Ляля Ламберт 

— Примчалась на помощь своему сыну?

Найлами попыталась что-то возразить, но старый Чон притормозил её:

— И не пытайся мне говорить, что у вас все нормально, — он отступил на шаг назад и вдруг вскинул голову вверх, словно почувствовал, что кто-то наблюдает за ним с галереи второго этажа.

Чимин с дочкой на руках, который ошеломленно наблюдал за таким приёмом охнул и отступил в тень к стене, но было поздно. Чон-старший был не молод, но это не отменяло того, что он был альфой и его зоркий взгляд в момент оценил и изящную фигурку, и платину волос, и тонкие запястья, и руки с трепетными пальцами, и, конечно, ребенка которого красивый молодой омега прижимал к своей груди так, словно выносил его из объятого пламенем дома.