В одной из книг Бьюдженталя есть замечательная короткая и забавная история о в взаимоотношениях клиента и терапевта. И мне бы хотелось сегодня с вами на примере этой короткой истории рассмотреть, как много в ней может быть смысла, который полезен будет для нас, как для практикующих специалистов, психологов и психотерапевтов. Итак, вот эта история.

"Много лет назад я слышала историю о клиенте, который пришел на сессию с диктофоном в руке.

Довольно забавный случай, не правда ли? И мне кажется, он действительно очень значим для нас с точки зрения профессионального материала. Во-первых, давайте посмотрим, как клиент относится к самому себе, точнее, к своей личности. Он считает, что весь материал, который он приносит, в частности, сновидение и ассоциации к этому сновидению, могут существовать в отрыве от него самого. То есть он просто принес нечто,

какие-то бумаги, мысли, идеи, неважно что, он это приносит, оставляет специалисту, а сам уходит за скобки. Это логика довольно многих клиентов. Они считают, что они как они в отношениях с терапевтом в рамках психотерапии не столь важны.

Гораздо важнее то, что этот дядя или тетя доктор скажут, сделают с этим самым материалом, который они приносят. То есть их участие настолько активное, как может быть активное участие у человека, ушедшего в кафе позавтракать. А специалист должен сам сидеть и что-то делать, придумывать, как-то обрабатывать полученный материал.

Что интересно, клиент, скорее всего, не будет доволен, если специалист поступит похожим образом, как это было проиллюстрировано в этой истории. Когда клиент увидел терапевта рядом с собой в кафе, он был озадачен, ну и мы можем пофантазировать, что ему на самом деле это не очень понравится, потому что он хотел бы, чтобы специалист лично участвовал и присутствовал в этом процессе.

Он хотел бы, чтобы личность специалиста была полностью включена в процесс изучения того, что принес клиент. То есть получается, сам клиент остается как бы за скобками происходящего и наблюдает со стороны, пока терапевт что-то делает с этим материалом, и тогда возникает закономерный вопрос, а каким образом должны произойти изменения в клиенте, если сам он находится за скобками этого процесса. Конечно, это довольно редкий случай, что клиент буквально встает и уходит в кафе, оставляя специалисту слушать диктофонную запись, но попробуйте вспомнить все кейсы, с которыми работали вы, все клиентские случаи. Бывало ли у вас так, что клиент остается в кабинете, он вроде бы с вами в отношениях, но в действительности ведет себя похожим образом. Он буквально говорит вам, вот вам моя мысль, вот вам мой материал, вот вам моя история, действуйте.

Как будто бы вы каким-то волшебным, магическим образом можете изменить происходящее с клиентом, опираясь и взаимодействуя не с самим клиентом, а с материалом, который он принёс. Возможно ли такое? На самом деле, конечно же, нет.

Мы можем подумать об этом материале, мы можем даже как-то его попробовать интерпретировать, но нам принципиально важно взаимодействовать не с материалом, а с клиентом, говоря с ним о материале, о сновидениях, об ассоциациях, о рисунках, о чём угодно, о любом тесте, о любом упражнении, которое делается в рамках психотерапии. Но нам важно, чтобы мы взаимодействовали с человеком, с Личностью, которая к нам приходит, а не оставляли её за скобками происходящего. Так что вот здесь, в этой истории, мы в действительности видим, насколько может быть важным присутствие самого человека.

И обращаю ваше внимание, здесь есть еще один нюанс. Клиент ждет, что терапевт что-то сделает с тем материалом, который он принес. То есть сам он работать в целом не хочет. Как мы можем посмотреть на эту историю еще? Скорее всего, подобное поведение характерно для нашего клиента и за пределами нашего терапевтического пространства, за пределами кабинета.

Скорее всего, там он тоже ожидает в пассивном состоянии, что с ним кто-то что-то сделает, что с ним как-то будут поступать, что с ним будут взаимодействовать, но через призму какого-то материала, то есть не напрямую. Он как бы всегда за скобками происходящего.

При этом, скорее всего, сам он будет говорить, что он очень ответственно подходит к процессу, он даже записал всё на диктофон, он нашёл какие-то ассоциации, он думал и размышлял, но не в контакте с конкретным человеком. Для нас очень важно, чтобы клиент, приносящий что-либо — историю, сновидение, ассоциацию — не важно, чтобы он сам нам об этом рассказывал, потому что мы взаимодействуем именно с человеком, как уже много раз за сегодня я проговорила.

И нам важно видеть интонации, слышать какие-то нюансы в этом рассказе, наблюдать за тем, на чём именно делаются те или иные акценты в рассказе. То есть нам важно смотреть, как происходит этот рассказ, о чём на самом деле хочет сказать нам клиент, говоря

об определённой теме, какие там есть подводные камни. И мы можем это услышать только если мы будем находиться в отношениях здесь и сейчас, если мы будем слышать, видеть и чувствовать того человека, который к нам пришёл. Ну и, конечно, не взаимодействовать просто с сухим, неодушевлённым материалом.

Еще одно интересное наблюдение, исходя из этой истории, это то, что терапия, по сути, происходила скорее в кафе, чем в кабинете. В кабинете остались два диктофона. Это классная метафора того, что может происходить между клиентом и терапевтом, когда они оба просто выполняют определенные функции, личностно не участвуя в процессе. Клиент выполняет функцию хорошего, правильного клиента,

Терапевт выполняет функцию хорошего и правильного терапевта, и  вроде бы один слушает, а другой говорит, и все происходит как будто бы так, как нужно. Но в этом нет того, что мы можем назвать душой. Каждый из них отсутствует в этом процессе, остались только функции.

Но вот где они на самом деле встретились? Встретились они в кафе за столиком, где оба сказали о том, что они голодны, где оба попробовали удовлетворять свои потребности, где оба услышали эти потребности, прежде чем их удовлетворить, и где оба по-настоящему встретились. Они находятся рядом друг с другом, они могут взаимодействовать, быть искренними и говорить. Здесь действительно происходило нечто по-настоящему важное. Клиент был озадачен, терапевт рассказывал о том, что ему тоже хотелось бы поесть, ну то есть был довольно искренен и уязвим в этом откровении по отношению к клиенту, то есть здесь происходило метафорически то, что больше похоже на терапию, которую мы ожидаем и которую на самом деле ожидают клиенты. Они хотели бы, чтобы именно так происходил процесс, где они могут быть по-настоящему открытыми.

В противном случае, зачем идти к другому человеку, что хочется там искать, если приходить туда и не быть по-настоящему живым. Да, клиенты по-разному от этого защищаются, но в то же время, защищаясь, они хотели бы, чтобы доктор в белом халате в какой-то момент увидел, что же прячется за всем этим сопротивлением, что же прячется за этой привычной маской, и что там на самом деле человек находится, ожидающий того, что к нему кто-то достучится, кто-то протянет руку именно туда, за пределы привычного понимания.

Вот смотрите, какая короткая история, довольно забавная, но в ней действительно довольно много метафор можно найти. И я предложила лишь несколько наблюдений, но я думаю, что вы, послушав эту историю, познакомившись с ней, тоже можете найти какие-то аналоги того, что происходило с вами в вашей профессиональной деятельности. Может быть, вам тоже придут какие-то метафоры, о чем на самом деле эта история могла бы быть. Делитесь этим в комментариях. Надеюсь, что вам было полезно и интересно послушать данную запись.