовать, а дом просто пропишет им в щи!

Но потом я посмотрел на ценник.

— Твою мать... — прошептал я, нервно закрывая вкладку. У меня было почти двенадцать тысяч очков, но до дома Чака Норриса мне было как пешком до Луны. Даже призы Чака и то дешевле.

— Эй, статист! Чего ты там бормочешь?! — проорал Бакуго, перекрывая шум ветра. Он сидел в обнимку с сумкой золота, и его лицо светилось от алчности. — Мы куда едем?! Я хочу пересчитать наши бабки в нормальном месте, а не на ходу!

Терминатор-Деку, не отрывая взгляда от дороги, слегка повернул голову и басом, сквозь зубы, выдал:

— I need a vacation.

— Будет тебе отпуск, Арни, будет, — пообещал я, возвращаясь к списку адекватной недвижимости. — Система! Фильтр: «Заброшенные заводы», «Мрачная эстетика», «Дешево и сердито». Нам нужна база, где мы сможем поставить бильярдный стол, повесить плакаты с AC/DC и складировать честно отжатые миллионы.

Дзинь!

— Беру! — мысленно рявкнул я.

— Изуку! — крикнул я, хлопая его по кожаному плечу. — Сворачивай на восток! Мы едем в наш новый дом! Завод «Ржавая Подкова»!

Бакуго в люльке победно взревел, подняв над головой пачку стодолларовых купюр, которую он умудрился вытащить из сумки.

— ДА! ЗАВОД! — орал Кацуки.

Через минут двадцать, пока взрывной мальчик бухтел, мотоцикл с утробным рычанием затормозил, взметнув фонтан грязных брызг.

Мы приехали.

И, честное слово, если бы у Системы был физический аватар, я бы пожал ему руку за невероятное чувство стиля и абсолютное отсутствие меры. Как только двигатель «Харлея» затих, погода решила, что просто пасмурный вечер — это недостаточно эпично для нашего прибытия. Небо мгновенно, словно по щелчку невидимого тумблера, затянуло чернильными тучами. На нас обрушился ледяной проливной дождь.

БУМ! БАХ! ТРЯХ!

Прямо за покосившимися, ржавыми воротами заброшенного сталелитейного завода «Ржавая Подкова» сверкнула ослепительная ветвистая молния. Гром шарахнул с такой силой, что у меня заложило уши, а земля под ногами мелко завибрировала. И словно этого клише из фильмов категории «Б» было мало, откуда-то сверху, прямо из грозовых туч, или из скрытых динамиков Системы, что вероятнее, раздался раскатистый, гулкий, абсолютно стереотипный злодейский смех:

— МУ-ХА-ХА-ХА-ХА!

Классика жанра. Особняк с привидениями нервно курит в сторонке, глядя на наш новый корпоративный офис. Не хватало только стаи летучих мышей и воющего волка на фоне луны. Я, сидя на заднем сиденье, стер мокрые волосы со лба и хмыкнул.

— Система, — мысленно прокомментировал я, — за спецэффекты пять с плюсом, но ты бы хоть зонтики в инвентарь добавила. Мы же сейчас наши миллионы промочим.

Бакуго, вылезая из люльки в обнимку с тяжеленной сумкой золота, даже не поморщился от ледяного дождя. Он окинул взглядом возвышающиеся в темноте мрачные трубы, выбитые стекла цехов, свисающие откуда-то сверху массивные цепи и искрящую, под дождем-то, проводку на столбе. Его лицо расплылось в широкой, маниакальной ухмылке хищника, который наконец-то нашел свою идеальную пещеру.

— Ну и дыра... — с чувством, полным искреннего восхищения, протянул Кацуки. Он сплюнул под ноги и поудобнее перехватил сумку. — Мне нравится!

Не дожидаясь нас, он уверенно зашагал прямо в темноту разверзнутых ворот, пинком отбросив какую-то ржавую бочку с пути.

— Эй, там в главном цеху крыша протекает! Я чур занимаю сухой угол под свой трон! — донесся его голос из мрака.

Я слез с мотоцикла, разминая затекшие ноги. Терминатор-Деку, на которого дождь, казалось, вообще не обращал внимания, капли просто отскакивали от его кожанки, подчиняясь законам Сюжетной Брони, медленно снял с себя две оставшиеся сумки с миллионами. Он посмотрел на зловещий силуэт завода сквозь свои неизменные черные авиаторы. Вспышка очередной молнии отразилась в темных стеклах. Изуку плавно потянулся к чехлу, достал помповое ружье и, не меняя каменного выражения лица, передернул цевье.

Клац-клац.

— Home, sweet home, — выдал он своим глубоким басом, чеканя каждое слово под раскат грома.

— И не поспоришь, Арни, — я усмехнулся, доставая из инвентаря ту самую монтировку, которая служила ключом от базы. — Пошли внутрь. Нам еще нужно найти место, где мы будем прятать трупы... то есть, я хотел сказать, проводить благотворительные собрания.

Мы переступили порог главного цеха «Ржавой Подковы», и я торжественно вставил выданную Системой ржавую монтировку в навесной замок размером с кирпич.

ХРЯСЬ!

Замок даже не щелкнул — он рассыпался в труху от одного моего прикосновения, а массивные железные двери со скрипом, разъехались в стороны. Внутри нас встретила идеальная, эталонная атмосфера логова финального босса из игр на Денди. Огромное, гулкое помещение терялось во мраке. Под высоким потолком, среди металлических балок и перекрытий, гулял сквозняк, раскачивая массивные крюки на цепях. Где-то в углу ритмично капала вода, отмеряя секунды до чьей-то неминуемой гибели, а вдоль стен тянулись трубы, из которых периодически, абсолютно без всякой физической причины, вырывались струйки белого пара.

— Охренеть можно... — благоговейно выдохнул Бакуго, бросая свою сумку с миллионами на бетонный пол. Эхо разнесло звон золота по всему цеху. — Да тут можно снимать фильмы про маньяков! Смотри, статист, там даже есть кислотный чан!

Я проследил за его взглядом. Действительно, в центре цеха располагался огромный, подозрительно булькающий чан с неоново-зеленой жижей. Над ним висела криво прибитая табличка: «Осторожно: Радиоактивные отходы. Не пить. Не купать врагов (штраф 500 йен)».

— Система, — мысленно хмыкнул я, — ты превзошла саму себя. Это не база, это мечта любого уважающего себя суперзлодея с комплексом неполноценности.

Терминатор-Деку на против, не проронив ни слова, прошел мимо нас. Он подошел к ближайшей стене, на которой висел старый, покрытый пылью перфорированный стенд для инструментов. Изуку плавно снял с плеча помповое ружье и повесил его на два торчащих гвоздя. Затем он сунул руку за пазуху своей бездонной косухи и начал выкладывать арсенал, который, клянусь физикой, просто не мог там поместиться.

Клац. На стенд лег крупнокалиберный револьвер.

Бряк. Рядом пристроилась пара осколочных гранат.

Шух. Охотничий нож с зубчатым лезвием размером с мое предплечье.

Мы с Бакуго стояли, открыв рты, и наблюдали, как беспричудный школьник, который еще вчера плакал над сломанной тетрадкой, методично превращает стену завода в оружейную комнату Джона Рэмбо.

— Откуда у него... — начал было Кацуки, нервно сглотнув. — Мы же только ружье у бармена отжали...

— Инвентарь Киногероя, Каччан, — философски изрек я, стряхивая капли дождя с капюшона. — Если по сценарию ему понадобится базука, он достанет ее из заднего кармана джинсов. Не пытайся это понять, просто прими как данность.

Я подошел к чану с кислотой, пнул валяющуюся рядом пустую бочку и открыл интерфейс Системы. У нас было десять с половиной тысяч Очков Стёба, сто миллионов долларов грязными наличными и база, в которой не было даже туалета. Пора было заняться обустройством.

— Так, посмотрим, что тут у нас... — пробормотал я, листая голографический список. — «Кожаный диван из шкур поверженных врагов»... Нет, слишком пафосно. «Автомат с бесконечным пивом и чипсами»... О, вот это берем!

В углу цеха, с громким хлопком и вспышкой неона, материализовался сверкающий хромом вендинговый аппарат. Бакуго тут же рванул к нему, забыв про золото.

— Пиво?! Нам же нет восемнадцати! — радостно завопил он, нажимая на кнопку. Из автомата с шипением вывалилась ледяная банка. Кацуки открыл ее, сделал глоток и скривился. — Тьфу, блядь! Это безалкогольное! Со вкусом, машинного масла?!

— Брутальность требует жертв, финансовый директор, — заржал я, продолжая покупки. — Так, нам нужен свет. Берем «Систему освещения 'Красная Тревога'» свет всегда приглушенный и зловеще-красный, идеально для монологов. И, конечно же, «Бильярдный стол мафиози»!

Помещение озарилось тусклым, кроваво-красным светом, а в центре, прямо перед кислотным чаном, появился роскошный бильярдный стол, обтянутый черным сукном. Изуку, закончив раскладывать свой арсенал, последним на стенд лег почему-то арбалет, медленно повернулся к нам. В красном свете его темные очки-авиаторы выглядели пугающе. Он подошел к бильярдному столу, взял кий, небрежно крутанул его в пальцах, словно делал это всю жизнь, и склонился над зеленым сукном.

Бам! Мощный удар разбил пирамиду шаров с такой силой, что два из них вылетели за пределы стола, пробили кирпичную стену и улетели в ночь.

— I play to win, — басом констатировал Терминатор-Деку, невозмутимо опираясь на кий. Бакуго вытер пену от безалкогольного пива с губ и посмотрел на меня взглядом человека, который окончательно смирился со своим безумием.

— Знаешь, статист, — сказал он, подходя к своим сумкам с миллионами. — Я думал, что стану Героем Номер Один, буду купаться в лучах славы и раздавать автографы тупым фанаткам. Но стоять в заброшенном заводе с красным светом, пить пиво со вкусом солидола и смотреть за Деку это, мать его, в тысячу раз круче!

Он пнул сумку с золотом.

— Что делаем дальше, босс? — Кацуки повернулся к Изуку. — Пойдем взрывать якудза? Или ограбим банк просто ради прикола?

Но Терминатор-Деку не ответил. Внезапно, музыка «Thunderstruck», которая всё это время тихо пульсировала на фоне, резко оборвалась.

ПУМ!

Тот самый мультяшный звук тумблера эхом разнесся по цеху. Спина Изуку ссутулилась. Кий выпал из его ослабевших рук и с грохотом покатился по полу. Он неуклюже стянул с носа темные очки, моргнул своими огромными зелеными глазами, и его лицо исказила гримаса абсолютной, кристально чистой паники. Он посмотрел на красный свет. На чан с кислотой. На стену, увешанную гранатами и пулеметами. На Бакуго, который пил странную жидкость из банки. И, наконец, на три огромные спортивные сумки, из которых вываливались пачки долларов и золотые слитки.

— А-А-А-А-А-А-А! — завопил Изуку своим привычным, тонким голоском, хватаясь за голову. — ГДЕ МЫ?! ПОЧЕМУ ТУТ ТАК ЖУТКО?! ОТКУДА СТОЛЬКО ДЕНЕГ?! КЕНДЖИ-КУН, МЫ ОГРАБИЛИ БАНК?! НАС ПОСАДЯТ! НАС ТОЧНО ПОСАДЯТ! МАМА МЕНЯ УБЬЕТ! Я НЕ ХОЧУ В ТЮРЬМУ-У-У!

Бакуго закатил глаза, с силой смяв пустую банку в кулаке.

— Блядь, опять демо-версия закончилась, — прорычал Кацуки, раздраженно пиная бильярдный стол. — Эй, задрот! Заткнись и надень очки обратно! Ты меня бесишь в этом режиме!

— О-очки?! При чем тут очки?! Каччан, мы же преступники! Смотри, тут гранаты! Настоящие! — Изуку в истерике начал метаться по цеху, спотыкаясь о свои гигантские берцы.

Я со вздохом подошел к бильярдному столу, достал из кармана пачку немаркированных купюр, которую прихватил из сумки, и начал неторопливо перетасовывать ее, как колоду карт.

— Успокойся, Изуку, — ласково сказал я, наслаждаясь его паникой. — Мы не грабили банк. Мы просто провели успешные переговоры с инвестором. И теперь у нас есть свой собственный стартап. Добро пожаловать в штаб-квартиру «Фонда Стального Арнольда». Ты, кстати, генеральный директор.

Мидория побледнел так, что стал сливаться с белым паром из труб.

— Г-генеральный... директор? К-криминального синдиката?! — он схватился за сердце и медленно осел на пол. — Моя жизнь кончена. Всемогущий бы мной так разочаровался...

— Всемогущий сейчас, скорее всего, пытается понять, почему он разговаривает с микроволновкой, — отмахнулся я. — Привыкай, босс. Завтра мы идем на первые задания!

Изуку обмяк