1.

Не все прошло так гладко, как свадьба.

Время быстро летело.

Я будто бы на мгновение закрыл глаза, а потом, когда
открыл их, пролетел месяц. Я ничуть не преувеличиваю, время мчалось вперед так,
что его неумолимый ход даже немного удручал.

– Ничего не поделаешь.

Говорят, что чем старше становишься, тем быстрее летит
время. Хоть мой физический возраст говорит об одном, мой ментальный возраст уже
не поддается измерению.

Однажды я попытался подсчитать, сколько мне на самом
деле лет, но сдался после того, как счет перевалил за трехзначные числа.

Все в порядке. Моему телу все еще слегка за двадцать...
Звучит так, как будто я пытаюсь убедить себя в том, что мне все еще двадцать,
не так ли?

– Вечная слава Луне Иванси! Жена Иванси, по вашему
приказу мы окружили город!

Пока я размышлял о жестокости времени, ко мне подбежал
рыцарь и отдал мне честь.

Я вернулся к реальности.

– Отличная работа, капитан рыцарей.

– Благодарю вас!

– Как там на посланник с предложением капитуляции?
Ответа до сих пор нет?

– Да! Они намерены сражаться до конца!

– Глупо.

Я щелкнул языком.

Вокруг меня словно железная крепость выстроились в ряды элитные солдаты герцогства Иванси под командованием капитана
рыцарей. Грозная шеститысячная армия
окружила небольшой городок.

Как же я, до недавнего времени раздающий интервью на
1-м этаже, внезапно оказался посреди средневекового поля битвы? Причина проста.

Равиэль чуть не убили.

Точнее, её убили.

2.

После победы в дуэли с Тростью незапамятных времен я
некоторое время жил на 1-м этаже, время от времени показываясь на публике, как мне
посоветовала Анастасия.

И как только межвидовая свадьба благополучно
завершилась и начался переполох с подземной цивилизацией, в середине интервью с
журналистом в моей голове прозвучало сообщение.

[Навык активируется.]

Что было крайне странно...

...Ведь я не использовал никаких навыков.

Заметив что-то неладное в моем выражении лица,
сидевший прямо напротив меня журналист спросил:

– Что-то случилось?

Как раз в тот момент, когда я собрался ответить
улыбкой на улыбку, и сказать что-то вроде "пустяки", мне довелось
впервые в жизни испытать активацию определенного навыка.

[Активирована Любовь к регрессору (EX)].

Моя отправная точка.

[Вы делите временную линию с вашим партнером].

[Временная линия обрывается.]

Что?

Вид перед моими глазами закружился и перепутался, как
пропитанные чернилами спагетти. Я только и услышал, как журналист в панике
закричал: "Король смерти? Король Смерти!?", а потом и его голос
растаял вдали.

[Вы умерли.]

[Вы будете возвращены на 24 часа назад.]

Так я стал человеком, впервые испытавшим смерть от
ничегонеделанья.

– ...

– Умри! Просто умри, ах ты козлина!

Когда я моргнул, ситуация изменилась. Журналист, бравший
у меня интервью, исчез. Вместо него Анастасия трясла меня туда-сюда, держа за
шею.

Я вернулся за 24 часа назад.

– Безумие.

Наконец, ко мне пришло осознание причины моей
внезапной смерти.

В сообщение ясно говорилось про активацию Любви к
регрессору.

[Любовь к регрессору] – навык, позволяющий нам с
Равиэль жить в одной временной шкале. Если я возвращаюсь на день назад, Равиэль
тоже возвращается на день назад, так что мы всегда дышим одним временем.

Если Равиэль умрет, то есть ее временная линия оборвется...
естественно, оборвется и моя временная линия. Мы умираем вместе.

Но у меня есть [Карманные часы вернувшегося].

После смерти я возвращаюсь на 24 часа назад. Поскольку
моя временная линия отматывается, то и линия Равиэль тоже.

Короче говоря, пока [Любовь к регрессору] и [Карманные
часы вернувшегося] целы, настоящая смерть нам не грозит.

Мы просто регрессируем на один день.

– ...

Еще несколько минут назад мне не грозила опасность умереть.
Я буквально ничего не сделал. Однако карманные часы активировались, а значит,
умер кто-то другой.

Точнее, Равиэль умерла.

– Возьми и умри! Ну же, ты ведь умирал уже…

Анастасия не знала, что я буквально секунду назад вернулся из будущего. Сказанное мной "безумие", похоже, она
истолковала по-другому.

– Тебе не обязательно кричать мне про смерть,
Анастасия. – Пробормотал я. – Я ведь только что умер.

– Что?

– Я вернулся из завтра в сегодня. Прямо сейчас.

– ...

Только тогда Анастасия как следует рассмотрела мое
лицо.

– …Что у тебя с лицом?

– А что с ним?

– Выглядит так, как будто ты собрался кого-то убить.
Немного пугающе, знаешь ли? Что такого случилось, что тебе нужно делать такое
лицо?

– На этот раз все по-другому.

– Оу, хм. По-другому, говоришь... Могу я спросить, в
чем разница?

– Умер не я, а Равиэль.

По какой-то причине лицо Анастасии резко побледнело.

Наступило молчание.

Анастасия отпустила мою шею, затем плотно закрыла глаза
и глубоко вздохнула, как будто земля собралась её поглотить.

– Безумие...

– Я прошу прощения за то, что инициировал вопрос с
подземной цивилизацией, не посоветовавшись с тобой. Однако я считаю, что
устроенный инцидент приведет к укреплению сотрудничества между членами крупных
гильдий. Если тебе нужен козел отпущения, используй меня.

– Понятно... А... Ну, ладно.

– Анастасия.

– Говори...

– Мне очень жаль, что пришлось навалить на тебя
столько работы в и так напряженное время, но я отправляюсь в Империю.

Я говорил тихо.

Голос прозвучал необычайно холодно, даже для моих
собственных ушей.

– Я не могу сказать, сколько времени это займет.
Однако я обещаю разобраться с проблемой как можно быстрее и вернуться.

– ...Ким Гон Джа.

– Да.

– Не убивай слишком много людей...

– Ничего не обещаю.

Я взял свой священный меч.

– Пип?

– Шссссс?

Кажется, я оторвал меч, змею и лису от какой-то
увлекательной игры, и теперь они смотрели на меня, словно спрашивая: "Что
происходит?"

Но, увидев мое лицо, оба созвездия тут же закрыли рты.

– ...

– ...

Змей тихо обвился вокруг моего запястья, а лиса молча
превратилась в шарф. Я не стал ждать, пока созвездия уютно не мне устроятся, и
вышел в коридор резиденции.

– Сильвия Эванейл!

Сильвия ждала в коридоре. Леди Золотая Слива после
поражения [Коровы, пожинающей руины] полностью стала моим вассалом. Она
выполняла функции Верховного Камердинера нашей семьи.

На первый взгляд Сильвия откровенно скучала. Она
праздно зевала в коридоре, где ее застал врасплох мой оклик и заставил
вздрогнуть.

– Да? Глава семьи?

– Созови семейное собрание. Не стоит, впрочем, бегать
за теми, кто далеко. У тебя есть 5 минут, чтобы собрать всех, кто сможет через
5 минут встретиться в саду.

– Уу. Сколько хлопот. 5 минут слишком мааало. Почему
вдруг...

Сильвия поймала мой взгляд.

– А впрочем, отчего бы и нет. Воля Главы семьи вышиной
в небеса! Ага! Сейчас же всех соберу! Ура! Работа есть работа! Как же я рада,
что у меня есть работа! Гадство!

Сильвия поспешно убежала.

А я спустился в сад и стал ждать.

Мое жилище представляло из себя что-то вроде
коммунальной резиденции. Здесь проживали не только моя семья и вассалы, но и Ведьма
Черного Дракона, Следователь-Еретик, Графиня, Святой Рыцарь и другие. Однако было бы
не совсем правильно говорить, что мы жили в одном особняке. Каждый из нас жил
в отдельных зданиях, а единственным общим пространством был сад.

Члены моей семьи быстро собрались в единственном общем
пространстве.

– …

Первой прибыла Эсдель. В семье Эсдель занимала
должность советницы и по сути была наследницей, в сложных ситуациях принимавшей
руководство на себя.

Обменявшись со мной взглядами, Эсдель затихла в
ожидании. Она не стала спрашивать, зачем её вызвали, что вообще происходит и
вообще не проронила ни слова.

За Эсдель пришел Ким Юл. После Ким Юла появились
Четыре Повелителя Демонов. Затем собрался культ.

Они попеременно посмотрели то на меня, то на Эсдель, а
потом, как и Эсдель, сомкнули губы.

Наконец отведенное время истекло. Прибыли не все, но я
не собирался больше тянуть время. Честно говоря, учитывая сложившиеся
обстоятельства, 5 минут и так было слишком много, потребовалось все мое
терпение.

– Где Убурка?

– Командующий воинами отправлен на 5-й этаж для
переговоров с подземным народом, Глава Семьи. – невозмутимо ответила Эсдель. – Гоблины любят запах земли и уважают подземную
сырость. Мы посчитали, что они найдут общий язык с племенем, основавшим
подземную цивилизацию. Должна ли я отозвать его?

– Нет. Все в порядке. Нет времени.

Я обернулся. Около сотни вассалов внимали мне. Их не
особенно смутила причина внезапного сбора, но все же им было любопытно узнать его
причину.

Я ответил на их вопросы.

– Равиэль умерла.

Дыхание в саду замерло.

Я улыбнулся.

– Точнее, она умрет завтра. Благодаря своим навыкам я
смог предвидеть смерть Равиэль заранее. Воистину, мне помогают сами небеса.

Я попытался пошутить по-своему. Типа я представитель
Демонического искусства Проклятых небес и смог предсказать смерть Равиэль,
значит мне помогли сами небеса.

Однако никто не отреагировал на шутку. Ни один вассал не
решился на улыбку.

Выражение лица Эстер даже еще сильнее ожесточилось.
Ким Юл закрыл глаза. Среди четырех повелителей демонов Демон Меча покрылся
холодным потом, а Демон Призрачного Огня глубоко вздохнула.

– Я не могу даже представить, кто смог бы причинить
вред Равиэль. Насколько пересохшим и извращенным должен быть мозг человека,
чтобы решиться на такой поступок, мне не понять.

Уголки моего рта скривились. Раз уж никто не посмеялся
над моей шуткой, я сам буду смеяться.

– Но одно могу сказать точно, воображение этого
существа уступает моему. Почему? Потому что он не может себе представить, что
такое ад.

– …

– И не важно, как эта тварь представляет себе ад, то
место, куда он попадет сделает в сравнении с собой его представления блаженным
раем. Я намерен показать убийце, что никто в мире так не способен придумывать ужасный
ад, как он прекрасный рай.

Я отвернулся.

Я не стал ни просить, ни отдавать приказов следовать
за мной. Я просто пошел.

За моей спиной раздались шаги сотни человек.

[Вы телепортированы на 25-й этаж].

Академия Сормвин.

Первоначально лучшая академия Империи. Теперь она
преобразилась после подписания соглашения об культурном обмене между Вавилоном
и Империей.

Образовалось ведомство, отвечающее за обмен, для
работающих чиновников построились дома. Когда из Вавилона стали поступать ценные
товары, появились специальные службы по их контролю. В настоящее время Сормвин напоминала
больше городок, чем академию.

Сразу после телепортации имперский чиновник вежливо
меня поприветствовал.

– Добро пожаловать! Добро пожаловать в Империю! Если
вы не возражаете, могу я узнать цель вашего визита...

– Я жена герцогини Иванси.

Я посмотрел на чиновника.

– Я здесь по семейным делам, не имеющим отношения к
Вавилону.

– Ох…

Чиновник начал заикаться. Кажется, он узнал меня. И не
удивительно, ведь человеку, занимающимся выдачей пропусков, не будет оправдания, если
он не узнает меня в лицо.

Цвет лица бюрократа вскоре приобрел пепельный оттенок.
Вслед за мной переместилось около сотни вассалов. Иммиграционная служба, а
точнее, контрольно-пропускной пункт, заволновалась нашим внезапным появлением.

– Позвольте мне повторить, это семейное дело.

К сожалению, у меня не было времени мягко их убеждать.

– Если вы не желаете нажить себе врага в лице
герцогского дома Иванси, отойдите в сторону. Немедленно.

Бюрократ не смог меня остановить. Рыцари и солдаты,
охранявшие пост, освободили нам дорогу. Охотники из Вавилона, состоящие из членов
гильдий Черный дракон и Торговое Объединение тоже отступили, увидев мое лицо.

Я направился к фамильной пристройке герцогства Иванси,
построенной рядом с Сормвином.

– Же-жена. Что такое?

Солдаты герцогства в замешательстве преградили мне
путь.

– Если вы собирались приехать, вам следовало бы
прислать нам сообщение заранее, чтобы мы смогли встретить вас надлежащим
образом...!

– Какое право вы имеете преграждать мне путь, когда вы
даже не можете защитить свою госпожу?

– Я?

Я криво усмехнулся.

– Наверное, мне бы стоило связать вас всех и привлечь
к ответственности прямо сейчас, но сначала я хочу увидеть лицо Равиэль. Я не
буду повторяться. Отойдите в сторону. Впрочем, можете и не отходить, как вам
будет угодно.

– Что вы имеете в виду...

– Я имею в виду, что у меня нет столько времени, чтобы
тратить его на кого-то вроде тебя.

Я слегка кивнул.

Эсдель сделала шаг, а потом мгновенно скрутила и
нейтрализовала его.

Через долю секунды после Эсдель в дело вступила элита
демонического культа. Всего за мгновение флигель герцогства был покорен силой.
Рыцари Синего Льва пытались оказать нам сопротивление, но, как гниющие листья,
были легко растоптаны.

Я прошел по коридору.

Спальню Равиэль охраняли шестеро слуг.

Всех их тщательно обучали защищать свою госпожу от
покушений. Обычно их надежность не подлежала сомнению, но в данный момент для
меня они выглядели как пиявки, присосавшимися к казне герцогства.

– Жена.

– Отойдите, Луна Иванси.

– Даже если это вы, жена, вы не можете просто так ворваться…

Стоило ли вообще слушать этот лепет?

Нет.

Я легонько прошелся аурой по их жизненно-важным
точкам.

– …!

Слуги рухнули в коридоре без стонов или звуков.

Я специально так поступил, чтобы унизить их ощущением
своей полной бесполезности.

Оставив в покое дергающихся слуг, я открыл дверь в
спальню.

Кррррр.

Дверь открылась.

– Хм...

Равиэль сидела в кресле и смотрела на заводные часы.

Несмотря на весь вызванный мной переполох, Равиэль,
казалось, почти не удивилась. Наоборот, она слегка кивнула, словно ничего
другого не ожидала.

– 13 минут и 27 секунд, да?

Ее красные глаза оторвались от заводных часов и
коснулись меня.

– Я посчитала, что потребуется 5 минут, если ты
придешь один, и где-то около 15 минут, если захватишь союзников. И правда. Расстояние
между нами составляет 13 минут.

– Извини за задержку, Равиэль.

Я улыбнулся.

– Итак, кого из сукиных детей мне следует забить до
смерти?

Рэвиэл усмехнулась.

3.

– Во-впервых, успокойся, Гон Джа. Твои глаза наполнены
жаждой расправы.

Равиэль легонько стукнула по креслу рядом с собой. Веер,
которым она постучала по подлокотнику, был моим ей подарком.

Я прикусил губу.

И не просто дорогим подарком. Этот любимый веер моего
Учителя создал некогда её грозный соперник, а ныне глава Фракции Чести в
отставке и Великий Хранитель Врат Тысячи Безликих Нам Гун Ун. Он вложил туда
все свое сердце и душу.

Равиэль, должно быть, предвидела мое появление. Она поступила
мудро и придумала способ подавить мои эмоции куда эффективнее любых слов типа
"успокойся".

Её намерения попали в цель. При виде предмета, отдаленно
связанного с моим Учителем, в моем пылающем сердце зазвенел лед.

Ну как лед, кубик льда в потоке лавы.

– …Потому что я и жажду расправы. Когда, если не
сейчас.

– Когда бы то ни было, хоть и сейчас, но не у меня на
глазах. Дело не во времени, а в месте.

– Я понимаю, но не хочу, чтобы мой гнев притупился.
Чем дольше я говорю с тобой, Равиэль, тем дольше мой разум сдерживает эмоции.

Я говорил мягко.

С того самого момента, как только я осознал смерть
Равиэль. Не ради сохранения самообладания, совсем наоборот.

Просто не хотелось, чтобы жар моего гнева, впитавшийся
в сердце, хоть немного вырвался наружу. Я сохраню все до капли.

– Я хочу запачкать руки кровью в ярости, в эмоциях.
Пожалуйста, скажи мне, кто осмелился наложить руки на Равиэль.

– Все, что я слышу, – это желание сойти с ума.

– Ты не ослышалась.

– …

Равиэль приподняла уголки губ.

Она выглядела довольной, как будто нашла себе новую
игрушку, но на краткий миг показалось, будто бы она вздрогнула от волны моих
эмоций.

Увидев изгиб ее губ, очерченный на бледном лице, я
понял.

Все закончилось.

Равиэль больше интересовала моя гневная реакция на ее
смерть, чем ее собственная гибель.

– Ты хочешь убить того, кто убил меня?

– ...Да.

Я почувствовал металлический привкус крови во рту.
Зубы наконец-то прокусили красную плоть.

– Как ты хочешь его убить?

– Колесование.

Я знал, куда ведет наш разговор, и в какое море ему
суждено влиться. И все же я ответил, превратив свои зубы в колесо судьбы, а
язык – в поток воды.

Я не мог молчать, когда речь заходила о моей любви.
Никогда.

– Я хочу тонко разрезать губы по краю зубов. Я хочу
видеть, как его голос мерзко прорывается сквозь щели между обнаженными зубами и
отрезанными губами.

– А что с глазами?

– Я выковыряю их и соединю разорванные вены и нервы
своей аурой. Затем я вставлю их обратно в глазницы. Каждое моргание он будет
сходить от боли и желать ослепнуть.

– …

Улыбка Равиэль еще углубилась.

Теперь улыбку было видно по её глазам. Легкое подрагивание
под левым ухом, вдоль тонкого выреза. Равиэль явно наслаждалась тем, как я
теряю рассудок, вкушая редкое безумие своего мужа.

– Равиэль.

– Понятно. Я мыслила недостаточно широко. Закрой
дверь.

Равиэль жестом указала на дверь спальни, распахнутую
за моей спиной.

– Я не могу подарить другим роскошь наблюдать такое лицо и такой голос, как у тебя сейчас. Хочу оставить все себе. Закрой её.
Пожалуйста, Гон Джа.

Я закрыл дверь.

Воздух в спальне стал токсичнее.

Ядом был аромат серебряных лилий.

– А как насчет рук? Запястий? Тыльной стороны рук.
Пальцев. Ногтей. Что сделаешь?

Источник яда таился в её красных глазах.

– Хочу услышать.

Я открыл рот.

– Скажи мне, любовь моя.

И я ей сказал.

Все мыслимые и немыслимые преисподние, способные
насмешить самые глубины ада своим жаром, лились с моих губ, неся в себе жар моего сердца и яд моей крови.

Равиэль наслаждалась моим теплом и ядом в свое
удовольствие. Можно сказать, она пожирала их.

Чем сильнее моя ярость жаждала красной крови, тем ярче
сияли красные глаза Равиэль. И блестели. Мой яд стал её сладкой жизненной
силой.

– Значит, вот как ты собираешься его убить, – спросила
лениво Равиэль словно львица, насытившаяся после пиршества.

– Да.

– Среди собранных тобой теней полно убийц. Опытных
убийц.

– Ах...

– Тот, кто убил меня, должен заплатить. Гон Джа, любовь моя,
я не намерена препятствовать тебе в осуществлении мести. Однако я не уверена в
справедливости цены.

Я надавил на лоб.

Равиэль требовала от меня справедливости. Я принял Эсдель
и даже простил Ю Су Ха. Равиэль имела ввиду, что от установленных мною ранее
принципов, сейчас не стоит отказываться.

– Равиэль… но.

– Думаешь, мне не понять, что ты чувствуешь? А как же мне
приходится, когда ты умираешь?

Мое сердце замедлилось.

– Знаешь, сколько раз ты умирал с тех пор, как мы
обменялись кольцами? Сколько раз, по-твоему, я сдерживала себя, Гон Джа...

Равиэль улыбнулась.

– Тебе придется терпеть так же, как и мне.

Мне нечего было ей ответить.

Равиэль хорошо понимала причину моей злости. Как с ней
справится. И она знала точные слова, которые смогут запечатать её внутри меня.

И даже если были бы слова, они не сорвались бы у меня
с губ.

Равиэль потянула меня за запястье, прижавшись к моим
губам своими. Стало горячо. Так жарко, что можно язык ошпарить. Жар рвался из
моего сердца, должно быть, она украла его весь.

Закрытая дверь так и не открылась.

4.

Только когда село солнце, сгустились сумерки, и в окно
заглянула серебристая луна, мы начали спокойный разговор.

– Меня убил наследный принц.

Равиэль заговорила заметно похолодевшим голосом. Теперь
её голос звучал словно воды ледяного моря. Такой голос Равиэль мне
всегда нравился.

– Бля.

Информация, раскрытая мне Равиэль, включала персонажа,
который никогда мне не нравился.

– Тот идиотик с лапшой на голове. И мало ему волос,
неужели его мозг превратился в лапшу, разбух и вздулся?

– Хм. Всегда с терпением жду твоих аналогий про
наследного принца. Сейчас мне тоже понравилось…

Мой гнев, едва утихший за четыре часа, разгорелся с
новой силой.

Но там, где пытался разгореться огонь, остался лишь
пепел. Как и предполагала Равиль, прежней ярости не получилось.

Влага просачивалась в места, не обожженные пламенем. Она
шла от разума. Холодные суждения. Подобно старой сырости, прилипшей к черепу,
разум позволял мне рассуждать в практически привычной манере.

– ...Ясно. Ну конечно, кто, кроме императорской семьи,
осмелился бы напасть на герцогиню Иванси?

Как только шестеренки сдвинулись, остальное тронулось.

Мои мысли понеслись вскачь.

– Однако нынешний Император – мудрый правитель. Он
понимает, что сила внутри Империи склонится в случае чего в сторону семьи
Иванси. А значит принц поступил самовольно и односторонне, не имея за собой
поддержки всей императорской семьи.

– Хм...

Равиэль положила подбородок на руку.

Она наслаждалась моими рассуждениями, глазами поощряя
меня продолжать.

– Но после твоей смерти все сразу же заподозрят императорскую
семью. Император заявит о своей невиновности, но вряд ли он сумеет развеять
подозрения людей. Тогда наследный принц устроит восстание против Императора.

Креек.

Я скрипнул зубами, но продолжил дедуктивные
рассуждения.

– [Император, ослепленный властью, убил верную
подданую Империи, герцогиню Иванси. Как наследный принц, я не могу спокойно
наблюдать за падением Империи. Со слезами на глазах я беру в руки оружие и
поднимаю восстание. Хоть мне и придется изменить отцу, если позор произойдет во имя
спасения Империи, я готов обнажить свой меч].

Равиэль не стала со мной спорить.

Ее молчание придало мне уверенности. Псих. Болван,
ослепленный властью. Подумать только, после того, как я сохранил ему жизнь,
потому что он наследник престола, а Равиэль закрыла глаза из уважения к Императору, он
посмел...

– Хотя вы разорвали помолвку, когда-то он был женихом
Равиэль. [Хотя из нашей помолвки ничего не вышло, я не могу игнорировать смерть
дворянки, с которой меня столько связывает.] Под столь благовидным предлогом он
собирался заручиться поддержкой семьи Иванси.

– Жаль…

Равиэль вздохнула, словно смакуя сладкое угощение.

– Люди всегда восхищались легкостью твоих достижений.
Они и не подозревают о хорошо замаскированном мече твоего разума, но, с другой
стороны, что люди могут знать?

– ...

Я прочистил горло.

– …Если наследный принц заручится поддержкой семьи
Иванси, это будет фактически значить, что его поддержало дворянство. Вероятно,
он считал, что у переворота высокие шансы на успех. Да, в своей голове.

Я посмотрел на Равиэль.

– Для претворения своего плана в жизнь ему нужно было только убедить людей в том, что Император - убийца герцогини Иванси. Равиэль,
где ты должна была встретить свой конец завтра?

– Луна Иванси столь мудра, народу Империи следует
ликовать.

Равиэль полностью подтвердила мои доводы.

– Я ждала встречи с Его Величеством во дворце.

Как я и думал.

– ...То есть не убийство, а отравление. Болван,
бросивший Равиэль и закрутивший роман с Леди Золотой Сливой, вероятней всего, соблазнил
дворцовую прислугу своей полусказочной внешностью.

– Верно. Даже если бы я оценила твой ответ на 120
баллов из 100, никто бы не посмел меня упрекнуть.

– Конечно, самого наследного принца во дворце не было.
Ему стоило избегать подозрений. Может быть, охота?

– Пожалуй 150 баллов.

– Ха. Должно быть, он нашел какой-нибудь предлог и
отозвал королевскую гвардию на охоту. Таким образом, после твоей смерти он
смог бы ворваться во дворец со своими солдатами!

– 200 очков... Неприятно, Гон Джа. Пусть ты и моя
жена, но все равно, если я выдам тебе баллов вдвое больше максимума, то могу
показаться предвзятым судьей. Ты хочешь обвинить меня в предвзятости?

– Отлично. Я пойду убью наследного принца и его
подхалимов на охоте, и вернусь.

– Минус 100 баллов. Снова ты вернулся к сотне. Спасибо
за понимание.

– …

Я посмотрел на Равиэль.

Равиэль посмотрела на меня.

– Так-то если подумать, то пяти часов недостаточно,
чтобы унять мой гнев.

– Правда?

– Чем больше я думаю, тем больше понимаю, как давно мы
с тобой не проводили времени наедине. И мысль о том, что мы не можем в полной
мере насладиться столь драгоценной редкостью из-за проклятого наследного
принца, и правда выводит меня из себя. Ну что за козел!

– И что?

– Давай просто играть весь день.

– Ты собираешься оставить наследного принца с его
необдуманными поступкам?

– Нет. Поиграв денек, мы повернем день вспять.

– Блестящий план. Я не вижу причин тебе отказывать.

Мы играли весь день.

[Вы умерли.]

[Вы будете возвращены на 24 часа назад.]

А потом мы играли еще один день.

[Вы умерли.]

[Вы будете возвращены на 24 часа назад.]

Сложно было найти причину не поиграть еще денек.

[Вы умерли.]

[Вы будете возвращены на 24 часа назад.]

Мир? Убийство? Борьба за власть и политические драки? Забудем.

Пока что я играюсь с человеком, которую люблю.

[Вы умерли.]

[Вы будете возвращены на 24 часа назад.]

Нам потребовалась целая неделя, чтобы оправиться.
Серебристая луна по-прежнему сияла на своем месте за окном. Мы с Равиэль, сидя
бок о бок, подперли подбородки, задумались и пробормотали в унисон.

– Кажется, мы зашли слишком далеко?

– Кажется, мы зашли слишком далеко?

– Да, неделя – это уже слишком…

– Да, неделя – это уже слишком…

– Но можно порезвиться еще день.

– Ладно, еще один день, а потом надо будет проявить
сдержанность.

[Вы умерли.]

[Вы будете возвращены на 24 часа назад.]

Так прошло две недели.

Что касается всяческих вещей, произошедших за две
недели, то пусть они так и останутся под толщей времени. Я уверен, что если
человеку подарить день сурка и уверенность, что никто не вспомнит о том, чем он
там занимался, то даже самый чистый святоша натворит невообразимых вещей.
Примерно три раза подобное невообразимое воплощалось в жизнь.

Пока мы полностью не удовлетворились.

– Итак, что ты собираешься делать, Гон Джа?

Полностью удовлетворенная Равиэль спросила, а я в
ответ пожал плечами.

– Сначала я пойду к наследному принцу.

– Не убивай его. Даже если его надо убить, лучше не
сейчас. Когда-нибудь потом, когда до него никому не будет дела.

– Хорошо. Я вернусь.

Я не буду его убивать.

Просто познакомлю его с участью страшнее смерти.

5.

Если я чего-то не делаю сразу, то не потому, что не
могу.

– Созовите Рыцарей Синего Льва.

Едва покинув покои Равиэля, я приказал рыцарям дома
Иванси собраться.

Вассалы были заметно обескуражены. Оно и понятно:
раньше я никогда не вмешивался в дела герцогского дома Иванси.

А вот лица слуг, ранее пригвожденных моей аурой к
холодному полу и полдня вынужденных его целовать, исказила откровенная
ненависть.

– Жена, при всем уважении, вы не можете командовать
рыцарским орденом...

– Думаете, не смогу? А это что? Та-да! Выкусите!

Я достал из кармана фамильный герб и показал его им.

– Равиэль предоставила мне полную власть. Можете
считать, что мои приказы исходят из уст Герцогини Иванси. Если вы не подумывали
о смене работы, скажем, на мятежников, я бы советовал вам подчиниться.

– ...

Слуги заскрипели зубами и так уставились на герб,
словно от пристальных взглядов он мог раствориться.

Я ухмыльнулся.

– Сомневаетесь? Можете сбегать к Герцогине и попросить
её подтвердить мои слова. Правда, такой поступок оставит еще один след на вашей
и без того растоптанной гордости, но по крайней мере вы получите ценный опыт и
обогатите свою жизнь.

– ...Мы подчинимся вашим приказам.

– Как мило с вашей стороны.

Я сунул фамильный герб в карман и плавно взмахнул
рукой, подражая жесту Ю Су Ха, который бесил людей больше всего. В каком-то
смысле он сейчас стал для меня идеальным примером для подражания.

– Чего ты ждешь? Иди работай! Только проедаете бюджет
семьи. Я знал, что Иванси занимается благотворительностью, но не думал, что её
милость распространяется на бесплатную кормежку её вассалов. Что? Быть может я,
жена дома, слишком небрежен?

– ...Грр!

– Ну конечно, как рычать, так время у вас есть.
Потратьте его лучше на созыв рыцарского ордена.

– Рыцари, всеобщий сбор!

Слуги разошлись с видом, обещающим жестокую месть.

Не то чтобы я боялся. Они позволили отравить Равиэль,
так что мне еще есть, что им сказать.

Они еще не осознали, что бояться мести следует не мне,
а им.

– Сильвия Эванейл

– А, да, Г-глава семьи...

Я сразу же призвал Сильвию.

Вассалы, следовавшие за мной, уже захватили флигель
герцогини. Ближайшие помощники ждали в коридоре у спальни, и среди них Сильвия,
некогда известная под псевдонимом Леди Золотая Слива.

Сильвия осторожно подошла ко мне, оценивая мое
настроение.

– Похоже, настроение у тебя лучше, чем раньше, к
счастью...

Для справки: с точки зрения Сильвии, я вышел из
спальни всего через несколько часов после того, как вошёл в неё.

В действительности же мы с Равиэлем резвились целых
две недели, повторяя один и тот же день. Мы воспринимали время по-разному.

– И как же я выглядел раньше?

– Мне ответить честно или приятнее для слуха?

– Я бы хотел честности.

– Что-то вроде психопата с подернутого дымкой глазами,
и улыбкой на кончиках губ. "О Боже, он еще больше сошел с ума, – подумала
я – Он стремится превзойти само понятие сумасшествия."

Я усмехнулся.

Раз уж Сильвия позволяет себе говорить со мной таким
тоном, значит, мое настроение и правда значительно улучшилось. Она решила, что
можно шутить без последствий, учитывая мое явно хорошее настроение.

– Сильвия, я хочу задать тебе один вопрос.

– Какой?

– Когда-то ты была серьезно увлечена наследным
принцем, вы даже обсуждали возможность брака. Так любил ли тебя наследный принц
по-настоящему?

– ...

Сильвия нахмурила брови.

– ...Ого. Неожиданный вопрос.

В ее лице еще чувствовалась характерная
аристократическая надменность. Положительно царственная, если говорить любезно,
или откровенно раздражающая, если честно.

В конце концов, хоть сейчас она и служанка, когда-то
именно она доминировала вместе с Равиэль над светскими кругами Империи.

– Любил? Хм... Если ты спрашиваешь, был ли наследный
принц влюблен в меня, то я бы ответила да, поскольку я его соблазнила. Но...

Сильвия задумчиво стукнула себя по подбородку.

– ...Скорее всего, нет. Нет. Той любви, о которой ты
спрашиваешь, не было.

– Почему ты так думаешь?

– С тех пор, как ты меня забрал, наследный принц ни
разу не искал меня.

Сильвия просто констатировала факты.

– Знаешь, о чем мы чаще всего говорили, когда оставались
с кронпринцем наедине?

– Не могу даже предположить.

– Используй воображение. Сплетни. Когда мы
встречались, мы сплетничали о Серебряной Лилии... Ах, мне не стоит называть ее
так сейчас, не так ли? В любом случае. Мы ругали герцогиню Иванси.

Сильвия вздохнула и пожала плечами.

– Мы специально подбирали такие места для свиданий,
где нас могли видеть студенты, чтобы кто-нибудь увидел нас в объятьях друг
друга и сразу же побежал к герцогине с новостями.

– Чтобы Равиэль почувствовала себя униженной?

– Вот именно.

– Вы были еще более жалкой парой, чем я думал...

– А чего ты ожидал? Ты ведь всегда знаешь все лучше всех, не
так ли? Герцогиня Иванси - человек, как правило непоколебимый по отношению к
поступкам других людей

Глаза Сильвии сузились.

– Любовь её единственная слабость. Единственным
способом для наследного принца задеть Герцогиню, был роман со мной. По
крайней мере единственным, который он знал.

– …

– Он же уступал ей во всех аспектах. В учебе,
дипломатии, хозяйстве, общественном положении и даже планировании. Возможно,
даже в фехтовании. Хоть он и родился в самой знатной семье Империи, чем он мог
сравниться с герцогиней Иванси?

– То есть вы с ним затеяли тайный роман, чтобы почувствовать
свое превосходство над Равиэль?

– Да.

– Что за мусор!

– Ты впервые видишь мусор? – Невозмутимо ответила
Сильвия. – Знаешь ли, в мире его много.

Я знаю.

Проблема в том, что даже если таких людей много, этот-то
оказался наследным принцем Империи.

– До сих пор я вел себя слишком терпеливо с ним, ограничиваясь
предупреждениями по типу "веди себя хорошо". Но похоже их уже
недостаточно.

Сильвия подняла на меня глаза, и я вернул ей взгляд.

– Я покончу с ним.

Глаза Сильвии расширились, но на том все и
закончилось. Высказанное ей удивление длилось недолго. На самом деле меня
куда удивило сказанное ей после.

– Хм, я вроде как против...

– Из-за верности своему старому любовнику?

– Верность пусть в жопу себе засунет. Нет, просто будет
гораздо проще, если наследный принц взойдет на трон как есть.

– В каком смысле.

– Он не сможет править Империей как Император. – Уверенно
заявила Сильвия. – Максимум десять лет, минимум пять. Жалобы на
некомпетентность и тиранию Императора посыпятся из всех уголков Империи. От
знати и даже простых людей. И тогда семья Иванси с легкостью свергнет Императора.

– ...

– Конечно, при желании можно заменить наследного
принца хоть сейчас. Легко. Реальная власть в Империи уже давно принадлежит
Иванси, но простые люди не понимают, какой идиот наследный принц. Если Иванси
хочет основать новую императорскую династию, лучше всего заручиться поддержкой
народа... Что? Почему ты так на меня смотришь?

– Просто неожиданно. У тебя и правда острый политический
ум.

Сильвия скорчила гримасу отвращения.

– Эээ. Если бы не ты, я бы давно стала наследной принцессой,
а потом императрицей и сама бы свергла семью Иванси... Ну ты знаешь.

Знаю. Она тоже регрессор.

– Твой совет весьма дельный, но наш Верховный Камердинер немножко заблуждается.

– Заблуждаюсь?

– Ага. Я намерен свергнуть наследного принца, но не
потому, что хочу сделать Равиэль новой Императрицей.

– А? Почему нет?

Я ответил спокойно.

– Разве не очевидно? Потому что если Равиэль станет Императрицей,
у неё появится куча новых дел.

– …

Сильвия потеряла дар речи.

– …? Только по этой причине?

– Какая еще нужна причина?

– Ну ты и… А ну да, ты – это ты, все ясно. Ты
поступаешь как ты. Гадство. Когда я рядом с тобой, у меня самой искажаются
принципы, согласно которым я смотрю на мир.

Сильвия почесала затылок и пробормотала, что мы с
Равиэль два сапога пара.

– Значит, ты просто хочешь убрать наследного принца,
но сохранить текущую династию у власти? Верно?

– Совершенно верно.

– Тогда... Нужно поддержать Второго принца, либо
Третьего, либо Первую принцессу, или Четвертого, или Вторую принцессу. Гадство.
Ты взял меня в советники, потому что никто лучше меня не разбирается в делах
Империи?

Сильвия ворчала.

– Если ты просишь рекомендацию, то пусть будет Второй
принц. Он, конечно, немного слаб на голову, но по крайней мере он ничего сам не
испортит, как наследный принц. Он довольно безобиден.

– Неужели в императорской семье нет ни одного
потенциального мудрого правителя или мудрого монарха?

Сильвия насмешливо хмыкнула.

– Думаешь, если бы такой был, наследный принц смог бы
сохранить свое положение?

Воистину, Камердинер умело пользовалась фактами.

6.

На следующий день мы с Равиэль отправились в Императорский
дворец.

Разумеется, не в главный дворец в столице. Сормвин
превращался во вторую столицу и здесь специально построили отдельный дворец.
Так уж совпало, что сейчас там как раз находился Император.

– В главном дворце наследный принц не посмел бы
организовать отравление через слугу. – Пояснила Равиэль. – Но тут все иначе. За
исключением императорской свиты, выполняющие мелкие поручения слуги, в
основном, люди наследного принца. Здесь легко подстроить отравление.

В смысле, "относительно" легко.

Наследный принц задействовал все свои связи и власть
для организации убийства. Но в итоге в отравлении участвовали двое личных слуг из
отдельной пристройки.

Поначалу мы не знали их имен, но быстро разобрались.

В течение двухнедельного отдыха мы не только предавались
декадансу в спальне. Мы выяснили все: семейное происхождение слуг, их личные
обстоятельства и связи с наследным принцем.

– Пожалуйста, умоляю вас, проявите милосердие к моей
семье...! Я согласен на рабство, вы можете порубить меня на куски и бросить в
море. Только, пожалуйста, пощадите мою семью...

Мы легко добились от преступников признания.

Признания немедленно отправились на стол к Императору.
Император поначалу воспринимал нас скептически, но после личного допроса
виновных, ему осталось только вздохнуть.

– Глупое дитя... Неужели он всегда был таким глупым...
– Сокрушался Император.

Он очень сильно расстроился, поскольку виновным
оказался его собственный сын и законный наследник. Однако я собирался принести Императору еще большее горе.

– Ваше Величество. Глупость попытки отравить герцогиню
Иванси уже шокирует, но он допустил еще одну трагическую глупость, на которую
Вашему Величеству стоит обратить внимание.

– …Поведай же мне, государь из другого мира.

Император относился ко мне не как к жене Иванси, а
как к монарху мира Белого Льва.

В официальной обстановке мне следовало воздать
Императору соответствующие почести, но в защищенном от чужих глаз
пространстве Император не настаивал на соблюдении этикета.

– Наследный принц сейчас отправился на охоту со своими
приближенными. По данным разведки, они взяли необычайно солидное снаряжение для
простой охоты.

Я склонил голову.

– У них даже бронированные лошади есть. Зачем им
бронированная лошадь для охоты на обычных зверей?

– …

Император глубоко вздохнул.

Несмотря на предательство своего сына, в целом он был
проницательным правителем и сразу уловил скрытый смысл в моих словах.

Повернув голову, Император приказал своему камергеру
(тому самому старику, который меня усыновил) действовать.

– Немедленно проверьте охрану у главных и задних ворот.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

Старик быстро проверил охрану дворца и вернулся.

– Ваше величество, у главных ворот все в порядке, а у
задних ворот никого нет, и вообще гвардии чуть ли не в половину меньше
положенного.

– Ух…

Император тяжко вздохнул.

– Неужели он и правда… правда собрался на меня
напасть?

Никто не ответил.

Равиэль все время молчала. Хватило и её присутствия

Доклад об отравлении, представление признаний
виновных, разоблачение намерений наследного принца – слова, которые можно было
бы трактовать, как проявление непокорности Императору вылетали только из моих
уст.

И доклад Императору я осуществлял не как жена Иванси,
а как представитель иного мира. Все ради того, чтобы в дальнейшем исключить
возможности для потенциальных обвинений.

Лучше всего было не давать никому повода привлечь герцогство к ответственности в дальнейшем.

– Ваше Величество. Позовите наследного принца с охоты.

Я забил последний гвоздь в крышку гроба.

– Если наследный принц ни в чем не виноват, он тут же
откликнется на ваш зов. Однако если он и правда планировал организовать
непотребство, то, опасаясь раскрытия плана, он тут же бежит.

– …Очень хорошо. Так и поступим.

Следуя моему совету, Император отправил гонца.

Наступил долгий и беспокойный период времени.

После невыносимого ожидания гонец вернулся и шепнул
что-то императорскому камергеру. Как только гонец покинул зал заседаний,
главный слуга заговорил.

– Ваше величество.

– Дитя придет…?

– С сожалением вынужден сообщить вам, Ваше Величество,
но наследный принц развернул коня и скрылся со своими людьми в неизвестном
направлении.

Тишина окутала зал заседаний.

За прошедшее время Император, казалось, постарел лет
на пять. Несмотря на вторжение людей из другого мира, он сохранил самообладание
и мирно правил Империей, но мятеж сына, казалось, разбил ему сердце.

– Герцогиня...

Впервые Император обратился к герцогине.

Равиэль, словно ждала его слов, медленно склонила
голову.

– Да, Ваше Величество.

– Что мне для вас сделать?

– Я, как всегда, верна Вашему Величеству.

Слова Равиэль означали, что она не намерена
использовать инцидент как предлог для восстания в империи.

Император снова закрыл рот.

Молчание затянулось.

– …Я поступил с вами неправильно.

Голос, сорвавшийся с губ Императора, шел не столько от
Государя Империи, сколько от отца ребенка.

– Я знал, что мой сын недалек и глуп, а ты, напротив,
умна. Мне казалось, что даже если ему и не хватает ума, то с твоей помощью он
сможет править страной, но, похоже, меня ослепили отцовские чувства…

– ...Ваше Величество.

– Все уже было кончено, когда я отпустил вас ради
баронессы. Как я могу винить только своего сына за глупость? Моя глупость еще
больше.

– Ваше Величество всегда проявляли заботу и благосклонность
по отношению ко мне с тех пор, как я стала молодой леди.

– Мне очень жаль.

Император закрыл глаза.

– Наследный принц больше не наследный принц Империи.
Также он мне больше не сын.

В тот момент решилась судьба наследного принца.

Он родился принцем, но умрет не им.

– Пусть этим делом занимается герцогская семья Иванси.

В тот день я возглавил рыцарский орден герцогства в
погоне за наследным принцем.

7.

Наследный принц вместе со своей свитой попытался
спрятаться в небольшом городке. Честно говоря, его действия больше напоминали
бегство, чем укрытие. Точнее, бегство от реальности.

– Для начала отправим посланника с предложением
сдаться.

Мы вместе с рыцарями герцогства, имперскими рыцарями и
моими вассалами окружили город. Затем, в качестве жеста доброй воли, мы
отправили посланника с вежливым призывом к ним сдаться

Разумеется, наследный принц, утонувший в своих
фантазиях, был далек от соблюдения подобных формальностей.

По словам посланника, Его Лапшичное Высочество
выкрикнули что-то вроде: "Вы захватчики из другого мира! Я – основа
Империи! Я никогда не склоню голову перед такими междумировыми негодяями!"

Услышав его слова, я щелкнул языком.

– Болван.

Хотя в чем-то он был прав. Если бы я сразу поспешил и
напал на наследного принца, меня стали бы воспринимать как захватчика из
другого мира.

Среди дворян и граждан империи было немало противников
и критиков отношений с другим миром. Манифест наследного принца о необходимости
сопротивления угрозе из другого мира, мог бы получить определенную поддержку.

Впрочем, Император предоставил мне всю необходимую легитимность.

Даже моя одежда сейчас соответствовала высокому
имперскому стилю. Как жена герцогского дома Иванси, я действовал по официальному
приказу Его Величества Императора, а не как монарх из другого мира.

Шах и мат.

– Что будешь дальше делать? –  Сильвия ко мне подошла и спросила.

Она хорошо разбиралась в делах Империи и помогала мне
со всеми дипломатическими тонкостями.

– Исходя из моего прошлого опыта общения с ним, я бы посоветовала
тебе отказаться от ожидания его капитуляции. Такой человек не сдастся, если он
что-то задумал.

– Ну и что, если он не сдастся?

– А?

Я схватил рукоять священного меча.

– Я схвачу его.

Той ночью я в одиночку преодолел городские стены.

Войска наследного принца готовились к осаде, поэтому
были приняты весьма строгие меры безопасности. То есть весьма строгие, но
недостаточно строгие. Если ты на самом деле хочешь меня остановить, то тебе
потребуется что-то исключительное, а не вот это, дружище.

Не прошло и часа, как я проник в спальню наследного
принца.

– Хафф... Э-э-э...

Златовласый рамен крепко спал, не обращая внимания на
окружающий мир. Впрочем, охранявшая его покой стража тоже к тому времени уже
отправилась в страну грез.

Я хмыкнул и легонько потрепал его по щеке.

– Пора проснуться, не думаешь?

Наследный принц осторожно открыл глаза, все еще не до
конца осознавая реальность.

– Уф, хм... Что... что случилось...?

– Что значит "что случилось"? Проснись и пой.
Это же я, человек, взявший себе в жены твою первую невесту, и взявший себе в
вассалы твою вторую невесту.

– Что...? Ай?!

Только тогда глаза наследного принца распахнулись. Что
я и ждал. Я тут же щелкнул пальцами ему по веку.

– А-а-а! Мой глаз, мой глаз!

Наследный принц упал с кровати, закрыв лицо руками.

– Дружище, ты слишком бурно реагируешь на маленький
щелкунчик.

– Стража! Стража! Здесь незваный гость! Нарушитель
появился! Стража, где вы?

– Твоя стража в отключке. Ты как заказчик спагетти
алле вонголе с раковинами моллюсков, но без моллюсков, который ждет своего
заказа 30 минут, в его все нет и нет. Неужели ты ничего не чувствуешь, даже
когда я нежно глажу твои брови?

– Стража! Стража! Стражники!

Я присел на корточки и посмотрел на наследного принца.

Так называемая поза снисходительности.

Перед наследным принцем раньше никто так не садился.
Он вздрогнул, как только наши глаза встретились.

– Почему никто не откликается на мой призыв...?

– Потому что я покрыл своей аурой как куполом шестиметровый
радиус. Сколько бы ты ни хныкал, барьер блокирует звук.

– Невозможно…

– Возможно. И случилось. И дальше будет происходить.
Ваше Высочество, я не хочу задерживать нашу с вами встречу дольше, чем
необходимо, так что давайте разрешим наши проблемы побыстрее.

Я достал из мантии свиток. Точнее, императорский указ
с личной печатью императора.

– Что, что... Что...!

Узнав печать, наследный принц открыл рот. Я снова
щелкнул пальцами, на сей раз попав ему по губам. Раздался потешный жалобный
крик.

– Послушай, дружище. Поскольку у тебя мозг размером с
горошину, придется мне лично истолковать для тебя возвышенные слова Его
Величества.

Повернувшись лицом к наследному принцу, полулежавшему
теперь с красными и опухшими губами, я улыбнулся.

– С сегодняшнего дня ты будешь учиться за границей в
нашем мире.

– Уч-учиться за границей? Что за чушь!

– Ну, звучит красиво, но на самом деле ты отправлен в изгнание. Неужели ты думал, что тебе сойдет с рук попытка отравить Равиэль и угрожать
Императору?

Лицо наследного принца приобрело пепельный оттенок.
Должно быть, до него дошло, что я собрал все необходимые доказательства.

– За мной стоит бесчисленное множество дворян. Они не
потерпят такой тирании!

– Забавно, что ты так говоришь, ведь они вот-вот
потеряют свои головы, а их семьи поставлены на грань исчезновения из-за измены,
но я дам им шанс.

– Шанс...?

– Да, шанс разорвать с тобой связь и сохранить свою
голову.

Я постучал свитком по лбу наследного принца. Каждый
раз, когда указ касался его лба, он вздрагивал.

– Дворяне не присоединились к твоей измене. [Его
Величество Император приказал вам учиться за границей], но, увы, [вы, как
подросток, страшно перепугались смены обстановки и отказались отправиться в
другой мир].

– А...?

– И ты решил закатить истерику. [Вы умоляли дворян
спрятать вас]. И дворяне, не в силах отказать наследному принцу в его просьбе,
[тайно спрятали вас здесь], но секрет продержался недолго, прежде чем [Его
Величество Император обо всем узнал].

Наследный принц поднял на меня пустой взгляд.

Я скривил губы.

– Ты что, ничего не понимаешь? Я написал сценарий.
Согласно ему, дворянам не придется нести ответственность за измену. Их вина
лишь в потакании прихотям жалкого наследного принца.

– ...!

– Видишь? Тебя одного отправят на обучение за границу.
Счастливый конец для всех. Что, по-твоему, сделают дворяне? А? Скажут ли они:
"Даже если наши головы полетят и наши семьи падут, мы все равно последуем
за Его Высочеством Кронпринцем до конца?" Как ты думаешь?

– Аааа! А-а-а-а!!!

Наконец осознав мои намерения, наследный принц предпринял
попытку отчаянного сопротивления.

– Ты чума потусторонняя! Все из-за тебя! Все рухнуло
после твоего прихода! Ты забрал не только дочь герцога Иванси, но даже мою
милую и прекрасную леди Золотую Сливу! Все твоя вина! Если бы не ты...

– Сладких снов, Ваше Высочество.

Я нажал определенную точку на теле наследного принца.

– Когда вы проснетесь, мир изменится.

И тогда мир наследного принца погрузился во тьму.

8.

– А?!

Наследный принц вскочил на ноги.

Обливаясь холодным потом, он сглотнул слюну.

– Это был сон? Фух...

– Неужели тебе снился приятный сон?

– Аааа!!!

Как только он увидел мое лицо, наследный принц
подпрыгнул, как будто увидел ужасного монстра. Мое нежное сердце можно и
обидеть такой реакцией.

– Куда я попал.

– Господин, мы на 29-м этаже.

Я улыбнулся.

– Некогда школьная жанровая локация, управляемая
Директором Библиотеки. Один из моих вассалов, Ким Юл, раньше здесь жил.

– Ха, ха?

– Конечно, тебе такая информация ничего не даст. Единственный
и неповторимый наследный принц Империи, получивший по рождению право на
императорскую корону. Тебе нужно запомнить только одно: здесь никто не будет
относиться к тебе как к наследному принцу.

Тук-тук.

Кто-то постучал в дверь сзади.

– Войдите.

– Да, я иду.

Вошла щебетавшая Сильвия. Её встретила крошечная
комната-студия. Нет, назвать студией здешнее пространство было бы слишком
щедро; скорее, оно напоминало тесную комнатку в общежитии.

Сильвия оглядела комнату и нахмурилась.

– Ну и теснота... Милорд, неужели человек может жить в
таком маленьком пространстве? Не думаю, что такое возможно.

– Что ж, с такой реальностью ему придется столкнуться.
Ты поговорила с комендантом общежития?

– Да. Когда они увидели золотые слитки, их глаза
загорелись, и они сказали, что с нетерпением ждут нашего покровительства.
Похоже, они приняли нас за иностранную мафию.

Прекрасно.

На 29-м этаже сейчас находился город-школа. В Вавилоне
тоже были школы, но система государственного образования там еще не появилась. Поэтому
мы частенько использовали застывший во времени Ким Юла 29-й этаж в
образовательных целях.

– Си-Сильвия...?

Наследного принца, совершенно не подозревавшего о
наших обстоятельствах, ошарашило появление Сильвии.

Сильвия, одетая не в привычное объемное платье, а в
современную одежду, мило улыбнулась.

– Да, Нас При. Я Сильвия Эванейл.

– О! Моя Сильвия! Мой Соловей по имени Золотая Слива!
Вы, должно быть, спешили сюда, чтобы спасти меня из лап этого дьявола...! Я
верил, нет, я верил только в вас. Моя нежная Золотая Слива!

– Ух, что это такое? Как будто читаешь старый дневник,
полный постыдных воспоминаний.

Сильвия состроила гримасу отвращения.

– Как бы то ни было, я позаботилась о различных
документах, пока общалась с комендантом общежития. Со следующей недели
наследный принц сможет поступить в школу. Он станет белокурым студентом по обмену.

– Хорошая работа.

– И, должна отметить, совсем не простая. Хоть я и не
люблю жаловаться, но не кажется ли вам, что бюрократы здесь слишком
коррумпированы? Администрация дырявая просто как губка.

– Ну, всемогущество золотых слитков только что было
доказано.

– Интересно, сколько они себе присвоили…

Пока мы непринужденно болтали, наследный принц просто
смотрел на нас, теряясь в догадках.

– Си-Сильвия? Почему вы назвали меня Нас При? Может ли
такое быть... что вы меня не узнаете?

– Ах да, я чуть не забыла.

Сильвия порылась в своей сумке и достала что-то. Маленький
бумажный прямоугольник.

– Теперь это будет единственным средством
подтверждения вашей личности.

Сильвия вежливо протянула студенческий билет. На
новеньком удостоверении была приклеена фотография наследного принца с закрытыми
глазами.

Под ней находился текст следующего содержания:

+

[Студенческий билет]

Имя: Ким Нас При

Учебное заведение: Средняя школа Синсо

+

– ...Ким, Ким Нас При?

– Да. Теперь тебя так зовут.

Я послал ему пикантную улыбку.

– Нас При, ты – иностранец, кореец во втором поколении
из эмигрантов, каким-то образом возвратившихся в страну. Тебя выгнали из дома,
и теперь ты живешь один здесь в общежитии. Естественно, пособие тебе не
положено. Придется искать работу или оказывать разные услуги за деньги.
Понятно?

– Оказывать услуги? Услуги… Какие еще услуги? Что за
чушь!

– Похоже, наш Нас При еще не догадывается о ситуации,
впрочем, меня все устраивает.

Я ласково погладил Ким Нас При по голове.

– Если не платишь за комнату три месяца, тебя
вышвыривают вон. Если прогуливаешь школу больше недели, тебя вышвыривают из
школы. Нашему Нас При, которого всю жизнь баловали как принца, наш мир может
показаться суровым местом. Но, Нас При… Такова реальность.

– …

– Держись! Будь сильным! Ты сможешь!

Я сжал кулаки.

– Пусть, никто в городе не станет относиться к тебе,
как к принцу! И им все равно откуда ты залетел, как шальная птица. Оригинально!
Весь мир! Ему вообще на тебя плевать.

– ...

– Работа! Студенту трудно найти подработку, но так уж
сложилось…! Деньги очень трудно зарабатывать! Трудись усердно, своими усилиями
обеспечивая себе пропитание на день грядущий. Не сможешь – придется голодать…
и, в общем, умереть… но таковы законы природы.

– …

– Нас При!

Я схватил Ким Нас При за плечи.

И спросил, глядя в его бездушное лицо.

– Сколько дней ты голодал?

– Что... что...?

– Не волнуйся. После двух дней голодания ты начнешь
смотреть на мир по-другому! Я буду издалека держать за тебя кулачки, когда ты
начнешь новую жизнь, Ким Нас При! Вперед!

Я оставил 30 000 вон и повернулся, собираясь уйти.

Сильвия тоже слегка поклонилась Ким Нас При.

– До свидания, Ваше Высочество. Честно говоря, если бы
вы хоть раз попытались меня найти после того, как меня забрал Глава Семьи, я,
возможно, смогла бы помочь вам сейчас. Но ничего не поделаешь! Я тоже издалека буду держать за вас кулачки!

Мы оба быстро вышли из комнаты.

Когда мы спускались по темной лестнице, Сильвия
заговорила.

– Итак, сколько ты собираешься его здесь продержать
перед тем, как отправить обратно в Империю?

– Отправить обратно? Он будет жить здесь вечно. Второй
принц уже назначен преемником, так что какой толк от его возвращения, кроме новых
чисток? Оставить его здесь будет актом милосердия. Настоящего милосердия.

– Ты действительно дьявол, Глава Семьи...

Между тем на лестнице общежития раздался отчаянный
крик.

В тот день в старшую школу Синсо на 29-м этаже прибыл
белокурый принц по обмену.

Согласно более поздним свидетельствам, Ким Нас При, проголодав
четыре дня подряд, в конце концов стал помогать коменданту общежития и начал
свою вторую школьную жизнь.

Вперед, Ким Нас При! Ты – главный герой этого
спин-оффа!