Дневник первопроходца. Пролог
Тодороки Шото смотрел на книгу. Книга лежала на столе. Потертая, со сломанным корешком, загнутыми уголками страниц и, кажется, чуть обугленная. Её явно много читали и перечитывали… Шото прикрыл глаза.
Книгу ему дал отец. Вчера. Когда Шото появился в его кабинете с заполненной формой на стажировку и сказал, что хочет научиться управлять огнём… Старик тогда долго молчал. А потом вытащил из ящика стола книгу и протянул Шото.
— Что это? Методичка? — чем больше он общался с одноклассниками, тем больше язвительности в нем появлялось.
— Дневник первопроходца, — спокойно ответил Старатель. — Прочти. Мой сын не может бездумно повторять приёмы, не понимая суть…
Шото не ответил. Но книгу взял… Старатель был хреновым отцом, но профессионалом и знатоком причуды — превосходным. Это Шото признавал, хоть и называл своего старика мудаком в своих мыслях, а иногда и вслух.
И вот он смотрел на книгу. На ней не было ничего, кроме названия «Дневник первопроходца» и пары темных пятен. То ли кровь, то ли кофе, то ли гарь — определить точно было трудным делом. Шото смотрел, думал… Затем взял в руки и открыл.
Первые строчки неожиданно заинтриговали.
«Если вы не пирокинетик, гео-термокинетик или не имеете никакого отношения к огненной стихии, немедленно закройте эту книгу и никогда не вспоминайте о ней,» — было написано на первой же странице. Шото заинтересованно приподнял бровь и продолжил чтение.
«Если вы никогда не имели отношения к профессии героя или не являетесь высокопоставленным лицом, закройте эту книгу и не смейте даже смотреть на нее. То, что описано здесь, не для веселого досуга. Это история. Правдивая и жестокая в своей правдивости. Вы никогда не сможете воспринимать мир так, как воспринимали его до сих пор, если прочтёте всё написанное здесь.
А теперь, когда остались только свои, позволю себе представиться. Моё имя Морихи Нетсу. Я не автор этой книги и не герой этой истории, а лишь ученик женщины, что проложила всем нам — огненным людям — дорогу. Моя заслуга только в том, что я убедил свою наставницу записать все случившееся с ней и все её знания. Не более. Таков мой вклад в освоение причуд…
Не буду затягивать. Сенсей учила меня краткости. Далее будут только её слова, мысли, знания и история…»