КОТЕЛЬНИЧЕСКАЯ РУНИЧЕСКАЯ ПОЭМА
ПЕСНИ ИЗ ВЫСОТКИ
ПЕРВЫЙ АТТ
ФЕХУ
Фенрир,скрываясь в лесу, связан шелковой лентой,
Путы не разорвать, пока не придет Рагнарек.
Ведьма варит в котле странные ингредиенты,
Среди них мандрагора, голубь, коровий рог
Белоснежной прекрасной сказочной Аудумлы,
Золотой и витой острый как нож из стали.
В этом котле кружатся мечты, намеренья, думы —
Все, чем мы быть хотели и те, кем мы все же стали.
Золото — всем утешенье, если им щедро делиться,
Дабы снискать прощенье, признание асов и ванов.
Золото — тем наказанье, кто жаден, оно излиться
Стремится огнем потопа, в чугунной плавится ванне
Варево, кости рыбы земной и змеи дорога,
Золото — рог коровы, изливающей щедро милость.
Руна Феху богатство сулит, почитанье бога
Фрейра, дает веселье, радость, приплод, фертильность.
УРУЗ
Вырастая стремительно, рвется вперед
Дикий тур, подминая ребят под собой.
Он свиреп и рогат, он как трубы ревет,
Собираясь на самый решительный бой.
Он скиталец промозглых, заросших болот,
Ослепительный зверь, чей изогнутый рог
Почитает пришедший из плена народ,
Этот зверь первозданен, мучительно-строг.
Проверяет, насколько ты вырос, сынок.
— Неужели ты можешь меня победить?
И, сходя в преисподнюю, словно в острог
Из огромного рога напиток испить.
Так бежит по снегам среброшерстый олень,
Дождь осенний над полем едва моросит,
Излечение лени — такая же лень,
Излеченье обиды всех горше обид.
Кто сильнее всего — тот познавший себя
Тур Уруза, бросающий мир под удар,
Рогом ткнувший в висящего Одина, жар
Разметав по степи, всех любя и губя.
И в любом посвящении дикий как бык
В глубине лабиринта полуночный жрец
Как певец мирозданья, срываясь на рык,
Роковой замышляет для жертвы конец.
Но кто станет той жертвой — юнец или тур,
Нам неведомо, тайну сию сохраня,
Выбирая из множества кандидатур,
Жрец разводит костер среди льда и огня.
ТУРИСАЗ
Окруженная терном, лежит среди роз
Первородная дева в сияньи красы.
Уроборос стремится себя же за хвост
Ухватить, так терновника грезят кусты
Окружить этот замок — видение грез,
Где Сигдрива лежит, разметавши власы,
Зачарованный сон, вековечный вопрос —
Почему замирают в том замке часы?
И не слышится «тик», и не слышится «так»,
Только ворон над сонным поместьем кружит.
Великан охраняет ложбину, овраг, —
Турс — мучение женщин, ужасный на вид.
Он сказалей: «люблю ваш заплаканный вид»,
И сперва уколол ядовитым шипом.
А затем, когда дева заснула, лежит,
Закрепил это муку висящим замком.
«Руны режу я, турисаз плюс еще три,
Что вселяют безумие, похоть и страх» —
Так печальный монах Герде проговорил
И сосватал хозяину Фрейру в слезах.
АНСУЗ
Один — отец магических песнопений,
Подмигнул мне оставшимся синим глазом,
Из пути страданий и наслаждений
Выбирай последнее, богом асом
Путь проверен, медовый восторг экстаза,
Льется песня словно янтарь с небес.
Подмигнул мне Один, опять исчез,
Сохраняя стабильность гомеостаза.
Мироздание держится на подвижниках,
Делающих свое дело упрямо,
На певцах гармонии, хаоса магах, на книжниках,
Собирающих библиотеку рьяно.
Повиси на дереве Сефирот,
Опьяненным орлом взлети к небесам,
Одиночество — покоренья высот,
Потакание словесам,
Текущим из клюва орла как мед,
Создавая поэтов и графоманов.
Аудумла лижет извечный лед,
С неба падает терпкая манна.
РАЙДО
Девять дней он ехал и девять ночей,
И копыта стучали по гулким камням.
Он за Бальдром отправился в недра Хель,
Не ведя счета мимо мелькавшим дням.
Ровно столько Один висел, отец,
На раскидистом дереве Иггдрасиль.
Но потом он понял, пришел конец
И свалился рядом совсем без сил.
И пока не выкован лучший меч,
Конь лукаво смотрит на парня вниз.
Он-то в курсе, что надо и честь сберечь,
И спуститься в самые недра, вниз
Мироздания. Райдо как ритуал —
Это круг пространства, круговорот.
Как же долго ты меня, брат, искал —
Скажет Бальдр и веточкой прорастет.
КЕНАЗ
Нарисуй эту руну у себя на руке.
Кеназ — факел горящий, сосновый огонь
И фаллический символ. Плывет по реке
Лодка с Бальдром, теперь эта лодка как конь
Восьминогий, пронзающий небо и ад.
Нет того, кто бы мог бы бежать за конем.
Над разрытой могилой сиреневый сад
Разрастается шире, шумит с каждым днем
Все сильнее, весь мир заполняет сирень.
И в дурманящем запахе сходит в чертог
К четырем малышам ясноглазый олень,
Разрешая создать украшение в срок.
На весеннем свету так искрится янтарь,
Малыши что сковали его, хороши.
И алеет заря, разгораясь как встарь,
Ожерелье даря в полуночной тиши.
Нарисуй эту руну на левой руке,
Чтобы видеть как сосны кострами горят.
— Я приеду скорей, чем вот там, вдалеке
Глаз всезнающий вдруг озарит этот сад!
ГЕБО
Повиси на дереве Иггдрасиль,
Попроси себе этот терпкий мед.
Что за пчелы жалят тебя, спроси.
Так и день пройдет, так и ночь пройдет.
Девять дней висел я, чтоб тайну рун
Принеся себя самому себе
В жертву, выведать. Падала кровь на грунт
Из копья, в жестокой моей судьбе
Попрошу тех пчел, и копье, и дуб
Не винить, ну что здесь возьмешь у пчел —
Лишь жужжат, пока им покойник люб,
А потом касаются нежных губ.
Так висел я, пока Футарк не нашел
В каплях крови, что вниз текла по стволу.
Я окрасил руны самим собой.
Слово стало делом, ушли во мглу
Немота, незнание. Дар любой
Получаешь,если готов отдать
Самого себя самому себе.
Признавайся, можешь ли вырезать?
И гадаешь ли о своей судьбе?
Ты умеешь красить их в красный цвет?
И ты сможешь верный задать вопрос?
Ты молитвы знаешь? Богов совет
Применить сумеешь? Венок из роз
Принести, быка заколоть, заклать,
И разделать быстро, придя на пир?
Меру зная, можешь ли заклинать,
Подчиняя землю, огонь, эфир,
Воду силе слова, что рождено
На стволе, к которому ты прибит?
Если да, то с Одином ты — одно
И когда ты бодр, и когда он спит.
ВУНЬО
Жена желания приходит не одна,
С крылатою сестрой любовной битвы.
Как хладная и стройная Луна
С опасной бритвой.
Валькирия за волосы влачит
Свою добычу в брачные чертоги.
Он плачет и потерянно молчит,
Рассеивая крошки по дороге.
Владыка посоха — суровый господин,
Одаривает каждого по нраву.
Последний сноп — для Одина. Один
Здесь есть даритель золота и права
На голод, холод, выход из потерь
И творчества высокое стремленье.
Отец желаний открывает дверь —
Как будто бы желанье преступленье.
Как радость или счастье передать?
Для каждого есть свой покой и воля.
Бросай же руну Вуньо, благодать
Рассеивая над горой и полем.
