Верочка посмотрела, вскрикнула и побежала к парню. Тот обернулся расставил руки. Девушка повисла на его шее.

“Ну вот и славно”.- успел подумать я прежде чем темнота рывком врывается в глаза.

Световой трубы не было и ангелов, да и чертей тоже. Свет врывается в глаза внезапно, слышу глухие взрывы. С трудом встаю, в голове туман. На бруствере окопа незнакомый пулемёт, внешне напоминает ПКМ. Инстинкты орут: “Мы в бою, враг наступает”. Пошатываясь подхожу к пулемёту. Вижу бегущих по полю отдельных солдат. Скосив глаза на руки, понимаю, что форма на них кардинально другая. Прижимаю приклад и ловлю фигурки на поле в прицел. Даю несколько коротких очередей. Солдаты на поле падают. Похоже меня уже списали со счетов, просто считают, что тут выживших нет, по крайней мере взрывов рядом нет. Начинаю планомерный отстрел противника. В какой то момент враг начинает пятится. Через недолгое время понимаю, что в поле зрения противника не обнаруживаю. Разжимаю руки на рукоятке пулемёта и сажусь на дно окопа. 

“Что, чёрт возьми происходит? Куда я попал, я ж был в больнице. Неужеле я помер и попал в ад. За мою жизнь в принципе ожидаемо. Так что ад для меня нормальное место. Только не понятно, кто решил, что война для меня ад? За свою жизнь поучаствовал в куче разных конфликтов, да они отличались от Великой Отечественной, но действовал я чаще в отрыве от основных сил. Так, что не страшно, хотя иногда смертельно. Но блин, почему я, не помню сам переход? Темнота и я на войне. Притом тут контузило меня похоже прилично, да и оглушило слегка.”- прокручиваю я ситуацию в голове.

Сидя и предаваясь рассуждениям, я не услышал как ко мне подошли люди. Мужчина лет сорока, с одним большим квадратом на погоне осмотрел место где стоял пулемёт. Девушка лет семнадцати стала возле меня на колени и начала меня трясти.

- Вильда, ты как? Ты меня слышишь? Ответь или кивни.- тараторила она.

Слышу я как через вату. Да и кто такая Вильда понятия не имею.

- Не тряси ты её, хуже сделаешь. Контузило её, хорошо если себя помнит, но атаку противнику сорвала она. Остальные уже холодные. Уводи её в госпиталь.- говорит девушке мужчина.

Та помогает мне подняться. И тащит куда то, по окопу, потом по ходу сообщения. Приводит в расположенный в овраге, похоже госпиталь, кто видел полевые госпиталя сразу узнает, они примерно одинаковые у всех, разнится в типах палаток или строений. Втаскивает в большую палатку. 

- Доктор Дуве, вот Вильду контузило. И похоже оглушило.- тараторит она.

- Помоги ей сесть и свободна. Винга, как пойдёшь на улицу, позови особиста.- приказывает она девушке.

Та помогает мне сесть и убегает. Доктор осматривает моё лицо, проверяет рефлексы и реакцию зрачков на свет.

- Да Вильда, в этот раз тебе досталось сильнее чем обычно. К твоим ушибам и растяжениям я привыкла. То что не болтаешь без умолку уже странно.- устало говорит женщина.

Я сижу молчу. В палатку входит мужчина с большим квадратом на погонах, но не тот, что был в окопе.

- Что с нашей героиней?- спрашивает он.

- Сидит, молчит. Контузило её прилично. Если б болтала, то я б была спокойна, а так необычно для неё. Я ж Вильду ещё с детского дома знаю, болтушка и шило в заднице. Где что случилась если не она, значит Вильда где то рядом. Как бы не подселенец.- вздыхает женщина.

- Отправляй в карантин, за одно отлежится и в себя придёт. Сама знаешь, с контузией не угадаешь, или мозги стрясёт, или подселенец тело захватит. В карантине присмотрят, я распоряжусь. То, что молчит хороший знак.- говорит смотря внимательно на меня мужчина.

Он достал, что то похожее на смартфон и набрал там что то. Минут через пять пришли два здоровых бойца.

- Нежно берёте девушку и ведёте в карантин. Учтите, там возможно контузия серьёзная, обстреляли их жёстко, считай одна из взвода выжила. Так, что парни нежно, а не как обычно.- строго приказывает он.

Бойцы, очень аккуратно помогли мне встать и повели куда то. Мозги “плыли” конкретно, сосредоточиться не могу. Меня привели к отдельно стоящему ангару. Открыли дверь и ввели внутрь.

- Хранитель тел, принимай постоялицу. Смотри, не тряси, тут или контузия, или подселенец. Майор приказал обращаться нежно и аккуратно.- говорит один из бойцов мужчине что сидел за столом.

- Клади на восемнадцатую койку, пристегнуть не забудь. Тут, что контузия, что подселенец, правила одни для всех. Я потом капельницу поставлю.- кивает мужчина не отрываясь от компьютера.

Меня подводят к панцирной кровати с тонким матрасом. Укладывают и пристегивают к ней.

- Ну вот Вильда, лежи, приходи в себя. Если не подселенец, как оклемаешься выйдешь.- говорит боец и они уходят.

Минут через пять подошёл мужчина, закатал мне рукав и ввёл иглу. Руку он примотал в кровати.

- Это просто еда для твоего организма, простой тебя кормить смысла пока нет, после контузии всё одно, наружу выйдет. Не разочаруй нас, останься собой.- говорит он и уходит.

Лежу пытаюсь пораскинуть мозгами, хотя работают они с трудом. Прям как в той жизни, когда от своих же танкистов прилетело на учениях, контузило меня тогда, хорошо без последствий. 

“Все называют меня Вильдой” и похоже знают давно. Девушки в моей голове нет, значит закинуло меня сюда после смерти на лавочке в больнице. Как это произошло не ясно, но учитывая наличие каких то подселенцев, случай тут это не единичный. Ещё б знать, что это за подселенцы. В любом случае отыгрываем амнезию, при контузиях случай не редкий. Пока молчим, слушаем и смотрим.”- с трудом понимаю я и засыпаю.

Просыпаюсь я от крика на английском, язык я учил только в школе, да и то не особо усердно, но потом в учебке меня учили определять язык человека, просто страну из которой он прибыл, так что это точно английский, притом с острова. Наклоняю голову и вижу парня, что орёт по английски. Смысл фразы не понятен, но проскакивают слова “вуман” “но” “мен”. К нему подходит мужчина, что поставил мне капельницу.

- Подселенец, теперь точно. Язык не знаком, что сказать хочет не понятно.- бубнит он в диктофон.

Он наклоняется к парню.

                                     *******

Видим ракету и срываемся с места. Часовой на въезде стоит открыв рот, наша первая машина снесла шлагбаум и понеслась по улицам. Мы въезжаем последними и сворачиваем на набережную. По городу разносятся пулемётные очереди. Мне пока стрелять не в кого. У дома, что стоял на набережной у пристани, стоит похоже штабная машина, на ней флажок и сама такая представительская. Беру на прицел, и когда из неё вылез раздражённый мужчина с золотыми погонами, даю очередь. Золотопогонник осел, водитель уткнулся в руль.

- Сержант стоп у машины, там могут быть важные документы.- кричу я.

Сержант остановил машину, так, что она прикрывала меня от входа в дом. Выпрыгиваю сгребаю всё с заднего сидения, подхватываю вещмешок, что лежал рядом с водителем и сняв с золотопогонного ремень с кобурой прыгаю в броневик. Сержант резко срывает машину с места. Закидываю вещи в нишу, под запасные ленты и снова берусь за пулемёт. До моста мы не встретили сопротивления. 

У моста видим готовое стрелять орудие, наводили его вдоль дороги и нас увидели слишком поздно. Я даю длинную очередь и вторую короткую по ещё шевелящимся. 

- Ходу сержант, за мостом ещё одна должна быть.- ору я.

Мы выскакиваем мост, когда были на середине над нами пролетел снаряд. Второй выстрел артиллеристы сделать не смогли. Сержант остановил машину рядом с пушкой, а я расстреляла расчёт двумя очередями. Въезжаем на холмик у дороги и прикрывшись кустами контролируем выезд с моста.

Минут через пять показались остальные наши машины. Считаю выехало четыре. На мост въезжает пятая и в этот момент в неё попадает снаряд, машину буквально разрывает на части. Сержант не даёт мне понять, что с парнями бросает машину вслед уехавшим. 

Остановились мы в десяти километрах от города. Узнаём, что одна машина перевернулась. Я докладываю о гибели ещё одной и сажусь разбираться с трофейными документами. Судя по обнаруженной карте, война проиграна, дезу таким способом не подсовывают. Сопротивление почти везде подавлено. 

- Продукты и патроны кончаются.- вздыхает сержант.

- Надо колонну снабжения захватить. Вот тут должны ездить, склад тут у них.- говорю я смотря на карту.

Лейтенант забирает карту и ведёт отряд к точке, что я показала. 

Встали мы в подлеске, две машины перекрывают дорогу, две если, что запрут колонну, она ушла к перекрёстку. Колонна из трёх машин, попалась в нашу ловушку через час. Стрелять не стали, согнали водителей и интендантов в кучу и приступили к сортировке груза. Забрали накопители, машины тут электрические, набитые ленты для пулемётов. Пока парни таскали продукты, я набирала патроны для винтовки и пистолетов, за одно прихватываю гранаты. Поджигаем машины и устремляемся по дороге.

Вторую колонну мы догнали ещё через час, эта везла снаряды, высадили людей и подожгли машины. Следующие нам попались машины с формой, тоже подожгли. 

- Сержант, когда нарвёмся рви в лес.- озвучиваю я идею.

- Брось, не нарвёмся.

- Они не дураки, знают, теперь где мы. Так, что нарвёмся, лейтенанту говорить бесполезно, он увлёкся. 

- Понял Беска, ты девчонка с головой, в панику не впадаешь.

Нарвались мы уже к вечеру, когда счёт уничтоженным колоннам достиг восьми. На небольшом поле нас ждали танки. Напоминали они Т- 70 те что в Великую Отечественную применяли. Сержант врубил заднюю и мы стали оттягиваться к лесу. Лейтенант рванул на танки и получил свой снаряд машина встала и задымилась, остальные пытаясь маневрировать стали отступать. Сержант съезжает с дороги и машина вязнет в сточной канаве.

- Из машины!- ору я хватая ранец и винтовку.

Выпрыгнув, прижимаюсь к откосу дороги. Сержант не успел, наряд буквально пробил его и рванул внутри броневика.  

“Миллиметров пятьдесят”.- автоматически отмечаю я и ползу к кустам. Когда спряталась в кусты с нашими броневиками всё было кончено. Может, кто и уцелел из парней, но машины горели все. Дождавшись когда стемнеет перебираюсь в лесок и найдя куст погуще прячусь в нём. 

Утром просыпаюсь от разговоров.

- Все тут?- спрашивает один из мужчин.

- Мы не знаем сколько их было, если брать по два человека в машине, троих не хватает. Что это за подразделение?- говорит второй.

- Судя по документам, четвёртый штурмовой батальон семьдесят четвёртого полка. Даже не представляю как они тут оказались.- говорит первый.

- Я то знаю, отметились они много где. Только, такое ощущение, что у них командир сменился. До этого действовали дерзко и неожиданно, а тут пёрли по дороге и громили обозы.